Деловое предложение

      Бравада Сонхва испаряется, стоит ему оказаться в компании: либо масштабы давят, либо сама изысканная атмосфера, он так и не понял.       Когда они вчера сидели в ресторане, Сонхва был на сто процентов уверен, что подойдет к Хонджуну, обсудит, как адекватный взрослый человек, все вопросы, которые тяготят их рабочий быт. Но по итогу он проходит за порог, а желание спрятаться за фикусом перевешивает любые доводы здравого смысла.       Сегодня Сонхва с Уёном должны проверить один из данжей на отсутствие лагов и выдачу нужных ресурсов и наград по удачному завершению. Если всё пойдет по плану, то до шести вечера они точно управятся. Спасибо, что Хонджун хоть как-то входит в положение «неумёхи» и даёт достаточно простых саппортов. Пару атак, пару комбинаций и восстановление быстрое — не нужно подбирать замудренных персонажей.       — Сонхва, ну, ёмаё, ешку не путай с кью, — Уён подъезжает на стуле, показывая что-то невразумительное на мониторе, и Сонхва остается лишь кивать, как дурачку. — Заряженная атака восстанавливается быстрее ульты, имей в виду. А если качнуть Кину, то ещё быстрее.       — А если я возьму Нову? Что изменится?       — Она удваивает обычные атаки, можешь попробовать. Кто знает, вдруг зачистишь быстрее, — Уён только пожимает плечами и переключается на свои задачи. Ему-то надо делать нечто посерьёзнее!       Время проходит действительно быстро, и буквально спустя пару часов Хонджун объявляет, что можно расходиться на обед.       Уёна и Ёсана уносит, словно ветром, стоит услышать заветную фразу от капитана. Те будто работают на заводе двенадцать часов без продыху, а не сидят неподвижно за компьютерами пару часов. Сонхва же не представляет, где ему шляться в течение часа. Может, заглянуть в то кафе, где еда на халяву? Не зря Ёсан хвалил вчера выпечку оттуда.       Так он и поступает, ведь зачем тратить деньги, время и силы, чтобы идти, к примеру, в супермаркет через пару кварталов, если можно сразу подкрепиться, не выходя из компании.       Милая работница приветливо улыбается ему, сходу принявшись рассказывать, что лучше взять. Так, благодаря её советам он ухватывает мудреный салат и латте макиято.       За несколькими столиками уже сидят работники — Сонхва видит их не впервые, те уже мелькали перед глазами, но нагло подсесть к кому-то из них он все же не мог, а других свободных мест нет.       Нет мест кроме одного, где сидит Хонджун. Сонхва удивляется, что тот вообще вышел из кабинета. Так еще и пообедать! Возможно, он не будет доволен компании Сонхва, но есть в удобствах хочется больше, нежели выслушивать какие-либо нотации по поводу и без от нудного капитана.       Стоит Сонхва поставить поднос на стол, как Хонджун тут же поднимает глаза. Поняв, кто перед ним, он хмурится и хочет что-то сказать, но сначала проглатывает ложку рамёна.       — И почему ты решил усесться именно здесь? — Хонджун приподнимает одну бровь, смотря чуть ли не осуждающе.       — Потому что больше негде, — Сонхва непринужденно жмет плечами и приступает к трапезе. Сэндвич есть куда приятней, чем слушать реплики недовольного Хонджуна.       — Одной травой с хлебом нормально не наешься, — бросает Хонджун перед тем, как снова упереться взглядом в телефон и продолжить бездумно закидывать еду в рот.       — Может, в этом и суть, — кидает Сонхва, подумав уже после, что вопросы могут вновь посыпаться на него нескончаемой лавиной. Не зря мама говорила, что сначала надо думать, а потом уже говорить.       — На диете сидишь что ли? — Хонджун, уже не обращая внимания, спрашивает, словно на автомате.       — Вроде того.       — Ты не переборщи с этим, — Хонджун оставляет пустую тарелку и, наконец, смотрит на Сонхва. — Уён недавно тоже страдал этой фигней, еле-как образумили глупого.       Сонхва только сглатывает, не зная, нужно ли отвечать на это или лучше промолчать и продолжить уминать «одну траву». По Уёну с первого взгляда и не скажешь, что у него были какие-то проблемы.       — Не говори, что и стримы без камеры ты ведешь из-за комплексов, — хмыкает Хонджун, с прищуром смотря на Сонхва. — На сочувствии и соплях фанаток долго не протянешь.       Напоследок Хонджун закидывает огромный камень в огород Сонхва, будто знает с полной достоверностью, о чем говорит. Эдакий оракул.       Хочется ли ему возразить и хорошенько врезать? До невозможности сильно, что последний кусок еды в горло не лезет. Об адекватном разговоре на сегодня можно точно позабыть.       Сонхва хотел как лучше, но получилось как всегда.       Поэтому, будучи недовольным и не наевшимся, он плетется вновь на второй этаж. До конца обеда остается минут двадцать. Идти в кабинет, где однозначно уже рассиживается Хонджун, Сонхва не хочет.       Решено сесть на пуфик в холле, где оставшиеся минуты он потратит на разбор персонажей, которых посоветовал ранее Уён.       Как бы он ни оттягивал момент, но зайти в кабинет вновь пришлось.       К счастью, до конца рабочего дня больше не происходит никаких инцидентов: Хонджун раздает команды да советы, Ёсан с ним спорит время от времени, а Уён только и говорил Сонхва, что и как делать. Последнему оставалось впитывать информацию, как губка, стараясь ничего не пропустить мимо ушей.       К вечеру сил совсем не остается. За окном давно стемнело, но яркие светодиодные рекламные щиты никак не дают заряда энергии.       Сонхва хочет просто прийти в квартиру, расстелить постель и рухнуть мертвым сном, но он вспоминает личное расписание. Стрим в десять вечера! С этой дополнительной работой он позабыл про всё подряд. Благо, что вовремя вспомнил.       Забежав в магазин неподалеку от дома, он хватает очередную подпитку в виде салата и бутылку воды — недоеденный обед хорошо сказывается на урчащем животе вечером.       Желание сесть за рабочее место, не проводя излюбленный ритуал протирания гарнитуры, куда сильней; но Сонхва пересиливает это и все-таки достает спиртовые салфетки из шкафа.       На сегодняшнем стриме он будет продолжать прохождение «CyberLab: Escape». Надежда, что вторая глава будет короче первой, заставляет улыбнуться отражению в зеркале и нажать кнопку «начать стрим».       Вечер обещает быть увлекательно-выматывающим.       Несмотря на усталость, накопившуюся за день, стрим проходит гладко и достаточно быстро: сюжетная глава простая, зрители хорошо активничают, лимит донатов тоже заполнен — отличное завершение дня.       — Всем спасибо, что провели вечер со мной! Хорошей ночи! — Сонхва прощается и завершает трансляцию.       Не успевает он облегченно выдохнуть, как на сайте вылезает новое уведомление.       — Делать мне нечего, залазить на стрим к этому нарциссу, — фыркает себе под нос Сонхва, но все-таки нажимает на всплывающую иконку. — Одним глазком гляну, вдруг пригодится в будущем.       Хонджун сидит перед камерой, позади горит приглушенный фиолетовый свет, а волосы, которые днем походили на гнездо, сейчас аккуратно зачесаны назад. Сонхва хочет сравнить укладку со слюнями коровы, но с неохотой признает, что прическа достаточно хороша для подобного сравнения.       Хонджун с монитора улыбается одними губами и отвечает на первые комментарии, где уже вовсю пищат неугомонные фанаты.       «Хонджун-а! Ты сегодня невероятный! : ')))))»       «Бог во плоти… Не иначе…»       «Какая речь может быть об отношениях, если в них нет Ким Хонджуна???»       Сонхва морщится, стоит прочитать еще пару-тройку хвалебных комментариев, адресованных Хонджуну. А тот только благодарит и посылает в ответ комплименты. Хотя этих людей он даже не видит! Явный льстец.       И не понять с какой целью Хонджун это делал? Денег компания явно много отсыпает, чтобы не унижаться по вечерам на стримах с милой мордашкой перед камерой.       Сонхва решается написать и свой комментарий, который отличается от большинства. Да и его никто не заметит среди десятка чужих.       «Сейчас бы на игровом стриме подкатывать к фанатам, фу»       Но Сонхва облажался. Он стример, чей ник выделяется особым шрифтом и размером. Чтоб ее, эту популярность, которая дает такую уникальную возможность выделиться увеличенным розовым шрифтом.       Сонхва молится всем богам, чтобы Хонджун никак не отреагировал на это. Он замечает, как тот останавливается взглядом на одном из комментариев, но ничего не отвечает. Обошлось.       — Только ценное время потратил, — вздыхает Сонхва, закрывая все вкладки в браузере и ставя компьютер на «сонный режим», когда последние пять минут Хонджун все так же продолжает мило отвечать на комментарии и говорить «спасибо» на комплименты, адресованные его дорогой персоне.       Сонный режим и Сонхва сейчас не помешает, потому что спина и шея нещадно ноют, а в глазах словно песок. Сегодня он сделал всё, что мог. Поэтому пора идти спать, чтобы завтра не уснуть на рабочем месте — Уён точно не оценит такой самодеятельности.

      «Надо поговорить. Сегодня, перед работой»       Это первое сообщение, которое видит Сонхва, проснувшись. Так оно ещё и от Хонджуна, что голова сама снова падает на подушку. Вставать, собираться и идти в компанию хочется всё меньше…              Только, к сожалению, Сонхва не в детском возрасте, когда можно притвориться спящим, и все сойдет с рук. Сейчас у него имеются целый вагон и маленькая тележка обязанностей, в которых значится и договор, и желание решить недомолвки с Хонджуном, наконец.       — Плохая ночь? — в кабинете уже сидит Ёсан со стаканчиком кофе в руках — ему-то хорошо спалось, иначе он бы не был таким довольным.       — Плохое утро, — Ёсан вопрошающе поднимает бровь. — Хонджун сказал, что надо поговорить перед тем, как мы продолжим.       — Ну, хоть у кого-то из вас мозги на месте, — Ёсан ухмыляется, и, поймав сердитый взгляд, машет руками. — У тебя они тоже в порядке, просто до Хона дошло чуточку быстрее.       — Спасибо за поддержку, — перед тем как пойти на каторгу, Сонхва напоследок показывает Ёсану язык, потому что нечего старшим дерзить.       Видимо, место встречи изменить нельзя, потому что они снова садятся за тот же стол в кафе на первом этаже, что и вчера.       Сейчас же Хонджун не втыкает в телефон, а задумчиво рассматривает свои руки.              — Привет, и о чем ты хотел поговорить? — Сонхва делает вид, будто происходящее никак его не волнует, когда пульс превышает сто восемьдесят ударов в минуту.       — О нашем конфликте.       — Конфликте? Мы же не конфликтуем.       — Ну да, конечно, — Хонджун закатывает глаза, — а вчерашний комментарий — это что? У тебя точно ко мне дофига вопросов.       Сонхва шумно выдыхает: все-таки Хонджун проигнорировал именно его комментарий, а не чей-то другой. Оправдываться никак не получится, придется раскрывать всю правду.       — Может, парочка и есть…       — Тогда начинай, я готов их выслушать, — Хонджун сидит с такой серьезной миной, словно находится на международной конференции, по итогу которой решится судьба всей его карьеры.       — Зачем тебе стримить, когда у тебя работа и так связана с киберспортом?       — Сравнил, — Хонджун хмыкает, услышав вопрос. — На работе фанаты видят меня как серьезного чела, который ведет команду к победе на турнирах, а на стримах я могу говорить с ними о чем угодно, не строя из себя клишированного капитана.       — Вчера тебя заваливали исключительно комплиментами. Разве это не очередной образ?       — Завидуешь? — Хонджун округляет глаза, а его губы растягиваются в улыбке сильнее.       — Было бы чему, я не настолько эгоцентричен, — фыркает Сонхва и отводит взгляд в сторону, больше не в силах выдержать зрительного контакта с Хонджуном.       — Что плохого в том, чтобы получать лестные слова в свой адрес? — Хонджун смотрит на Сонхва таким взглядом, что того передергивает, словно тот понимает все скрытые проблемы, которые Сонхва так умело прячет годами.       А Сонхва и нечего ответить на это — полный нокаут, только кузнечики стрекочат в пустой голове. И, правда, что такого в том, что Хонджун получает комплименты и благодарит за них?       — Это точно не все. Я почти слышу, как скрипят шестеренки в твоей голове, — ухмыляется Хонджун, и Сонхва, выпрямив спину, пытается сделать отрешенный вид.       — Это субъективщина, но все же: почему ты вечно опаздываешь?       — Здесь нет оправданий: не слышу будильник, — Хонджун даже не пытается придумать отмазку, и эта честность подкупает Сонхва.       — А что насчет меня? Чем я тебя не устроил в понедельник?       — Это сложно объяснить, — Хонджун отпивает кофе из стаканчика. — Нас до этого было пятеро, но двое парней устали и ушли, и тут Ёсан такой: «О, у меня есть дружбан-геймер, давайте его притащу?» Сначала я был не против: посмотрели бы на тебя, а после тестового задания бы решили, что делать дальше. А позже дошла инфа, что ты — тот самый стример без лица, набирающий популярность. Я подумал и, кстати, все еще думаю, что ты хайпишься на этом.       — Хайплюсь? Зачем мне это?       — Ну, Сонхва, че все разжевывать-то, — Хонджун в очередной раз закатывает глаза. — Создать интрижку недотроги, чтоб потом стрельнуть. В школе на четырнадцатое февраля твой стол явно был завален валентинками.       — Если бы было так, то я бы не выключал камеру, — Сонхва трет переносицу, потому что сейчас он совсем не хочет вспоминать школьные годы — те были не каким-то ярким воспоминанием, в которое хочется возвратиться.       Хонджун неверяще хлопает пару раз глазами, а потом произносит чуть ли не по слогам:       — Значит, ситуация Уёна тебе близка?       — Да, — Сонхва сглатывает ком в горле, и тот неожиданно исчезает. После сказанного действительно становится проще. — Только я не забитый подросток, поэтому и согласился на предложение Ёсана, чтобы хоть как-то поменять ситуацию.       — Тогда собирай манатки и бегом работать, — Хонджун резво поднимается с насиженного места, что Сонхва слегка удивляется, хлопает по плечу, как старого знакомого, и уходит восвояси.       «Странный», — успевает подумать Сонхва перед тем как тоже встать и пойти на второй этаж.       После их разговора действительно все становится лучше: теперь нет беспонтовых перебранок или косых взглядов.       Сейчас ребята работают сплоченно, даже Уён не вопит, когда Сонхва забывает команды.              В таком темпе они проводят оставшийся месяц, каждый день похож на предыдущий, что даже в воскресенье они приходят, словно зомби, в компанию, чтобы все доделать к срокам и не облажаться. Как-никак на носу большой проект, огромная куча вложенных денег и ответственности.       — Всё, парни, закругляемся, — три головы оборачиваются на Хонджуна, услышав заветные слова. — Сегодня мы крайний день горбатились, завтра отчет.       Сонхва впервые слышит о каких-то отчетах, поэтому тут же смотрит вопросительно на Уёна, который уже вовсю ликует в предвкушении будущих выходных.       — О чем он?       — Ой, да нас эта тягомотина не касается. Не парься, это капитанские делишки, — отмахивается Уён, а Сонхва на это только чешет задумчиво затылок. Раз не его дело, то можно расслабить булки.       — И наш завершенный проект надо отметить, поэтому жду всех завтра в семь по адресу, который скоро скину.       — Хон, ты сам не свой, — замечает Ёсан, и, получив в ответ недоумевающий взгляд, говорит: — Предлагаешь куда-то сходить, отметить…       Хонджун на эту реплику фыркает и закатывает глаза. Он такой же человек, что и они, правда, с дополнительными обязанностями. А выпить и вкусно поесть — всегда не прочь. Да и повод такой отличный, почему бы и нет, если да?       Кто-то, а Уён доволен местом, в которое их позвал Хонджун — это забегаловка с прекрасным кимчи от чудо-хозяйки. Только Сонхва и Ёсан слегка удивляются, увидев не какую-то кафешку, а палатку, внутри которой несколько пластмассовых стульев и запах жареного, распространяющийся и за пределы «помещения».       — Говорят, чем грязнее, тем вкуснее, — отшучивается Ёсан, отодвигая шторку-дверь в сторону.       — В этом и дело: говорят…       — О, ребята! Я уже всё заказал! — Хонджун приветливо улыбается зашедшим.       — Надеюсь, весь стол будет в еде, потому что у Уёна всю поездку в такси бурлил живот, словно он ел последний раз в прошлом веке, — Ёсан хитрюще глядит на Уёна, что тот уже начинает замахиваться палочками, явно целясь в глаз. — Тише, не у меня же черная дыра вместо живота!       — Э! Я сейчас вместо ужина тебя съем, понял?       Сонхва наблюдает за этой картиной уже с полным принятием. Этим парням хоть и за двадцать, но такое чувство, что они всё еще подростки: один подначивает, другой агрессирует.       Хонджун же сидит с менее умиротворенным лицом. Если присмотреться, может, у него даже глаз дергается. Эти взрослые дети его доводят до белого каления уже третий год.       — Чё вы как бешеные, боже, — выдыхает он, смерив обоих таким взглядом, что их пыл подраться исчезает моментально. — Как макаки себя не ведите, стыдно аж.       — Хонджун, никто даже не смотрит на наш столик, — пытается успокоить Сонхва, и, кажется, у него даже выходит.       — Сейчас мы все успокоимся от пары рюмочек соджу! — хихикает Уён между делом, а Хонджун снова вздыхает, чтобы еще чего-то не сказать. Да и чего таить, самому же хочется расслабиться.       В уютной забегаловке они задерживаются до самой ночи, а причиной тому не только отличная компания, но и хозяйка, приносившая новые бутылки и закуски, стоило старым закончиться. Только уже посапывающий Ёсан на плече Уёна (он, кстати, тоже не в кондиции) становится знáком, что пора закругляться. Они уже не перваки, которым хоть бы хны — одна стопка или пятилитровая бутылка — нет разницы, но когда немного за двадцать пять: после двенадцати неимоверно тянет в свою теплую кровать.       — Ёсан-а, подъем! — Уён, которому тоже нужна помощь в поднятии собственного бренного тела, начинает колошматить Ёсана. — Давай-давай, теплая кровать и я ждут дома.       Ёсан же выдает какие-то нечленораздельные звуки, на что Сонхва только вздыхает и открывает приложение такси. Эти безнадеги на своих двух не дойдут до дома уж точно.       — А мы как доберемся? — сначала они с горем пополам усаживают парней в такси, а потом Хонджун вспоминает и о них, стоя в темноте посреди улицы.       — Эм, ну, можем ко мне, — Сонхва глупо улыбается и чешет подбородок. — Тут идти пару кварталов.       — Звучит так, словно ты искал повод затащить меня к себе в квартиру.       Сонхва на это только продолжает нервно чесать уже шею. Хонджун вовсе не против данного предложения — да и ждать снова такси совсем не хочется. Отоспаться можно и у Сонхва, катастрофы точно никакой не произойдет.       Квартира встречает парней кромешной темнотой, хоть глаз выколи, ни черта не разглядеть.       — Сонхва, вруби свет, не видно ничего, — пробурчал Хонджун, стоило уткнуться носом в чужую спину. — Я так нос о твою кожанку сверну.       — Хорошо, хорошо, — Сонхва в своей квартире, словно крот, добирается до выключателя за секунду. Только Хонджуну лучше не становится, от яркости он жмурится так, что под веками звездочки искрятся.       — И где ты меня уложишь?       — Можешь на моей кровати, я на диван лягу, — предлагает Сонхва.       — Кто знает, чем ты там в своей кровати занимаешься, — Хонджун играет бровями, от чего тошнота подступает к горлу Сонхва с невероятной скоростью, и не ясно из-за чего конкретно. — Тащи одеяло с подушкой сюда.       — Я вообще-то дал бы чистое постельное, но ты сам решил.       Сонхва пожимает плечами, не сильно расстраиваясь, потому что только рад, что гость выбрал дрыхнуть в гостиной — от своего ортопедического матраса Сонхва отказываться не хочет.       Покопавшись с минуту в шкафу, он выуживает запасную подушку и плед и идет обратно. А незваный, но, возможно, желанный гость уже сладко посапывает в подлокотник, даже не сняв куртку.       — Эй, Ким, — Сонхва осторожно касается плеча Хонджуна, чего по речи не скажешь. — Поднимай задницу и ложись как нормальный человек спать.       Хонджун трет глаза костяшками, уже мало чего соображая, и только принимает мягкий груз, чтобы снова уснуть алкогольным сном в объятьях одеяла.       Сонхва свободно выдыхает — вот она, тишина. После вечера с парнями его социальная батарейка села до нуля. Не то чтобы компания шумная или некомфортная. Проблема в том, что Сонхва всего-навсего не привык к подобному. Последние несколько лет он проводил время в четырех стенах, заказывая еду до двери, а работа предполагала только наличие голоса и элементарных навыков стримера.       Но за прошедший месяц все в корне изменилось. Почти каждый день Сонхва выходил на улицу и шел до здания компании, внутри которого много людей и с ними необходимо взаимодействовать. Его работа предполагает тесный контакт с командой, а раз в неделю, на выходных, кто-то из парней зовет на посиделки. Сонхва новый жизненный расклад однозначно нравится, правда, он не может в полной мере поспевать за новыми аспектами жизни.       «Вынырнуть» из норы в реальную жизнь оказалось неимоверно сложно.       Сонхва всё еще чувствует косые осуждающие взгляды, хоть те таковыми и не являются. Он все еще не может спокойно смотреть на свое отражение в зеркалах и не думать, что что-то не так.       Он все еще не научился не сдерживать себя в эмоциях, хотя так иногда хочется. Жизнь — сложная штука, и почему-то каждый уровень — хуже предыдущего. Чем же тогда окажется в будущем «главный босс»? Смерть ли это будет? Или полное принятие неизбежного? А может, дом на берегу моря с запасом денег до конца оставшихся дней?       Кто знает, только Сонхва сейчас не грезит «пройти» весь сюжет, чтобы сразиться наконец с кем-то опасным и страшным в финале. Вступительная — или же первая — глава его вполне устраивает, несмотря на весь бедлам, происходящей в ней.       Закинув на плечо полотенце из шкафчика, Сонхва уже хочет ретироваться в ванную, пока его мозг не вырубился окончательно, но подозрительные звуки из гостиной заставляют свернуть в противоположную сторону.       Оказывается, что от него чего-то хочет Хонджун, который по идее должен видеть десятый сон.       — Чего? — Сонхва окидывает тушку на своем диване снисходительным взглядом, хоть в темноте ни черта и не видно.       — Сонхва, давай поболтаем, мне скучно, — мычит Хонджун сквозь ткань покрывала.       — Ты же спал, вроде, — Сонхва ищет любые пути отступления, но, кажется, совсем не находит их.       — А сейчас захотелось поболтать.       — Тебе надо чаще наливать, чтобы по-дружески пообщаться? — подкалывает его Сонхва, получая на риторический вопрос только порцию отборного фырканья.       — Из меня уже всё выветрилось, — Хонджун откидывает одеяло к спинке, а сам садится в позу лотоса, уступая половину дивана для Сонхва. Какой же джентельменский поступок, ей-богу. — Расскажи о себе, а то работаем уже второй месяц, а я знаю только то, что ты стример.       — А ты несильно интересовался. Да и вообще, мне откуда начинать рассказ: с момента, как вылез из матери, когда впервые выпал молочный зуб или когда меня бросила девушка во время лекции?       У Сонхва сегодня игривое настроение. И да, оправданий нет, это именно из-за алкоголя.       Хонджун на его слова только моргает, как болванчик, явно не вдупляя совсем ничего.       — Ну, описание своего чудорождения можешь опустить. Давай что-нибудь интересное из школы, — предлагает Хонджун. — В этот период у всех всегда находятся интересные истории!       Сонхва тихо вздыхает, чтобы не выдать своего разочарования в выбранной теме для разговора: школа для него была сущим адом. Ни убавить ни прибавить. И тому виной не куча закладываемых знаний, а сверстники, окружавшие его. Школьники всегда отличались своей агрессией и неприязнью ко всем тем, кто как-то выделялся из общей массы или чем-то не угождал.       К сожалению, Сонхва был тем самым изгоем с начальных классов. Тогда один из местных «главарей» назвал его нос орлиным и кривым. С кличкой «Орел» он проходил года два.       В детстве все было гиперболизировано, и такая птица, как орел, не казалась кем-то величественным, больше ущербным. Тогда Сонхва проводил много времени в ванной, рассматривая свое лицо и находя все больше изъянов, с неприязнью отворачиваясь от собственного отражения.       Это было, словно снежный шар. Шутка за шуткой, оскорбление за оскорблением, и придя в университет, он был забитым подростком, который прятался за слоями бесчисленных худи с капюшоном и мешковатыми трениками.       — Интересные есть, но вспоминать их как-то не особо хочется, — Сонхва трет подбородок и откидывается на спинку дивана, пока Хонджун продолжает наблюдать за ним с нечитаемым выражением лица. Сонхва может только воображать, о чем тот думает. А думать тот может о многом.       — Они были полными дураками, я думал, твое лицо видится всем в мокрых снах, — Сонхва не знает, как на это реагировать, поэтому просто молчит. — Да и орлы — изящные птицы.       Сонхва мысленно возвращается в школьные годы.       — Ты и сам не лучшего был мнения обо мне в первые дни.              — Ты перепил, что ли, или у тебя память, как у деда? — возмущается Хонджун и пихает Сонхва пяткой в бедро. — Причина была в том, что я думал, что ты тот самый стример, который хочет хайпануть на анонимности! Ну, и то, что ты появился из ниоткуда.       После этого оба замолкают и начинают думать о чем-то своем. Эта тишина не напрягающая, вовсе нет. Сонхва готов просидеть так хоть до самого утра.