Солёные воды

Примечание автора: У меня было множество противоречивых мыслей относительно сюжета, но я, наконец, выбрала путь повествования. В этой главе почти 2 200 слов — вполовину больше, чем вся вышедшая история, так что надеюсь, это компенсирует долгое ожидание. Спасибо всем, кто оставляет отзывы, лайки и подписывается! Для меня это много значит ❤

***

Когда Гарри в следующий раз вышел на берег в человечьем обличии, ощутив зов Тома, он сразу понял — что-то изменилось. Стало каким-то неправильным. Странным. И трудно разобрать, что конкретно. Гарри виделся с Томом редко, урывками; и теперь маленький мальчик стал совсем взрослым. Да и в обличии тюленя мир виделся туманным, нечётким и бесконечно далёким от реальности. Однако он чётко знал, что во время их прошлой встреча Том был ужасно расстроен, и этого ему было достаточно. Вынырнув из океана, Гарри бросился к юноше и крепко-крепко обнял его. — Здравствуй, Гарри, — приглушённо произнёс Том куда-то в волосы шелки. Ровный, спокойный тон резко контрастировал с жадными объятиями. — С возвращением, мой маленький волшебник, — игриво пропел Гарри. И тут внезапно они оба заметили, что стали одного роста. — Ты серьёзно думаешь, что всё ещё можешь называть меня… — напыщенно возразил Том, и его глаза заблестели совершенно нахальным ликованием. — Ни слова больше, сорванец! — пригрозил юноше Гарри. В ответ тот весело рассмеялся. — Я соскучился, — вдруг признался он. — Я тоже, — тихо ответил Том, помедлив лишь на долю мгновения. — Бесконечно соскучился. — Расскажешь, что тебя так гложет? — А с чего ты взял, что меня вообще что-то гложет? Гарри смерил юношу красноречивым взглядом. Том вздохнул и повернулся к океану. — Ладно, расскажу, если ты так настаиваешь. — Определённо настаиваю, — кивнул Гарри и отступил от Тома на пару шагов, давая немного личного пространства. Юноша сгрёб в кулак горсть камешков с пляжа — давняя привычка. — Два года назад я выяснил кое-что важное о своём происхождении. Оказывается, я потомок Салазара Слизерина — то есть, полукровка, а не г… — он осёкся, бросил взгляд на Гарри и сказал иначе: — магглорождённый. Разумеется, это в корне переменило мою жизнь — особенное моё положение на Слизерине. Я уже почти достиг вершины иерархии — как и намеревался — но словно по волшебству стал бесспорным лидером, — рассказал Том с гордостью, но и немалым огорчением. — А ещё я наконец-то смог узнать, где отыскать свою семью. Так я нашёл последнего живого родственника со стороны матери — её брата, моего дядю… — теперь в голосе юноши отчётливо зазвучало презрение. — Но почти год не мог заставить себя встретиться с ним. Я многое разузнал о родах Слизерин и Гонт… и ничего приятного. Размахнувшись, он с силой запулил камень в воду. Бросок получился хороший, дальний, но обошлось без всплеска. — Падшие, изгои среди других родов из-за кровосмешения, безумия и досадной привычки производить на свет исключительно сквибов, — зло выплюнул Том. — Живущие в нищете, вдали от Магического мира, на окраине маггловской деревушки. Гарри нежно погладил Тома по плечу. Юноше пришлось сделать глубокий вдох, чтобы немного успокоиться и продолжить рассказ. — Пару дней назад я, наконец, решился. Дядюшка и говорил-то с трудом, но из его бессвязной брани я понял, что он спутал меня с другим человеком, — Том на мгновение умолк. — С моим отцом. У Гарри перехватило дыхание, отчего юноша мрачно усмехнулся. — Его звали Том Риддл. Знаешь, он жил в роскошном поместье на холме с прекрасным видом на местную деревушку вместе со своими родителями. С моими бабушкой и дедушкой. Богатейшие люди во всей округе. И они, надо сказать, мне не обрадовались. Впрочем, я не стал задерживаться надолго. Том крепко стиснул зубы. Его лицо выражало сложную, непонятную гамму чувств, а ещё он наотрез отказывался смотреть на Гарри. — Оказывается, всё это время у меня был отец. Семья, — он сглотнул ком в горле и нахмурился, недовольный выказыванием слабости. — И никто из них не пожелал забрать меня из приюта. Гарри зарылся пальцами в волосы на макушке Тома и опустил его голову, вынуждая встретиться с ним взглядом и прижаться лбом ко лбу. — Порой семья не заслуживает и капли вашей общей крови. Раз не пожелали забрать, то многое потеряли. Том широко распахнул глаза, вглядываясь в лицо шелки. И даже чуть улыбнулся. — Хочешь, прокляну их всех на облысение? — предложил Гарри. Вдруг юноша словно бы вновь закрылся от него. — А, не стоит, но спасибо. Проклятие теперь — меньшее из зол. Гарри прищурился. — Том. — Да, Гарри? — Мы с тобой оба знаем, что ты мстительный маленький… — Больше не маленький, — возразил Том, чей инстинкт самосохранения тут же заглох, стоило только теме разговора коснуться его многострадального роста. — …невозможно крошечный засранец. И что ты сотворил со своей семьёй? Том спокойно встретил взгляд шелки. — Я убил своего отца, бабушку и дедушку, а виновным выставил дядю. Гарри посуровел. — Том. — Да, Гарри? — вновь повторил Том обманчиво тихим голосом. — Ты уже убивал? Мне всё же стоит знать. — Нет. — … Не делай так больше, пожалуйста, — выдохнул шелки, ероша свои волосы. Том убрал его руку и нежно погладил Гарри по голове. — Хорошо, Гарри. Они стояли близко-близко друг к другу, наслаждаясь долгожданным теплом. Наконец, Том нарушил затянувшееся молчание. — Отдашь мне свою шкурку, Гарри? — Ха! Будто я просто отдам её — ничего подобного, — помрачневший было шелки встрепенулся и одарил юношу слабой ухмылкой. — Придётся потрудиться, чтобы добыть мою шкурку! Не успел Гарри договорить, как Том набросил на него легонькое инкарцео. — Эй! Прошептав заклинание поиска, юноша уже через пять минут гордо держал драгоценную шкурку. Торжествующей походкой он вернулся к разгневанному шелки, который бился на песке, точно вновь вернулся в тюленье обличие. — Потрудиться, говоришь? — нахально спросил Том. — Вообще-то ты сыграл не по правилам! — взбешённо воскликнул Гарри. — Это жульничество! — Ничего, никто не любит проигрывать, Гарри, — самодовольно протянул Том. Взмахом палочки он притянул к себе связанного и вырывающегося шелки, после чего аппарировал в свою квартиру в Лютном переулке. Наконец-то они вернутся домой вместе.

____________________________________________________________

Маленькая, скептически настроенная часть Тома переживала, что совместная жизнь разрушит их отношения — что реальность не оправдает четырнадцать лет чаяний и надежд. Но ошиблась. Им было бесконечно уютно друг рядом с другом. Тому никогда прежде не жилось с кем-то так хорошо. Юноша даже задумывался, не притворяется ли случайно Гарри идеалом, однако они порой ругались и спорили, как и все нормальные люди (особенно, когда кое-кто постоянно заливает пол ванной водой после душа, Гарри). Но глубинного, не проходящего отвращения, которое Том испытывал к людям — тем паче, к соседям — не было. Чудеса. Он чувствовал себя замечательно, мог быть самим собой. А Гарри ещё и был щедр на прикосновения: часто поглаживал его по плечу, ерошил волосы и ложился рядышком на диване. Обычно Том не приемлел такого и вообще проклял бы любого другого за нарушение личных границ, однако сейчас не мог насытиться этими крохами. Наверное, в жизни Тома, наконец, настало счастье. Пока через месяц их прекрасной жизни Гарри каким-то образом не выяснил, где Том прячет его шкурку. Юноша как раз вернулся домой после работы и увидел, как шелки, спотыкаясь и шатаясь, точно в трансе, бредёт к заветному шкафу. Том был уверен в своих защитных чарах, но когда увидел, как Гарри протягивает руку к дверце, страх поборол разум. Толком не осознавая, что делает, он уже пробежал через всю комнату, прижал шелки к себе, придавив вырывающиеся руки к бокам и отвернул от шкафа. Гарри сразу стряхнул жуткую отрешённость, приходя в себя. — Чего? Том, ослабь хватку хоть немного, ты меня сейчас задушишь, — пропыхтел он. Том чуть расслабился, но не отпустил шелки, позволяя чужому теплу и болтовне успокоить колотящееся сердце. Этой же ночью Том проснулся весь в поту и дрожа, а Гарри поглаживал его по спине и не сводил обеспокоенного взгляда. Юноша перекатился на другой бок и уткнулся макушкой в чужую шею, крепко обнимая шелки. — Не уходи, — хрипло простонал Том. — Прошу, не бросай меня. Гарри нежно гладил волосы юноши, пока тот не уснул, однако так ничего и не сказал.

__________________________________________________________

Прошло несколько недель: каждую ночь Том просыпался от кошмаров, где Гарри бесконечно находил свою шкурку и бросал его одного. Сон урывками и изматывающая работа в «Боргин и Берк» сделала своё чёрное дело: Том стал злым и раздражительным, даже огрызался на знакомых из Хогвартса, с кем виделся на еженедельных встречах, а по вечерам впадал в молчаливую задумчивость. Он не понимал, как быть дальше. Из-за проклятия шелки Гарри в любой момент мог отыскать шкурку и бросить Тома. Однако стань он человеком или уничтожь Том шкурку — кто сказал, что Гарри останется с ним добровольно? Он же сможет пойти, куда вздумается, делать то, что нравится — в отрыве от него. Однажды ночью Том проснулся, тяжело дыша, и привычно стал рыскать ладонью по постели в поисках Гарри, но внезапно обнаружил, что шелки смиренно сидит рядом. — Том, — тихо произнёс Гарри. — Думаю, тебе стоит меня отпустить. Том вскочил и прижал шелки к кровати, даже не осознавая, что делает. — Нет, — прорычал он. — Но тебе плохо, — упрямо возразил Гарри, отводя взгляд. — Теперь ты несчастен, и это моя вина. — Да плевать, я хочу, чтобы ты остался здесь. — А не должно быть плевать! — Ты хочешь уйти? — настойчиво спросил Том. Пальцы шелки, вцепившиеся в руки юноши, сказали всё за него. — Нет, не хочу, — сдавленно признался Гарри. Они встретились взглядом, и благодаря легилименции Том узнал, о чём шелки смолчал, и это выбило землю у него из-под ног. — Ты хотел, чтобы я забрал твою шкурку. — Да, — прошептал Гарри. — С самой первой нашей встречи. Ещё тише: — Да. Они сплелись в объятиях, а Гарри спрятал лицо в плече Тома. — Но ты считаешь, что мне стоит тебя отпустить. — Я ведь не сам хочу уйти… Всё дело в проклятии. Океан всегда манит шелки обратно в воду. И пока я буду рваться к океану, ты будешь страдать, — вздохнул Гарри. — Только вот я не знаю, смогу ли снова стать человеком. — А ты хочешь? — спросил Том. Поразмыслив немного, шелки кивнул. — Знаешь, я будто камешек на дне ручья: жизнь утекает мимо, а я застрял. Не старею, не меняюсь. Всякий раз, стоит кому-то забрать мою шкурку, я надеюсь, что вот оно: меня оставят подле, захотят просто Гарри. Рядом, навсегда. Но все либо просят чего-то недостижимого, либо устают от меня, либо… — он тяжело сглотнул. — Либо пользуются тем, что я не могу просто взять и уйти. Том так вцепился в Гарри, что тот едва мог дышать, вне себя от ярости. Гарри с трудом дотянулся до плеча юноши и нежно погладил, успокаивая. — Я едва помню своё детство, жизнь до океана, но в первую нашу встречу ты сильно напоминал меня маленького, — прошептал он. — Я так хотел помочь, чтобы тебя не постигла моя участь. Подумал даже, что если ты заберёшь мою шкурку, я смогу позаботиться о тебе. Том надолго замолчал. — Так ты просто видишь во мне маленького себя? — Нет, — искренне заверил его Гарри. — Я… быть может, поначалу, совсем немного. Но нет. Взгляд шелки был твёрдым, хотя голос немного дрожал. — Ты очень много для меня значишь, Том. Юноша вглядывался в чужие глаза так долго, как только мог, упиваясь бесконечной привязанностью Гарри. — Ты бы остался со мной? — Том не мог не спросить. — Если бы снова стал человеком? Гарри долго не отвечал, и сердце Тома от страха билось всё быстрее и быстрее. От самой настоящей паники его спас взгляд шелки, который посмотрел на него, точно на самый желанный в мире подарок. — Остался бы, да. — Тогда, полагаю, теперь я просто обязан отыскать способ снять с тебя проклятие, — невозмутимо заявил Том. Гарри стукнул наглеца по плечу и расхохотался, вцепившись в пижаму Тома. Юноша прижал шелки к себе, стараясь не думать о надвигающейся — пусть и временной — разлуке.

__________________________________________________________

Следующей день они провели на облюбованном закутке пляжа; теперь, приняв решение, обоим стало гораздо легче и спокойнее. Когда солнца начало клониться к закату, Том отдал шелки кольцо — старое, кованое золото, отполированное до зеркального блеска и увенчанное крупным чёрным камнем. Гарри удивлённо воззрился на подарок, после чего перевёл взгляд на Тома. — А это что? — Ты сможешь сохранить его у себя, даже когда вновь обратишься тюленем? — Да, — протянул Гарри и хитро прищурился. — Это непростое кольцо, верно? Том остался совершенно спокоен. — И правда непростое, так что я бы попросил тебя обращаться с ним бережно. — Том. — Да, Гарри? — Том, — отрывисто прорычал шелки. — Что не так с этим кольцом? Том отодвинулся подальше. — Мне показалось правильным, чтобы моя вторая половинка хранила осколок моей души до тех пор, пока мы не встретимся вновь, — сухо сказал он. Гарри высоко-высоко вскинул брови и резко прижался к губам Тома в яростном поцелуе. — Романтик хренов. Том одарил шелки взглядом, одновременно полным раздражения и нежности. — Угум. И не смей забывать об этом. С этими словами юноша вытащил шкурку из потайного кармана и вернул Гарри. А потом долго не сводил глаз с бушующих волн после того, как шелки исчез в океане.

***

Примечание автора: Думаю, мы уже на финишной прямой — осталось всего глава или две. Спасибо, что читаете эту историю!