Мечь и порох. О эльфах и людях.

Клинок шпаги отразил первый луч солнца. В дуэльной зале, среди мраморных колонн Михаил Орлов скрестил тонкие лезвия с могучим полуседым мужем. Острие рапиры просвистело прямо перед глазами графа. У Михаила перехватило дыхание. Лишь в последний момент Орлов отшатнулся назад, чуть не потеряв равновесие. Его противник поглощенный азартом боя не прекращал наступать. Вслед за взмахом последовал выверенный укол, который Орлов отвел своим клинком. А затем проскользив острием по стали врага направил лезвие в шею фехтмастера. На мраморный пол брызнула кровь. Промакивая порез от тупого клинка, фехтмастер с оскалом улыбнулся. - Недурно господин. Вы даете все более славный бой. - Я быстро учусь. А ты в этот раз решил оставить меня без глаз? - Вы не будите готовы к настоящему бою если не будет никакого риска. Риск- дело благородное господин. Горделиво подкручивая гусарские усы произнес фехтмастер и личный телохранитель графа Орлова- Павел. Бойцы вложили шпаги в ножны и Павел, развалившись на стуле, жадно приложился к фляге с Дасийским вином. - Вот с кем бы я действительно хотел скрестить клинки, так это с ним. Фехтмастер кивнул в сторону клетки с эльфом, притащенной в дуэльный зал. - Каждый из них с легкостью расправляется с целой ротой в ближнем бою. Тебя просто убьют. - О-о-о граф! Я и не сомневаюсь. Но какая же славная выйдет битва. К тому же, не просто же так вы перенесли его сюда. Хотели показать чужаку свою удаль, а господин! Орлов покачал головой. - Он тут для моих изысканий. Граф достал из под полы расшитого камзола свиток в котором небрежно человеческими буквами были написаны слова эльфийского языка. Подойдя с этим свитком к клетке граф зачитал его. - Эс меллиот гурунти эфферина. Произнес он. Но погруженный в глубокие размышления бессмертный продолжал смотреть в одну точку не обращая никакого внимания на потуги графа. - Что вы сказали? - Здравствуй друг мой. Павел усмехнулся. - Зачем эти потуги господин? Очень вам нужно разговаривать с этой диковинкой. Пусть сидит в клетке и украшает собой дворец. - Наверное я просто ошибся в переводе и сказал какую-то бессмыслицу. Надо приказать архивариусу поискать еще книги о их языке. В этот момент скрипнула дверь и в залу шагнул старый дворецкий Федор. - Герцог отбывает. Этикет диктует вам выйти и проводить гостя. Но господин Иглхарт решил сам подняться к вам со своей подопечной. - Пригласи его. Паша, отложим обучение на потом. Фехтмастер пожал плечами. - Само собой господин. Не будим заставлять столичного индюка ждать. Иглхарт явился не один. Вместе с ним под купол фехтовальной комнаты вошла та самая необычно обворожительная горничная, с которой весь балл не сводили своих глаз шпионы Орлова. Впрочем сейчас вместо простого наряда горничной на фигурку красовалось десятком оборок и бантов пышное дворянское платье с корсетом, а на голове красовался пышный белый парик. - Доброе утро. И до свидания к большому сожалению. - Как жаль прощаться с вами ваше сиятельство. Я вижу вы привели ту, чей покой я буду охранять до поры. Орлов сделал легкий приветственный реверанс в сторону девушки и оглядел барышню стоящую недвижимо словно восковая статуя. Недвижимо но неспокойно. Глаза девушки потихоньку бегали в неуверенном ожидании. Будто глаза вора перед судьей. «Чего ей бояться? Может дело все таки не чисто?» недоумевал про себя граф. - Да. Леди Матильда, уверен ваше пребывание в этом дворце будет безопасным. Девушка подобрав оборки платья сделала формальный книксен. Но не проронила ни слова, несмотря на ожидание Михаила. - Я полагаю нам лучше обсудить условия помощи, которые Иглхарты могут предоставить лично вам за эту небольшую услугу. Прервал неловкое молчание Джон. И начался деловой разговор за чашечной чая. Все это время, с самого момента бала, ум бессмертного блуждал в дали столетней памяти. Блуждая в тщетных попытках найти то мало-мальски полезное воспоминание, что могло бы ободрить его. Подсказать заветный путь на котором не все еще могло быть кончено для его народа. Он вспомнил как будучи еще совсем юным, до того как встать на путь воина он с интересом наблюдал за друидом алой пагоды, пытаясь раскрыть секреты мастерства таинственных стражей леса. Однажды ему даже удалось пробраться внутрь. Неслыханная дерзость для не прошедшего взросление эльфа. Но когда друид нашел его, к удивлению юного Янбрила наказания не последовало. Бессмертный старец проводил его на вершину красной пагоды и молча сел на коврике для медитаций. Янбрил смотрел на лес с вершины той пагоды, и все пытался повторять за друидом. «Может он как-то по особенному дышит?» Посчитал Янбрил, и принялся повторять дыхание старца. Затем повторил его позу. И даже движения глаз. Но покой, что читался на лице друида так и не приходил к Янбрилу. После нескольких дней сидения на месте юный бессмертный устал ждать. - В чем секрет? Прямо спросил он. Тогда друид усмехнулся. - Ни в чем. Я просто смотрю на лес. Янбрил уперся глазами в лес. - И в чем смысл? Как это дает тебе твои силы? - Дело не в силе. Дело в понимании. Яллас- искусство безмятежности. Искусство без старания. Позволь лесу поглотить тебя. Пусть будет только этот момент. И тогда ты научишься видеть красоту саму по себе. Красоту, не почему-то, а просто так. Янбрил скуксился. В словах друида было мало смысла. Тогда то он и решил встать на путь воина. Это воспоминание неожиданно вогнало гвоздь в сердце Янбрила еще глубже. Ведь совсем скоро и того леса, и той пагоды, и всего народа скоро не будет. Если они еще есть. - Договорились. Теперь позвольте окончательно попрощаться и откланиться. Произнес граф Орлов пожимая руку Иглхарту. Гость надоел хуже чесотки. Желание отдохнуть и вдохнуть свежего воздуха в графе стало невыносимо тяжким. Сняв треуголку в прощальном реверансе он попрощался с гостем, сделал пару шагов к парапету, и облокотившись на него стал любоваться зеленью своих владений. - Скажите герцог, вы не находите эту землю чудесной? Вырвалось изо рта графа. Он тут же пожалел о таком нарушении такта. Задавать вопросы после прощания совершенно невежливо. Но в очередной раз вместо осуждения Иглхарт дал ответ. - Да граф. Мое сердце радуется. Посмотрите на этот огромный лес. Вся эта древесина отлично подходит для кораблей. Вскоре, как и решил сентат, на верфях человечества закачаются сотни и тысячи мечт фрегатов и линейных кораблей, для несения величия людей на дальние берега. Нет ничего лучше. На лице графа отчетливо было видно смущение, но всего на мгновение. Искринний позыв не достиг сердца герцога. Молча распрощавшись второй раз аристократы наконец разошлись. Граф посмотрел вдаль и наконец обернулся. Эльф в клетке не отрывая глаз смотрел не него. - Яллас Сорвалось с его губ.