Разное оружие одной стали

В кафетерий нагрянул командующий. Просто поесть, это не было ни проверкой, ни чем-либо другим. Случалось такое крайне редко, так что дозоры в замешательстве старались вести себя естественно, но аккуратно. Сотню бесстыже пялящихся взглядов Гляделкинс устало игнорировал, хотелось есть, а сил готовить что-то питательное не хватило. Исключительно из уважения и больше ни по какой иной причине очередь перед ним расступилась, а за столиком, к которому он приближался, все по невероятному совпадению одновременно закончили трапезу. Было это подхалимством или страхом – командующий не возражал. Через время привычный шум кафетерия, состоящий из диалогов, чавканий и гремящей посуды вернулся, но не в полном и привычном объеме: некоторые разговорчики о начальстве приходилось не озвучивать, а Энди решил вообще не заходить – репортаж о пище дозоров можно снять и за ужином. Командующий уже успел приступить к первому, как его одиночество решили прервать. – Решил поесть со всеми, но сидишь один? Сильвия разглядывала поднос ищейки, знакомясь с меню для ее сегодняшнего позднего завтрака. Она расселась рядом с Гляделкинсом. Спина к столу, нога на ногу и локти там, где их не должно быть, помогли ей удобнее расположиться. Командир не был знаком с этикетом планеты зборнаков, но уже оказался о нём не лучшего мнения, если у них, конечно, существует это понятие. Его же этикет обязывал ответить. Но не то, чтобы он против, компания врага империи номер два даже радовала его в последнее время. – Если кто-то из них сядет со мной, я удивлюсь, но идиотом его не назову, так как они все идиоты. Значит этот кто-то будет больным, раз у него нет инстинкта самосохранения, – Он приулыбнулся собственным колкостям. Использование легкого сарказма и юмора выходило только с ней, его лучший друг обычно не очень понимал таких тонкостей. – Это они тебя в своё общество не пускают, или ты их в своё? – Она оглядела столовую и приметила кучу вытаращенных глаз, что неуклюже скрывали это. – Это взаимное отторжение. Если в их экосистеме окажется кто-то с мозгами больше вафельки, то, возможно, придётся соответствовать, начнётся животное конкурирование и у них ведь там, я имею в виду подобие мозгов, всё окончательно засохнет. А мне с ними просто неинтересно, только разжражают, когда открывают рот. Сильвия с незначительным удивлением глянула на командира: – Мило ты. Не зря ли? – Хочешь сказать, они не идиоты? – Не получив поддержки своей издевательской теории, тон и лицо сменились на более скептичные. – Идиоты. Но всё же, – В этом она была согласна, пылко умными они не были. Может, исключительно в силу проведенного вместе времени дозоры изнурили его больше. – Ты просто к ним привязалась, как к личным боксерским грушам, – Это было неожиданно и очень забавно, Сильвия отвела голову в сторону, отчего-то скрывая свою улыбку. – Мм... – Зборнак ухватила аппетитно выглядящий сендвич, к которому уже тянулся командир. – Может быть. -------------------------------------------------------------- В легком танце Гляделкинс прокручивался с папками с места на место, напевая какую-то мелодию. "Дирижируя", он сортировал свой архив документации. За этим было не только забавно наблюдать, но и приятно слушать – командир попадал во все ноты, насколько об этом могла судить Сильвия, с её отдаленным пониманием этой темы. Его мычащие музицирования с перебивками на "тан-тан" и "па-рап", звучали довольно мелодично. Некоторые части её тела покачивались в ритм складного мычания. Всплывшая в голове зборнака мысль ненароком была озвучена в слух: – "Никаких песен", да? В ту же секунду испуг сразил музыканта, и уже в сопровождении не совсем мелодичного взвизга он повалился вниз, предварительно головой отхватив от угла стола. -------------------------------------------------------------- В голове всё перемешалось. Окружающий мир пятнами размылся и потерял любую форму. Перед ним была только она. В этот момент его волновали исключительно её черты лица. Но и они теряли какую-либо значимость, когда всё меньше сантиметров оставалось между ними. Ему хотелось лишь того, чтобы это всё не оказалось плодом его разгорячённой фантазии. Лишь бы ему не показалось, и она действительно тоже тянется на встречу. Он не вытерпит, не сможет пережить ситуацию, где окажется идиотом, что слепо пытался прильнуть к ней, а в ответ получившим укоризненную насмешку. Но несмотря на страх, разъедающий подкорку сознания, эйфория превалировала – внутри всё ликовало: биение сердца отдавало пульсацией в горле, ушах, висках, руки даже не дрожали, пальцы просто замерли в онемении. Гляделкинс прикрыл глаза. Ищейка замер на мгновение, а Сильвия уже прильнула к нему губами. Мысли пропали, переживания отхлынули и стали пустышкой, внезапно стало свободно и легко. Остались только спокойствие и любовь. Обволакивающая всё нутро любовь. -------------------------------------------------------------- Гляделкинс невероятно устал. Рабочий день его вымотал настолько, насколько это только возможно. Было ощущение, словно его как тряпку бросали в океан и после выжимали тридцать раз подряд. Он шоркал ногами по полу в надежде лишь на то, что Сильвия сейчас находится в его каюте, командующий как раз неделю назад дал ей биометрический доступ к двери. Она точно была на корабле, ибо из-за её приятеля Злыдень окончательно вынес ему мозг под конец дня. Заходя в свою небольшую комнату, он с усилием смог заставить себя поднять глаза, чтобы увидеть девушку, что сидела на краю кровати и бесцельно пялилась в телефон. Она встала чтобы поприветствовать его, но сил ищейки хватило лишь на то, чтобы уткнуться в неё и что-то промычать. Сильвия ничего не сказала. Лишь стянула с него шлем и потянула командирское тело на кровать. Гляделкинса моментально выключило, а зборнак рукой, не занятой объятьями, дальше скроллила межгалактическую сеть.