Свобода

Гарри проспал проводы Драко на войну. Оно и к лучшему. Хотелось запомнить его таким, каким он был в школе, а не бледную тень, в которую он превратился. Он погибнет, это решено. Его семья чем-то провинилась перед Волдемортом и теперь должна умереть. А Гарри повезло. Никто в этом поместье не смеет и пальцем тронуть его. Драко идёт на войну, а он — под венец. А потом возвращается в школу, где тоже никто не посмеет над ним издеваться. Наверное, надо радоваться. Да уж. Гарри Поттер — потомственный пидор. Он совершенно не желал думать о предстоящей свадьбе, и мысли утекли в недавнее прошлое. Война началась с захвата министерства. Там в первую очередь убили всех, кто был связан с Дамблдором, так что весть об этом до школы дошла слишком поздно. Экзамены СОВ были в разгаре, когда к Хогвартсу подошла армия, состоящая из самых сильных и преданных пожирателей смерти, массовый побег которых из Азкабана был организован заранее. С Волдемортом во главе. Вся школа услышала его усиленный голос. Он требовал Гарри Поттера выйти к нему и сделать, что обещал. Тогда он пощадит остальных учеников. Гарри бросил писать ненужный уже экзамен по истории магии и послушно пошёл в запретный лес. Он стоял перед тёмным лордом, бросив волшебную палочку, готовый к смерти. Но случилось то, чего Гарри никак не мог предвидеть: Волдеморт коротко скомандовал: «Люциус!» Старший Малфой мгновенно подошёл, подобрал палочку Гарри, сунул ему её и некий предмет, похожий на чайник. И Гарри завертело, как в водовороте. Через мгновение он уже тяжело дышал, стоя на четвереньках на полу. Оглядевшись, понял, что попал в очень богатый дом. Малфой довольно грубо поднял его и потащил за собой. Он явно был не в духе от желания его господина поселить Гарри в его доме. Малфой уверено тащил его по коридорам, и Гарри уже не сомневался: это и есть знаменитый Малфой-менор. Заведя в одну из комнат, он буквально швырнул подростка на пол. — Это твоя комната. Лучше будь здесь. Милорд будет очень зол, если придётся искать тебя по всему дому. Сказав это, Люциус надел маску пожирателя и трансгрессировал. Гарри долгое время сидел на полу, приходя в себя от произошедшего. Ещё дольше пытался осознать, почему это с ним произошло, но так и не смог. Малфой отдал ему палочку. Попробовав колдовать, он понял, магия дома не позволяет ему совершать сложные или опасные заклинания. Только бытовые или простейшие, знакомые с первого курса. Попытавшись выйти из комнаты, понял, что может это сделать. Поблуждав некоторое время по дому, попытался выйти на улицу. И это ему тоже удалось. Не вышло только покинуть территорию сада. И тут из Гарри агрессией вырвалось недоумение и негодование. Он пытался пробить защиту дома магией, но боевые заклинания во дворе тоже не работали. С воплем бросался на барьер, пока не разбил себе буквально всё. Вечерело. Гарри Поттер лежал в позе эмбриона и жалобно всхлипывал. Боль от осознания, что он в плену у Волдеморта была сильнее физической боли от ушибов. Зачем ему это? Что он собирается с ним делать? А если он прочитал тупую шутку Уизли и решил воплотить её в жизнь? И Гарри внезапно захохотал. Он катался по двору, сминая роскошные узоры из цветов. — Вставай, — горько вздохнула незаметно подошедшая Нарцисса. И Гарри прекратил истерику и повиновался. Она проводила его обратно в комнату. — Лучше не выходи больше. Тёмный лорд… разозлится, — повторила она слова мужа, и по безупречному каменному лицу словно прошла рябь. Она не понаслышке знает, что бывает, когда лорд злится, подумал Гарри. — Эльф принесёт ужин. Все вряд ли вернутся до утра. Так что… просто поешь. И постарайся уснуть, — Нарцисса снова горько вздохнула и ушла. Гарри последовал её совету. Как ни странно, уснуть удалось быстро: сказался жуткий стресс. А утром, только лишь он открыл глаза и осознал, где находится, в дверь постучали. Эльф принёс завтрак и шикарную дорогую чёрную мантию. Это не добавило Гарри понимания его положения здесь. Но он послушно оделся, и вскоре за ним снова пришёл эльф, чтобы проводить его в кабинет. Тогда-то Волдеморт и показал ему те самые воспоминания Снейпа. Гарри не помнил, как добрался до комнаты. Не знал, сколько сидел прямо на полу, таращась в стену. Можно ли подделать воспоминания? Он ничего об этом не знал. Всё казалось таким реальным. И логичным, надо сказать. Все паззлы из недомолвок Дамблдора складывались, и картина получалась довольно мерзкой. Мир Гарри перевернулся с ног на голову. Он вспомнил слова Снейпа и решил, что ему уже достаточно плохо, чтобы обратиться к нему. Но Снейпа среди посетителей дома, как назло, не было. — Ой, привет… — промямлил Гарри, встретив случайно Драко, — Не знаешь, где Снейп… Профессор Снейп? Драко не стал дерзить и издеваться. И выглядел он довольно измотанным. Видимо, лорд из-за чего-то разозлился. — Нет его здесь, он директор теперь. Очень занят, — сказал он и внезапно добавил, — Ты же ничего не знаешь. Хочешь, расскажу новости? Гарри хотел. Так началась его дружба с Драко. Они обычно встречались в библиотеке и общались, пока Драко не вызывал Волдеморт или не наступала глубокая ночь. Новостей было много. В роковой день пленения Гарри, Дамблдор исчез из своего кабинета, а Амбридж сдала школу без боя. Многие ученики вступили в партизанские отряды, что собирал ушедший в подполье Дамблдор. Снейп стал директором, Амбридж снова будет преподавать ЗОТИ. Зелья будет вести Слагхорн, предшественник Снейпа. Остальные учителя остались на своих местах. Волдеморт, как и обещал, никого не убил и не преследовал. Факультеты были упразднены, всё равно почти все, кроме слизеринцев, ушли на домашнее обучение или в подполье. Реакция магического сообщества на переворот, в общем, была положительной. Дело в том, что Рита Скитер строчила по статье в день о лжи Дамблдора. Особую бурю возмущения вызвала огромная статья о его любовных отношениях с Гриндевальдом. И большинство магов, как и Гарри, поняли, что тёмный лорд-то, в отличие от старого интригана, своих целей не скрывает и делает только то, что и говорит. Это не могло не вызвать уважение. Но подпольная борьба продолжалась. И приносила новые смерти. Однажды в дом ворвалась Беллатриса с воплем: — Я убила Сириуса Блэка! С одной стороны Гарри огорчило, что умер последний человек, которого он считал родным. С другой стороны, Сириус, будучи сам несправедливо осуждённым, не поддержал его в трудный момент. Значит, верил в его виновность. И горечь быстро прошла. Через несколько дней Драко рассказал, как накрыли подпольную ячейку Аберфорта Дамблдора. Невилл неразумно пошёл в одиночку на Волдеморта. Заперся в кабинете директора и искал там какие-то документы, очень важные, раз вызвали самого тёмного лорда. Он сумел вытащить меч Гриффиндора из шляпы и убить любимую змею лорда, за что поплатился жизнью. По его следам нашли тайный ход в замок и уничтожили партизан брата старого интригана. Так погибли Луна и Джинни. Внутри у Гарри похолодело. Джинни. Он понимал, что вряд ли сумеет наладить с ней отношения, но теперь, когда это уже не представлялось невозможным, стало по-настоящему больно. Если бы эти дети только знали, что их ведут на убой ради каких-то тайных планов! Если бы он мог рассказать и показать, за какую мразь они сражаются и погибают! Но они там, в своём подполье, а он здесь, в комфорте и безопасности. И в плену. Как принцесса в замке. Окружённая заботой и абсолютно безвольная. Теперь он ещё и узнал, что, как настоящая принцесса, должен выйти замуж за короля, и его согласия никто не спросит. В день рождения Гарри Драко объявил о своей миссии, хоть и не имел право рассказывать никому. Гарри было безумно жаль нового друга. Ведь он тоже был, по сути, принцессой в замке. У него никогда не было выбора. Он был марионеткой отца и Волдеморта, как Гарри был марионеткой Дамблдора. Он выпендривался в школе, чтобы скрыть внутреннюю боль. Только теперь Гарри осознал это. В этот день он был впервые приглашён на ужин с Волдемортом и его близким кругом. Он не видел тёмного лорда со дня своего пленения. Видимо, ему хотят сказать что-то важное. Но та первом ужине ничего важного сказано не было. Гарри отметил, что шрам больше не болит рядом с Волдемортом. Хоть какое-то облегчение в сложившейся ситуации. Он увидел Снейпа, но желание обсуждать с ним свои мысли уже пропало. Беллатриса смотрела на него хищно, будто сейчас бросится и разорвёт. Это… ревность? Что ещё за ерунда? Но она ничего ему не сделает. Гарри уже убедился, что в этом доме он в безопасности. С тех пор ужины стали регулярными, и вот, на одном из них лорд сообщил о своём намерении относительно Гарри.