Быть на другой стороне.

                     Джон вздрагивает и издает стон. Он наклоняет голову вперед и прячет лицо. Лололошка думает, что тот хочет поцеловать, но тот неожиданно прикусывает его плечо своими зубами. Кофта смягчает, но это всё равно больно. Несмотря на боль, Лололошка чувствует возбуждение и даже неосознанно приподнимает бедра, желая стать ещё ближе. Но Харрис замирает, устремив жёсткий взгляд. — Ты, наверное, подумал, что я не смогу остановиться? — спрашивает Джон низким, хриплым голосом. Он всё ещё с трудом переводит дыхание, но даже в таком состоянии держит себя в руках. — Видишь ли, здесь я контролирую ситуацию, — говорит он. — Я хочу показать вам, что процесс может приносить такое же удовольствие, как и результат. В его голосе слышится раздражение, когда он заканчивает объяснение. Но Лололошка все еще тверд. Он не достиг пика наслаждения, если это вообще можно так назвать. Откровенно говоря, это занятие доставило ему меньше всего удовольствия, хотя и было самым возбуждающим. Хуже всего то, что его тело само стремится завершить начатое и сопротивляется попыткам остановиться. Бедра Джона вновь вздрагивают, движения прерывисты, а мышцы то напрягаются, то расслабляются. Рука Дейва снова опускается, его большой и указательный пальцы обхватывают основание члена кольцом, и он начинает поглаживать себя. Это движение не мягкое, но скользкая жидкость, покрывающая его, позволяет руке двигаться быстрее. — Последний совет. Никогда не упускай хорошую кульминацию. Ему нужно всего несколько секунд после произнесения, чтобы довести их обоих до оргазма. Дыхание становится прерывистым. Джон в какой-то момент даже вскрикивает от удовольствия, издавая низкий и глубокий стон.        И всё это время Харрис внимательно смотрит в лицо, словно хотел сохранить образ в памяти навсегда. Когда всё закончилось, Лололошка продолжал пульсировать внутри него.