Порознь

      Все произошло так быстро, что времени на осмысление происходящего, своей удачи не было. Нужно было решать здесь и сейчас, никак иначе. Секунда промедления – и единственное, что содержало в себе хоть какую-то информацию о нынешней судьбе отца, ускользнуло бы из рук. Навсегда. Вряд ли кто-то еще в этой мультивселенной бессмертен так же, как Инк.       Пайпер Джем, упираясь руками в пол и смотря на спину все еще лежащего на бесцветном полу Эрра, не смог сдержать улыбку. Черт возьми, он думал, что на это уйдет гораздо больше времени. Осталось только выбить из и так побитого жизнью скелета информацию. Ожидалось, что это не будет слишком трудно.              «Не долго тебе осталось прятаться от меня папаша», - ухмыльнувшись, подумал он.              - Хэй, - встает, делает шаги к глючному. – Мы уже встречались. Мой отец…              По мере приближения он видит черного скелета, постепенно поджимающего ноги все ближе к груди. Слышит его шумное, неровное, прерывистое дыхание. Пустые, широко раскрытые, заполненные глюками настолько, что привычного красного цвета в них было не видать, глазницы. Этот монстр действительно сейчас был не в самом своем лучшем состоянии, чтобы что-то говорить. Пайпера это смутило, но не настолько, чтобы он проявил терпение и заткнул свое неспокойное, жаждущее ответов «Я» хотя бы на время.              - … то есть Инк, он…              От упоминания этого имени чужое дыхание замолкло.              - …Он пропал в тот момент, когда ты ушел из нашего дома.              - «Н##ег#»? – издал монстр странный звук и приподнял голову, чуть поворачивая ее к стоящему над ним. Пайпер Джем даже не воспринял это как попытку что-то сказать, для него этот звук был слишком далек от речи.              - Мне нужно, чтобы ты сказал мне, где он сейчас, - не отступал он.              …              Кости. Чернила. Уворот в сторону. Боль – Пайпер не успел отойти вовремя, и пара костей смогло пройти сквозь неготовые к обороне чернила и задеть чувствительные нити внутри, порвать парочку из них. Слишком неожиданно из пола за секунду выросли красные кости.       Инк учил его обороне при неожиданных атаках, но эта… В принципе, то, что происходило далее, выходило за рамки того, чему его успели научить. Еще не отойдя от первой атаки глючного Санса, Джем был вынужден встретить новую. Скопление костей пролетело через него, разрывая внутренности в виде синих нитей. Он давится, краем глаза замечает гастер-бластеры вокруг себя и собирается с силами, чтобы обратиться в лужу и переместиться вон из круга драконьих голов.       Неожиданно. Слишком. Слишком много атак. Он не готов. Нет, он никак не мог быть готов к тому, что этот поломанный скелет способен так резко и неочевидно начать заваливать атаками.       Он не готов. Не готов. Он не готов умирать!              - П…подожди! – давясь болью и чернилами, кричит, как может, Джей. – Остановись, пожалуйста!!              Реальность, в которой не стоило недооценивать глючное чудовище и тревожить его в момент эмоциональной нестабильности, столкнула юного Пайпера лицом с его ошибкой слишком жестоко. Его тело, утерявшее столько нитей-нервов, теперь такое нестабильное и неподатливое, никак не могло продолжать этот изначально неравный бой. Черный скелет даже не вставал. А Пайпер уже на грани смерти.              «Я не хочу умирать», - отчаянная, кажущаяся такой странной и неправильной мысль всплыла и заняла собой все сознание.              Пайпер Джем даже не мог атаковать – все свои ресурсы он расходовал на то, чтобы уворачиваться от бесконечного потока атак. Нет, это не может быть правдой. Разве он может умереть? Разве СЕЙЧАС, когда он только-только выбрался в одиночку из ловушки, из которой, казалось бы, выбраться невозможно, он может позволить себе умереть?              - Пожалуйста!!! – кричит, и, чувствуя, как устает от боя без отдыха, пропускает в себя еще пару костей.              Его атаковали с яростью. С болью. Нет, с настоящей ненавистью. И было непонятно, то ли эта ненависть была адресована ему, то ли вообще всему миру, а он просто попал под горячую руку. В любом случае, думать об этом не было возможности.       Так продолжаться больше не могло. Пайпер Джем, обратившись в лужу, змеей быстро подобрался по полу к глючному. Вмиг он, выпрыгнув на него, сформировал из руки лезвие и замахнулся.              

…

             Шум воды. Мерцание светлячков. Водопады разбивали о водную гладь впитавшие в себя циановый свет потоки. Трава, стоило к ней прикоснуться, оставляла на себе лазурный след. Неподалеку, в окружении высоких голубых цветов, подсвечивалась тусклым светом старая лавочка. На ней двое – желтая ящерица в платье в горошек и рыбоподобная женщина в джинсах и кожаной куртке. Одна говорила неслышно, возможно даже шепотом, а вторая выдавала цветам и монстрам в ближайшем километре всю суть диалога. Кажется, последнюю никак не волновало, что кто-то узнает о том, что она на свидании, что нельзя сказать о первой. Но, кажется, они были счастливы компании друг друга.        Голубые цветы раздвинули в стороны руки в перчатках. Пайпер Джем отводит взгляд от парочки на скамейке и смотрит на того, от кого тихонько, пока тот был отвлечен чем-то, отстал, чтобы задержаться в заинтересовавшем его месте водопадов и ручьев.              - Некрасиво подглядывать за кем-то вот так, - говорит Инк и наклоняется, чтобы обхватить совсем юного мальчишку за подмышки, поднять из скопления эхо-цветов и поставить рядом с собой. – Тебе не следует ходить тут одному. Думаю, было бы не очень хорошо, если бы на тебя попала вода.              И вправду – пару капель на Пайпера, все же, попало. Это было не самое приятное ощущение. В конце концов, было бы действительно досадно, если в свой первый выход в настоящие вселенные он бы случайно упал в озеро и завершил свою только-только начавшуюся жизнь.              - А ведь я мог и забыть тебя тут. Уф… - мальчик видит, как его озабоченный воспитатель снова прикладывает к губам разноцветные колбочки. Какой же он, всё-таки, странный. – Думаю, на сегодня с путешествиями пора заканчивать. Да и ты, наверное, устал уже, верно?              В подтверждение его словам тело Пайпера отреагировало зевком. День был насыщенным. Много новой информации о мире, в котором он родился. Всё-таки, от столь продолжительного внимания к окружению за весь день и вправду можно устать.              - То-то же. Пошли домой!              Когда они вернулись в дом, в анти-пустоте уже была установлена ночь. Видимо, она наступала как-то автоматически.       Тело приятно встретило мягкий плед, которым всегда был укрыт диван в гостиной. Мальчику неясно, какое раньше применение было у этого дивана, но нынче он служил его спальным местом. Голова приложилась к подушке, и ноги уперлись в колени присевшего у края хранителя. Пайпер посмотрел на него вяло.              - Я устал, - тихо говорит он. Ему нравилось смотреть на светящуюся жёлтую звездочку в глазах взрослого монстра.              - Отдохни, - улыбка, с которой он это сказал, была теплой. – Я пойду посплю в своей комнате.              После этих слов обивка дивана чуть распрямилась – Инк встал и почти бесшумно прошел на второй этаж.       Казалось бы, насыщенный день. Усталость должна была погрузить в сон быстро и незаметно, но бессонница, почему-то, взяла верх. Некоторое время мальчик еще давал себе шанс уснуть, лежал с закрытыми глазами на боку и пытался ни о чем не думать. В то время он еще не знал про метод с овечками, перепрыгивающими через радугу.       Тик-так. Тик. Так. Часики, которых днем было не услышать, постукивали сейчас так громко. В этой полутьме на белом потолке были видны трещины. Дому, похоже, было много лет. Всё-таки, Инк существует как хранитель уже долго. Интересно, сколько ему в действительности лет?              Спина отрывается от дивана, Пайпер Джем смотрит на приоткрытую дверь на втором этаже. Он еще не знал своего воспитателя хорошо, чтобы точно предугадать его реакцию. Но он же не разозлится, если Джей зайдет к нему? Да?        Не попробуешь - не узнаешь. Девиз Пиджи, который будет сопровождать его всю жизнь. Но в то время его смелость еще не несла за собой каких-то серьезных последствий для него, поэтому почему, собственно, и нет? Он встает с дивана и немного сонно плетется в чужую комнату.       Это был первый раз, когда он застал Инка в его комнате не спящим. Он сидел кровати, поджав ноги к груди так, что из за коленей выглядывали только бесчувственно смотрящие в противоположный темный угол комнаты глаза.              - Инк? – нарушает тихим голосом тишину Пиджи, привлекая к себе внимание хранителя. Тот поднимает голову, поворачивает ее к нему.              - О… Ты чего не спишь? – Инк тянется к органайзеру на тумбочке у кровати, берет от туда несколько красок.              - Не хочу…              Пайпер Джем трет глаза, и смотрит, как в чужих глазницах пропадает белый цвет и появляется зеленый. Желтая звездочка тоже появилась.              - Бессонница… Да, я понимаю тебя, - он вздыхает, и когда снова смотрит на мальчишку, его уголки рта приподнимаются в улыбке. – Может, попробуешь полежать здесь, со мной?              - А можно?              - Конечно, - скелет приподнимается и двигается в сторону, освобождая вторую половину кровати. – Ложись.              Холодная подушка промялась под головой Пайпера. Приятно. Инк не ложился, оставался в сидячем положении, но своим взглядом, обращенном на устроившегося рядом Джема, позволял тому заглядеться на фигуры в своих глазах. Розовый ромбик, желтый кружок, квадрат. Звездочка.              - Дай, - сказал Пайпер Джем, чем вызвал в одной из глазниц хранителя зеленый знак вопроса. – Дай потрогать звездочку.              Неожиданная просьба вызвала еще больше непонимания. Несколько секунд Инк размышлял над ней, пытаясь понять, что же его воспитанник имел в виду. Осознав, он тихо рассмеялся.              - Тебе нравится звездочка в моих глазах?              - Да.              - Пх… Прости, малыш, я не могу дать ее тебе потрогать.              Нельзя сказать, что Пиджи не был разочарован, но досада его продлилась недолго. Наверное, ему достаточно было и просто смотреть на примечательную звездочку, теперь, почему-то, ставшую голубой. Инк ненадолго отвел взгляд в сторону, прошептав еле-слышно:              - Не одному тебе нравится эта звездочка…              Здесь, смотря на разноцветный глаза, как на ночник, Пайпер Джему становилось спокойнее. Звездочка словно гипнотизировала его, уносила куда-то, концентрируя на себе и расслабляя сознание. Постепенно, даже не понимая этого, он погружался в сон.       Глубокий сон, который снимет всю его усталость и позволит встретить ему новый день.              

…

             …Нити. Синие нити. Чужие, не поддающиеся его контролю и не имеющие ничего общего с теми, что только что разорвались внутри него. Тело, повисшее над смотрящим на него сквозь обмотанные этими нитями пальцы скелетом, начало растекаться и просачиваться сквозь синюю сеть.       Как оказалось, он никогда не знал настоящей битвы. Он никогда не знал настоящей боли.              «Я не хочу умирать», - голубая краска начала скапливаться у краев малиновых глазниц.              - П-пап… - шепчут его губы.              «Помоги мне», - тонет на дне угасающего сознания, когда сгустки чернил начали хлюпать на белый пол, черный череп, синий шарф.                     

***

             Эррор вошел в пустоту резко. К тому моменту, как это случилось, Инк уже вернул все краски на место и просто лежал на полу, глядя в бесконечный «белый» над собой. Возвращение единственной живой души в это место ощущалось как что-то хорошее.              - Привет, Эррор. Давно…              Судя по тому, каким грубым шагом он стал подходить к нему, в ближайшее время Инка ждало что-то неприятное. Он поспешил встать, чтобы не оказаться в положении, в котором его бы тащили.              «Пошли», - коротко изложило диалоговое окно, и художник, само собой, не рискнул противиться.              Повели его к порталу. На мгновение промелькнула приятная мысль, что его, возможно, хотят вывести в свет. Долгожданное разнообразие в окружении заслуживало капли желтой краски, но, к сожалению, возможности приложиться к ней не было. Может, оно и к лучшему, иначе Инку пришлось бы испытать следом за счастьем полнейшее разочарование.       Эррор привел его в практически ничем не отличающийся от анти-пустоты мир. Единственное отличие – наличие нескольких ходячих набросков неподалеку. Немного не то, что ожидалось.              Но прежде, чем Инк успел задать вопрос, Эррор ответил на него, указав на что-то… выделяющееся среди белого «ничего», темное пятно в нескольких метрах от них.       Он подходит. Видит в темном пятне примеси малинового цвета. Подходит ближе. Видит желтый, голубой. Это была лужа чернил.       Язык не хотел работать, чтобы спросить, что это. Инк садится. Нет… Его колени бьются о пол. Пустые глазницы вглядывались в быстро тающие комки чернил черного цвета с малиновой примесью, и видели ошметки синих нитей.              Это таял единственный кусочек его мира, который он хотел оставить нетронутым. Последний кусочек его мира. Последнее, чем он дорожил.              Он поворачивает голову к Эррору. Хочет спросить:              «Это сделал ты?»              Но с неподвижных губ не слетает даже воздуха. Он знает ответ.