Этот мир внутри стен…

Дописав последние отчеты, Леви откинулся на спинку стула, потирая виски пальцами. Тусклая лампочка над его столом была единственным источником освещения в комнате. Он устало вздохнул, тяжесть ответственности давила на него. Его мысли вернулись к озорной девушке, ожидавшей его в комнате, и он подумал, успокоилась ли она в его отсутствие или все еще была в вызывающем настроении. Леви не мог не задаться вопросом о своей судьбе. Почему ему пришлось иметь дело с девушкой, которая всегда умудрялась создавать проблемы и вносить хаос, куда бы она ни пошла? Но затем, так же быстро, в его голову закралась другая мысль: почему его так тянуло к ней, несмотря на ее несносный характер? Почему он не мог избавиться от этой странной привязанности, которую испытывал к ней? Это был вопрос, на который у него не было ответа, и это только усиливало его разочарование. Леви поднялся со стула и направился к двери своего кабинета. Прежде чем уйти, он в последний раз оглядел комнату, чтобы убедиться, что всё в порядке. Он устало вздохнул, мысленно готовясь ко всему, что ожидало его. С чувством смирения он выключил свет, прежде чем выйти и направиться обратно в свою спальню. Леви шел по пустынным коридорам, и звук его шагов эхом отдавался в пустых залах. Было уже поздно, и все разошлись по своим постелям. Но он все еще был здесь, бодрствующий и взвинченный. События этого дня расстроили и измотали его, но сон, казалось, был неуловим. Леви толкнул дверь в свою комнату, усталый и опустошенный. В комнате было почти темно, лишь слабый свет просачивался сквозь щель между раздвинутыми занавесками. Он ожидал увидеть ее там, ожидающую его, готовую разозлить его очередными своими планами. Алиса же умиротворённо спала в кровати. Леви тихо вошел в комнату, тихо прикрыв за собой дверь, чтобы не потревожить ее сон. Вид спящей девушки заставил его остановиться, и какое-то мгновение он просто стоял, глядя на неё. Лунный свет мягко освещал ее лицо, придавая ему почти ангельский вид, лишенный обычного озорства и сарказма. Он не смог сдержать лёгкой улыбки, увидев, что она спит. Было необычно видеть ее в таком умиротворенном состоянии, так непохожем на ее обычную живость и дерзость. Несколько мгновений он молча наблюдал за ней, почти загипнотизированный тем, как ровно поднимается и опускается ее грудь при дыхании. Леви опустился в кресло, устало вздохнув. Усталость, накопившаяся за день, внезапно навалилась на него, и он подпёр голову рукой, опершись локтем о подлокотник. Он на мгновение закрыл глаза, пытаясь очистить свой разум от водоворота мыслей и тревог. Леви боролся со сном, сколько мог, но усталость в конце концов взяла верх, и он рухнул в кресло, погрузившись в глубокий сон. Ночь прошла, и первые лучи солнца начали проникать в комнату сквозь занавески. Леви тихо застонал, когда его разбудил какой-то шум. Открыв глаза, он увидел Алису, поглощенную какой-то деятельностью. Он сел в кресле, протирая глаза и пытаясь полностью проснуться. — Что, черт возьми, ты делаешь?.. — пробормотал он, всё еще не придя в себя после незапланированного сна. Алиса сидела на полу спиной к Леви и, услышав его голос, повернула голову к нему. — О, привет, недовольный ворчун. Леви что-то проворчал, услышав ее дерзкое приветствие. Он медленно поднялся с кресла, разминая затёкшие мышцы. — Еще слишком рано для твоего сарказма, принцесса, — сказал он немного хрипловатым со сна голосом. — А, по-моему, в самый раз. — Алиса улыбнулась ему и продолжила заниматься чем-то на полу, не обращая на него внимания. Леви устало вздохнул, ничуть не удивлённый ее утренней бодростью. Он подошел к ней, любопытство взяло верх. — Что ты делаешь на полу? — спросил он, глядя на неё сверху вниз. — Я хотела перед тобой извиниться… за вчерашние выходки. Я понимаю, что, возможно, ты уже устал от меня… и… я не придумала ничего, кроме этого… — Алиса слегка покраснела, держа в руке бумагу, и передала её Леви. На бумаге было изображено два человечка, которые обнимаются и улыбаются друг другу, а сверху надпись «Прости меня». Выражение его лица смягчилось, когда она протянула ему листок, показывая маленький рисунок. Он мгновение смотрел на него, восхищаясь простым, но искренним жестом. На его лице отразилась смесь удивления и легкого веселья. — Ты нарисовала это?.. — спросил он, его голос был чуть мягче, чем обычно. — Ну… да… глупо?.. — Алиса неловко поёрзала на полу, почесав мочку уха. Леви не смог сдержать легкой улыбки, тронувшей уголки его рта. Ее неловкое выражение лица и то, как она ёрзала на полу, делали ее почти похожей на ребёнка. — Нет, это… это не глупо, — ответил он всё еще немного грубоватым тоном, но без всякой резкости. — Просто… неожиданно. — Ты меня простишь? Хотя бы на сегодня. — Алиса снова посмотрела на Леви. Её голос был мягким и спокойным. Леви посмотрел на неё сверху вниз, выражение его лица стало чуть более игривым. Он тихо рассмеялся, покачав головой. — Ты действительно нечто, ты знаешь это? — сказал он, но в его голосе не было ни гнева, ни раздражения. — Пока я не буду обращать на это внимания. Но больше никаких глупостей, понятно? Только на сегодня. Алиса резко встала и обняла его за шею. — Спасибо… Леви был застигнут врасплох этим внезапным объятием, но не отстранился. Его плечи на мгновение слегка напряглись, прежде чем он расслабился в ее объятиях. Он почувствовал тепло ее тела у себя на груди, и это вызвало в нем какую-то незнакомую боль. — Не стоит… — хрипло сказал он, его голос звучал немного хрипловатее, чем обычно. — Как ты еще до сих пор не вышвырнул меня на улицу. — Алиса тихо посмеялась, продолжая обнимать его, уткнувшись носом в шею. Леви чувствовал ее дыхание на своей шее, ее смех вызывал странное покалывание в позвоночнике. Он не мог отрицать неожиданного утешения, которое он обрёл в их объятиях. Он подавил желание протянуть руку и запустить пальцы в ее волосы. — Поверь мне, я много раз испытывал искушение… — сказал он, и в его голосе звучала смесь разочарования и неохотной привязанности. — Я могу тебя понять… — тихо прошептала Алиса. Леви почувствовал, как она прошептала что-то ему на шею, и от ее мягкого голоса у него по спине пробежали мурашки. Он обнял ее чуть крепче, испытывая смесь желания защитить и чего-то еще, что он не мог точно определить. — У тебя талант сводить меня с ума, ты знаешь об этом? — пробормотал он низким и чуть более грубым, чем обычно, голосом. — Это плохо или хорошо? — Алиса повернула к нему голову, посмотрев в глаза с легким волнением. На мгновение он растерялся, встретившись с ней взглядом. Ее широко раскрытые, неуверенные глаза заставили его сердце замереть. Когда он заговорил, его голос был тише, чем обычно, с оттенком уязвимости. — Я… Я не знаю, — честно признался он. — Это сбивает меня с толку. Это расстраивает меня. Но я не могу отрицать, что ты имеешь надо мной власть, даже когда доставляешь неприятности. — Я действительно не хочу этого делать… Расстраивать тебя… Я постараюсь вести себя сдержаннее, хорошо? — Голос Алисы звучал тихо и ласково, успокаивая. Леви медленно кивнул, всё еще держа ее в объятиях. Ее тихий, успокаивающий голос немного расслабил его плечи. — Хорошо, — сказал он хрипло. — Потому что из-за твоего безрассудства у меня с каждым днем становится все больше седых волос. — Правда? Покажи! — Алиса встала на цыпочки, наклонив его голову ближе к себе, чтобы рассмотреть волосы. Леви раздражённо вздохнул, смиряясь с ее дерзкой просьбой. Он позволил себе наклониться к ней, чтобы она могла рассмотреть его волосы. В его волосах действительно было несколько седых прядей, особенно на висках. — Видишь? Вот что ты делаешь со мной, — сухо сказал он с ноткой веселья в голосе. — Ой, да ладно тебе. Это просто старость. — Алиса тихо посмеялась, перебирая пальцами его волосы. Леви закатил глаза, но не отстранился от ее нежного прикосновения. Ощущение ее пальцев, перебирающих его волосы, вызвало странное покалывание в позвоночнике. Он попытался не обращать на это внимания, сосредоточившись на их болтовне. — Старость, да? Мне всего тридцать с небольшим, — проворчал он. — Благодаря тебе я чувствую себя так, словно за несколько месяцев постарел на десять лет. — Нет-нет. Это точно старость. — Алиса удовлетворенно хмыкнула, кивнув самой себе, якобы соглашаясь со своим предположением. Леви не смог удержаться от смеха, услышав ее упрямую настойчивость. Ее непоколебимая уверенность в собственных выводах позабавила его, хотя и немного разозлила. — Верно, потому что ты знаешь о старении больше, чем я, — саркастически заметил он. — Ты едва ли вдвое моложе меня. Что ты знаешь о старости? — Знаю, что когда люди стареют, их волосы начинают седеть. — Алиса хитро улыбнулась ему, слегка похлопав по плечу. Леви слегка покачал головой, на его лице отразилась смесь веселья и раздражения. — Это самое глубокое понимание, которое я слышал за всё утро, — сухо сказал он. — Ты настоящий мудрец, ты знаешь это? — Да, спасибо. — Алиса задорно рассмеялась и быстро поцеловала его в щеку. Его глаза на мгновение расширились от ее неожиданного поцелуя в щеку. Ощущение ее мягких губ на своей коже вызвало в нем какой-то незнакомый укол. Он замер на мгновение, застигнутый врасплох спонтанным проявлением привязанности. — За что это было? — хрипло спросил он, пытаясь скрыть легкое волнение, которое испытывал. — За то, что ты такой милый старый ворчун. — Голос Алисы был игривым, а в её глазах плясали смешинки. Леви усмехнулся, но в его тоне не было настоящего раздражения. То, как она смотрела на него, ее глаза искрились озорством, а голос был полон дерзкой нежности, не давало ему продолжать сердиться на нее. — Я не старый, — слабо запротестовал он, и его грубость немного смягчилась. — И я определённо не милый. — Значит, ты согласен с тем, что ты ворчун? — Алиса хихикнула, положив обе руки на его плечи. Леви проворчал что-то себе под нос, осознав, что попал впросак. Он фыркнул, прежде чем ответить, всё еще обнимая ее за талию. — Да, да, прекрасно. Я ворчун. Но только потому, что твои выходки сводят меня с ума. Леви высвободился из их объятий, в его глазах промелькнуло разочарование, когда он отступил назад. Он прочистил горло, восстанавливая самообладание, и выражение его лица вернулось к его обычному серьёзному выражению. — Ладно, давай отправимся в кабинет, — хрипло сказал он. — У нас есть работа, которую нужно сделать. — Что за работа? — Алиса удивлённо вскинула брови. — Опять отчеты заполнять будешь? Леви кивнул, в его глазах читалась усталость. — К сожалению, бумажная волокита никогда не заканчивается. Быть капитаном — это не только сражаться с титанами. Это влечет за собой массу административной работы. — Он указал на дверь, молча приглашая ее следовать за ним. Леви собрал свой отряд и они все направились в его кабинет. Он приказал им, чтобы они начали уборку, пока он занимается документами. Капитан вошел в свой кабинет и сел за стол, окруженный кипами документов, которые требовали его внимания. Его мысли все еще были немного рассеяны после их предыдущего общения, но он попытался сосредоточиться на текущей задаче. Тем временем остальные члены команды принялись за уборку, протирая пол, вытирая пыль с полок и наводя порядок в комнате. Звуки их движений и болтовни наполнили комнату. Время от времени он поднимал глаза, наблюдая за тем, как усердно работает команда. Он не мог не заметить, как Алиса работала бок о бок с Эреном, Армином и Жаном, как ее жизнерадостная энергия гармонировала с их юношеским настроем. Сам того не желая, он испытывал некоторое умиротворение, наблюдая, как она ладит с остальными, даже если ее присутствие иногда выводило его из себя. Эрен, как всегда, начал спорить с Жаном о правильности вытирания пыли со шкафов. Леви не мог удержаться, чтобы не закатить глаза, наблюдая за перепалкой Эрена и Жана. Бесконечные споры между этими двумя никогда не переставали его раздражать. Он откинулся на спинку стула и на мгновение потер виски, прежде чем громко заговорить. — Хватит, вы двое! Сосредоточьтесь на задаче, а не спорьте, как дети. — Капитан, скажите этому придурку, что правильнее сначала вытирать пыль сухой тряпкой, а уже потом влажной! — Эрен говорил со смесью раздражения и мольбы. Леви потёр переносицу, чувствуя, что у него начинает болеть голова. Он наклонился вперёд, и его голос стал суровым. — У обоих методов есть свои преимущества. Сухая чистка помогает удалить пыль, в то время как влажная очистка улавливает более мелкие частицы. Мне нужно напоминать тебе, что у нас есть работа, которую мы должны выполнять, а не спорить о методах уборки? — Правильно. Займись своим делом и не лезь в мои, пустоголовый! — Жан огрызнулся на Эрена, кинув в него мокрую тряпку. Раздражение Леви достигло своего пика. Он хлопнул рукой по столу, его голос сорвался на крик. — Хватит! — он зарычал. — У меня нет времени на ваши мелкие дрязги! Вы должны были заниматься уборкой, а не вести себя как малыши-переростки. Разберитесь со своими доводами и возвращайтесь к работе! Леви увидел, как остальные члены команды вздрогнули от его вспышки, и на мгновение почувствовал укол сожаления. Он знал, что у него более резкий характер, чем у большинства, но он хотел поддерживать порядок в своей команде. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. — Я просто хочу, чтобы уборка была сделана быстро и эффективно. И препирательства не помогут. Так что возвращайтесь к работе и сведите мелкие ссоры к минимуму. Леви наблюдал, как команда возобновила уборку, снова сосредоточившись на своих задачах. В комнате воцарилась более спокойная и продуктивная атмосфера. Он подавил вздох и вернул свое внимание к бумагам, лежащим перед ним. Время от времени он поднимал взгляд на Алису, наблюдая, как она усердно работает вместе с другими. В глубине души он не мог не ценить ее энергичное и воодушевленное присутствие, даже если временами это его изматывало. С того ни с сего, Алиса начала терять равновесие и слегка отшатнулась от места. Проницательный взгляд Леви заметил, как Алиса слегка споткнулась, и сразу же отвлекся от бумаг. Он напрягся, его инстинкты сработали, чтобы оценить ситуацию. — Алиса, смотри под ноги! — крикнул он, в его голосе слышалась смесь беспокойства и грубости. Алиса опустилась на стул и закрыла лицо рукой. — У меня просто… закружилась голова… — Устало вздохнув, ответила она. Его первоначальное беспокойство сменилось тревогой, когда она села и упомянула о своем головокружении. Леви быстро встал из-за стола и подошел к ней, в его голосе слышались нотки беспокойства. — С тобой всё в порядке? Ты встала слишком быстро или что-то в этом роде? — Да. Вроде уже лучше… — Алиса покачала головой, слегка встряхнувшись. Леви внимательно осмотрел ее, чтобы убедиться, что она действительно чувствует себя лучше. Он протянул руку и слегка коснулся ее лба, проверяя температуру. — Ты чувствуешь головокружение или тошноту? Тебе не плохо? Взгляды отряда устремились к Алисе и Леви, они тоже слегка были взволнованы ситуацией. Леви проигнорировал любопытные взгляды остальных членов команды, сосредоточившись на Алисе. Он убрал руку, проверив ее температуру. — Ты выглядишь нормально, — тихо проворчал он. — Но я не хочу, чтобы ты переутомлялась. Успокойся немного, ладно? — Да. Хорошо. — Алиса слабо улыбнулась ему. Леви кивнул, довольный ее ответом. Он вернулся к своему столу, но его пристальный взгляд задержался на ней еще на мгновение. Он не привык испытывать беспокойство о ее благополучии. Ему стало не по себе. Команда вернулась к своим обязанностям по уборке комнаты. Атмосфера оставалась немного более спокойной, лишь изредка бросали взгляды на Алису, чтобы проверить ее состояние. Когда отряд закончил уборку, первым отозвался Эрен о выполнении задачи. — Капитан, мы везде убрались! Леви оглядел помещение, удовлетворенный тем, что теперь в кабинете было безупречно чисто. Он одобрительно кивнул, отдавая должное работе команды. — Хорошо. Вы проделали достойную работу, — хрипло сказал он. — Убедись, что ты снова всё не испортишь своими бесконечными ссорами и хулиганскими выходками, когда меня не будет рядом. — Да почему всегда я? Это Жан во всем виноват! — обиженно произнес Эрен, скрестив руки на груди. Леви приподнял бровь, услышав, как Эрен немедленно переложил вину на Жана. Он подавил вздох, зная, что это был обычный спор между ними. — Вы оба одинаково виноваты, — резко возразил он. — И мне всё равно, кто начал это на этот раз. Перестаньте вести себя как дети и научитесь работать сообща. Пока Леви ругал ссорящуюся парочку, он заметил, что Жан подошел и сел рядом с Алисой. В его сознании вспыхнул намек на любопытство, но он быстро подавил его, сосредоточившись на сохранении контроля над ситуацией. Он скрестил руки на груди, наблюдая, как Жан устраивается поудобнее рядом с ней. Он не мог не наблюдать за их общением, ему было любопытно, о чем они могут говорить. Любопытство Леви росло по мере того, как он наблюдал за тихим разговором между Алисой и Жаном. Их тихий смех и таинственный шёпот еще больше разожгли его интерес. Он попытался снова сосредоточиться на бумагах на своем столе, но его мысли постоянно возвращались к их разговору. Он обнаружил, что их скрытный разговор всё больше раздражает его, и испытывал странное чувство собственничества из-за ее внимания. Его раздражение усилилось, когда он увидел, как Жан небрежно обнял Алису за плечи дружеским жестом. Это было что-то тривиальное, даже безобидное, но по какой-то причине Леви почувствовал укол ревности и собственнического чувства. Он стиснул зубы, борясь с желанием вмешаться. К Леви подошли Эрен, Армин и Микаса. — Капитан, у нас есть еще какие-то задачи на сегодня или мы можем идти? — спросил Эрен. Леви оторвался от своих бумаг, на мгновение отвлекшись от своих мрачных мыслей. Он обдумал вопрос команды, его мысли все еще были заняты Алисой и Жаном. — Заканчивайте, что бы вы там ни делали, а потом можете идти, — проворчал он. — Но я ожидаю, что все вы вернётесь сюда завтра рано утром для тренировки. — Так точно, капитан! — Эрен отдал честь и вместе с Армином и Микасой вышел из кабинета. Когда троица ушла, взгляд Леви неосознанно вернулся к Алисе и Жану, которые всё еще были поглощены своим разговором. Он не мог не почувствовать укол ревности, увидев их вместе, он почувствовал странное волнение в груди. Он с усилием отвел взгляд, напомнив себе, что это его не касается, и снова сосредоточился на бумагах, лежащих перед ним. — Капитан тебя больше не обижает? — Жан тихо задал вопрос Алисе, чтобы Леви не услышал. Алиса взглянула на Жана, и легкая улыбка заиграла на ее губах. Она мягко покачала головой. — Не совсем. Просто обычные вещи, — тихо ответила она. — Он может быть немного сварливым, но я знаю, что у него добрые намерения. Она мельком взглянула на Леви, и в ее глазах промелькнула смесь веселья и… чего-то еще. Она быстро перевела взгляд на Жана, заинтригованная его явным беспокойством. Леви заметил, как они коротко взглянули в его сторону, и его острый взгляд на мгновение встретился с их взглядами. Он подавил желание спросить об их разговоре, стараясь сохранять безразличный вид. Но ноющее чувство любопытства продолжало грызть его. Он не мог отделаться от ощущения, что они обсуждают что-то, имеющее к нему отношение. Когда Жан, наконец, направился к двери, Леви проследил взглядом за его движениями. Когда дверь за ним закрылась, оставив Леви и Алису одних в комнате, воцарилась необычная тишина. Леви перевёл взгляд на нее, в нем бурлили любопытство и противоречивые эмоции. Алиса заметила взгляд Леви и вопросительно посмотрела на него. Леви прочистил горло, и тишина в комнате внезапно сгустилась от невысказанных слов. Он встретился с ней взглядом, мгновение изучал ее глаза, прежде чем заговорить, и его хриплый голос нарушил тишину. — Ты и Жан, — начал он с ноткой грубости в голосе. — О чем вы говорили? — Тебя это так интересует? — Алиса посмотрела на него с искренним удивлением. От ее вопроса он сразу почувствовал себя неловко, словно защищаясь. Он быстро постарался взять себя в руки, пытаясь замаскировать свое любопытство грубоватым безразличием. — Просто хотел убедиться, что вы двое не занимаетесь какой-нибудь ерундой, — грубовато ответил он. — Мне нужно, чтобы мой отряд сосредоточился на выполнении задания, а не сплетничал, как кучка гражданских. Алиса слегка хитро ухмыльнулась, заметив его резкую перемену настроения. — Жан просто спрашивал, обижал ты меня или нет. Леви заметил ее лукавую усмешку, и его раздражение возросло из-за того, что она смогла разглядеть его за грубоватой внешностью. Он скрестил руки на груди, пытаясь сохранить свой обычный стоицизм. — И что ты ему сказала? — хрипло спросил он. — Я сказала, что ты бываешь сварливым, но на самом деле ты добрый человек. — Алиса непринужденно пожала плечами. Леви не мог не почувствовать укол удивления от ее ответа. Она увидела его грубое поведение насквозь и нашла в нем некое подобие доброты. Это было тревожное чувство, когда его фасад был виден насквозь. Он проворчал, пытаясь преуменьшить ее слова. — Хмф. Не распространяй такую ​​чушь. Я не известен как «мягкая душа», — парировал он с ноткой защиты в голосе. — Ну да. Ты бываешь грубым, ворчливым, можешь использовать силу при выяснении отношений. Но ты же добрый и иногда бываешь милым, правда? — Алиса ласково улыбнулась ему. Леви был застигнут врасплох ее улыбкой, ее неожиданная нежность вызвала странный трепет в его груди. Он старался сохранять свое обычное безразличное поведение, но было что-то в ее словах, в том, как она назвала его «милым», что заставило его грубоватую внешность смягчиться, пусть и ненамного. — Черт возьми, женщина, — пробормотал он себе под нос. — Ты умеешь видеть меня насквозь. Алиса тихо захихикала над его реакцией. — Ты когда закончишь? Я уже хочу есть. Леви что-то проворчал себе под нос, притворяясь, что его раздражает ее смех, но на самом деле от ее хихиканья у него замирало сердце. Он указал на бумаги, разбросанные по его столу, его тон был, как всегда, грубым. — Осталось закончить еще немного бумажной работы, — ответил он. — Дай мне еще пару минут, и мы можем идти.