Глава 3
28 июня 2024 г., 16:00
Гермиона успела много чего повидать после разгрома Волдеморта. Открытие (вернее открытие заново) возможности путешествовать между мирами сделало её самым узнаваемым исследователем в магическом мире. Когда она только начала свои путешествия, множество самых разных миров привлекали её внимание с их разнообразными законами магии. Шли годы, магия покидала её родное измерение, и её открытие поставили на службу волшебному сообществу.
Вернее, Гарри поставил её изобретения на службу общему благу. Многие волшебники предпочли остаться там, где родились и жили их предки. Некоторые искали другие способы сохранения своей магии. Лишь Европа и некоторые волшебники Северной Америки последовали за ним.
За два десятка лет после падения Волдеморта её лучший друг изменился. Даже Рон, его самый верный сторонник, это заметил. Гарри всё ещё действовал в интересах мира волшебников, но его методы стали жёсткими. Совет боялся слово сказать против сильнейшего мага современности, потому что их более громкие предшественники оказались либо в Азкабане, либо в почётной отставке. Магический мир слишком высоко ценил личную силу, по мнению Гермионы. В магловской Британии, Гарри бы давно отстранили от власти.
Она поддерживала своего друга, разумеется. Когда магический мир оказался под угрозой, только Гарри предложил план действий. Остальные лишь приготовились стать частью мира маглов. Когда-то давно Гермиона бы предпочла вернуться в мир её родителей, но с тех пор она слишком сильно полюбила магию.
Гермиона стояла рядом с Гарри, потому что она одна из немногих могла сдерживать его наиболее жестокие порывы. Она не знала, что он задумал в Тедасе и каким образом планировал колонизировать этот мир. Она предполагала, что её друг использует местных магов в своих целях, поэтому отправилась в Редклиф, сделать всё, чтобы смягчить последствия решений Гарри. Переубедить его полностью всё равно не получится.
Отряд солдат сопроводил её до Редклифа, где осели главные силы мятежных магов. При виде солдат Инквизиции стража деревни поспешила закрыть ворота.
— Зачем пришли? — потребовал один из стражников. — Волей эрла Эамона, храмовникам в Редклиф путь закрыт!
— Мы инквизиция! — возразил один из стражников и ткнул пальцем в сторону знамени с пылающим оком. — Глаза разуй!
Гвардейцы, которых для охраны Гермионы выделил мистер Резерфорд, были простыми людьми с понятными страхами. Они сторонились её большую часть пути, но вели себя исключительно вежливо.
— Да хоть шевалье! Вход закрыт, поняли! Убирайтесь! — крикнул стражник на стене.
Гарри бы уже использовал конфундус. Он не терпел “идиотов”. Гермиона зареклась менять чужую волю после войны. Она никогда не мешала Гарри этого делать, потому что иногда простой конфундус помогал избежать множества жертв, но не применяла подобные заклинания сама.
— Мы здесь для переговоров с вольными магами, — сказала она, усилив голос сонорусом. Её слова прозвучали на всю деревню.
Стражник наконец понял, что их не получится выпроводить без лишнего шума.
— Один из нас сходит проверит, ждут ли вас вольные маги, — сказал он. — Так что стойте здесь и ждите… миледи.
Гермиона лишь кивнула. Она была не против подождать у ворот. Вольные маги знали о её намерениях начать переговоры с ними от лица Инквизиции. Лелиана отправила им письмо ещё до того, как Гермиона покинула Хевен. Даже если они сами не горели желанием вести разговор, вряд ли они откажутся хотя бы выслушать её. Лелиана лично знала их предводителя и поручилась за Великого Чародея Фиону.
Долго ждать не пришлось. Стража пропустила Гермиону и её спутников в деревню. Редклиф раскинулся на берегу озера, в тени одноимённого замка. По сравнению с опустошёнными Внутренними Землями, Редклифф казался просто мегаполисом. Беженцы и маги теснились вокруг импровизированных костров и лежанок. Больше всего их было возле каменной часовни. Запах немытых тел наполнял воздух, но Гермиона его игнорировала.
— Мерлин… — Гермиона окинула взглядом всех беженцев. Даже если эрл построит ещё одну деревню размером с Редклиф, людям не хватит места. Большая часть всё равно останется на улице. — Какой ужас.
— Пока леди Кассандра не пришла во Внутренние Земли, там постоянно сражались отряды мятежников, миледи, — тихо сказал Самуэль, один из её спутников. — Деревни разрушены, поля сожжены… Зима будет тяжёлой.
— Мы должны помочь им, — решила Гермиона.
Она могла по крайней мере зачаровать одеяла и одежду для беженцев, чтобы они не погибли от холода. Даже летом в воздухе витала прохлада. Гермиона боялась даже представить, что будет зимой. Правда, она не знала, что беженцы будут есть. Возможно, Инквизиция сможет дать хотя бы немного своих запасов… Вряд ли Совет прибудет в Тедас достаточно быстро, чтобы обсудить помощь местным жителям.
— Только скажите, миледи, мы выполним ваш приказ, — ответил Самуэль. — Но не думаю, что мы можем что-нибудь сделать для этих бедолаг.
— Добро пожаловать в Редклифф. Мы не думали, что Инквизиция действительно придёт к нам, — на пороге таверны их встретил невысокий эльф в одеянии мага.
— Мы хотим остановить войну. Маги страдают от неё не меньше других, — Гермиона спрыгнула с лошади. — Меня зовут Гермиона Грейнджер.
— Прошу за мной, миледи. Верховный Чародей Фиона примет вас внутри, — маг повёл Гермиону в один из домов вблизи таверны.
У входа стояла пара магов с посохами наизготовку. На лежанках поблизости сидели только маги. Вероятно, мятежники держались отдельно от остальных из соображений безопасности. Жители Тедаса разве что терпели одарённых, но не доверяли им. Восстание только усугубило отношения между магами и остальным обществом. В Редклифе, похоже, они смогли прийти к пониманию. По крайней мере, Гермиона не заметила откровенной вражды между жителями деревни и мятежниками.
— Верховный чародей Фиона уже ждёт вас, миледи, — маг указал на дверь.
Сопровождавшие Гермиону солдаты хотели было спорить, но она покачала головой, останавливая их порывы. Ссора с магами им ни к чему. Она вошла внутрь маленького дома (старой хижины, на самом деле).
— А, представитель Инквизиции, прошу, присаживайтесь, — Фиона указала на единственный свободный стул в помещении. Эльфийка встретила их вежливой улыбкой, но её магия образовала плотный кокон вокруг неё.
Стены хижины давили на Гермиону. Внутри едва помещались очаг, кровать и стол со стульями. На столе лежали несколько книг и множество перьев. На кончиках пальцев Фионы виднелись следы чернил. Гермиона села напротив верховной чародейки.
— Гермиона Грейнджер, — представилась она. — Я помогаю Инквизиции, но представляю интересы собственного народа.
— Собственный народ? — удивилась Фиона.
— Проще будет показать вам мои воспоминания, леди Фиона, — сказала Гермиона.
— О, я не леди, прошу, называйте меня просто Фиона, леди Грейнджер, — ответила эльфийка.
— Тогда зовите меня просто Гермиона, — улыбнулась Гермиона. — Что насчёт воспоминаний?
— Если вы уверены, что это поможет… Учтите, Гермиона, я верю, что вместе с Инквизицией свободные маги могут одолеть храмовников, но я не могу пойти на союз с вами, если вы стремитесь восстановить круги магов.
— Не волнуйтесь, мой народ этого не потерпит, — кивнула Гермиона. Гарри этого действительно не потерпит. Он никогда не примет миропорядок, в котором волшебники подчинялись магглам.
Она посмотрела в глаза Фионе и начала демонстрацию своей памяти. Гермиона показывала свои будни в школе, в Министерстве, даже среди других миров. Она хотела донести до Фионы, что волшебники сделают всё, чтобы маги стали свободными и могли использовать свой дар без страха перед храмовниками. Гарри наверняка не стал спорить с ней, когда Гермиона заявила о своём желании отправиться в Редклиф, потому что понимал её.
Мгновения тянулись долго, и минуты переросли в часы. Гермиона показывала целые истории из собственной памяти, чтобы Фиона успела проверить подлинность всех воспоминаний. В конце концов, потраченные в данный момент часы могли сэкономить дни или даже месяцы прений в будущем.
— Поразительно, — сказала Фиона, когда последнее воспоминание закончилось. — Магия не врёт, но мне всё равно сложно поверить… Подумать только, другие миры…
— Я всё понимаю. Вам нужно время обдумать увиденное и обсудить всё с вашими людьми, — кивнула Гермиона. — Надеюсь, вы не будете против, если я и мои люди останемся в Редклифе, пока ждём вашего решения?
— Да, конечно. Только предупредите старейшину, — согласилась Фиона.
— Хорошо. Мне бы очень хотелось помочь вам, Фиона, — сказала Гермиона.
— Один вопрос, пока вы не ушли, Гермиона… Ваши люди ведь придут сюда в любом случае, верно? — спросила чародейка.
— Думаю да. В Тедасе огромное количество магии, — ответила Гермиона. Несмотря на все проблемы этого мира, неограниченная сила давала волшебникам колоссальные возможности.
— Благодарю. Вы дали мне пищу для размышлений…
***
Гермиона задержалась в Редклифе на целую неделю. За это время она успела стать чем-то вроде местной знаменитости. Беженцы чуть ли не молились на неё, некоторые называли её Андрасте! Подумать только, она всего лишь зачаровала несколько десятков одеял. Да, Гермиона сделала несколько бездонных источников чистой воды (рядом с пресным озером это было довольно просто) и излечила, кого могла, от их болезней. Жрицы первое время смотрели на неё с подозрением и ожидали неприятностей, но потом привыкли к её присутствию и направляли к ней больных. Некоторые вольные маги даже попросили научить их целительству, потому что хотели отблагодарить приютивших их жителей Редклифа. — Миледи! Гермиона и её солдаты жили в волшебной палатке (чтобы быть ближе к вольным магам), но приём пациентов она осуществляла в наспех трансфигурированной хижине на окраине деревни. Откровенная демонстрация магии всё-таки настораживала местных жителей — зачем нервировать их лишний раз? Она чуть не упала со стула, когда один из солдат ворвался внутрь. — Что такое, Самуэль? — спросила она, успокаивая сердце. — Миледи, там на главной площади какая-то чертовщина! Прорыв! — воскликнул Самуэль. Гермиона тут же встала на ноги и достала волшебную палочку. Призмы остались в палатке (хотя Гарри предупреждал её и рекомендовал всегда иметь хотя бы одну под рукой). Она заставила себя сосредоточиться на ситуации, пока Самуэль впопыхах выдавал детали одну за другой, и направилась вниз, в центр Редклифа. Портал окрасил всю деревню в ярко-зелёный цвет. К удивлению Гермионы, на главной площади собралась целая толпа. Никто не бежал. Самое главное: не было демонов. Она нашла у самого портала Фиону и подошла к верховному чародею. — Вы знаете, что происходит? — спросила она. — Боюсь, что нет, — Фиона покачала головой. — Ваша Инквизиция ведь знает, что делать с этими прорывами, Гермиона? Говорят, вы смогли закрыть несколько таких во Внутренних Землях. — Да, но мне нужно забрать призму из палатки, — ответила Гермиона. Она понимала, что Фиона не знала ничего о призмах, но объяснять не было времени. — Сейчас схожу за ними, но сначала надо хотя бы на время прикрыть портал… Аномалия вспыхнула, и перед ней оказался целых отряд воинов в диковинных одеждах. Их возглавлял престарелый мужчина с аккуратной бородкой. Он снял капюшон, обнажив бритую голову и сделал шаг вперёд. — Возрадуйтесь, собратья-маги! Вам больше не придётся защищаться в одиночку, — провозгласил гость. — Я и мои люди сделаем всё, чтобы спасти вас от этих южных варваров-храмовников. — Что здесь делает Тевинтер? — Гермиона услышала вопрос явно ошарашенной Фионы. — Как вы сюда попали? — Чудеса магии, уважаемая леди, не больше не меньше, — улыбнулся гость. — Позвольте представиться, магистр Герион Алексис из Минратоса. Я пришёл на помощь вам, как только смог. — Вы открыли прорыв посреди Редклифа! — возмутилась Фиона. — О, это не проблема, миледи, — магистр нарочито лениво щёлкнул пальцами, и прорыв закрылся, не оставив следа. Способность магистра манипулировать пространством потрясла Гермиону. Она не думала, что местные маги владели столь продвинутым волшебством. Как она не узнала истинный портал? Или магия Алексиса использовала существующие разрывы в завесе как якори? Судя по зелёному цвету его магии, магистр явно использовал Тень и Завесу, но как именно? — Прорывы в завесе представляют угрозу Тедасу, но в Тевинтере мы научились манипулировать ими, в том числе закрывать их. Если позволите, Верховный Чародей, я бы хотел обсудить возможность приютить вас в Империуме, — сказал магистр. — Вы хотите забрать нас в Тевинтер? — спросила Фиона. Гермиона посмотрела на чародейку. Фиона явно пребывала в растерянности. Это было плохо. Гермиона часто спорила с Гарри, но она хотела помочь магам, по-настоящему помочь им. Лелиана и Каллен много рассказали ей об Империуме. Солас поведал об их пристрастии к рабству и магии крови. Как бы хорошо там ни относились к магам, Тевинтер слишком сильно напоминал Гермионе империю, которую в своё время хотел построить Волдеморт. Магистр предлагал магам понятное им решение. Гермиона, напротив, просила их поверить ей на слово. Она показала воспоминания Фионе, но заставить людей поверить в другие миры было сложно даже на Земле. Устраивать экскурсии в магическую Британию ей запрещало законодательство. Только Гарри обладал достаточной личной силой, чтобы игнорировать постановления Совета. Без наглядной демонстрации убедить массы волшебников в правдивости её слов сможет только появление её собственного народа. Она могла открыть портал в один из множества миров, которые Гермиона посетила за свою жизнь, но убедит ли это магов?Даже если они поверят в её возможность путешествовать между мирами, вольные маги могут отказаться следовать за ней и Гарри. Гермиона хотела привлечь их на свою сторону обещаниями равенства и свободы. Какой смысл просто показывать им иные миры? — Разумеется! Империум не принял единого решения по восстанию магов на юге, но партия Венатори, в которой я состою, давно хотела помочь вам. Мы приведём вас в Империум и дадим вам статус граждан, — провозгласил Алексиос. — От вас требуется лишь согласиться, миледи. — Я подумаю, магистр, — решила Фиона и взглянула на Гермиону. — Позвольте вам представить Гермиону Грейнджер, волшебницу и посланника Инквизиции. — Рад встрече, миледи, — Алексиос и бровью не повёл, но его поклон был слишком резким для человека, который искренне рад встрече. — Ах да, миледи, Верховный Чародей — мой сын Феликс. — Взаимно, магистр, — улыбнулась Гермиона и посмотрела на юношу в таком же ярком наряде, что носил Алексиос. — Очень приятно. Когда магистр пригласил её на разговор за чашкой Тевинтерского чая, Гермиона пыталась отказаться, но Алексиос настоял на своём. Он не сделал ничего дурного в Редклифе и проявил себя вежливым волшебником. Венатори поставили шатры на берегу озера, один из них стал временным пристанищем Алексиоса и Феликса. Гермиона удивилась их сожительству, но в конце концов венатори пришли в количестве двух десятков, и расставили всего пять шатров. Они не скрывали своё пренебрежение к жителям Редклифа, хотя лишь четверо из них, не считая Алексиоса, были магами. К Гермионе они относились с безупречной вежливостью. В целом Венатори напоминали Гермионе произвели на неё впечатление воспитанных Пожирателей Смерти. Все они двигались с уверенностью ветеранов. Так двигались самые опытные авроры Совета. Гермиона не знала, справится ли она с двумя десятками профессиональных воинов (в том числе магов), если они решат напасть на неё. Она занималась исследованиями, а не боевой магией. Рон бы точно справился, но он управлял Авроратом и потому остался на Земле до переселения. Солдаты инквизиции, сопровождавшие Гермиону, уступали Венатори во всём: в боевом опыте (все они были новобранцами), вооружении и количестве. Каллен отправил с Гермионой всего четыре человека. Они не ожидали встретить в Редклифе отряд обученных бойцов из Тевинтера. Гермиона пообещала присоединиться к магистру за чаем, но перед этим наведалась в свою палатку и забрала призмы. Она взяла со стола ручное зеркало и вызвала Гарри. — Гермиона? Что такое? — её друг появился в отражении. За его спиной виднелись пыльные каменные стены. — Я в Редклиффе. Мне удалось начать переговоры с вольными магами, но появился магистр из Тевинтера, — сказала она. — Их тут два десятка, Гарри. Мне нужна твоя помощь. — Как? Откуда они здесь? Они напали на деревню? — спросил Гарри. — Пока нет, надеюсь, что не нападут… Но если они прибегнут к насилию, я с ними всеми не справлюсь, — ответила Гермиона. — Понятно, сейчас буду. Покажи комнату, — попросил он. Гермиона кивнула и вышла из отражения. Зеркало померкло и спустя мгновение раздался хлопок. Посреди комнаты стоял Гарри. Его выбор наряда удивил Гермиону, но она промолчала. Если её друг захотел одеться, как один из местных крестьян, то почему бы и нет? — А, прости, я только из Теринфаля, заскочил к Малфою после Орлея, — сказал Гарри и взмахнул рукой. Его потёртые рубаха и штаны тут же превратились в привычные ей брюки, рубашку и плащ. Несмотря на стремление сохранить магию любой ценой Гарри одевался по маггловской моде. — Пойдём на чай к этому магистру Алексиосу.***
Алексиос принял их в своём шатре. Его слуги накрыли неплохой стол в главном шатре и даже приготовили чай. Гарри и Гермиона не спешили расслабляться, даже когда магистр завёл светскую беседу о разных сортах чая. Он чего-то хотел, но чего? Гарри в своё время встречался со множеством политиков и их богатых покровителей. Алексиос производил впечатление нервного новичка, что было просто невозможно. Магистр Тевинтера имел определённую власть в Империуме. Гарри не знал, какую именно, но магистры управляли страной, что бы это ни значило. Новичок не смог бы удержаться на столь важной должности. Значит, Алексиоса что-то беспокоило. Гермиона ввела Гарри в курс дела. Он знал, что Венатори пришли сюда как независимая организация и отрицали связь с официальным руководством Империума. Им никто не поверил, разумеется. Не поверил им и Гарри. Когда отдельные группы стараются избегать внимания, они не посылают высшее руководство государства в другие страны. — Прошу, попробуйте сыр, господа. Говорят, в Ферелдене его любят, — улыбнулся Алексиос и демонстративно отрезал себе тонкий ломтик. Сын магистра замер за спиной отца. На мгновение Гарри представил себя и собственного сына Джеймса на месте этой парочки и едва не рассмеялся в голос. Он старался на благо волшебников и своей семьи в частности, но увы. Джеймс не понимал этого. — Благодарю вас, магистр, — отозвался Гарри и последовал примеру хозяина шатра. Для всех мыслей было своё время и место. В данный момент он предпочёл сосредоточиться на магистре. — Полагаю, в Редклиф вы пришли не только за сыром? — Нет разумеется… Мы с вами здесь по одной и той же причине, — сказал Алексиос и сделал глоток чая. — Вам нужны маги. Мне они тоже нужны. — Я думал, в Тевинтере хватает талантливых чародеев, — Гарри попробовал сыр и едва проглотил его. Слишком кислый для него. — Раз уж речь зашла о них, не стоит ли нам пригласить Фиону? — Разумеется- Грохот снаружи прервал их разговор. Гарри, Гермиона и Алексиос тут же бросились к выходу. Судя по мимолётному замешательству магистра, он не привык к боевым ситуациям. Гарри обратил внимание на прорыв, зависший посреди тевинтерского лагеря. Он уже хотел использовать замок, но из воронки вырвался маг. Его стиль одежды выдавал состоятельного жителя Империума. — У нас сегодня день гостей, — сказал Гарри. — Дориан? — насторожился магистр. — Что ты тут делаешь? — Пришёл остановить твоё безумие, Герион, — отдышавшись, ответил маг. — Феликс, назад в шатёр. — Отец- — Живо, Феликс! — выпалил магистр, и его сын подчинился. Гарри не стал останавливать юношу. В конце концов, Феликс не имел магического дара. Двое тевинтерских магов начали выяснять отношения, но Гарри отвлекла Гермиона. Она кивнула на рунные схемы вокруг шатра магистра. Он ничего не понял, потому что местное письмо, в отличие от разговорной речи, не имело ничего общего с латиницей. Набор черточек и дуг не имел никакого смысла в его глазах. — Что такое? — тихо спросил он. Гермиона не стала бы тратить его время понапрасну. — Темпоральная ловушка, — прошептала Гермиона. Гарри не знал, как она пришла к такому выводу, но доверял лучшей подруге безоговорочно. Если она смогла почувствовать магию рунных схем и узнала их энергию, то сомневаться в её словах означало копать себе могилу. Он кивнул и едва заметным движением пальцев стёр весь контур. Дуновение магии настолько лёгкое, что он даже не замечал его раньше, исчезло. Вот каков был план магистра: запереть сознания Гарри и Гермионы в закольцованном временном потоке. Совет поступал таким образом с самыми опасными преступниками. Их разумы проживали один и тот же момент снова и снова, пока их тела дряхлели. Гарри понял, что ошибся насчёт империума, и слухи южан о Тевинтере не стоили ни гроша. Маги империума могли составить конкуренцию даже лучшим умам Земли. Только удача спасла его и Гермиону от незавидной участи пленников в собственном разуме. Вольные маги тем временем собрались вокруг тевинтерского лагеря, многие схватились за посохи. Закрытие портала привело их в недоумение, но речи новоявленного мага вновь заставили многих насторожиться. Хорошо, что на юге империуму доверяли даже маги. — Кажется, твои жертвы поняли твой замысел, Герион, — усмехнулся маг, названный Дорианом. — Воистину, судьба продолжает испытывать меня. Взять его, — скомандовал Алексиос, и венатори кинулись на Дориана. Тот начал создавать вокруг себя магические и физические барьеры. Гарри собирался вмешаться, но его опередила Фиона. — Прекратите это немедленно! — потребовала она. За её спиной стоял пожилой человек в простом, но качественном дублете. Его окружал десяток гвардейцев с эмблемами Редклифа на доспехах. Должно быть, слухи о гостях с севера наконец добрались до эрла Эамона. Он выглядел на редкость раздражённым. Гарри всё-таки вмешался, потому что венатори проигнорировали верховного чародея и продолжили свою атаку. Они действовали как настоящие профессионалы: один отвлекал мага, второй пытался напасть со спины. Двойки солдат постоянно менялись. Венатори давали себе время отдохнуть, а вот маг постоянно отражал их атаки. Классическая тактика для борьбы с более сильным оппонентом среди авроров. Численное превосходство и грамотная тактика позволяли средним волшебникам побеждать сильных противников. С Гарри такой трюк не пройдёт: он был слишком силён, но мало кто мог эффективно сопротивляться боевой четвёрке авроров. Он поднял руки, и золотое пламя окружило Дориана. Тот немедленно создал сферу щита, но осознав ситуацию, развеял чары. Венатори не решались нападать сквозь магическое пламя. Его жар расплавил песок и почву. — Вас попросили остановиться, — сказал Гарри, глядя на Алексиоса. — Да, верно… Венатори, вернитесь к своим обязанностям, — магистр кивнул тевинтерским соладатам, и те встали стеной между вольными магами и своим предводителем. — Какого демона здесь творится? — потребовал эрл. — Леди Фиона позволила вам остаться в Редклиффе на время переговоров, а не устраивать потасовку в моей деревне. — Я бы тоже хотел знать, почему меня и Гермиону чуть не поймали в темпоральную ловушку, — добавил Гарри. Пламя вокруг Дориана утихло и спустя мгновение исчезло. — Раз вы требуете объяснений, то я с удовольствием их предоставлю. Я здесь не только ради вольных магов, но и по просьбе Серых Стражей. Эти двое, к сожалению, — предвестники и слуги нового Мора, — объяснил Алексиос. — Что?! — потребовала Фиона. — Вы говорите от лица Серых Стражей? — Да, где доказательства, Алексиос? — поддержал её Гарри. — Понимаю, в мои слова поверить непросто. Мне действительно хотелось бы избежать столкновения при ни в чём не повинных людях, сэр Поттер, леди Грейнджер, но вы сами того не ведая привели новый Мор в Тедас, — сказал магистр. Хуже того, его слова отдавали искренним сожалением. —Вы мне не поверите просто так, потому я привёл с собой Серого Стража. Один из солдат Венатори подошёл к Алексиосу. Гарри заметил небольшую эмблему в виде двуглавого грифона на его наплечнике. — Узор на броне ничего не доказывает, — сказал Гарри. Все взоры устремились к нему. Алексиос предусмотрел сбой в собственном плане. Одно дело напасть на тевинтерского магистра, который заявился в Редклиф без видимой на то причины, да ещё и открыл прорыв в Тень. Серый Страж нивелировал вообще всё и давал старому лису неприкосновенность. За то недолгое время, что он провёл в Тедасе, Гарри успел многое узнать о главных героях континента. Безупречная репутация спасителей человечества. Договры, которые позволяли Серым Стражам оперировать в любой части континента… Мерлин, один из Серых Стражей спас Ферелден от последнего Мора. Второй сейчас сидел на престоле в Денериме. Гарри невольно аплодировал Алексиосу. Магистр знал, что делал. Даже замечания Гарри о броне выставили его смутьяном, который пытался всё отрицать. — Я могу доказать свою принадлежность ордену. Чародей Фиона, вы ведь состяли в наших рядах. Мы с вами знаем общий секрет ордена, — сказал венатори. — Вы позволите? Фиона кивнула, и тот подошёл к ней. Венатори снял шлем и нашептал что-то на ухо чародейке. Фиона удивилась и посмотрела на мнимого стража. Венатори вернулся к Алексиосу и надел шлем. — Да… Это действительно Серый Страж, — тихо сказала Фиона, но в общей тишине лагеря её слова прозвучали, словно гром. — Я прнадлежу Орлесианскому корпусу под командованием командора Кларелл. Эти двое разбудили одного из Старых Богов, когда попытались прорваться в Тень, — провозгласил мнимый страж. Гарри приготовился защищаться. — Леди Гермиона помогла моим людям как никто другой со времён последнего Мора, — сказал эрл, которого появление стража, казалось, совсем не беспокоило. — Откуда мы знаем, что ты не очаровал бедолагу магией крови, магистр? Что вообще орлесианский Серый Страж делает в твоей компании? Гермиона покраснела от смущения, и Гарри едва заметно покачал головой. Сейчас он был готов расцеловать свою подругу на людях, даже если потом она его пройдётся по нему чарами и проклятиями. — Эрл Эамон, Серые Стражи защищают в том числе Империум. Мы всегда относились к ним с должным уважением и благодарностью. Орлесианский корпус почуял неладное, и связался с империумом, — ответил Алексиос. — Архон не разделяет моего беспокойства, но я не могу сидеть сложа руки, пока миру угрожает Мор. Эамон едва заметно скривился. Гарри мало знал о нюансах истории Тедаса и его королевств, но кто-то явно надавил на больное место старого дворянина. Вместе с тем, воинственный настрой эрла лишь окреп. Он нахмурился и продолжал сверлить взглядом магистра. — Мы не прорывались в Тень. Все члены Инквизиции готовы это подтвердить, — Гарри поспешил отвергнуть самое опасное из обвинений. — Да! — в толпе оказался один из солдат сопровождения Гермионы. — Сэр Поттер помог нам закрыть прорывы в Хевене! Гарри заметил на себе мимолётное внимание эрла, но Эамон явно считал тевинтерцев главной угрозой Редклифу. — Мне этого достаточно, — решил эрл. — Магистр, убирайся из Редклиффа, пока я не привлёк внимание короля Алистера к твоему присутствию. Алексиос вздохнул и посмотрел на Гарри. В глазах мага читались лютая ненависть и столь же безграничное отчаяние. Опасная смесь. Вспышка зелёного света озарила весь Редклиф. Огромная воронка портала сияла за спиной магистра. Стройные ряды венатори появлялись в зелёном сиянии. — Взять этих двоих! — приказал Алексиос. Хрупкое перемирие рухнуло, и началась настоящая битва. Стража эрла тут же поспешила увести своего господина в безопасное место. Толпа зевак вздулась, словно взбудораженная волна, и хлынула назад в деревню. Давка и крики наполнили улицы Редклифа. Вольные маги ощетинились посохами, но не спешили нападать на венатори. Тевинтерцы всё наступали. По скромным подсчётам Гарри, уже добрые три десятка солдат и как минимум пятёрка магов вышли из портала. Все они окружили Гарри, Гермиону и Дориана, который присоединился к ним во время прений. Гермиона поспешила создать прочный щит вокруг них и постоянно усиливала его. Мечи венатори отскакивали от гудящей белой плёнки, словно детские игрушки. Заклинания развеивались, стоило им приблизиться к защитным чарам. Гарри улыбнулся. Гермиона всегда была посредственным бойцом, но она умела организовывать защиту. — Дорина Павус, очень приятно. Надеюсь, мы переживём этот день и сможем обсудить моего бывшего наставника за бокальчиком вина, — представился маг и в качестве пробы отправил огненный шар в одного из круживших вокруг щита венатори. Стоило пламени пройти сквозь белую плёнку и поразить цель, и воины тут же разбежались в разные стороны, словно стая испуганных стервятников. — В Хевене нет вина, — в тон ему ответил Гарри и наколдовал золотую молнию, которая танцевала от венатори к венатори. Солдаты начали падать замертво. Только маги смогли защититься от его чар. Вольные маги, кажется, для себя что-то решили, глядя на расправу. Огромное количество заклинаний посыпалось на головы венатори, вынуждая их отступить. Алексиос не сдавался и поднимал мёртвых солдат. Нежить пошла в новую атаку, игнорируя ранее смертельные ранения. Дориан распутывал магию, которая анимировала мёртвую плоть, но он работал слишком медленно. Огонь лишь немного вредил умертвиям, так что вольные маги вскоре попятились назад. — Гермиона, брось щит и закрой портал. У меня слишком много вопросов к магистру, — сказал Гарри. — Я займусь нежитью. От местных толку немного. Золотое инферно в буквальном смысле обрушилось на нежить. Душераздирающие крики замученных духов эхом разошлись по всему озеру, а вот живых пламя игнорировало. Такова была воля Гарри: он хотел лишь избавиться от нежити. Магистр и венатори обладали важной информацией о тех, кто устроил их набег на Редклиф. Если старый принцип “обвиняй врагов в собственных грехах” работал в Тедасе, то Алексиос знал что-то о Завесе, Разрыве и даже мнимом или реальном Море. Замок в исполнении Гермионы отрезал тевинтерцам пути к отступлению, а магия Гарри испепелила нежить. Немногие оставшиеся в живых венатори окружили уставшего Алексиоса и готовились дать последний бой. Гарри и Гермиона приложили их всех петрификусом, пока местные маги пребывали в восторге от золотого пламени. — Я пойду найду Феликса, — сказал Дориан. — Зная его отца, он в одной из палаток... — Что-то подсказывает мне, что теперь договориться с магами будет проще, — сказал Гарри, глядя на выражения лиц местных. — У тебя призма при себе? — Конечно, — возмутилась Гермиона, покраснев, — я всегда ношу их с собой. — Захватила перед тем, как вызвать меня, да? — Гарри позволил себе расслабиться и улыбнуться. Гермиона покраснела ещё сильнее прежнего и без лишних слов заточила прорыв в призме. — Магистр знал, как закрывать такие прорывы, — сказала она вместо ответа на вопрос Гарри. — Надо узнать, как именно он это делал. Если смог он, сможем и мы. — Как скажешь, — Гарри улыбнулся чуть шире.
