Tornado warnings

На следующее утро Хёнджин проснулся слишком рано для человека, который обычно просыпается только после пятого будильника. Удивительно, что он вообще смог заснуть, потому что всю ночь он провёл, вспоминая их моменты с Минхо, в попытках убедить себя, что он не сходил с ума и альфа действительно иногда вёл себя так, будто что-то к нему испытывает. Это был день рождения Хёнджина. Возможно, один из худших в его жизни, потому что так получилось, что почти все его друзья разъехались и он остался один. Поэтому, не придумав ничего лучше, он решил заказать себе еду и весь вечер смотреть сериалы. Но сообщение от Минхо моментально поменяло его планы. Альфа пригласил его к себе, и Хёнджин со счастливым визгом принялся собираться. Они только начинали свою странную дружбу, которая не была похожа ни на дружбу и ни на отношения, и Хёнджин с нетерпением ждал каждую их встречу, ещё не осознавая, как сильно он влюбляется. Омега не говорил ничего Минхо о том, что у него день рождения, поэтому он не ждал от альфы никаких подарков - одно его присутствие было для Хёнджина куда важнее всего остального. - Минхо, ты где? Я пришёл, — дверь была открыта, и Хёнджин вошёл сам, не дожидаясь, пока его встретят. — На кухне, — донёсся голос альфы сквозь грохот посуды, — проходи. Хёнджин послушно пошёл туда, и, заметив, что Минхо стоял у плиты и мешал что-то в кастрюле, пока весь стол был завален уже приготовленными блюдами, омега так и застыл в проходе. — Ты ждёшь гостей? Я не вовремя? — растерянно спросил омега. — Если что, я могу зайти позже… — Ты о чём, Хёнджин? — Минхо повернулся к нему с улыбкой на губах. — Вообще-то, это тебе. С днём рождения! Хёнджин шокированно распахнул глаза и неверяще уставился на альфу. — Мне?! Но… Откуда ты узнал? — Чанбин проболтался, — усмехнулся Минхо. — Прости, я узнал несколько часов назад, не смог нормально подготовиться. Хёнджину стало так тепло на душе, что он не смог сдержать эмоций и кинулся на альфу с объятиями. — Шутишь?! Минхо, это так… ты не представляешь, как много это для меня значит, — растроганно вздохнул он. — Это же мелочь, Хёнджин, — альфа похлопал его по спине и отстранился. Можно было подумать, что для него это правда не так значимо, но омега видел, что он волновался, и это было очень трогательно. — Садись есть, суп остывает. А я сейчас приду. Хёнджин сел за стол, не прекращая улыбаться, и придвинул к себе тарелку. И его ждало ещё одно потрясение — это был миёккук. Хёнджину никто не готовил его с тех пор, как он уехал с родного города на учёбу, поэтому омега был так тронут тем, что Минхо так заморочился ради него. Однажды, во время их посиделок Хёнджин рассказал альфе, как он скучал по дому и как ему не хватало любимой домашней еды, и, может, тот это запомнил и решил сделать ему такой сюрприз. А может, Минхо готовил всем своим друзьям, но, в любом случае, Хёнджину было безумно приятно. — А это тебе, — Минхо вернулся из своей комнаты с небольшим пакетом. — Я, если честно, не знал что тебе дарить, но потом вспомнил, что ты как-то говорил, что любишь рисовать… Поэтому, вот, — он вручил пакет омеге, и Хёнджин с нежностью заметил, что альфа немного покраснел. Вскоре первым рисунком на этом скетчбуке оказался портрет Минхо. Хёнджин глубоко вздохнул и перевернулся на кровати, уставившись в потолок пустым взглядом. Он часто с трепетом вспоминал этот момент — именно тогда, вернувшись домой, он признался самому себе, что окончательно влюбился в Минхо. Вспоминать всё это сейчас было похоже на пытку, и Хёнджин очень хотел бы отвлечься хоть на что-то, но не мог. Он хранил в сердце много моментов, когда чувствовал себя любимым и когда Минхо действительно вёл себя неоднозначно, будто давал ему понять, что тоже что-то к нему испытывает, но потом снова вёл себя как ни в чём не бывало. В любом случае, больше всё это не имело никакого смысла, потому что Хёнджин собирался разорвать все отношения с альфой. Он устал от этих эмоциональных качелей и неопределённости. Устал всегда быть рядом, но никогда не быть нужным по-настоящему. Устал быть тем, кого просто вызывают для приятного времяпрепровождение. И Хёнджин твёрдо решил, что пора ставить точку. Он больше не позволит причинять себе боль. Хёнджин поднялся с кровати и принялся собираться на учёбу. Его голова болела, а глаза были опухшими от слёз, которые он всё-таки не смог сдержать ночью, но он всё равно решил пойти в университет, чтобы хоть немного отвлечься на общение с друзьями. В этот момент ему пришло сообщение от Феликса, который спрашивал, что приготовить ему на завтрак. Хёнджин тепло улыбнулся и зашёл в мессенджер, чтобы ответить, но его внимание привлекло кое-что другое. Сынхён. Хёнджину стало не по себе, и он закрыл глаза. Чёрт. Омега совсем забыл о нём, а теперь не знал, что делать. Ему было очень стыдно за своё поведение и за то, что он был готов использовать невинного Сынхёна ради своего идиотского плана. Ради того, чтобы доказать что-то человеку, которому было плевать. Сынхён абсолютно не заслужил такого, и Хёнджин почувствовал острую необходимость всё ему объяснить и принести извинения. Поэтому он согласился на встречу.

***

Кроме Феликса и Чана никто не знал, что произошло у Хёнджина с Минхо, и Хван был очень этому рад. Хотя бы потому, что сейчас мог спокойно сидеть с Чанбином и говорить на отвлечённые темы, вместо того чтобы ощущать на себе его жалостливый взгляд. Чанбин всегда мог поднять ему настроение, поэтому в перерыве между парами Хёнджин позвал его в кофейню в кампусе. — Слушай, Хёнджин, давно хотел у тебя спросить… — внезапно сказал Чанбин, сделав глоток. — Может быть, ты слышал о Чхве Сынхёне, моём друге, он учится на юридическом, на год младше меня. В общем, это неважно, но знаешь, что самое интересное? Минхо мне практически устроил допрос! Расспрашивал всё о нём, я даже подумал, что он на него запал! — рассмеялся Бин, не замечая, как напрягся друг. — Я пытался узнать, зачем он ему нужен, но он не сознавался. Может, хоть ты знаешь? Рука, в которой Хёнджин держал стакан, дрогнула, из-за чего кофе пролился ему на одежду. Он пытался переварить всё услышанное, но это просто не укладывалось в его голове. Минхо говорил, что ничего не знает о Сынхёне и вёл себя так, будто ему всё равно, но в то же время расспрашивал о нём Чанбина. Ещё недавно Хёнджин был бы вне себя от счастья при мысли, что альфа действительно приревновал его, но теперь в его груди была лишь пустота. Душа омеги будто разрывалась на две части: одна всё ещё была влюблённой, радующейся хоть какому-то проявлению чувств в ответ. А вторая обожглась, устала и больше не хотела питаться ложными надеждами. И именно она твердила Хёнджину, что Минхо действовал из корыстных побуждений, не ревновал, а просто не хотел, чтобы его удобный омега начал с кем-то встречаться, ведь в таком случае он мог потерять свой «бесплатный доступ». — Нет, я ничего не знаю, Бинни, — ровным, собранным голосом ответил Хёнджин. Может, когда-то он и поведает Чанбину о всём, что происходило у него с Минхо, но точно не сегодня. Хёнджин очень пожалел о решении прийти на учёбу, потому что глупо было ожидать, что он сможет хоть как-то отвлечься от всей драмы в своей личной жизни. Но тут, будто по чьей-то злой шутке, день из просто плохого превратился в ужасный, потому что к ним за столик подсел Минхо. — Почему вы такие кислые? — первым делом спросил альфа, садясь, как на зло, именно рядом с Хёнджином. — Хёнджин, всё в порядке? Ты какой-то бледный. Хёнджин горько улыбнулся. Пока он переживал один из худших дней в своей жизни, Минхо, возможно, спал с другим, ни о чём не подозревая. А теперь вёл себя, как ни в чём не бывало, что было и логично, потому что он не знал, что Хёнджин его видел с другим и, более того, не знал, что Хёнджин собирается прекратить их общение. Омеге стало невыносимо от осознания того, какую на самом деле он занимал роль в жизни Минхо. — Да, — ответил Хван, опустив глаза в стакан, чтобы не пересекаться взглядом с альфой. — Просто не выспался. Хёнджин понимал, что он не сможет постоянно избегать Минхо, и что им надо было поговорить и окончательно расстаться. Просто на данный момент Джин не был морально готов к этому.

***

— Ты всё-таки решил пойти с ним на свидание? — удивлённо спросил Феликс. Он сидел на кровати Хёнджина, наблюдая, как тот собирается. — Знаешь, может, Минхо наконец-то поймёт, что… — О, нет-нет, Феликс, — Хёнджин перебил друга, поморщившись, — я не иду туда ради него. Я понял, что поступал как подонок по отношению к Сынхёну и вообще не думал об его чувствах, когда всё это начинал, — вздохнул он. — Мне нужно объяснить ему всё и извиниться. Феликс обеспокоенно на него посмотрел. В глазах Хёнджина больше не было того огня, а голос был уставшим, а не полным надежды, как ещё совсем недавно. Его будто подменили, и Феликсу очень это не нравилось. Он ненавидел Минхо за то, что Хёнджин — его весёлый, общительный, позитивный друг теперь был похож на бледную версию себя из-за этого нерешительного и эгоистичного альфы. — Ты правильно поступаешь, Джинни, — Феликс подошёл к нему о крепко обнял, как только Хёнджин надел рубашку. Хёнджин слабо улыбнулся и обнял его в ответ. Несмотря на то, что его ждал не самый приятный разговор, он чувстовал лёгкость от того, что хотя бы один груз с плеч у него спадёт. ♡♡♡ По дороге в ресторан Хёнджин в миллионный раз прокручивал в голове слова, которые он скажет Сынхёну, и представлял реакцию альфы на всё это. Сейчас причина, по которой он вообще затеял вызвать у Минхо ревность с помощью Сынхёна, казалась ему очень глупой. Это было два месяца назад на вечеринке у их общих друзей. Минхо куда-то отошёл, и Хёнджин остался сидеть один в незнакомой компании. Он уныло слушал какого-то парня, который рассказывал окружившим его омегам про свои успехи в качалке и хвастался своими бицепсами, и мечтал, пока в его поле зрения появится хоть один друг или просто знакомый. Но внезапно к нему присоединился кое-кто другой. Какой-то высокий и симпатичный альфа, который держал в руках два бокала. — Я заметил, что ты тут скучаешь, — обаятельно улыбнулся он, присев рядом с Хёнджином и протянув ему коктейль. — Меня зовут Чхве Сынхён. А ты Хван Хёнджин, верно? Хёнджин не горел желанием знакомиться, но компания ему бы не помешала, поэтому он принял напиток. — Откуда ты знаешь моё имя, Чхве Сынхён? — прищурился он. Тот рассмеялся, слегка наклонив голову. — Мы дружим с Чанбином. Я как-то был у него дома и увидел картину… Она была такая красивая, что мне стало интересно, кто её нарисовал. И Бин мне сказал, что её нарисовал ты ему в подарок. Тогда я и узнал твоё имя. Потом, через несколько дней, я увидел тебя в университете, и, если честно, был поражён, — он смущённо усмехнулся, — не ожидал, что ты будешь таким красивым и талантливым одновременно. Хёнджин ошеломлённо моргнул, не зная, что сказать. Ему было особенно приятно, когда кто-то делал комплименты его рисункам, и от неожиданности он даже покраснел. — Спасибо, — неловко выдохнул он и сделал глоток, чувствуя на себе взгляд этого альфы. — Не за что, — мягко улыбнулся Сынхён. — Просто решил, что было бы глупо упустить шанс пообщаться с таким интересным человеком. Хёнджин всё ещё был немного растерянным, но предыдущая скованность пропала. Он даже не заметил, как стал расслабляться в этой новой компании, слушая смешные истории Сынхёна и отвечая на его вопросы. Альфа оказался неожиданно лёгким в общении, и что-то в его внимательности к деталям подкупало. Он не был навязчивым, а наоборот, вёл себя максимально вежливо и учтиво. В другой ситуации Хёнджин, может, и заинтересовался бы им, но сейчас его сердце полностью принадлежало Минхо и отказывалось воспринимать других альф. И как раз в этот момент Минхо вернулся. Хёнджин смеялся над шуткой Сынхёна и не обратил на него внимания, пока альфа не положил руку на его плечо. — Простите, что прерываю, — с виноватым выражением лица начал Минхо, — но мне нужно поговорить с Хёнджином. Хёнджин удивлённо посмотрел на него, и, извинившись перед Сынхёном, пошёл за Минхо. — Что-то случилось? — спросил он, когда они вышли на улицу. Минхо немного помолчал, будто взвешивал каждое слово, и наконец заговорил: — Нет… Я просто подумал, что тебе нужна помощь. Увидел, как он к тебе подкатывает, и решил вмешаться. Мы же друзья. — Подкатывал? — переспросил омега. — Тебе показалось. Мы просто разговаривали. Минхо закатил глаза. — Ты не знаешь, какие бывают альфы и на что они готовы, чтобы затащить кого-то в постель… Он просто притворялся хорошим парнем, чтобы ты потерял бдительность, Хёнджин, - покачал головой он. - Не будь таким наивным. — Минхо, мне кажется, что у тебя паранойя, — рассмеялся Хёнджин. — А и я не идиот, который не способен различить флирт от обычного разговора, — уже серьёзней, с ноткой обиды добавил он. — Я не имел ввиду ничего такого, Хёнджин. Просто… хотел оградить тебя от неприятностей, — устало вздохнул Минхо. — Да и в любом случае, уже поздно. Может, поедем ко мне? Хёнджин, недолго думая, согласился. Уже позже, вспоминая этот момент, он понял, что Минхо его приревновал, как бы он не пытался это скрыть, и что единственный шанс подтолкнуть альфу к осознанию того, что между ними нечто большее, чем дружба без обязательств, это дать ему почувствовать, что всё может закончиться. Что у Хёнджина может появиться другой и их «дружбе» придёт конец. Так Хёнджин и решил вызвать у Минхо это чувство с помощью другого альфы. Хёнджин поморщился от воспоминаний. К сожалению, никто не предупредил его заранее, что он ошибается — хотя, точнее, предупреждали, а он просто отказывался это слушать. Хван не заметил, как поездка на такси окончилась и он оказался у назначенного места, где его уже ждал Сынхён. Альфа выглядел взволнованным, но, стоило ему увидеть Хёнджина, как на его лице появилась широкая улыбка. Он поднялся со своего места и отодвинул омеге стул перед собой. — Я, если честно, до последнего сомневался, что ты придёшь, — когда они сделали заказ, сказал Сынхён, улыбнувшись, из-за чего стали видны его ямочки. — И даже сейчас, видя тебя перед собой, всё ещё не могу в это поверить. Хёнджин слабо улыбнулся, чувствуя, как вины становится всё больше. Он посмотрел на альфу напротив, такого искреннего и открытого, и его сердце болезненно сжалось. — Я сам до последнего не знал, приду ли, — честно признался он, опустив взгляд на стол. — Но я должен был. Потому что мне надо извиниться перед тобой, Сынхён. Альфа немного удивился, и улыбка спала с его лица. — За что? — мягко спросил он, но в голосе не было осуждения, а лишь интерес. — Что-то случилось? Хёнджин глубоко вздохнул, собираясь с силами. — Я врал тебе... С самого начала. Я… согласился на твоё приглашение только для того, чтобы вызвать ревность у другого человека, — оказалось, вслух произносить это было ещё сложнее. Хёнджин посмотрел альфе прямо в глаза и продолжил. — Я очень виноват, Сынхён. Я поступил ужасно и надеюсь, что ты сможешь меня простить, хоть я этого и не заслуживаю. Сынхён медленно кивнул, будто только что получил подтверждение своим давним предположениям. Он не выглядел шокированным или оскорблённым, и в его взгляде Хёнджин считал понимание и лёгкую грусть. — Это из-за Ли Минхо, да? — спросил он с печальной улыбкой. — Я догадывался… что между вами что-то есть. Думал, что вы встречаетесь, и поэтому был очень удивлён, когда ты согласился пойти со мной на свидание. И тогда, на вечеринке… Минхо выглядел так, будто хотел уничтожить меня взглядом за то, что мы с тобой разговаривали, — усмехнулся он. Хёнджину стало только хуже. Он не думал, что Сынхён настолько проницателен, и от осознания того, что альфа всё это время понимал больше, чем казалось, заставило его почувствовать себя идиотом. — Я не знал, что это так заметно, — нервно прикусил губу Хёнджин. — Прости… Мне правда очень, очень стыдно. — Не надо, — Сынхён покачал головой. — Я не обижаюсь. Ты просто пытался разобраться в своих чувствах. Не вини себя за это, Хёнджин. На мне тоже лежит ответственность… Я не должен был лезть к тебе с этим свиданием. — Пожалуйста, Сынхён, не говори так, не пытайся меня оправдать, и, тем более, обвинить в чём-то себя. Я не должен был поступать так с тобой. Ты невероятный, и ты заслуживаешь человека, который был бы искренним с тобой с самого начала… а не такого, как я. Сынхён задумался, а потом неожиданно рассмеялся, и его лёгкий, беззаботный смех заставил Хёнджина ненадолго забыть о своём стыде. — Знаешь, что самое смешное? — спросил альфа, чуть наклонившись вперёд. — Если бы ты просто сказал мне с самого начала, что просто хочешь заставить Минхо ревновать, я бы всё равно помог тебе. — Но… почему? — Потому что мне нравится твоя улыбка, — пожал плечами альфа, будто это было самое простое объяснение в мире. — И если бы я помог стать тебе счастливее, то почему нет? — подмигнул он. Хёнджин почувствовал, как на глазах наворачиваются слёзы. — Ты слишком хороший для этого мира, Сынхён, — пробормотал он. Сынхён вновь рассмеялся. — Не преувеличивай. Просто я не вижу смысла злиться на тебя. Ты честно во всём признался, извинился — для меня этого достаточно. — Я готов извиниться ещё тысячу раз, потому что это меньшее, что я могу для тебя сделать. Спасибо тебе, Сынхён, — впервые за вечер искренне улыбнулся Хёнджин. Ему стало так легко на душе, как никогда раньше. В этот момент подошёл официант с их заказами. — Не за что. А теперь давай поедим, раз уж мы здесь, — бодро сказал альфа. — И, знаешь, Хёнджин… Ты можешь мне не поверить, но я был не против остаться друзьями. Ты всё ещё кажешься мне интересным человеком, и я бы не хотел тебя терять. Я был бы рад, если бы потом мы просто могли посмеяться над этой ситуацией. — Звучит, как мечта, — ответил ему Хёнджин. — Я бы тоже не хотел тебя терять. Ситуация разрешилась куда лучше, чем Хёнджин ожидал. Они провели остаток вечера, разговаривая обо всём на свете, и Хёнджин действительно смог отвлечься от мыслей о Минхо. И, только прийдя домой, омега заметил сообщение от до боли знакомого номера.

Минхо

22:38

Я выбрал нам фильм на вечер

Можешь зайти, если свободен

Это был первый раз, когда Хёнджин не чувствовал трепета от его сообщений. Минхо продолжал вести себя, как ни в чём не бывало, даже не смотря на то, что Хёнджин ничего не писал ему целую неделю. Хёнджин долго пялился в телефон, думая, что ответить. Наверное, нужно было действительно прийти. Но, конечно, не чтобы посмотреть фильм, а для того, чтобы наконец-то серьёзно поговорить.