Ненависть до самых костей

Он ощущал себя не просто отвратительно, а ужасно. Было чувство, словно его загнали в бездонную яму. Каждое утро начиналось с невыносимой тяжести — как будто всё давило на его плечи, заставляя сгорбиться ещё больше. Этот груз отбирал силы и желание двигаться вперёд. Нил не мог сосредоточиться ни на чём конкретном, а даже самые простые задачи казались невыполнимыми. Учёба немного ухудшилась, но это было не так трагично, пока он мог участвовать в матчах. Сегодняшняя тренировка далась Нилу особенно сложно. Клюшка вываливалась из рук, а парень еле перебирал ногами. Каждое движение давалось с трудом, словно его тело погружалось в густую вязкую жидкость, сопротивляющуюся каждому шагу. В последнее время он стал ощущать постоянную усталость и сонливость. Пропуская утренние пробежки, он заменял их сном. Нет, он по-прежнему горел «Экси», однако сил не хватало, чтобы выжимать себя на полный максимум. — Нил, твою мать, что это было?! — Кевин подлетел с горящими глазами. В последние дни он был на иголках из-за игры Нила и некоторых Лисов. — Что ты творишь?! — Кевин выдохнул и потёр переносицу двумя пальцами. — Ичиро, в отличие от нас, не будет терпеть от тебя такой паскудной игры. Хорошо, что мы вообще живы. Тебе нужно хоть изредка включать свою пустую голову! — Дэй ткнул пальцем в лоб Нилу. Он плевался ругательствами прямо в лицо. Эндрю, видимо, заинтересовала тирада, и он решил подойти. — Кевин, отвянь. Иди дрочи на Экси подальше от меня, ссыкло, — сорвался Нил. Все эмоции, которые накапливались всё это время, казалось, хотели вырваться наружу прямо сейчас. Желание плакать, смеяться и кричать одновременно пугало. Руки задрожали, но, сжав их в кулаки, он старался не показывать слабости. Менять свой характер, внешность, голос и вообще личность на протяжении стольких лет сделало его более выносливым к проявлению чувств — что сейчас было как нельзя кстати, ведь не хотелось выставлять всё своё нутро напоказ. — Я, блядь, ссыкло? Да это ты эгоист! — Ники устало вздохнул и попытался подбодрить сокомандников, но что Нилу, что Кевину сейчас было не до этого. — Что, если это скажется на матче? Ты подумал о команде? Обо мне? О себе? — Нил понимал панику Кевина. Он и сам переживал по поводу Мориямы и предстоящих игр, но сейчас, утомлённый всем, хотел просто выплеснуть злость хоть на ком-то. — Кевин, успокойся. Пока я здесь капитан команды, и мне решать, кто и как играет, — Дэн подошла к Нилу и насупилась. Но Джостен был согласен с Дэем. Он понимал, почему тот волнуется, и он и правда был эгоистом. — В пизду, — Кевин пнул его по плечу и пошёл в душевую. — Соберись уже наконец. — Дэй ушёл, но неприятный осадок остался у Нила во рту. Горечь в горле царапала изнутри. Парень был прав — он играл сегодня просто отвратительно. Может, на это повлияло то, что Нил уже ничего не клал в рот два дня. Он даже не пытался себя оправдать — полностью осознавал вину и то, что играл отвратительно. Его вес составлял 147 фунтов, чему Джостен всё равно был недоволен. Хотелось скинуть больше, но чувство безысходности, будто он теряет контроль над собой и своим телом, давило. Конечно, парень сначала ощутил радость и гордость за свой «успех» и силу воли, но этого было недостаточно. На первоначальном этапе держать себя в руках и воздерживаться от еды было не слишком сложно. Конечно, он иногда срывался и, будто под мутной дымкой, опустошал запасы закусок. Однако теперь всё стало гораздо труднее. Правда, его останавливал неплохой результат, которого он добился за относительно короткий срок. И, казалось, если этот результат пропадёт — это полностью разобьёт Нила. Ощутив сладость успеха, именно в этот момент он и попал в ловушку: жизненный успех у него теперь прочно ассоциировался только с контролем над весом. Он чувствовал, как слабость медленно обволакивает мышцы. Хотелось спать или хотя бы просто лечь. Перед глазами плыли разноцветные пятна, а мысли путались, не давая сосредоточиться. Живот нещадно урчал, словно напоминая о своём существовании. Боль в желудке периодически вспыхивала резкими спазмами, затем уступала место тупой, ноющей тягучести. Он чувствовал, как тело истощается, и с каждым часом становилось всё труднее игнорировать эту пустоту внутри. Хотелось выть. Он был истощён не только физически, но и эмоционально. Теперь раздражительность и апатия сменяли друг друга, и казалось, что ничего больше не имеет значения, кроме еды. Мозг сосредоточился на одном единственном желании — утолить этот невыносимый голод, который затмил всё остальное. Дождавшись, пока все выйдут из душа, Нил наконец смог смыть с себя грязь и пот. Стоя под напором ледяной воды, он думал о пустоте. Холодная вода остужала и немного расслабляла. Она напоминала тысячи ледяных иголок, вонзающихся в тело. Прохлада окатывала с головы до ног, пронизывая до костей. Кожа покрылась мурашками, каждый волосок встал дыбом. Душ придавал немного бодрости, и Нил на миг перестал чувствовать невыносимую усталость. Однако, выйдя из душа, вся прежняя вялость и недомогание вернулись. Джостен не мог сосредоточиться ни на чём. Всё путалось, а голова неприятно гудела. Закончив освежающий душ, Нил спустился обратно к Лисам. — И без тебя с ними тошно, — чуть ли не простонал Аарон и недовольно скрестил руки на груди. Нил застал их спор с Элисон. В непонимании, выгнув бровь, он решил не ввязываться в эти разборки, а просто постоять и понаблюдать, как Эндрю. — Так мы и не напрашиваемся, — видно было, как девушка раздражается. Её локоны выбились из хвоста, вид был потрёпанным, но даже сейчас она выглядела достойно. — Я просто предлагаю провести эту пятницу вместе. Но ты, мелкий кусок дерьма, показываешь свой паскудный характер и выделываешься. Все уже согласились, а ты всем капаешь на мозги, — она кивнула на мирно сидевшего Эндрю, который и не собирался вступаться за брата, и недовольно ткнула в него своим наманикюренным ноготком. — Даже Монстру всё равно, однако ты... — Нил немного скривил губы при обращении Элисон к Эндрю. — Да мне насрать. Делайте что хотите. Я ухожу, — Аарон развернулся и, схватив свои вещи, выбежал прочь. Его шаги были широкими, лицо пылало от возмущения, но на губах мелькала лёгкая ухмылка. Джостен понял, что близнец добивался именно этого. А если Эндрю не вмешивался в спор, значит, он догадался о намерениях брата с самого начала. — Придурошный! — крикнула Элисон вдогонку, но Аарон лишь громко ругнулся в ответ. Она недовольно раскрыла рот, но потом махнула рукой вслед убегающему члену команды и отвернулась к Лисам, чтобы спланировать вечер. Нил подошёл к Миньярду и тихо спросил: — Что было? — Тот пристально осмотрел влажные кудри, которые потемнели, и, пожав плечами, откинул голову на кресло. Его кадык дернулся, когда Эндрю резко вздохнул. Кожа была влажная и распаренная, из-за чего одежда вратаря прилипла к телу. Было занимательно наблюдать за крепкими руками, обтянутыми чёрной футболкой и повязками. Милая складка на животе и весь домашний вид Миньярда выводили Нила из себя. Желание беспрерывно видеть такого уютного Эндрю было огромным. — Не сошлись характерами, — устало махнул тот, а Джостен лишь показушно цокнул на это заявление. — То есть Элисон хотела провести эту пятницу вместе, а Аарону нужна была отмазка, чтобы свалить к Кейтлин? — переспросил Джостен. Голос Эндрю охрип, из-за чего вибрировал при разговоре: — Ага, — буркнул Миньярд и прикрыл глаза. Видимо, на разговор тот был не настроен. Ну и ладно. Сделав то же самое, что и Эндрю, Нил примостился рядом. Лисы что-то возбуждено обсуждали, а нападающий настолько расслабился, что чуть не уснул. Хотелось быстрее оказаться на кровати и, распластавшись, дать отдых своим конечностям. Обычно ему было сложно уснуть в таких местах, но усталость брала своё. Ноги ныли, всё тело жгло, но этот недолгий отдых нравился. Тяжёлые веки сомкнулись, и Джостен уже начал расслабляться, как громкий голос Ники вывел его из полудремы. — Ну, Кевин, хватит быть таким. Ты тоже должен отдохнуть сегодня, — шептал Хэммик, стараясь успокоить Дэя, но тот был непреклонен и стоял на своём. — Ты совсем идиот? Куда столько фастфуда? Ты знаешь, сколько тебе придётся бегать, чтобы скинуть свой живот? Ненормальный! — Казалось, у Кевина сейчас откажет сердце. Его покрасневшие белки глаз и то, как он брызжал слюной, словно бешеная собака, забавляли команду. Он гонялся за Ники и пытался вправить ему мозги. — Хочешь, я на одну пиццу меньше закажу? — Это предложение стало спусковым крючком для Дэя. Остановить его почти невозможно. Повалив шатена на пол, тот угрожающе сжимал его запястья. — Извини, но такими играми я практикуюсь только с Эриком. Давай что-то другое попробуем? — улыбнулся Хэммик, чмокнул Кевина в щёку и убежал под возмущённые крики. Дэй же начал угрожать им здоровым питанием и салатами на завтрак, обед и ужин. По приезде Рене и Дэн сразу начали заказывать еду, а Ники с Мэттом тянули всё, что было мягким, в комнату девушек. Аарон так и не вернулся, но, кажется, никто особо не расстроился. Все были воодушевлены, и их хорошее настроение передалось и Нилу. Умиротворённое выражение лица не сходило с него, пока он наблюдал за сплочённостью команды. Кевин и Эндрю занесли три ящика алкоголя, на что остальные весело заулюлюкали. Вся атмосфера была такой живой и радостной, что щеки Нила уже болели от широкой улыбки. Миньярд уселся на диван и, открыв бутылку, стал жадно хлебтать. Лисы, уже привыкшие к тому, что Эндрю начинает без них и вообще предпочитает игнорировать их общество, никак на это не реагировали. Команда продолжала раскладывать еду и остальное. Кевин подошёл к Элисон и забрал одну тарелку с фастфудом, чтобы она не уронила её. Мэтт убрал всё с пола, чтобы освободить место для коктейлей и еды. — Рене, ставь сюда, — громко сказала Элисон. Лисы гудели и иногда спорили. И вот дошло до выбора фильма. Все понимали, что его никто особо не будет смотреть, но каждый боролся за свой вариант до конца. На фоне разговоров гудела какая-то заурядная мелодрама. Лисы обсуждали всё подряд: покупку новой одежды или историю про угон машины в подростковом возрасте. Нил же мог сконцентрироваться лишь на этой аппетитно-вредной еде, о которой с вероятностью почти в сто процентов будет жалеть. Живот предательски сводило, но есть было нельзя. Он держался слишком хорошо, чтобы просто сорваться. Эндрю сидел рядом и пристально смотрел на него, но Нил был не против. Он изредка поддерживал зрительный контакт, но большую часть времени отдавался полностью своим размышлениям. — Дэн, твоя очередь, — слова Элисон вывели его из мыслей. Парень почти забыл, что они играют в игру. Проморгав пару раз, он попытался сосредоточиться. Наверное, это выглядело жутко: он сидел, уставившись в одну точку, а сухость глаз создавала впечатление, что он совсем не моргает. Правила были просты, и Джостен сразу уловил суть игры. Правда, Кевин долго упирался, говоря, что в эту заезженную игру уже никто не играет. Ему быстро «вправили мозги», а Нилу было всё равно, во что тратить время. Суть игры заключалась в том, что игрок говорит три факта, один из которых ложный. Из-за этого они долго подкалывали Нила. — Хм, — Капитан глупо захихикала прямо в бумажный стаканчик, в котором было намешано всё, что можно и нельзя. — Ну, я чертовски обожаю Мэтта, я скорпион и я считаю, что Аарон говнюк. — Ну, так легко. Ясно же, что первое ложь, — наклонился Ники к Мэтту. — Ну ничего, с Дэн не вышло, так есть я, — он подмигнул и расплылся в пьяной улыбке. — Мечтай! — Дэн вспыхнула и ещё больше влезла на колени к смущённому Бойду. Девушка была изрядно пьяна, а парень её слишком любил, чтобы перечить. Было забавно наблюдать за ними. Скрестив ноги, Нил уперся спиной в диван, сидя совсем рядом с Эндрю. Он чувствовал жар его кожи рядом с рукой. Дальше они продолжали игру не по очереди и на ходу уже придумывали собственные правила. Джостен не сильно вникал. На удивление, ему понравился сегодняшний вечер. Было приятно находиться в шумной компании. Он хотел выпить немного алкоголя, но передумал, осознав, сколько наберет, и предпочёл диетическую колу. К еде он так и не притронулся, понимая, что даже если съест что-то, то его стошнит. Но даже несмотря на эти удушающие мысли про еду, компания Лисов значительно расслабила Джостена. — Иногда даже завидно, придурок, — наигранно надулась Дэн. Элисон в её поддержку лишь хмыкнула и кивнула. — Надо же так есть и не толстеть! — Положив руки на грудь и надув губы, Уайлдс буквально дырявила взглядом Ники. Тот лишь хохотал и старался ещё больше выставить свой живот на показ. Зависть окутала Нила с головы до пят. Он смотрел на Хэммика и ощущал, как внутри поднимаются горечь и раздражение. Худоба парня и то, что он ради этого ничего не делает, заставляли Нила завидовать. Победа защитника в том, что он худой и может не мучить себя постоянными голодовками, отзывалась в его сердце неприятным уколом, напоминая о собственных неудачах и несбывшихся мечтах. Чувство зависти разъедало. Ему было стыдно — за то, что мысленно желает Ники, чтобы тот поправился, за собственное тело, за то, что его видят с лишним весом, со шрамами, всем этим «уродством». СТЫДНО. СТЫДНО. СТЫДНО. Попытки отвлечься не увенчались успехом. В голове лишь крутилось: стыдно, обидно, завидно... Да, он чертовски завидует. Он должен был радоваться за других, но чувство несправедливости не позволяло. «Неужели я недостаточно хорош или старателен? Но я стараюсь.» Правда старается стать лучше, но выходит наоборот. Джостен понимал, что это плохое чувство, но ничего не мог с собой поделать. Сжав кулаки от раздражения, он выдавил сквозь сжатые зубы что-то вроде: «Скоро вернусь», и ушёл из комнаты. Кажется, эта фраза прозвучала слишком резко, из-за чего несколько непонимающих взглядов устремились на него. Они были настолько цепкими и липкими, что хотелось убежать как можно быстрее. Казалось, все смотрят на него и видят жир сквозь одежду, его алчную натуру. Казалось, что одежда облепила складки жира и выставила их на показ. Хотелось затулиться руками. Потянув за края кофты, он пытался отлепить ткань от тела и вытянуть вниз. Стало стыдно от собственной зависти. Волна тошноты, поднимающаяся из глубины живота, усиливалась до невыносимого уровня. Ворвавшись в туалет, Джостен осел на пол и едва успел наклониться над унитазом, как горькая, обжигающая желчь наполнила рот, вызывая жжение и раздражение в горле. Желудок сжимался в судорогах, заставляя согнуться пополам. Спазмы в груди и горле доставляли невыносимый дискомфорт. Тягучая желчь обжигала слизистую, оставляя неприятное послевкусие. Голова кружилась, руки пытались схватиться за всё что угодно, пальцы скользили по ободку унитаза в попытке удержаться. Рвота не прекращалась, изматывая парня. Солёно-горячая жидкость стекала прямо в рот, наполняя его неприятным вкусом. Лёгкий зуд в носу сопровождался приливом крови, капавшей на руки и ободок унитаза. Каждый новый спазм в животе ощущался как удар. Силы медленно покидали его, а каждая попытка вытереть или остановить кровотечение только усугубляла ситуацию. Изнеможенному парню хотелось лишь одного — лечь и наконец отдохнуть. Он оперся о холодную плитку, надеясь, что это приведёт в чувства. Подставив ладонь под нос, Нил видел, как туда стекает кровь. Тяжёлые веки закрывались сами по себе, но спать было нельзя. Нужно было убрать беспорядок, который он развёл. Поднявшись на ватных ногах, Нил смыл за собой, а затем, оторвав немного бумаги, стал оттирать следы крови. Головокружение было сильным, и его бросало из стороны в сторону. Запекшаяся кровь возле носа неприятно трескалась. Когда он закончил уборку, послышались стуки. — Нил, — раздражённо прозвучал голос Эндрю. Он злился? — Выйди сюда или открой дверь. Парень молчал, как и Миньярд. Через минуту снова послышалось, как Эндрю стучал увесистыми ботинками по двери. — Не откроешь — я сделаю это сам, — угроза сработала. Нил открыл замок, и Эндрю ухватился за край двери, будто боялся, что Джостен передумает и закроет её перед носом. Парни встретились взглядами и замерли. — Нужно поговорить, — тихо сказал Эндрю. Сердце Нила ушло в пятки, мозг уже прокручивал все возможные варианты. Они ещё некоторое время молчали, пока Миньярд наблюдал за жалким состоянием Джостена. Его вид оставлял желать лучшего: кожа бледная, кровь размазана по всему лицу, запах рвоты наполнял помещение. — Эндрю, — начал Нил, но снова почувствовал прилив тошноты. Проглотив ком, он неуверенно продолжил: — Что случилось? Миньярд покосился на него, а затем недовольно нахмурился. — Это я должен спрашивать, — под пристальным взглядом карих глаз Нил сжимался всё сильнее. — Эндрю? — голос дрожал, но парень пытался сохранять контроль.