Этот мир внутри стен…

Наступило утро. Леви медленно открыл глаза и увидел Алису, крепко спящую рядом с ним. Она выглядела такой умиротворённой и расслабленной, ее волосы были рассыпаны вокруг головы, словно нимб. Он не смог сдержать улыбки при виде этого зрелища. Он приподнялся на локте, наблюдая за ней несколько мгновений. Она выглядела такой хрупкой и в то же время такой сильной. Леви вздохнул, понимая, что должен встать и собраться, чтобы пойти с Ханджи и доложить Дариусу Закклаю об их вчерашней миссии. Но он не хотел оставлять ее одну, пока. Он неохотно отстранился от нее и выскользнул из постели, стараясь не разбудить ее. Он бросил последний взгляд на ее спящую фигуру, испытывая острое сожаление из-за того, что ему приходится уходить. Капитан направился в кабинет Ханджи, чувствуя, как в его теле нарастает напряжение. Миссия во многих отношениях обернулась катастрофой. Им удалось спасти Алису, но потеря солдат стала тяжелым ударом. Не говоря уже о том, что они не смогли захватить хотя бы одного пленного. А то, что Зик Йегер смог сбежать из тюрьмы, было вообще провалом всего разведкорпуса. Эта мысль заставила его стиснуть челюсти, а руки сжаться в кулаки по бокам. Леви вошел в кабинет Ханджи без стука, его шаги были твёрдыми и целеустремлёнными. Она сидела за своим столом, просматривая какие-то отчёты, и подняла глаза, когда увидела, что он вошел. На ее лице было напряжённое, мрачное выражение, вероятно, отражавшее его собственное настроение. — Леви. — серьёзным тоном поприветствовала его Ханджи. Леви кивнул в знак приветствия. Он стоял перед ее столом, заложив руки за спину, с мрачным выражением лица. — Что же сейчас будет… Даже не хочу думать. — устало произнесла Ханджи. — Дариус все соки из нас выпьет. Леви вздохнул, от мысли о встрече с Дариусом Закклаем и сообщении об их провале, у него свело живот. — Да, я знаю. Я тоже этого не жду. Он наверняка собирается разорвать нас. — Как бы нам этого не хотелось, но нужно идти. Он ждёт у себя в главном штабе. — Ханджи встала со стола и направилась к выходу. Леви кивнул в знак согласия, испустив еще один вздох. — Я знаю. Я просто надеюсь, что он будет настроен снисходительно. — Он вышел из кабинета вслед за Ханджи, и они вместе направились к главному офису. Они ехали в экипаже, и молчание между ними было тяжелым от предвкушения. Поездка в главный штаб, казалось, тянулась бесконечно, единственными звуками, нарушавшими тишину, были цокот лошадиных копыт и скрип экипажа. Это дало Леви время собраться с силами, морально подготовиться к неизбежной конфронтации с Дариусом Закклаем. Спустя время они вошли в комнату для переговоров, дверь за ними тихо закрылась. Там, во главе стола, сидел Дариус Закклай. Выражение его лица было суровым, а взгляд холодным и расчётливым, когда он посмотрел на них. На мгновение воцарилось напряжённое молчание, пока они стояли перед ним, ожидая, что он заговорит первым. — Итак, Леви, Ханджи, присаживайтесь. Я жду от вас отчёт о вчерашней миссии. — Дариус сурово сказал это, подперев подбородок тыльной стороной ладони. Дариус внимательно слушал, как Ханджи докладывала о частичном провале миссии. Потери солдат и неудавшаяся поимка врага не были хорошими новостями, а сообщение о побеге заключённого из разведывательного штаба в тюрьме было еще хуже. Однако, именно упоминание о Зике Йегере по-настоящему привлекло внимание Дариуса. Он выпрямился на стуле, его глаза сузились, когда он пристально посмотрел на них. — Зик Йегер… сбежал? — Да, сэр. Пока мы были на задании, в штабе осталось мало людей, и некому было приглядывать за ним. — ответила Ханджи. Дариус внимательно слушал объяснения Ханджи, его глаза сузились, когда он попытался сдержать свой гнев. Мысль о побеге такого опасного заключённого, как Зик Йегер, была не из приятных. Он наклонился вперёд, его голос был холодным и строгим. — Это неприемлемо. Безопасность нашей штаб-квартиры всегда должна быть главным приоритетом. А Зик Йегер — один из самых опасных заключённых, которые у нас есть. Как ему удалось сбежать? — Мы не знаем… — Устало ответила Ханджи. Дариус вздохнул и откинулся на спинку стула, на его лице ясно читалось разочарование. Он потёр переносицу, пытаясь успокоиться. — Понимаю. Это серьёзная проблема. Тот факт, что мы даже не знаем, как ему удалось сбежать, вызывает беспокойство. Нам нужно усилить меры безопасности и выяснить, что произошло. — Он посмотрел на них обоих холодным и суровым взглядом. — У вас есть какие-нибудь предположения, куда мог направиться Зик Йегер? — Скорее всего, он направился к своим сослуживцам. — ответила Ханджи. Дариус задумчиво кивнул, размышляя над словами Ханджи. Было понятно, что Зик попытается найти своих союзников, но знать, где они могут быть, было другой проблемой. — Этого я и боюсь. Если ему удастся воссоединиться со своими товарищами, это будет плохой новостью для нас. Нам нужно выяснить, где они, и остановить их, пока не стало слишком поздно, — сказал он твёрдым голосом с ноткой беспокойства. Дариус посмотрел на Леви строгим взглядом и заговорил спокойным тоном. — Капитан Леви, как так произошло, что вы не смогли взять пленного? Леви почувствовал на себе пристальный взгляд Дариуса и встретил его холодным, стальным взглядом. Он знал, что его неудача с захватом пленника станет предметом обсуждения, и был готов к этому. — Враг был на удивление силён. Они были хорошо обучены и знали, как избежать поимки, — спокойно ответил он, его голос был ровным и сдержанным. — Мы не ожидали, что они окажутся настолько сильными. Дариус хмыкнул, задумчиво потирая подбородок. — Вот оно что. Я понял. Сильнейший боец разведкорпуса и десятки солдат не смогли совладать с тремя носителями титанов? Леви стиснул зубы, подавляя раздражение от снисходительного тона Дариуса. Он чертовски хорошо знал, что задание оказалось сложнее, чем ожидалось, но не собирался признавать это вслух. — Трое непредсказуемых и хорошо обученных вражеских солдат, — поправил он резким и раздражённым голосом. — У них было преимущество внезапности и огромная сила титанов, а мы не были к этому готовы. Это было не так просто, как вы, кажется, думаете. Дариус сурово посмотрел на Леви и резко стукнул ладонью по столу. — Капитан, вы понимаете вашу ситуацию? Я дал вам разрешение на эту миссию только потому, что вам было необходимо схватить или уничтожить врага. В итоге что я наблюдаю? Ваш корпус полностью разгромлен, вы не схватили и не уничтожили ни одного врага, зато вернули бесполезную девчонку. Хорошая работа. — раздражённо ответил Дариус. Леви почувствовал, как в нём нарастают гнев и досада от слов Дариуса. Он прекрасно понимал, что миссия провалилась, и понимал, как плохо это выглядело для него и его отряда. Но мысль о том, что он назвал Алису бесполезной, вызвала у него желание ударить Дариуса в челюсть. — Она не бесполезна, — сказал он, и в его голосе прозвучала угроза. Он сжал кулаки, пытаясь сдержать свой гнев. — Она невинное гражданское лицо, которое через многое прошло. Вы не имеете права называть ее бесполезной. — Как вы думаете, капитан, что важнее: десятки солдат, которые защищают наш мир от нападений титанов, или одна девчонка, не имеющая никаких навыков? — Дариус говорил спокойно, его глаза пристально смотрели в глаза Леви. Леви прищурился, глядя на Дариуса, его гнев возрастал от его слов. Он знал, что говорит логично, но мысль о том, что кто-то может обесценить Алису, заставляла его кровь кипеть. — Ты думаешь, что только потому, что у нее нет никаких боевых способностей, ее жизнь стоит меньше, чем жизнь наших солдат? — сказал он, его голос был холодным и сдержанным, несмотря на бурлящий внутри гнев. — Я именно так и думаю, капитан. — бесстрастным голосом ответил Закклай. — Я знал, что эта девчонка доставит нам кучу неудобств. Леви стиснул зубы, изо всех сил стараясь сдержать свой гнев. Ему хотелось ударить Дариуса по лицу, но он знал, что это ничего не решит. — Это не тебе решать, — сказал он твёрдым голосом. — Она невиновна и заслуживает безопасности не меньше, чем любой из наших солдат. И у тебя нет права решать, что с ней будет. Ханджи молча наблюдала за перепалкой, на ее лице читалась смесь усталости и озабоченности. Она знала, что это чувствительная тема для Леви, и видела, как с каждым словом его гнев растет. Она молча надеялась, что Дариус отступит, прежде чем все перерастёт в жаркий спор. — Эта девчонка прибыла неизвестно откуда, как вы говорили, «из другого мира». Я имею полное право решать ее судьбу, поскольку безопасность я ставлю превыше всего. Не идите со мной на конфронтацию, капитан. — сурово ответил Дариус. Глаза Леви сузились от слов Дариуса. Это правда, что Алиса пришла из другого мира, и ее присутствие было тайной для других гражданских, но это не давало Дариусу права решать ее судьбу. — Ты можешь ставить безопасность и сохранность наших людей на первое место, но это не даёт тебе права обращаться с Алисой так, будто она не более чем пешка в твоих планах, — выпалил он в ответ, его голос был жёстким. Он пытался сдержать свой гнев, но с каждым мгновением это становилось всё труднее. Дариус раздражённо посмотрел на Леви, но быстро принял свое стоическое выражение лица. — Я могу делать с ней всё, что мне только вздумается. Я могу объявить ее вражеским шпионом, и ее казнят на следующий день. Леви сжал кулаки при мысли о том, что Алису могут казнить как шпионку. Он бы этого не допустил, чем бы ни угрожал Дариус. — Ты ничего ей не сделаешь, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Она не вражеская шпионка, и ты не тронешь ее, ты понял? Дариус усмехнулся, положив руки на стол. — Капитан, это угроза? Наши беседы с вами никогда не заканчиваются хорошо. Кулаки Леви были сжаты так сильно, что побелели костяшки пальцев. Он сердито смотрел на Дариуса, не отступая. — Это не угроза. Это обещание, — сказал он холодным и решительным голосом. — Ты и пальцем ее не тронешь, а если сделаешь это, тебе придется иметь дело со мной. Дариус приподнял бровь, слегка неуверенно посмотрев на Леви, но в моменте прикрыл глаза и тяжело выдохнул. — Капитан, я не собираюсь трогать вашу девчонку… пока. Если от нее не будет никакой угрозы или проблем. Леви издал тихий вздох облегчения, его напряжение немного спало после слов Дариуса. Но он всё еще не ослабил бдительности. Он всё еще не доверял Дариусу полностью. — Она не представляет угрозы, — сказал он твёрдым голосом. Но в этом был оттенок отчаяния, намек на страх потерять Алису. Он не хотел терять ее, не после всего, через что они прошли. Дариус перевёл взгляд на Ханджи и заговорил спокойным властным тоном. — Напишите мне отчёт о всех умерших солдатах во время миссии и отправьте мне. Ханджи мгновенно напряглась от тона Дариуса, и она кивнула, подтверждая приказ. Она знала, что с ним лучше не спорить, особенно когда он был так серьёзен. — Да, сэр, — ответила она, и в ее голосе не было обычного энтузиазма. Она сделала мысленную пометку сделать так, как он приказал, и написать отчёт как можно скорее, включив в него всю необходимую информацию. Дариус довольно кивнул, хмыкнув, и скрестил руки на груди. — Хорошо. Тогда, если это всё, то вы свободны. О перемещениях Зика Йегера и его союзников поговорим позже. Я вызову вас снова, как всё обсужу с другим начальством. Леви и Ханджи кивнули в знак признательности, испытывая облегчение от того, что встреча закончилась. Они встали и направились к выходу из комнаты, когда Леви остановился в дверях, всё еще прокручивая в голове их разговор об Алисе. — Коммандор, — бросил он через плечо. — И последнее… Дариус поднял голову и посмотрел на Леви, отложив бумаги, которые начал разбирать. — Слушаю. Леви на мгновение замолчал, подбирая нужные слова. Он был не из тех, кто открыто демонстрирует свои эмоции, но он слишком сильно заботился об Алисе, чтобы просто так это оставить. — Ты не тронешь ее, — повторил он решительным голосом. Затем, уже тише, он произнес слова, которые, как он думал, никогда не произнесёт: — Я не позволю тебе. Как только они оказались за дверью, Ханджи со вздохом повернулась к Леви, на ее лице была смесь беспокойства и смирения. — Леви, ты же знаешь, что не можешь вот так просто угрожать Дариусу… — тихо сказала она, — Он командир. У него есть власть делать всё, что он захочет. Выражение лица Леви слегка потемнело, его обычное холодное поведение на мгновение исчезло. — Я знаю это, — сказал он, в его голосе слышалось раздражение. Но затем он слегка покачал головой, и выражение его лица снова стало суровым. — Но я не позволю ему прикоснуться к ней. Я не позволю ему причинить ей боль. Мне плевать, если мне придётся драться со всеми в этой чертовой штаб-квартире, я сделаю это, если это будет означать, что она в безопасности. Ханджи удивлённо смотрела на Леви, пока они шли. В её глазах заиграл огонек. Она впервые видела у Леви такую решимость защищать кого-то. Впервые видела его привязанность к кому-то. Леви чувствовал на себе пристальный взгляд Ханджи, но не обращал на это внимания, его разум всё еще был занят мыслями о безопасности Алисы. Несмотря на его обычное холодное и отстранённое поведение, в нем горел огонь защиты, когда дело касалось ее. Он знал, что его чувства были сильными, даже пылкими, но ему было всё равно, что подумают другие. Он сделал бы всё, чтобы обезопасить ее. Но он также изо всех сил пытался справиться со своими эмоциями, с удивлением от собственной реакции. Это было так непривычно для него. Они вышли из главного штаба и сели в экипаж, направляясь в штаб квартиру разведкорпуса. На обратном пути Ханджи молча наблюдала за Леви, на ее лице было задумчивое выражение. После нескольких минут молчания она заговорила. — Леви, — тихо сказала она, — Могу я задать тебе личный вопрос? Леви повернул голову к Ханджи, смотря на нее, и ответил спокойным голосом. — Да. Ханджи на мгновение заколебалась, не зная, как сформулировать свой вопрос, чтобы не расстроить Леви. — Почему безопасность Алисы так важна для тебя? — спросила она тихим и нежным голосом. — Я никогда раньше не видела, чтобы ты кого-то так защищал… Леви на мгновение замолчал, выражение его лица стало отстранённым и замкнутым. Он не любил говорить о своих чувствах, особенно о тех, что он испытывал к Алисе. Но было что-то в мягком тоне Ханджи, что заставило его ответить честно. — Это сложно, — тихо сказал он. — Я забочусь о ней. Больше, чем следовало бы. Я не хочу, чтобы с ней что-нибудь случилось. Она… важна для меня. Ханджи не могла не почувствовать некоторого удивления и благоговейного трепета от признания Леви. Она никогда не думала, что услышит, как холодный и расчётливый капитан Разведывательного корпуса говорит о ком-то таким уязвимым тоном. Она посмотрела на него, и на ее губах заиграл намек на улыбку. — Леви… Ты влюблён в нее? Глаза Леви слегка расширились, его обычное стоическое выражение лица на мгновение изменилось. — Я… не знаю, — сказал он, в его голосе звучали удивление и готовность защищаться. Но в его тоне была нотка неуверенности, которая выдавала правду. Он не хотел признавать этого вслух, но в глубине души понимал, что Ханджи права. Он был влюблён в Алису больше, чем когда-либо считал возможным. Ханджи тихо рассмеялась, на ее лице отразилась смесь веселья и нежности. — Ох, Леви, — сказала она, с улыбкой покачав головой. — Ты такой ужасный лжец. Ты определённо влюблён в нее. Леви разочарованно фыркнул, его лицо слегка покраснело от смущения. Он избегал взгляда Ханджи, глядя в окно экипажа. — Может быть, так оно и есть, — пробормотал он тихим и застенчивым голосом. — Но я не хочу, чтобы кто-нибудь еще знал об этом разговоре, хорошо? Держи это при себе. Ханджи снова хихикнула, весело покачав головой. — Конечно, конечно, — сказала она, всё еще улыбаясь взволнованному выражению лица Леви. — Я никому не скажу. Леви какое-то время сердито смотрел на Ханджи, но ее весёлое выражение лица и уверенность в том, что она никому не расскажет, заставили его немного расслабиться. Он откинулся на спинку сиденья, всё еще немного взволнованный, пытаясь взять себя в руки. — Хорошо, — пробормотал он, — Я не хочу, чтобы кто-то дразнил меня по этому поводу, особенно чёртовы четырёхглазые. Ханджи расхохоталась, и ее смех наполнил весь экипаж. Ей нравилось немного поддразнивать Леви, особенно теперь, когда она услышала его признание. — Да ладно, Леви. Ты же знаешь, я не смогу устоять! Это слишком забавно, чтобы не поддразнить тебя по этому поводу. Представь себе выражение лиц некоторых из них, когда я раскрою тайну личной жизни могущественного капитана! Глаза Леви сузились от слов Ханджи, на его лице отразилась смесь раздражения и смирения. Он знал, что она просто дразнит его, но мысль о том, что другие будут дразнить его из-за его чувств, была менее чем привлекательной. — Сделаешь это, и я сломаю тебе обе ноги, — предупредил он низким рычащим голосом. — Не смей никому ничего говорить. Ханджи снова усмехнулась, подняв руки в притворном жесте капитуляции. — Ладно, ладно, я ничего не скажу. Я ценю свои конечности, в конце концов. Но тебе лучше быть готовым к тому, что я буду дразнить тебя всю жизнь, Леви. Я не собираюсь оставлять это так в ближайшее время! Леви недовольно проворчал что-то себе под нос, его лицо снова покраснело. Он терпеть не мог быть объектом шуток и поддразниваний, но он знал, что Ханджи не совсем серьёзна. Смиренно вздохнув, он неохотно ответил: — Да, да, я знаю. Тебе просто это слишком нравится, четырёхглазая. Наконец, карета остановилась перед штаб-квартирой, и Леви и Ханджи вышли из нее. Ханджи не удержалась и украдкой взглянула на Леви, всё еще удивленная их недавним разговором, и Леви нахмурился, заметив ее взгляд. — Разве тебе не нужно работать, четырёхглазая? — проворчал он, когда они шли к зданию. Ханджи улыбнулась еще шире, наслаждаясь тем, что дразнит Леви. Она точно знала, как его разозлить. — О, конечно! Нужно разобраться с кучей бумажной работы. И мне нужно придумать новые способы подразнить тебя из-за твоего маленького увлечения. Леви закатил глаза, на его лице отразилось явное раздражение. Он ускорил шаг, пытаясь убежать от Ханджи, которая продолжала идти рядом с ним, широко улыбаясь. — Ты невыносима, ты знаешь это? Ханджи только усмехнулась в ответ, явно наслаждаясь происходящим. Она знала, что выводит Леви из себя, но также знала, что на самом деле он на нее не злится. — Да ладно, Леви. Я просто немного развлекаюсь. Расслабься немного! Леви глубоко вздохнул, наконец-то прекратив свои тщетные попытки сбежать от Ханджи. — Для тебя, может быть, и весело. Но не для меня, — проворчал он, бросив на нее взгляд, в котором было наполовину раздражение, наполовину смирение. — Ты сведешь меня с ума, я проклинаю тот день, когда встретил тебя… Ханджи только рассмеялась, похлопав Леви по спине. — Не будь таким драматичным, Леви. Ты действительно любишь меня. Ты бы скучал по мне, если бы меня не было рядом, чтобы раздражать тебя. Леви не смог удержаться от раздражённого смешка, услышав слова Ханджи. Он никогда бы этого не признал, но отчасти она была права. — Да, да, неважно. Продолжай твердить себе это, — сказал он, снова закатывая глаза, но на этот раз с меньшим раздражением. Ханджи просияла, явно довольная тем, что Леви не совсем серьёзно говорил о том, что ему не нравится ее присутствие. — Ты можешь отрицать это сколько угодно, но мы оба знаем, что ты бы пропал без меня и моих шуток, — сказала она, нежно коснувшись его плеча. Леви вздохнул, и уголки его губ тронула лёгкая улыбка. — Хорошо, я признаю это. Мне было бы безумно скучно, если бы ты не раздражала меня. Теперь ты довольна? Ханджи хлопнула в ладоши с довольной улыбкой на лице. — Ха! Я так и знала! Втайне тебе нравятся наши шутки. Леви только покачал головой, на его лице была смесь веселья и смирения. — Ты невозможна, — пробормотал он, но в его тоне слышалась нежность. Наконец, они разошлись. Ханджи ушла в свой кабинет, а Леви направился в свою комнату. На улице еще был день и времени оставалось достаточно, чтобы провести его продуктивно.