Солёные воды

Примечание автора: простите, предыдущая глава получилась тяжёлой. А здесь мы немного позлимся на противный характер Тома! Дамблдор просто: «Сколь душераздирающе. Самый ненавистный тебе человек дал дельный совет».

***

С годами Том мастерски научился отодвигать свои желания на задний план.* Пришлось. Разрываясь между страшным временем, когда маггловский Лондон умирал от войны, исступленной яростью от отношения к нему в Магическом мире и безграничной тоске по Гарри, он бы давным-давно сошёл с ума, если бы не научился раскладывать желания и мысли по коробочкам, которые убирал на антресоль, пока не представится лучшее время. Отпустить Гарри — всё равно, что отрубить руку или ногу. Следующие ночь и день Том провёл, свернувшись калачиком на кровати в своей крохотной квартирке и прижимая к себе Гаррину рубашку так отчаянно, как хотелось обнять его самого. А проснувшись утром, Том с любовью упаковал всю нежность и тоску в мысленную коробочку и спрятал в самом дальнем тайнике своего разума. И просто продолжил жить дальше. Его планам всё равно не суждено сбыться. Том работал в «Боргине и Берке», пока не заполучил медальон Слизерина. Сплотил своих сторонников, продумал роли и начал расставлять фигуры на воображаемой шахматной доске. Отправился в путешествие по миру, чтобы полноценно изучить всевозможные виды магии. А затем вернулся домой, готовый захватить власть в Магической Британии. Порой Том вспоминал о Гарри, чтобы насладиться ушедшим теплом и покоем. А потом ещё день или два ему безумно хотелось увидеть шелки вживую, посидеть с ним рядом. Но каждый раз упрямо сосредотачивался на достижении очередной цели. Быть может, лучше оставить всё, как есть. Том безумно скучал по Гарри, но только когда думал о нём. Пускай теперь шелки нет рядом, можно не переживать о том, что кто-то завладеет его вниманием, не придётся оправдывать свои не самые изысканные методы и планы перед Гарри — чьё мнение действительно важно. К тому же, где ещё найти столь безопасное место для осколка драгоценной души Тома, как не в объятиях бессмертного создания, живущего в океане? Потому, когда Том случайно заметил Гарри на рождественском балу в Министерстве Магии, то оказался застигнут врасплох. Две разных сферы жизни волшебника чудесным образом соприкоснулись, да ещё и без его участия. Мужчина вежливо, но прямо закончил разговор с Гринграссом и направился прямиком к своему шелки. Только лишь для того, чтобы встать, как вкопанный. — А, Том, безмерно рад нашей встрече, — улыбнулся Альбус Дамблдор, совершенно отвратительно посверкивая голубыми глазами, когда встал у мужчины на пути, загородив собой Гарри. Очередная странность: Дамблдор никогда не посещал Министерство, если выдавалась такая возможность. Волшебник избегал политических дебатов с тем же упорством, с которым предлагал каждому встречному-поперечному лимонные дольки. А после победы над Гриндевальдом никто не смел указывать Дамблдору, что делать, особенно, если делать этого он не хотел. Следовало полагать, что две странности, очевидно, связаны. — Альбус. Такая редкость встретить тебя за стенами Хогвартса, — протянул Том. — Дай угадаю: тебя вытащил в свет одно зеленоглазое чудовище? Дамблдор усмехнулся: — Сказать подобное — вполне в твоём духе. (Уж явно не тебе называть кого-то чудовищем, — очевидный подтекст). — Много лет прошло с тех пор, как я имел счастье лицезреть мистера Поттера, — задумчиво добавил он. — И не могу упустить возможность пообщаться вдоволь. — Ну, тогда мне придётся попросить прощения, ведь эту самую возможность я сейчас украду, — парировал Том, обходя волшебника по широкой дуге, чтобы добраться до своего шелки. — Кажется, ты понял всё превратно — Гарри пришёл ко мне, — пояснил Дамблдор. Том резко замер на полпути. Что ж, это имело смысл. Охрана в Министерстве была просто ужасна, однако весьма сомнительно, что даже здешние идиоты пропустили бы неизвестного юношу* без сопровождения, палочки и документов. — Пришёл? Сам? — сердце заполошно забилось от смятения, обиды и гнева. Гарри принадлежал ему, так с какой стати встретился с Дамблдором? Как вообще оказался на суше в человеческом облике? — Он ищет способ снова стать человеком, вот и решил, что я смогу ему помочь, — самодовольно заявил Дамблдор. (Ведь ты, по всей видимости, не смог, — очередной намёк). — Как неожиданно (учитывая, какого Гарри о тебе мнения). Должно быть, он совсем отчаялся, — неприятно усмехнулся Том. — Да, думаю, так и есть, — непринуждённо отозвался Дамблдор и разочарованно поглядел на Тома поверх очков. — По рассказу Гарри, имелся человек, пообещавший снять с него проклятие, однако так и не справился с поставленной задачей… Мысленно Том уже выхватил палочку; венка на виске вздулась, а с языка уже готово было сорваться пренеприятнейшее проклятие. Впрочем, Дамблдор тоже потянулся за палочкой. — А ну, хватит! Слышите, вы оба?! — Гарри появился как раз вовремя, схватил двух великих волшебника за шкирки мантий и хорошенько встряхнул — пока те не начали бросаться заклятиями или чем похуже; завуалированных грубостей и без того сполна друг другу наговорили. — Альбус, я пришёл за помощью к взрослому, компетентному волшебнику, а не мелкому языкастому засранцу… — Прошу прощения… — А ты, Том, совсем обнаглел: я вообще-то прождал твоего возвращения целых тринадцать лет, — Гарри, наконец, посмотрел на мужчину потемневшим от боли взглядом. — Ты хоть собирался меня навестить? Когда-нибудь? — Я… — впервые за много-много лет Том начисто потерял дар речи. И это молчание стало дровами, брошенными в пламя ярости Гарри; огонь разгорелся, и шелки разразился нецензурной бранью, неслышимую для остальных лишь благодаря наспех наложенным заглушающим чарам. Однако целая толпа невольных свидетелей имела удовольствие лицезреть, как двух самых могущественных волшебников всея мира отчитал худощавый подросток, точно непослушных детей.

***

Примечание автора: Прощаем? Примечание переводчика: *В оригинале «a master at compartmentalization» — мастер прогрессивной диссоциации и разделения разума и личности, если прям по-умному. *Для маленького Тома Гарри выглядел взрослым мужчиной. Для взрослого Тома Гарри, который не меняется внешне, выглядит подростком.