Наруто: Джинчурики Шести Путей...

Тишина царила в спокойной части Леса Смерти, в данный момент не заселенной ни естественными, а в некоторых случаях и неестественными обитателями леса, ни молодыми ниндзя, сражающимися за свою жизнь и надежду на продвижение. Ощущение тишины не нарушилось, когда сквозь деревья пронеслись шесть фигур, их точные движения не издавали ни звука, когда они продирались сквозь ветви к сердцу леса. Команды Семь и Десять двигались как размытые, прыгая вдоль массивных деревьев. Наруто и Чоуджи шли в хвосте группы, акимичи держал связанных Заку и Кина на плечах, как мешки с картошкой, а блондин нес лидера Звукового трио. В качестве дополнительной меры предосторожности он наложил на трех звуковых шиноби печати, сдерживающие чакру, а также заткнул воздушные отверстия Заку метками-печатями и снял перчатку Досу, которая теперь лежала в подсумке. Когда они пробирались сквозь тени деревьев, уверенные, что три замаскированных клона, которых Наруто послал на разведку, предупредят их о любой опасности, которая может подстерегать их, Сакура с тревогой посмотрела на Саске, который шел впереди нее в центре группы, и ее мысли вернулись к разговору, который состоялся после того, как они объяснили Наруто, что произошло после его неожиданной и нежеланной поездки. (Флэшбэк) Наруто нахмурился, скрестив руки на груди и сжав рот в тонкую линию, он внимательно изучал метку, которая теперь покоилась у основания шеи Сасукэ. Ино и Сакура обеспокоенно смотрели, как блондин оценивает ущерб, и наконец он отступил назад и пожал плечами. «Нет, извините. Я не могу разобраться в этой штуке». сказал он наконец. По их реакции было понятно, что это не то, что они ожидали услышать. Сасукэ, как всегда, никак не отреагировал, только прикрыл печать под высоким воротником, Шикамару и Сакура вздохнули, Чоуджи продолжал хрустеть картофельными чипсами (стрессовая ситуация!), а Ино выглядела раздражённой. «Ну и дела. А я-то думала, что ты хоть раз понимаешь, о чем говоришь». Яманака прикрыла лицо рукой, заставив блондинку оскалиться. «Эй, что это значит?» Ино положила руки на бедра. «Именно так это и звучало. Поскольку ты единственный, кто здесь изучает эти вещи, я подумала, что ты сможешь… ну, знаешь, сделать что-нибудь с этим». Глаз Наруто дернулся, и он наклонился к ней. «Ты хоть представляешь, насколько сложны дзюцу запечатывания?» спросил Джинчурики. «Это не ниндзюцу, где достаточно сделать несколько ручных печатей и направить чакру; это скорее целый язык, где один неверный символ или строчка, написанная не на своем месте, может привести к катастрофическим последствиям! Символы могут слиться воедино и ничего не значить, пока вы не увидите всю картину целиком, линии, которые, казалось бы, не имеют реального места, могут сделать или разрушить любую печать. Одно неверное движение, один символ не на своем месте, одна смазанная линия — и вся печать может разлететься у вас перед глазами. Это больше, чем просто научиться рисовать несколько символов и загогулин. Речь идет о создании письменного языка, использующего символы и линии силы, чтобы направить поток вашей чакры для создания очень специфического эффекта. Это чертовски сложнее, чем сплести несколько ручных печатей! А я начал изучать его всего два месяца назад!» Ино подняла руки вверх в успокаивающем жесте. «Ладно, ладно, я поняла, я просила слишком многого. Простите, я просто немного расстроена из-за всего этого. Вот мы в центре нашей деревни, проходим эти и без того сумасшедшие экзамены, конечно, мы в этом жутком лесу, но все же наша деревня! И мы натыкаемся на беспорядок, оставленный Орочимару!» Наруто вздохнул. «Но я понимаю, о чем ты. Это еще одна причина, по которой мы должны добраться до башни как можно быстрее. Ведь мы почти не знаем, что эта штука делает!» Наруто потер затылок. «Ну, я же не сказал, что не имею ни малейшего представления о том, что это такое». По правде говоря, он быстро догадался, с чем они имеют дело, исходя из рассказа о пробуждении Сасукэ и напутственных слов Орочимару. Правда, выводы, к которым он пришел, ему не понравились. Сасукэ повернулся к нему, и Сакура моргнула. «Что? Но ты же только что сказал…» начала розововолосая куноичи. «Я сказал, что не могу прочитать печать, просто взглянув на нее, и ничего с ней сделать. Я еще не достиг этого уровня. Но я довольно хорошо представляю, что она должна делать…» «Ну не держите нас в напряжении, расскажите уже!» сказала Ино. «Хорошо, хорошо. Но тебе это понравится не больше, чем мне». Наруто ответил. «Судя по звуку, это какая-то проклятая печать». «Проклятая печать? Да уж, звучит хлопотно». Шикамару нахмурился. «Да, это один из вариантов». Наруто скрестил руки и напустил на себя строгий и сосредоточенный вид, чем немало удивил членов Команды 10. «Как я уже говорил, проклятые печати слишком сложны, чтобы я мог в них вникнуть, поэтому я лишь поверхностно ознакомился с ними, но Проклятая Печать — это тип дзюцу, используемый для контроля над людьми». Сакура, Ино и Чоуджи встревоженно переглянулись, а глаза Сасукэ и Шикамару сузились. «В основном они наказывают жертву, если она не делает того, что хочет пользователь, например, заставляют ее чувствовать себя как в огне или парализуют ее. Это может быть по команде или автоматически, в зависимости от печати. Некоторые из них могут и вознаградить вас, если вы делаете то, что вам говорят». «Принуждаю тебя выполнять приказы». Шикамару сказал, что Сасукэ подсознательно потянулся к печати. Наследник Учиха был совершенно уверен, что Наруто попал в точку. Он не говорил об этом остальным, потому что не любил, когда его опекают или жалеют, но он уже испытал боль, которую тот описал. Пока они искали Наруто, он наткнулся на куноичи, попавшую в беду. Не желая оставлять на верную смерть того, кто не был врагом или, по крайней мере, не был им в данный момент, и надеясь, что у нее есть свиток, он быстро решил вмешаться. Он, конечно, спас ее, но в процессе обнаружил, что все, что выходит за рамки базового тайдзюцу, заставляет печать снова пытаться захватить его… и это было чертовски больно, когда он сопротивлялся ее влиянию. Наруто кивнул. «Именно так. И, как я слышал, некоторые из них могут даже запретить тебе делать определенные вещи. Конечно, этот случай немного другой». Он посмотрел на Сасукэ: его Риннеган активировался за очками и сфокусировался на ядовито-фиолетовой ауре чакры Орочимару, которая теперь прилипла к шее Сасукэ. «Если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что эта штука предназначена для того, чтобы извращать пользователя, пока он не превратится в того, кого Орочимару хотел бы видеть в качестве приспешника». Когда вся группа явно обеспокоилась его теорией, он продолжил: «Возможно, именно поэтому она сделала тебя сильнее. Знаете, как говорится, у всего есть своя цена. Это может дать тебе невероятную чакру, но пока ты ее используешь, она превращает тебя в такого же садиста, как он. Это единственная причина, по которой он хочет сделать тебя сильнее: чтобы соблазнить тебя использовать его, зная, что он с тобой сделает. К тому же он, вероятно, вызывает привыкание, как наркотик: чем больше ты его употребляешь, тем больше хочешь его употреблять… пока в конце концов эффект не станет постоянным». Сасукэ нахмурился при мысли о том, что с ним могут сделать, а Сакура прикрыла рот рукой и с тревогой посмотрела на него, чувствуя свое бессилие. Шикамару тем временем уставился в землю и подпер рукой подбородок, погрузившись в глубокую задумчивость, в которой мало кто видел обычно ленивого Нара, а его удивительно острый ум обдумывал гипотезу Наруто. Он быстро счел ее вероятной и дополнил. Сейчас было не время халтурить, товарищ попал в серьезную беду. «Не только это, но и то, что если предположение Наруто верно, то, скорее всего, в этот момент у него будет какой-то способ контролировать его». Он отметил. «В конце концов, такие люди, как Орочимару, не очень-то заслуживают доверия. Если эта печать сделает тебя похожим на него, он наверняка захочет найти способ убедиться, что ты не отвернешься от него в будущем». «Да, давать людям власть в обмен на их свободу. Похоже, это как раз в его духе…» размышлял Наруто. После напряженного молчания блондин махнул рукой, возвращаясь к своей обычной жизнерадостности. «Но не волнуйтесь. Какаши-сенсей наверняка сможет что-нибудь с этим сделать. Если нет, то Джирайя из Саннинов в городе. Уверен, он поможет, ведь эту штуку сделал его старый товарищ по команде». Ино задохнулась. «Что? Мастер Джирайя здесь?! Сейчас?! Он уже много лет не появлялся в деревне!» Наруто заложил руки за голову и широко ухмыльнулся. «Ага! Судя по тому, что я знаю, ему не составит труда справиться с ней или хотя бы подавить, даже если наш сенсей не сможет». Повернувшись к Сасукэ, он добавил. «С тобой все будет в порядке, если только ты не используешь эту печать». «За кого ты меня принимаешь?» ответил Сасукэ. Однако он подумал: «Легче сказать, чем сделать». Если бы была альтернатива, он бы принял её, но если они не смогут подавить её влияние или со временем у него не выработается толерантность… он сомневался, что у него вообще будет возможность сосредоточиться на тайдзюцу, как у Рока Ли, если даже чакра, необходимая для активации Шарингана, вызовет её. Он был уверен, что справится с экзаменом, если не окажется против кого-нибудь вроде Гаары, Рока Ли или кого-нибудь другого такого же уровня, но после этого… и если он когда-нибудь соберется идти за Итачи… Вспомнив, какую мучительную боль причиняло сопротивление печати, он понял, что если дело дойдет до этого, ему придется выбирать: либо пытаться контролировать эту печать, либо отказаться от карьеры шиноби вместе с целью отомстить за свой клан. Наступила пауза, и Наруто повернулся к членам Команды 10: «Кстати, какой у вас свиток?» Шикамару поднял бровь. «Почему? У тебя есть запасной вариант?» «Так получилось, что да!» Наруто усмехнулся, потянулся в сумку и достал два свитка Земли, к их удивлению. «Это… не может быть! Неужели ты в одиночку справился с целой командой?» спросила Ино. Наруто отложил один свиток и свободной рукой потёр затылок. «Вообще-то два, но со вторым мне, возможно, помогли. Я столкнулся с Кабуто, когда искал вас, помните его? Он помог мне немного, но ему пришлось вернуться к своей команде». 'Черт… неужели даже Наруто настолько усовершенствовался? Что мы вообще здесь делаем? Шикамару подумал про себя и вздохнул: «Нам нужен Свиток Земли, а у этих троих, — он указал жестом на троицу звуковых ниндзя, — он был с собой. Так что если у вас есть все необходимое, мы можем уходить отсюда». «Они должны были просто пропустить нас с тем, с чем пришлось столкнуться вам, но у меня такое чувство, что они собираются быть приверженцами этого». Наруто лишь шире ухмыльнулся в ответ и достал Небесный свиток. «Никаких проблем, тогда все готово!» Вскоре после этого обе команды разделились, чтобы собрать те немногие вещи, которые они положили в свое убежище. Как только Наруто наложил печати на пленников, чтобы гарантировать, что они будут бессильны, даже если проснутся, и его команда отделилась от команды 10, Наруто повернулся к своим товарищам, вновь приняв торжественное выражение лица. «Ребята». сказал он, привлекая их внимание. «Есть кое-что, о чем я не говорил, потому что не хотел волновать остальных». Видя, что они оба уделяют ему все свое внимание, он продолжил: «Она испускает чакру Орочимару». «И что ты хочешь этим сказать?» спросил Сасукэ, не впечатленный откровением. Казалось бы, вывод должен быть очевиден. «Я хочу сказать, что это ненормально». ответил Наруто. «Обычно, когда ставишь печать на кого-то другого, она перехватывает его чакру. Таким образом, у него не только есть топливо для продолжения работы, но и кто-то с такими глазами, как у нас, или сенсором, не сможет его обнаружить. Не говоря уже о том, что, если он будет постоянно сжигать то, что в него вложил создатель, у него в конце концов закончится энергия. Может, там и останется след чакры создателя, но это все… а в этой штуке чакра не просто есть, она активна… она как будто… преобразует твою чакру в чакру Орочимару». Оба его товарища по команде потрясённо переглянулись. Он окинул их взглядом. «Не знаю, что это значит, но мне это не нравится». «Тч.» Сасукэ насмешливо хмыкнул в ответ. «Как, по-твоему, я себя чувствую? Я тот, кому придется жить с этой штукой». Выражение лица Наруто сменилось на нейтральное, после чего он добавил. «В любом случае, я решил, что ты должен знать». (конец флэшбэка) Сасукэ… чего добивается Орочимару? Что ему нужно от тебя? Сакура не знала, что ждет их впереди: экзамены или даже деревня, где действует Орочимару. Оставалось только надеяться, что они смогут пережить эту бурю. Как оказалось, отправлять клонов вперед было правильным решением. В полукилометре от башни они наткнулись на группу шиноби, затаившихся в засаде, чтобы устроить засаду на какую-нибудь неудачливую группу, идущую к финишу. Сделав небольшой крюк, чтобы обойти это препятствие, они наконец добрались до башни в самом сердце леса. Трио звуковых ниндзя за это время так и не проснулось и не подавало признаков беспокойства. К несчастью для них, проснувшись, они, скорее всего, окажутся в камере, хотя вряд ли они знали что-то важное о планах змеи. Вместе они шагнули в первую попавшуюся дверь и вошли в башню. Оглядевшись по сторонам и прислонив генина к колонне в центре входа, они не увидели и не услышали никаких признаков присутствия другого человека — ни генина, ни проктора, — так как их собственные шаги эхом разносились по всему помещению. Сама комната была почти полностью пуста, выделялись лишь лестница и табличка на дальней стене. Здесь не было никого, кто мог бы принять их свитки или, что еще важнее, сообщить о событиях в лесу. «Черт побери. Неужели никто не слышал о приеме здесь?» Ино огляделась по сторонам. В поисках хоть какого-нибудь указателя, куда идти, Сакура ненадолго задержала взгляд на табличке. Уловив что-то знакомое, ее взгляд остановился на слове «рай». «Эй, ребята, посмотрите сюда». Она быстро просканировала слова, привлекая их внимание. «Здесь написано что-то о небе и земле». Она закончила читать и нахмурилась. «Но некоторые символы пропущены, и я не могу понять, что она хочет сказать. Она обернулась. «В любом случае, я думаю, что это говорит нам о том, что нужно открыть свитки». «Логично». Шикамару задумался. «И не похоже, что у нас есть много других вариантов». Наруто протянул Сакуре свиток, Сасукэ стоял достаточно близко, чтобы хорошо видеть, а остальные держались на расстоянии нескольких футов. Наруто и Сакура сразу же распутали печати, открыв два кандзи, каждое из которых находилось в центре круга миниатюрных иероглифов в каждом свитке. По отдельности они были неполными, но вместе они гласили… «Человек?» Сакура нахмурилась. Тем временем глаза Наруто расширились, когда он узнал в мелких символах формулу запечатывания, которая должна была активироваться в момент открытия свитков. Точнее… «Сакура! Это круги вызова! Бросай их! СЕЙЧАС!» Двое генинов бросили свитки через всю комнату, и дым от них поплыл по воздуху, заставив членов обеих команд напрячься, приготовившись к любому испытанию, которое может возникнуть при извержении пергамента. Облако заслонило то, что было призвано печатями, но через мгновение стала видна фигура, которая начала рассеиваться. Генины слегка расслабились, опустив оборонительную позицию, в которую они встали, когда поняли, что узнали того, кто пришел через свиток. «Подожди, ты…» начал Наруто, а потом усмехнулся. «Давно не виделись, Ирука-сенсей». «Можешь повторить это еще раз». Ирука, к облегчению генина, полностью вышел из дыма. «Тебе действительно стоит заходить почаще, знаешь ли?» Наруто хихикнул, потирая затылок. По правде говоря, он чувствовал себя немного виноватым. Но последние несколько месяцев были такими сумасшедшими, и он был так сосредоточен на тренировках и изучении своего клана, что не нашел времени навестить брата. В следующий раз, когда они пойдут к Ичираку, он должен будет навестить именно его. «Да, ну что я могу сказать? В последнее время я был немного занят». «Я вижу. Так что мешало тебе пройти пять кварталов по улице?» легкомысленно спросил Ирука. «О, — пожал плечами Наруто, перечисляя события на пальцах, и начал рассказывать о последних нескольких месяцах. «Меня просто избили на тренировках до такой степени, что я еле тащусь домой, меня преследует через всю деревню эта сумасшедшая женщина-змея, я узнал о своей давно потерянной семье, спас страну…» Он усмехнулся и наклонил голову, когда закончил, а затем шутливо добавил: «Ты не знаешь ничего особенного». Ирука вскинул бровь, потом закрыл глаза и усмехнулся. Он не сомневался, что блондин говорит правду, ведь до него доходили слухи о его подвигах в Стране Волн, не говоря уже о словесной порке, которой подвергся его сенсей за то, что не обучил их должным образом до этого приключения, хотя встреча с Анко стала для него сюрпризом. Ино, слышавшая кое-что из этого, не удивилась, а вот Шикамару недоверчиво смотрел на происходящее, по его лицу стекали бисеринки пота. «Он серьезно?» Нара спросил Ино. «О да». ответила она. «А как же тренировки?» — спросил он, повернувшись к Сакуре и Сасукэ, и лишь вскинул бровь, глядя на них. В то время как Сасукэ, казалось, ничуть не беспокоили разговоры вокруг него, розововолосая куноичи рядом с ним застыла, дрожа всем телом, словно попав в Страну Снегов. Ее глаза расширились до размеров блюдец, радужки и зрачки отсутствовали в сплошных белых глазах, а из горла вырывались тихие придушенные крики, когда в голове проносились одно за другим полные ужаса видения. (Флэшбэк) Сакура и Хаку снова стояли перед бушующей рекой в глубине леса, окружающего деревню. На краю их поля зрения вода превратилась в белые пороги, которые пенились и журчали, несясь к водопаду, слышимому вдалеке. Вместо страха и опасений, которые она проявила ранее, столкнувшись с перспективой плыть против течения для тренировок, куноичи выглядела смущенной этим выбором. «Хаку…» начала она. «Разве ты не говорил, что мы идем дальше? Почему мы снова здесь?» Она испытала огромное облегчение, когда он сказал ей, что не собирается больше заставлять ее плавать в реке, хотя это длилось всего секунду, прежде чем она задалась вопросом, через что именно он собирается провести ее дальше. Повернувшись лицом к Сакуре, Хаку выглядел извиняющимся, и этого было достаточно, чтобы по ее позвоночнику пробежал холодок страха. «Да, это так. Мы переходим к следующему этапу твоего обучения». Он достал свиток и положил его на землю. Сакура почувствовала, как в груди зашевелилось предчувствие, когда он развернул свиток, открыв печать хранилища. Ее тело напряглось, и она громко застонала, когда он сделал знак рукой, после чего свиток исчез под струей дыма. Вслед за ним появилось нечто, подтвердившее опасения девушки. Она отступила на шаг назад, глаза ее расширились от ужаса, а рот приоткрылся, и она скрестила руки на груди, чтобы защититься от ужаса. Четыре утяжеленных браслета, каждый с надписью «20 фунтов». Подняв один из них, Хаку сказал: «Отныне тебе придется носить их во время плавания». «ГАХ». задушенно ответила Сакура. «Так, слушайте, сопляки». сказал Забуза, глядя на генинов Седьмой команды вместе с Хаку и Какаши с края поляны. Сакура с нетерпением ждала этого дня. Снова наступило время совместной тренировки, чтобы отработать командную работу. Хотя обычно это было бы приятной передышкой от большинства тренировок Хаку, сейчас была очередь Забузы руководить. Каждый шаг по дороге сюда отягощал ее ноги оковами тревоги, и она могла только представить, какой новый кошмар он им устроит. «Наслышавшись о тренировках с колокольчиками, которые так любят в деревне, я решил применить их в качестве основного упражнения». Он начал, и Сакура ненадолго затеплила надежду, что, может быть, это будет не хуже, чем второй выпускной экзамен или любое из гораздо более разумных испытаний Какаши… Она должна была уже давно понять, что ей лучше. «Вы должны относиться к этому как к настоящей миссии. Это значит, что ты можешь использовать практически все, что захочешь. В том числе и додзюцу, но…» Забуза сказал, глядя на Наруто. «Никакой гравитационной ерунды. Это слишком упростит задачу». «Проклятье!» Наруто выругался, но жаловаться не собирался. К тому же, он был прав. «На этот раз вам нужно достать только один колокольчик». заявил Забуза, доставая из кармана колокольчик, хотя на конце его цепочки был крючок. «Все, что тебе нужно сделать, — это достать его и не выпускать из рук, пока будешь убегать». Наруто и Сакура выглядели озадаченными, а глаза Сасукэ сузились. «Куда мы пытаемся сбежать?» спросил Наруто. «Или нам придется потерять тебя после того, как мы заберем колокольчик?» добавила Сакура. «Неправильные вопросы, сопляки». Забуза ответил, и Сакура вновь ощутила чувство ужаса, когда его лицо исказилось, и стало ясно, что под бинтами скрывается садистская ухмылка. «Вы должны спрашивать «откуда?». Он бросил колокольчик своему ученику, и тот поймал его. Трое генинов сразу поняли, что сейчас произойдет, и напряглись, когда он прикрепил колокольчик к своему защитному щитку на лбу, осторожно продевая крючок в ткань. Улыбнувшись троице, Хаку сделал знак рукой, который Сасукэ хорошо узнал. «Секретное дзютсу: Кристальные ледяные зеркала!» Внезапно вода поднялась из близлежащего озера, образовав первый слой купола из ледяных зеркал, который образовал идеальный круг вокруг троицы. Сакура почувствовала, как температура вокруг них понизилась: зеркала поглощали тепло из окружающего воздуха, но ничуть не нагревались. Через несколько мгновений купол был завершен, запечатав их внутри. Сакура с ужасом наблюдала за тем, как Хаку отступил на шаг назад, превращаясь в зеркало. Через несколько мгновений его изображение появилось на каждом зеркале купола: он достал сенбон и положил его между пальцами обеих рук, скрестив руки на груди. Трое генинов встали в строй, каждый смотрел в разные стороны, готовый к тому, что первая атака может прийти откуда угодно. Наруто и Сасукэ ухмылялись, предвкушая вызов и возможность помериться силами с техникой, которая едва не победила их раньше, но Сакура была явно не столь воодушевлена… То есть она была в ужасе. Она слегка вздрогнула, вспомнив, как выглядели Наруто и Сасукэ в последний раз, когда столкнулись с этим дзюцу. Ее глаза превратились в большие белые круги, когда она держала перед собой кунай. «И…» начал Забуза, подняв руку. «Начинай!» «Хаку…» начала Сакура, закрыв глаза и сжав кулаки перед грудью. Она дрожала, но то ли от возмущения, то ли от страха, сказать было нельзя. Скорее всего, от чего-то одного. Ты многого от меня требуешь с тех пор, как мы начали этот кошмар, который ты называешь «обучением»… Не стану врать и говорить, что не жаловался, но в конце концов я справился. Но…» Внезапно возмущение взяло верх над ужасом, и она бросила яростный взгляд на стоящего рядом с ней ледяного человека, который поднял руки в успокаивающем жесте, когда она указала левой рукой на стену утеса перед собой. Ну, теперь это уже нельзя было назвать «стеной утеса». Более точным термином для нее было бы «смертельная ловушка». «НЕ КАЖЕТСЯ ЛИ ВАМ, ЧТО ЭТО УЖЕ СЛИШКОМ!» Скальная стена перед ней, поверхность которой была слишком неровной, чтобы пытаться взбежать по ней целиком, была превращена в вертикальную полосу препятствий. В стену скалы были встроены всевозможные ловушки — от проволочных сетей, пересекающих камень, до прозрачных гнезд кунаев. Несколько ловушек для камнепадов и, похоже, небольшой лес из побегов бамбука, который, несомненно, таил в себе множество других опасностей. Сакура была уверена, что на каждую ловушку, которую она могла видеть, приходилась как минимум одна, которую она не могла заметить. Как будто этого было недостаточно, цель этой полосы препятствий заключалась в том, чтобы сделать ее амбидекстром. В течение последнего месяца он заставлял ее тренироваться со связанной за спиной правой рукой… Это означало, что ей придется пройти через все это «испытание» одной рукой, правая была зафиксирована веревками, обвязанными вокруг обоих плеч и дважды вокруг талии. Не выдержав бури гнева розоволосой девушки, Хаку поднял руки вверх в успокаивающем жесте и ободряюще улыбнулся, закрыв глаза. «Я понимаю, к чему ты клонишь, и ты права, это может показаться немного… экстремальным… но посмотри на это с другой стороны. Я могу гарантировать, что это самое худшее, через что я тебя пропущу, и когда ты пройдешь через это, дальше все пойдет как по маслу». «О да, это так утешительно». Сакура ответила сквозь скрежет зубовный. Его энтузиазм испарился, как лужа в пустыне, и Хаку бросил на нее взгляд, который ясно давал понять, что он тоже не в восторге от этого испытания. «Послушай, Сакура. Это Забуза-сенсей придумал это испытание. Если я позволю тебе надеть юбку и он узнает об этом, а я не должен ему говорить, ты знаешь, что он это сделает, как ты думаешь, что он сделает?» Сакура на мгновение замерла, не в силах удержаться от того, чтобы не представить, в какой ад ее отправит Забуза, если она откажется, и, казалось, сдулась, сжавшись в комок и задрожав. Хаку снова сделал ободряющее лицо, положил руку ей на плечо и сказал: «Не волнуйся. Ты справилась со всем, что мы на тебя обрушили. Уверен, что и это будет не хуже». Сакура просто смотрела на него, явно ничуть не успокоенная его словами. «И я буду здесь, чтобы подхватить тебя, если ты упадешь». Она все еще смотрела на него. «Если ты готова, то нам пора начинать». Сакура хмыкнула и снова посмотрела на скалу. Сакура вскарабкалась по голой поверхности на вершину скалы, до которой оставалось менее ста метров. Ее тело было испещрено мелкими порезами от сенбона, а зажатая рука уже давно начала гореть, но она все равно смотрела на него с надеждой и предвкушением, что конец близок. В этот момент ее отточенные уши уловили звук взводимого курка. Она посмотрела вниз как раз вовремя, чтобы увидеть шквал кунаев, летящих по воздуху в ее сторону. Сконцентрировав чакру в руке и выпустив ее в нужный момент, она взмыла на десятки метров вверх и благополучно ушла с пути кинжалов. Наступила короткая передышка, и она смогла вздохнуть с облегчением. Облегчение длилось всего две секунды, после чего из камня вырвались три бамбуковые палки, одна из которых ударила ее в грудину, а две — в живот, подбросив в воздух, а весь воздух вышел из легких с хрипом и бульканьем. Паря в воздухе, она сделала единственное, что могла, когда вновь обрела способность дышать. Она закричала. Сакура едва успела увернуться, почувствовав, как воздух пронесся над ее головой, когда над ней взметнулся меч Забузы. Однако бывший туманный ниндзя предугадал ее движение и ударил ногой в грудь, отправив ее в полет к дереву с такой силой, что кора разлетелась вдребезги, оставив трещину в светлой поверхности под ней. Прежде чем он успел воспользоваться своим преимуществом, его внезапно послала невидимая сила, которая пронесла его сквозь кроны деревьев и скрыла из виду. Куноичи повернулась, чтобы поблагодарить Наруто, но замерла, когда меч Забузы пролетел по воздуху в нескольких сантиметрах от ее лица, оставив ее дрожащей, с растрепанными волосами. Сакура бежала так быстро, как только могла, оглядываясь через плечо и пикируя на землю, когда меч Забузы пронесся по воздуху там, где мгновение назад была ее талия, а нога в сандалии врезалась ей в спину с такой силой, что по земле пошли трещины, похожие на паутину. Сакура в панике закричала, когда валуны понеслись на нее, преодолевая проволочное поле. Сакура вскрикнула, недоумевая, как она попала в такую переделку. Сакура перепрыгивала с одного бамбукового побега на другой так быстро, как только могли выдержать ее руки и ноги, а кунаи и сенбоны сыпались на нее со всех сторон. Сакура упала на землю, почувствовав боль в голени. Посмотрев на ногу, она обнаружила два сенбона, которые попали в точки давления и парализовали сухожилия. Она подняла голову, чтобы увидеть волну сенбонов, несущуюся к ней. Все, что она могла сделать, — это поднять руку и закричать. (конец флэшбэка) Сакура опустилась на пол и свернулась в клубок, прижав колени к груди, а над ее головой нависло мрачное облако. Они едва могли разглядеть верхнюю половину ее лица: кожа приобрела голубой оттенок, а глаза говорили о невыразимом отчаянии. «Я не хочу об этом говорить…» «Э-э… точно». Шикамару приподнял бровь, по его лицу скатилась струйка пота. Он бросил взгляд на Ино и Чоуджи и как можно тише сказал. «Напомните мне, чтобы я вмешался, если Асума-сенсей попытается взять пример с их учителя». Его товарищи по команде кивнули, не сводя глаз с Сакуры. «Итак…» начал Ирука, обшаривая глазами комнату и слегка сузив глаза на троицу связанных генинов. Что-то не так, это было ясно даже большинству студентов академии. «Я не осуждаю вас, но удивлен, что вы пришли сюда вместе. Редко можно увидеть команды генинов, помогающих друг другу или, по крайней мере, так открыто. Могу ли я спросить, что привело к этой команде?» Наруто внезапно стал серьезным, исчезли все следы легкомыслия. Ирука не смог удержаться от того, чтобы не расширить глаза от того, как быстро изменилось выражение лица Наруто. Хотя он не мог видеть его глаз, выражение лица мальчика напомнило ему, как блондин расправился с Мизуки. Казалось, он сильно повзрослел с тех пор, как он видел его в последний раз. «Да, у нас возникли проблемы. Послушайте, Ирука-сенсей, мне нужно, чтобы вы вызвали Хокаге». «Лорд Хокаге? Почему?» Зная, что в округе никого нет после того, как он прочесал ее своим Риннеганом, блондин ответил: «Потому что Орочимару в деревне». Глаза Ируки расширились от шока. «О-Орочимару?! Наруто, ты серьезно? Ты хочешь сказать, что видел его?» Он знал, что не станет шутить с подобным, но то, что Орочимару лично проник в деревню… Не говоря уже о том, что его разум быстро сообразил, что если они сочли нужным привести туда тех звучных генинов, то велика вероятность, что Ото был связан с ними. Наруто повернулся к Сасукэ и беззвучно дёрнул головой в сторону Ируки, подавая знак своему товарищу по команде. Наследник Учиха недовольно хмыкнул, но подчинился: шагнул вперед и оттянул воротник, отчего лицо Ируки вновь приобрело шоковое выражение, а дыхание перехватило, когда он узнал печать на шее. Это… знак проклятия! Выражение его лица стало мрачным, а глаза просканировали группу. «Если вы имели дело с ним и его приспешниками, значит, вы хорошо сделали, что оказались здесь». Затем он перевел взгляд на троицу звучных генинов. «Я так понимаю, они его подчиненные?» Получив кивок в ответ, он продолжил. «Хорошая работа». Затем он повернулся и жестом приказал им следовать за собой. «Идите и возьмите их с собой, здесь есть закрытые проходы, которые мы можем использовать, чтобы другие генины нас не увидели. Как только мы вас устроим, я сообщу Лорду Хокаге и соответствующим людям». Хирузен Сарутоби шел по пустынным залам башни со сцепленными за спиной руками, Анко Митараши слегка отставала от него, пока они добирались до места, где ждали недавние жертвы одного из самых известных предателей деревни. Несмотря на расслабленную позу, мысли Анко Митараши неслись вскачь, когда он обдумывал все возможные цели своего бывшего ученика, не говоря уже о последствиях его встречи с той самой командой. Хотя ему почти ничего не рассказали о событиях, связанных со злополучным путешествием Команды 7 через Лес Смерти, то, что он знал, открыло в его нутре глубокую яму, которая подсказала ему, что самый последний секрет Наруто, который он надеялся сохранить в тайне от всех, В том числе и от совета, поскольку некоторые фигуры, такие как Данзо и Хиаши, чей клан, скорее всего, хотел бы привлечь линию Наруто к ветви своей семьи, чтобы сохранить свое ревностно охраняемое положение обладателя самого мощного додзюцу в деревне, были раскрыты одному из тех, кого он совершенно не хотел об этом слышать. И это еще не считая причин, по которым Орочимару оказался в деревне. В конце концов, вряд ли он вернулся бы только ради одной линии крови, как бы ни жаждал ее способностей. «Господин». Голос Анко вывел Бога шиноби из задумчивости, и он полуобернулся, чтобы посмотреть на нее краем глаза. «Я рада, что ребятам удалось справиться с тремя его головорезами… Что мы будем с ними делать?» спросила она. «Вряд ли они что-то знают, а с учетом предупреждения Орочимару…» Хокаге вздохнул. «… Не думаю, что это имеет значение, так или иначе». Анко нахмурилась. «Думаешь, он блефовал?» «Я думаю, он попытался бы выполнить свою угрозу независимо от того, что мы сделали». Третий торжественно поправил ее. Вскоре после этого обмена мнениями они достигли места назначения. Хирузен распахнул дверь, при этом звук привлек внимание всех присутствующих в комнате, кроме одного. В большой круглой комнате были разбросаны члены Команды 7, Какаши, прибывший после известия о неприятностях, связанных с его учениками, и генины Команды 10, а Сасукэ сидел без рубашки на полу в самом центре комнаты. Позади него на коленях стоял единственный, чей взгляд не был обращен на звук: Джирайя, занятый изучением очень знакомой метки, украшавшей шею Сасукэ. Анко при виде этого едва удержалась от того, чтобы сочувственно не потянуться к идентичной отметине на собственной шее. «Что вы нашли?» спросил Хирузен, входя в комнату. Не отрывая взгляда от метки, Джирайя ответил: «Это определенно отвратительная работа. На первый взгляд, он выглядит примерно так же, как и тот, что я видел в первый раз, но он немного более продвинутый… неудивительно, ведь это было около десяти лет назад…» «Ну, мудрец, ты можешь его убрать или как?» спросил Наруто. Ино бросила взгляд на блондина. «Наруто, ты разговариваешь с одним из величайших шиноби в истории Конохи! Прояви уважение!» Джирайя наконец поднял глаза от печати Сасукэ и бросил на девушку благодарный взгляд. Он поднял руку в начале выразительного жеста и открыл рот, чтобы заговорить, но не успел он поблагодарить ее и начать рассказывать о своих достоинствах, как его безжалостно оборвала Сакура. «Нет, Наруто прав. Может, он и супер-ниндзя, но он еще и гигантский извращенец. Первый раз, когда я его увидел, он подглядывал за горячими источниками». Все, что он собирался сказать, замерло в его горле, и он издал напряженный, захлебывающийся звук, когда его глаза обратились к розововолосой девушке, его рот был открыт, чтобы произнести слова, в то время как его рука осталась висеть в воздухе. Тем временем Ино с шокированным выражением лица повернулась к Сакуре, а затем набросилась на Джирайю с поднятым кулаком и белыми от ярости глазами. «ПОДОЖДИ, ЭТО БЫЛ ТЫ!» Чоуджи, который до этого момента ел картофельные чипсы, замер. Шикамару лишь вздохнул и произнес одну из двух своих фраз: «Неприятности…». Анко только покачала головой в недоумении. «А ты ничуть не изменился, старый извращенец? Приятно знать, что некоторые вещи никогда не меняются». Ино сделала выпад в сторону саннина, размахивая руками, в ярости выкрикивая угрозы и непристойности. К счастью, мужчинам из Команды 10 не пришлось ее сдерживать — Анко взяла себя в руки, крепко держа ее за воротник с закрытыми глазами. «Успокойся, блондинка. Думаю, сейчас у нас есть более насущные дела. Просто отложи эти мысли на потом». Она усмехнулась. «Кроме того, так ты сможешь оттянуть время и заняться творчеством». Ино перестала сопротивляться, когда Анко напомнила ей об этом. «Да, ты права. Сасукэ важнее, чем разбираться со старым соглядатаем». Она одарила старшую куноичи той тошнотворно-сладкой улыбкой, на которую, казалось, способны большинство женщин, обозначая неминуемую боль и страдания для бедной несчастной души, заслужившей ее гнев. «К тому же, я уверена, что через несколько дней смогу придумать для него что-нибудь особенное». Бедная несчастная душа насмехалась: «О, пожалуйста. Есть только одна куноичи, которая может меня запугать, и ты, девочка, не она». «Да? Ты мог бы обмануть меня, когда убегал, когда я поймала тебя у горячих источников». сухо прокомментировала Сакура, окинув его тупым взглядом. «Да, потому что стоять на месте — стандартная процедура, когда сталкиваешься с разъяренной толпой». Дзирайя ответил безразличным тоном. «О?» Джирайя перевел тусклый взгляд на зловещий тон фиолетововолосой женщины позади него. «А я вхожу в это число, ма-стер Джи-рай-я?» К ужасу Наруто, Джирайя рассмеялся глубоким и громким смехом. «Да ладно. Хотя я и признаю, что ты иногда пугаешь меня до смерти, Анко, но если ты не блондинка, не носишь свиные хвостики, не обладаешь бюстом в сто шесть сантиметров и не можешь разрушить горы одним ударом, то этот Джирайя ни за что не будет тебя бояться!» Анко злобно усмехнулась. Вызов принят. «Правда? Ну, это мы еще посмотрим…» Наруто вздрогнул и молча помолился за жабу-призывателя. Хирузен кашлянул в ладонь, чтобы привлечь их внимание. Возможно, он нашел бы этот обмен забавным, если бы не серьезность ситуации. «Как вы и говорили, пока мы не отклонились от темы…» «Ах, да…» Он повернулся к Наруто. «Отвечая на твой вопрос, скажу, что нет, я не могу просто снять ее». Его глаза ожесточились, когда он посмотрел на печать. «Как я уже говорил, эта штука — настоящий кусок работы… В ней есть какой-то биологический компонент, и она сливается с жертвой, как в ее клетках, так и в сети чакры. Вот почему она так опасна: большинство не выдерживает напряжения, вызванного тем, что эта штука проникает в них, и тело сгорает, пытаясь приспособиться. А чакра в нем реагирует так, будто обладает собственным разумом. Ее можно удалить… теоретически, по крайней мере, если вытащить всю чакру на поверхность и высосать ее всю разом, но для этого нужно, чтобы она вошла в резонанс с подобным источником. Иными словами, нам нужен Орочимару или хотя бы его чакра». Он со вздохом потёр затылок. «Хорошая новость: она действует на тебя так, как действует, только потому, что она еще сырая. В ближайшие несколько месяцев ты выработаешь к ней толерантность, и после этого она станет проблемой только в том случае, если ты потратишь всю свою чакру или будешь настолько глуп или отчаян, что попытаешься использовать ее в своих интересах». Какаши вздохнул. 'Может быть, эта команда действительно проклята…' Сасукэ, похоже, ничуть не обрадовался такому прогнозу. Глаза саннина снова затвердели, и он уставился прямо в угольные глаза Сасукэ, его мрачное выражение давало понять, насколько тяжела ситуация. «Я скажу тебе прямо сейчас: Наруто был прав, когда говорил о том, что эта штука делает. Используй ее, и твое тело и личность будут разъедены, пока ты не станешь просто одной из его пешек. Какую бы силу ни дала тебе эта печать, она не стоит той цены, которую тебе придется заплатить». Тогда Наруто заговорил, думая о более насущных проблемах. «Эй, погодите-ка, а как же экзамены? Он что, должен проходить третий тест с ограничениями?» Помимо того, что он хотел сразиться с Сасукэ как можно лучше и, как его товарищ по команде, хотел поддержать его, с такими врагами, как Гаара, участвующими в экзамене, он мог умереть из-за этого, если не бросит его. И если уж наследник Учихи и мог что-то сделать, так это отступить перед вызовом, который он считал достойным своего времени. «Не хочу тебя огорчать, но, наверное, будет лучше, если он бросит учебу». Анко ответила, нахмурив брови и мысленно перебирая опасности, которые таит в себе свежая Проклятая метка. «Погодите…» Джирайя поднял руку в останавливающем жесте. «Может, я и не смогу его убрать, но я могу запечатать его влияние». Он повернулся и посмотрел на Сасукэ. «Ты будешь под напряжением примерно столько же времени, сколько и сама печать, но потом все будет в порядке, если только ты будешь помнить, что печать будет питаться от твоей чакры и воли. Опасность та же, что и при естественном развитии толерантности». Сасукэ ответил так, как это было типично для него: кивнул и утвердительно хмыкнул. Группа стояла в тишине, пока Джирайя, присев на корточки, заканчивал рисовать печать на земле. Большой массив занимал почти всю комнату и состоял из трех кругов, соединенных тремя равноудаленными линиями, состоящими из бесчисленных иероглифов, в том числе кандзи, обозначающих «Связать» и «Запечатать». Внутреннее кольцо было достаточно большим, чтобы Сасукэ мог сидеть в центре массива, а три линии проходили по его телу и окружали знак проклятия. Завершив работу, Джирайя поднялся на ноги и кивнул сам себе, после чего сложил руки в печать Торы. «Ладно, малыш, приготовься. Тебе будет нелегко». Дзирайя предупредил, после чего вернул руку обратно, и Сасукэ сделал то, что от него требовалось, напрягая тело и готовясь. «Искусство запечатывания: Адамантиновая Печать Хранителя!» Дзирайя хлопнул рукой по печати Учихи, и массив засветился голубовато-белым светом, от которого Сасукэ вздрогнул, осветив всю комнату своим лазурным оттенком. Затем все символы начали смещаться, круги сжимались и разжимались вокруг Учихи, а символы бежали по трем линиям, уменьшаясь до неузнаваемости. После первых нескольких секунд Сасукэ заскрипел зубами, сдерживая крик. Спустя мгновение его терпение отказало, и он закричал в агонии, когда Знак Проклятия начал бороться с привязкой. Жгучее ощущение, что его сила пытается сохранить власть над своим носителем, было лишь немного хуже, чем печать, вырывающая это влияние, вырывающая его со всем терпением и ловкостью паникующего солдата, вгоняющего зазубренное копье в своего врага. Белые волны и линии боли, пробивающие путь через его тело и чакру, были почти столь же ужасны, как и поиск любых следов мерзкой силы, которая его поразила. Свечение меркло, печать становилась все меньше и меньше, пока, наконец, последние порции не побежали вверх по его телу и не образовали идеальный круг вокруг обидной метки, испещренный нечитаемыми символами. Когда светящийся круг превратился в черную точку, Сасукэ потерял сознание и упал вперед, подхваченный Джирайей, который поднял его и подошел к Какаши. Передав мальчика своему сенсею, Джирайя сказал: «Теперь он в твоем распоряжении. Присматривай за ним. Он не должен пытаться использовать печать для получения силы, ее влияние может привести его на очень темный путь». «Я знаю. Я справлюсь». Какаши кивнул. «А теперь, я думаю, мне стоит найти место, где мой ученик проведет день», — и он направился к двери, а остальные генины смотрели ему вслед, причем Сакура и Ино заметно волновались. «Почему бы вам всем не пойти и не устроиться поудобнее?» Джирайя махнул рукой генину, а затем посмотрел на носителя Риннегана. «Наруто, останься на секунду, ладно?» Наруто кивнул, когда остальные генины разошлись. «Как ты думаешь, чего хочет от него Джирайя?» Ино тихо спросила Шикамару. «Кто знает? Это может быть что угодно. Это слишком хлопотно, чтобы думать об этом». «Серьезно, ты мог бы попытаться проявить хоть немного больше интереса!» шипела она. Кивнув Третьему, Анко наморщила лоб, но потом пожала плечами и направилась к двери. Ей было интересно, почему они хотят, чтобы Наруто остался, но если они хотят сохранить все в тайне, то кто она такая, чтобы спорить? Помахав рукой через плечо, она сказала: «Ну что ж, я отправляюсь знакомиться с моими новыми игрушками. Удачи, малыш, я жду от тебя хорошего представления. И если ты его провалишь, мне придется показать тебе, как я разочарована». Наруто слегка вздрогнул — и за себя, и за генина Ото, который, скорее всего, заблуждался. Он понимал, что последними словами Анко пытается побудить его к действию, но… какие ужасы она могла придумать… Хирузен посмотрел на Наруто с серьезным выражением лица. «… Орочимару знает, не так ли?» Наруто вздохнул, потирая затылок и отводя взгляд: «… Да. Он сбил мои очки во время боя… прости». «Это не твоя вина, Наруто. Ты не должен был сталкиваться с кем-то такого уровня». Хирузен ободряюще сказал. Джирайя скрестил руки и покачал головой. «Тем не менее, это открывает совершенно новые возможности. Он — последний, кто, как я надеялся, узнает об этом. И, конечно, он знает и о другом твоем секрете…» Он посмотрел на Наруто. «Теперь он будет охотиться за тобой. Возможно, нам придется усилить твои тренировки, когда ты выберешься отсюда». «Без проблем. Я же не планировал откинуться на спинку стула и дать своим навыкам заржаветь, как только закончатся экзамены». Блондин уверенно улыбнулся и протянул кулак. «Когда-нибудь я стану Хокаге, а это значит, что все в деревне будут зависеть от меня, я буду защищать их и служить примером того, кем они могут быть и за что стоит Коноха. Я не добьюсь этого, просто сидя и позволяя дням проходить мимо меня. Для этого нужно надрать задницу и взять на себя ответственность! Суперглаз или нет, но для этого придется потрудиться, а я никогда не отступаю ни перед чем!» Хирузен улыбнулся, вспоминая те дни, когда блондин был сосредоточен на должности исключительно ради признания. Похоже, он наконец понял, что значит быть Хокаге. «Хорошо сказано. Теперь, я уверен, твои друзья наверняка задаются вопросом, почему ты остался. Почему бы тебе не отправиться вслед за ними?» «Ты понял, старик!» Наруто кивнул и выбежал за дверь. Спустя мгновение Хирузен повернулся к Джирайе, и его лицо вновь стало серьезным. «Думаешь, Орочимару может слить им эту информацию?» Джирайя с таким же мрачным выражением лица, как и у его сенсея, закрыл глаза в раздумье. «Трудно сказать. Он, конечно, не хотел бы рисковать, чтобы они схватили его раньше времени, но у них могут быть шпионы в его организации. Кроме того, есть риск, что его глаза будут раскрыты в той каше, которую готовит для нас Орочимару. Придется подождать и посмотреть». Выйдя в коридор, Наруто активировал свой риннеган, чтобы определить чакру своих товарищей по команде, после чего отправился в путь по коридорам. Сделав два поворота и поднявшись по лестнице, он столкнулся не с кем иным, как с Кабуто, который растерянно смотрел на младшего генина. «Наруто?» «Привет, Кабуто». Наруто поприветствовал его. «Вижу, ты добрался целым и невредимым». «И ты тоже». Кабуто ответил кивком. «Похоже, ты нашел свою команду. Все в порядке?» «Да. Я немного волновался, но они оба в безопасности. Сасуке немного нездоров, но он справится. Я как раз собирался встретиться с ними, не хочешь зайти и поздороваться?» Кабуто покачал головой и извиняюще улыбнулся. «Нет, меня ждет моя собственная команда. Но я обязательно загляну к вам перед следующим этапом, хорошо?» «Конечно! Увидимся позже». И Наруто унесся прочь, а Кабуто смотрел, как он бежит по коридору. Через мгновение после того, как Наруто скрылся из виду, улыбка Кабуто расширилась, превратившись в нечто извращенное. Это была насмешка над всем, что должна была выражать улыбка. (Флэшбэк) Кабуто и двое его товарищей по команде, одетые в такие же наряды, как и он сам, вошли в вестибюль башни. Как только он ступил в двойные двери, на его лице появилась ухмылка, поскольку он почувствовал присутствие своего сенсея. «Ну, как прошло твое путешествие, Кабуто? Надеюсь, оно было познавательным». Кабуто наклонил голову вперед и указательным пальцем подтолкнул вверх очки, свет отразился от линз и скрыл его глаза за их блеском. «Так и есть». Он достал информационную карту ниндзя Наруто и протянул ее белой от мела руке. «Хотя я нашел не все, что искал, думаю, вы будете довольны…» Он поднял голову и посмотрел на человека, который проверял его тщательно собранную информацию. «…Лорд Орочимару». Орочимару с широкой ухмылкой изучил карточку, после чего издал леденящий душу смешок. «Уверяю вас, так и есть. Хотя ты, возможно, упустил возможность собрать информацию о Сасукэ, Наруто оказался куда более интересным экземпляром, чем я предполагал». Он посмотрел на седовласого юношу, своего правую руку. «Он неплохо развлекался во время их обреченной на провал попытки сбежать от меня, и я обнаружил, что мальчик скрывает самый интригующий секрет». «О? И могу я спросить, что именно могло так заинтересовать вас?» Кабуто слегка склонил голову набок. Предательский саннин закрыл глаза и захихикал, сделав драматическую паузу, а затем устремил на Кабуто свои змеиные янтарные глаза, чтобы тот мог насладиться его шоком. «Похоже, мальчик спонтанно развил Риннеган». Кабуто слегка задыхался, его глаза расширились, и он выпрямился от шока: один из самых опасных шпионов во всех Странах Элементалей, человек, который не мог позволить себе удивляться, был полностью повергнут в смятение. Его товарищи по команде разделяли его реакцию. «Это… Риннеган? Но… милорд… как? Наши исследования…» «Действительно, как. Мне и самому не терпится это выяснить. Все мои исследования этих глаз говорят о том, что это невозможно… но, согласитесь, это слово имеет довольно вольное определение для шиноби?» Орочимару покачал головой. «Тем не менее, нам некуда спешить. С учетом того, что передо мной поставлены все цели, я могу позволить себе еще немного потерпеть». «Мне обновить свою информационную карту?» «Мммм… Нет. Чем дальше это распространится, тем больше вероятность того, что это попадет в… ненадежные руки. И если это случится, мои старые соратники могут узнать об этом… а мы бы этого точно не хотели, не так ли? Они могут отмахнуться от него, потому что он ребенок… или придут за ним раньше. Этого мы допустить не можем». Его взгляд приобрел любопытный отблеск, когда он посмотрел на своего подчиненного. «Каково ваше мнение обо всем этом?» «Это, конечно, неожиданно… но мое мнение не имеет значения». ответил Кабуто. «В конце концов, именно ты будешь все решать». «Как забавно…» Орочимару усмехнулся. «Пожалуй, лучше всего будет разобраться с этой диковинкой между этапами… в конце концов, он сильно вырос за короткое время. Я бы почти приписал это его глазам, но… он развился и в других областях, которые они не учитывают. Полагаю, это неудивительно… в конце концов, он их сын». Кабуто нахмурился. «Их сын…? Вы знали его родителей, господин?» Орочимару снова захихикал. «Только не говори, что время, проведенное здесь, так притупило твои чувства, Кабуто. Это настолько очевидно, что большинство жителей деревни должны быть слепыми, чтобы не видеть этого». Подросток в фиолетовой форме пожал плечами. «Насколько я знаю, он был просто случайным сиротой». Орочимару покачал головой. «Что ж, не буду портить тебе сюрприз». Он отошел от стены и исчез в клубах дыма. «Попробуй догадаться, если у тебя есть свободное время». Его голос раздался вокруг них. (конец флэшбэка) «Наруто Узумаки». проговорил Кабуто, стоя в коридоре в одиночестве. «Ты гораздо интереснее, чем я думал».