Little by little

Вторая глава Прежде чем Нил смог полностью понять ситуацию, входная дверь открылась. Он слышал, как Шарлотта разговаривала через полуоткрытое окно. – Я спекла им свежие. Последовала пауза. Затем тихий детский голос спросил: – Папа дома? Голос Ноа звучал нерешительно и застенчиво. Сердце Нила перевернулось в груди, и он поспешил к двери. – Ноа, – произнес Нил. Маленький мальчик посмотрел на него большими удивленными глазами. У него были темные волосы, они были почти черными. И круглые зеленые глаза. Они смотрели на Нила так выжидающе. Нилу в этот момент почти стало плохо, но он постарался не показывать свои чувства. Он был сейчас Натаниэлем, который скучал по своему сыну, но отсутствовал всего три дня. – Эй, малыш, – произнес он хриплым голосом. – Папа…? – испуганно сказал Ноа и слабо улыбнулся. – Я скучал по тебе, – прошептал Нил, стоя на коленях. Что он делает? Это была странная поза. На мгновение Ноа неподвижно остановился. Он напомнил Нилу удивленного и растерянного оленя, застывшего в свете фар приближающейся машины. — Можно мне тебя обнять? — спросил Ноа. Нил сглотнул. — Конечно. Тогда Ноа улыбнулся и подошел к нему. Нил взял его на руки, и маленький мальчик прижался к нему. Нил вдохнул аромат детского шампуня, свежевыстиранного хлопка и мыла. Держа Ноа на руках, он думал, как повезло Натаниэлю. Теперь он подумал, что Эндрю, должно быть, сильно преувеличил свои обвинения в адрес Натаниэля. Нил немного выпрямился. — У меня есть подарок для тебя. Утром Нил купил игрушечную конюшню для игрушечных лошадок Ноа, потому что маленькие дети всегда будут этому рады, не так ли? Большие глаза Ноя смотрели на него, изучая – Правда? – Он наверху, – Нил встал. – Я до сих пор не распаковал свои вещи. Ты хочешь помочь мне? Ноа удивленно и немного неуверенно моргнул. Затем он с энтузиазмом кивнул. – Сначала Ноа нужно что-нибудь съесть, мистер Миньярд, – Шарлотта быстро остановила его. Нил обернулся к домработнице и увидел осуждение на ее лице. Сейчас он был уверен, что прав в своем предположении: Шарлотта ревновала, когда дело касалось Ноа. Нил сразу решил остановить новые правила. Он мрачно улыбнулся домработнице. – Не могли бы вы принести печенье и молоко наверх, Шарлотта? Нил улыбнулся вниз Ноа, теперь уже более теплее. – Мы можем поесть вместе, пока распаковываем вещи. Когда Шарлотта не ответила, Нил посмотрел на неё. Женщина уставилась на него. В её глазах было глубокое недоверие. Нилу пришлось подумать о брате, которого он знал еще до того, как они оба начали учиться. Натаниэль никогда не оставался дома долго, он никогда не мог быть один и всегда окружал себя многочисленными друзьями. Нил не думал, что Натаниэль превратился в мужа, пекущего торты. Но многие отцы работали, занимаясь своими хобби и при этом хорошо заботясь о своих детях. – Я хочу пойти распаковать вещи с папой? – с нетерпением сказал Ноа. – Что здесь происходит? – Эндрю вошел в холл, чтобы присоединиться к ним. Нил проехал вокруг и увидел, что Эндрю стоит позади него с напряженным выражением лица. – Ноа хочет помочь мне распаковать вещи. Кроме того, его подарок находится в дорожной сумке наверху. Мышцы челюсти Эндрю были напряжены. – Правда? – его взгляд был угрожающим. Нил колебался. Никто никогда не сбивал его с толку так, как Эндрю Миньярд. – Я уверен, ты не будешь возражать, если я принес что-то для Ноа, – сказал он как можно небрежнее и с натянутой улыбкой. – Ноа должен быть в конюшне через час, – ответил Эндрю, явно пытаясь сдержать свой пыл. Он казался очень злым. Нилу пришлось на мгновение задуматься. – Он ездит сегодня? Эндрю фыркнул. – Он ездит каждый день после детского садика в 4. Ты знаешь это. Ошибка – но не фатальная. – Конечно, – сказал Нил. – Я просто подумал, что, поскольку меня не было несколько дней, сегодня днём у нас могло бы быть немного больше времени друг для друга. – Я хочу остаться с папой, – произнес Ноа и с надеждой посмотрел на Эндрю. Эндрю вздрогнул, как будто он его ударил. Он опустился на колени и нежно убрал прядь волос со лба Ноа. – Мы хотели пойти поездить, только мы вдвоем. Тебе всегда нравится ездить. Он наградил Нила ледяным взглядом. – Тебя не было всего три дня. Обычно ты не придавал этому большого значения. Он глубоко вздохнул. – Эндрю, – произнес Нил и сглотнул. Он пытался его успокоить честной улыбкой. – В последнее время я думал о многом. Мы должны поговорить. – В любое время, – ответил Эндрю. Ноа покачал головой. Нил опустил взгляд на него и увидел в его глазах крайне упрямое выражение. – Я хочу пойти распаковать вещи с папой сейчас, – очевидно, он был очень уверен. Нил наклонился к нему. – У меня есть идея, – он больше не хотел настраивать против себя Эндрю. – У нас есть целый час, мы можем распаковать вещи и ты сможешь поиграть со своим подарком и поесть печенье. Потом я отведу тебя в конюшню и посмотрю, как ты катаешься. Ной был с широко раскрытыми глазами. – Ты хочешь посмотреть как я катаюсь на Принце? – Абсолютно, – сказал он с улыбкой. Нил выпрямился. Шарлотта и Эндрю уставились на него с удивлением, осуждением и даже подозрением. Нил выдержал его взгляд. Он не хотел верить что Натаниэл никогда не смотрел как его сын ездит. Это не могло быть правдой. – Почему вы так смотрите на меня? – тихо спросил Нил. Эндрю не ответил, он просто вышел. Шарлотта же ответила: – Потому что у вас никогда не было времени, чтобы посмотреть как ваш сын ездит, мистер Миньярд. Потому что вы никогда не возвращались с поездки и не вели себя как абсолютно другой человек. Ноа внезапно взял его за руку и попытался потащить его вверх по лестнице. Итак, Нил пошел с ним. И даже когда они дошли до большой спальни, Ноа не отпускал Нила. Дорожная сумка стояла посреди комнаты, где Джейкоб должно быть бросил её. И несмотря на все, что только что случилось в кабинете Эндрю или холле, Нил был счастлив. Он должен будет подумать о последних словах Шарлотты позже. Он улыбнулся Ноа. – Закрой свои глаза, – сказал он и Ноа подчинился, ухмыляясь. Нил отпустил его руку, встал на колени рядом с дорожной сумкой и замер. Медленно он поднял взгляд. У изножья кровати стояла мягкая скамейка с его пропавшей сумкой. – Папа? – прошептал Ноа. – Минуту, – тихо сказал Нил. Поспешно он открыл дорожную сумку и вытащил коробочку в подарочной упаковке. – Здесь, приятель, – он сказал с натянутой радостью и Ноа счастливо улыбнулся, когда увидел коробку. Нил сел на пол. Ноа удивленно моргнул и тогда сел следом за ним. Нил помог распаковать его коробку, но его сердце колотилось. Кто бы ни взял его сумку, они вернули ее. Но зачем? Нил мог только прийти к выводу, что это была не простая кража. Ему очень хотелось проверить сумку. Но он все еще был почти уверен, что в этой сумке не было ни одного подозрительного предмета. Ноа размотал подарочную упаковку. Он увидел на коробке фотографию готовой конюшни и вскрикнул от радости. – Это конюшня для моих лошадей? – спросил он, задыхаясь. – Да, совершенно верно. Все, что тебе нужно сделать, это собрать все вместе. Я могу помочь если ты хочешь?, – спросил Нил. Ноа оторвал пластиковый лист от коробки, и Нил помог ему открыть коробку. Они вывалили содержимое на пол. – Посмотри, это забор для ивы! – взволнованно воскликнул Ноа. – И весь черный, как у папы! Нил ухмыльнулся, когда Ноа назвал Эндрю ‘’Papa’’. Это было немецкое слово ‘’Dad’’. В конце концов, они жили в Германии, так что это имело смысл. Нил все еще думал, что это нечто особенное. Когда Нил неловко похлопал его по плечу, кто-то постучал в дверь. которая была широко открыта. Нил поднял взгляд и увидел Шарлотту с дощечкой. Но там был только один стакан молока и маленькая тарелка с двумя печеньками. Нил поднялся. – Спасибо, Шарлотта, – дружелюбно сказал он. – Но я бы хотел тоже немного молока и печенья. Шарлотта не вздрогнула, положив дощечку на маленький столик. Она внимательно посмотрела на Ноа и его подарок. – С каких это пор вы едите сладкое? Нил сглотнул. Нил никогда не был большим фанатом сладкого, но время от времени ему хотелось этого. Натаниэль, конечно, никогда не ел такую ​​еду. Для него, конечно, было бы слабостью не устоять перед сладостями. Будучи подростком, он был одержим своим телом. В то время он уже сидел на диете, хотя в этом вообще не было необходимости. Нил быстро сказал. – После всего, сегодня особенный день, не так ли? – он улыбнулся Ноа, который счастливо улыбнулся. Шарлотта пристально смотрела на него и наконец, пожала плечами. – Я скоро вернусь. – Пап? Ты можешь взять одно из моих печенек, – неуверенно пробормотал Ноа. Он встал, торопливо пошлепал к столику, схватил печенье и опрокинул стакан с молоком. Ноа замер. Затем он посмотрел на Нила большими, испуганными глазами – и, очевидно, ждал, что его наругают за эту неудачу. Натаниэль, очевидно, часто был строг с Ноа. Нил был не очень удивлен. В то время как отец полностью забыл про Нила, Натаниэлю приходилось оправдать ожидания отца. Он стремился к совершенству, чего не принимал Натан, их отец. – Ох, не волнуйся, такое случается, – нежно сказал Нил. – Мы просто вытрем, хорошо? Тогда Нил увидел Эндрю, стоящего в дверном проеме. Он наградил его холодным взглядом и пошел в ванную за полотенцем. Когда он вернулся, Эндрю опустился на колени рядом с Ноа и показал ему, как вместе строить конюшню. Ноа отправил Нилу застенчивый взгляд. – Мне жаль, я пролил молоко. – Никогда не переживай об этом, – Нил улыбнулся и задумался, как он мог выгнать Эндрю. Нил вытер вылитое молоко. – Видишь? Все ушло, ничего не произошло. – Я хочу поговорить с тобой, – сказал Эндрю и встал. Нил повернулся к нему и постарался сдержать свою злость. – Меня не было три дня. Я хотел бы побыть наедине со своим сыном. Глаза Эндрю расширились. – С каких пор? Нил положил руки на бедра, затем заметил, что это, вероятно, выглядит глупо, и заставил их снова спуститься. – Это несправедливо, – отозвался Нил. – Я знаю, что ты задумал. – Я ничего не задумал! – шипел Нил. Затем он замолчал и посмотрел на Ноа. Он натянул на себя улыбку. – Мы не ссоримся, – сказал Нил. – Честно, мы не делаем этого. Ноа закусил свою губу. – Но ты всегда споришь с папой. Нил в ужасе посмотрел на него и Эндрю посмотрел на Нила так, как будто хотел сказать: ‘’Я говорил тебе’’ Нил глубоко вздохнул и посмотрел Эндрю в его хейзел глаза. – Мы можем поговорить позже. Но сейчас я хочу разобрать вещи с Ноа и затем мы соберем эту конюшню вместе. Он улыбнулся Эндрю так дружелюбно, как только смог, что на данный момент было нелегко. – Хорошо, тогда позже, – сказал Эндрю и улыбнулся своему сыну. – И увидимся позже в конюшне. Тогда он вышел с комнаты и Нил сел на пол рядом с Ноа. – Не беспокойся об этом. Ноа смотрел на него. – Папа злится на тебя. На самом деле, плохо злится. Нил скривил лицо. – Я знаю. Но даже папа иногда ошибается, понимаешь? Ноа задумчиво заколебался. – Папа не знает что ты новый папа, – наконец сказал он. Нил замер и его пульс сразу участился. – Что? – Он не знает, что ты мой новый папа, – сказал ребенок, улыбаясь. – Мой старый папа.. Папа не любит его. Нил сидел там, ошарашенный. Ноа знал это. Маленький мальчик заметил, что он не Натаниэль, что он совершенно отличался от своего брата. Часто говорят, что дети очень внимательны и обладают своего рода шестым чувством. Нил потерял дар речи и изо всех сил старался побороть улыбку. – Знаешь, папа тоже может измениться. Ноа улыбнулся и положил руку на щеку Нила. – Мне нравится мой новый папа очень сильно. Пока Ноа вытаскивал вещи из дорожной сумки и убирал их в сторону, Нил поспешил к маленькой сумке. Он до сих пор не мог поверить, что Ноа из всех людей сразу узнал правду. Он открыл сумку и бросал содержимое на пол. Сперва, он увидел телефон его брата и затем сложенное письмо. Он замер. Он совершенно забыл про эту записку. Он записал номерной знак машины и слова ‘’Крыша 3, второй вход, второй ряд’’, чтобы найти машину Натаниэля, когда тот заберет ее в аэропорту. Нил попытался убедить себя, что это письмо никому ничего не скажет. Но он не мог выговорить проблему: никто не записывает свой номерной знак так, как будто он не может узнать свою машину. Страшно, он достал кошелек и надеялся, что человек, который украл его сумку и вернул ее, возможно, даже не заметил записку. Все его кредитные карточки – точнее, кредитные карточки Натаниэля – все еще были там. Лицензии Натаниэля тоже. Но деньги пропали. Нил опустился на кровать и закрыл свои глаза с облегчением. Это была обычная кража, вот и все. Это не имело никакого отношения к смене жизнями. Он открыл глаза, и захотелось рассмеяться. Все это не изменяет того факта, что его приезд в Лисий Двор был совершенно не тем, чего он ожидал. Натаниэль явно расстроил своего мужа, не говоря уже о домработнице и странном Джейкобе Браун. Его отношение с младшим сыном кажется, были не совсем хорошие и любящие. Нил не был глупым. Поначалу, Ноа был обеспокоен и подавлен из-за него, и он ожидал, что Нил накричит на него из-за пролитого стакана молока. Если бы только Натаниэль подготовил его лучше. Но его брат позволил ему поверить, что его семья была невероятной и в идеальном порядке. Нил изменил свои мысли. Натаниэль ничего не сказал о своей жизни в Лисьем Дворе. Он предполагал, что у его брата было все, чего только можно было пожелать. Нил всегда завидовал и восхищался его братом. Тайно, он всегда хотел быть таким храбрым, бесстрашным и харизматичным. Но сейчас Нил был старше и и умнее. Он все еще восхищался Натаниэлем. Но и как у каждого человека, у него были недостатки. Он не был идеальным. Ноа вышел из ванной комнаты с гордой улыбкой. – Я все разложил, – сказал он. – Иди, посмотри! Нил сглотнул. Не было никакого оправдания тому, что Натаниэль не заботился о Ноа. Не было никакого оправдания тому, что ребенок Натаниэля был напуган и эмоционально угнетен. – Спасибо тебе, – ответил Нил с улыбкой. Он уже очень любил своего племянника. – Давай же посмотрим, как ты хорошо это сделал, – сказал Нил, вскочив и последовав за маленьким мальчиком. – Видишь, папа? Я повесил твои костюмы и пижамы, – гордо говорил Ноа. – Ты проделал отличную работу, Ноа, – улыбнулся Нил и наклонился, чтобы обнять его. Теперь он знал, что этот жест подойдет Ноа. Ноа покраснел от радости. – Ты хорошо пахнешь. Нил смотрел на него. Он не душился, потому что никогда этого не делал. Натаниэль, наоборот, всегда носил тяжелые духи. – Я забыл свои духи. То, что ты чувствуешь, должно быть, мыло, малыш, – сказал Нил. – Мне нравится это, – объявил Ноа. – Есть ли что-нибудь еще, что мы можем распаковать? Нил улыбнулся. – Я думаю, мы закончили, – ответил он. - В четыре часа дня, Нил и Ноа прибыли в конюшню. Ноа в своих штанах и ботинках для верховой езды. Нил нашел пару ботинок в гардеробной Натаниэля, их, видимо, никогда раньше не носили. Нил был достаточно умен, чтобы позволить Ноа пойти вперед. В самой большой конюшне, отметил он, нашлось мест для двух десятков лож и манеж. И это было тем, куда они шли. Эндрю стоял в проходе конюшни между боксами, в коричнево рисовых штанах и высоких ботинках. Белый пони был оседлан и ждал своего наездника. Рядом стоял взрослый мужчина. Великолепная, большая коричневая лошадь с четырьмя белыми кандалами был тоже привязан в аллее, который должен был быть Эндрю. Оба мужчины повернулись, когда он вошел. Глаза Эндрю обратились к нему, и Нил быстро опустил свой взгляд. – Здравствуйте, Натаниэль! – сказал старший мужчина с дружелюбной улыбкой. У него было худое, жилистое тело. – Как прошла поездка? Нил был поражен этому теплому приветствию, который вызвал только ‘’Отлично’’ – Я много работал с Прайдом, чтобы он не нервничал из-за вас, – продолжил мужчина. – Он должен быть вполне спокойным, когда мы будем работать с ним завтра. Нилу пришлось немного подумать, пока он не понял, что Прайд был лошадью Натаниэля и что он должен поездить завтра. Видимо, с этим мужчиной, который должен был быть инструктором или тренером по верховой езде. Натаниэль даже не упомянул в письме, что он все еще катается на лошадях. Нил криво улыбнулся. Он знал, что он не катается даже вполовину так же хорошо, как его брат. Несомненно, именно поэтому Натаниэль не сказал ему об этом, так как не хотел напугать Нила. – Уилл, я помог папе распаковать вещи! – с гордостью объявил Ноа. – Правда? – седоволосый мужчина улыбнулся. – И я слышал что твой папа хотел прокатить тебя сегодня днем, – Уилл задел уздечку пони. – Папа? Папа хочет посмотреть как я катаюсь. Мы можем сегодня покататься на улице, пожалуйста? – умолял Ноа. Эндрю отвязал лошадь и улыбнулся Ноа, но не смотрел на Нила. — Мы зайдем внутрь и проедем несколько разминочных кругов, — ответил он. — Папа может посмотреть как ты катаешься, хорошо? Нил висел на воротах, а Эндрю и Ноа ездили бок о бок. Нил слегка улыбнулся при виде этого. Ноа, его племянник, который уже ездил так хорошо в седле в свои пять лет. Эндрю, кажется, был хорошим учителем. Внезапно, лицо Нила стало теплее. Нил заметил, что Эндрю не надел шлем. Нил нахмурился, он знал что даже опытный наездник может пострадать от серьезного падения в любой момент, потому что даже самая надежная лошадь иногда сбивается с пути. Нил принудил себя снова посмотреть на Ноа. — Готов для короткой рыси? — услышал он вопрос Эндрю и Ноа кивнул. Нил наблюдал, как Эндрю позволил своей лошади медленно бежать, чтобы внимательно проследить за Ноа. — Ты слишком длинно держишь поводок, — сказал Эндрю. — Сделай короче, дорогой. Ноа подчинился. Потерявшись в мыслях, Нил спросил. — Когда он начал? Уилл повернулся. — Извините? — Когда—, — Нил прервался. Он почувствовал, что краснеет. Черт. Конечно, Натаниэль знал, когда Ноа начал ездить. — Я не помню когда он начал так хорошо ездить рысью, — спас он себя. — Он тяжело тренировался последние пару месяцев. Он только недавно принял такой вид езды, перед вашим отъездом, — объяснил Уилл. — У вас все хорошо? Вы выглядите так странно, Натаниэль. Нил повернулся к нему. — Я очень сильно болел. У меня был сильный грипп, и я потерял вес. Я пока вне линии. Лицо Уилла потемнело. — Ох, мне жаль это слышать. Уделите этому столько времени, сколько нужно. — Да, я думаю, что мне придется немного подождать, — сказал Нил. Старший мужчина исследующе посмотрел ему в глаза, как будто хотел увидеть глубокий смысл в его словах, но затем кивнул. Пока он избежал езды. - Нил прошел через лужайку за домом. Ноа и Эндрю отправились в путь, и он чувствовал как с его плеч упал тяжелый груз. Сейчас он понял, что у него была головная боль от всего стресса с момента прибытия в Лисий Двор. Возможно, сейчас было время чтобы позвонить Натаниэлю. Нил огляделся вокруг. Конюшни остались позади, дом слева от него на холме. Прямо перед ним простирались ивы до холмов на горизонте. Он был один. Вокруг никого не было. Нил вытащил телефон Натаниэля с его кармана и быстро постучал по экрану. С тревогой он слышал только свою голосовую почту. – Это я, – сказал он и снова развернулся. – Позвони мне так скоро, как только сможешь, это срочно. Говори на моей - твоей - голосовой почте, когда ты захочешь поговорить со мной, я позабочусь, чтобы я был свободен, – Нил вздохнул и потер глаза. – Здесь дела идут не очень хорошо. Мне нужно поговорить с тобой, – Нил повесил трубку. Он на мгновение закрыл глаза и сразу увидел Эндрю перед собой. Через два дня он узнает правду о том, кем он был. Когда он подумал про то, как сильно Эндрю ненавидел своего мужа, он понял, что он также возненавидит Нила. Ведь он лгал и обманывал его с первой же минуты. Но Нил не хотел чтобы Эндрю ненавидел его. Он бы ужасно рассердится и на Натаниэля, и на Нила. Нил вздохнул, глубоко вздохнул и поднял взгляд к нему. Он сел на траву, снял туфли и лег на спину. Полностью обессиленный, он через несколько минут уснул. - Когда он проснулся, было уже темно. Черт. Он действительно так долго спал? Когда он шел по дому, везде было уже темно. Нил осторожно поднялся по лестнице, которая тоже не была освещена. Шум стал отчетливее, очевидно, ситком со смеющейся публикой. Он немного расслабился. Он никогда не встречал дочь Эндрю и этот звук, должно быть, исходил из комнаты Оливии. Нил последовал за смехом во второй двери в коридоре и наконец постучал в неё. Ничего не произошло, так что он снова постучал. Наконец, он приоткрыл дверь и просунул голову. Оливия сидела за столом, делая домашнее задание, гладкие светлые волосы упали ей на спину. Телевизор работал, но он стоял перед её кроватью на другой стороне комнаты. Оливия даже не могла слышать звуки – она была в наушниках и пока что-то писала в тетрадь, она кивала головой в такт музыке. – Оливия? – позвал Нил. Когда она не показала никакой реакции, Нил пересек комнату и выключил телевизор. Тогда он подошел к девочке и постучал по её плечу. Оливия развернулась, но не встала. – Что ты делаешь?! – крикнула она. Нил улыбнулся. Теперь он заметил три серьги на одном из ее ушей. – Привет! Как ты? – спросил он. Оливия фыркнула и не ответила улыбкой. С недовольным видом, она выключила наушники. – Что ты хочешь? Тогда она заметила волосы Нила. – У тебя новая прическа. Ужасно. Нил нахмурился. – Я делаю домашнее задание, – сварливо объяснила Оливия. Она повернулась спиной к Нилу и вернулась к своей книге. Нил был ошеломлен. Значит, у Натаниэля в этом доме появился еще один враг. На самом деле это такая неожиданность. Но доказательство этого было просто прямо перед его глазами. Он снова постучал Оливию по плечу. – Я вижу это. Я просто хотел сказать привет. – Ты шутишь, правда? – Оливия откинулась на стул и развернулась снова. – Нет, я не шучу, – ответил Нил. – Все в порядке, ты сказал привет, тогда ты можешь сказать сейчас пока. Нил вздохнул. Если бы ему повезло, он мог бы объяснить поведение Оливии половым созреванием и чрезмерным уровнем гормонов. А не ненавистью. – Где все? Оливия не обернулась, она ни капельки не пошевелилась и нахально сказала: – Папа ушел ужинать. С Ованом. Сердце Нила почти остановилось. – Что, почему? Оливия медленно повернулась к нему. Казалось, ее это забавило. – Ована ты знаешь. Твой лучший друг. Ован, кто всегда путешествует с тобой. Ован, который тратит еще больше денег, чем ты. Натаниэль упомянул лучшего друга под именем Ован в письме, но только немного. У Ована были темные волосы, он несколько раз спонтанно приезжал и был женат на женщине под именем Эмилия. – Но в этот раз Ована не было со мной за городом, – сказал медленно Нил. – Нет, – ухмыльнулась Оливия. – Наверное, здесь было чем заняться поважнее, например, поужинать с папой. Черт. – Так они пошли ужинать вместе? Оливия вздохнула. – Эмилия тоже там, что ты думаешь? Нил почувствовал облегчение. – Ох, правда. – Папа никому не изменяет. В отличие от других, – Оливия послала ему холодный взгляд. Нилу это понравилось еще меньше, поэтому он проигнорировал этот комментарий. – Ты ещё не ела? Оливия уставилась на него в неверии. – Ни ела ли я? Я всегда ем пиццу после школы, – она снова отвернулась. – Где Ноа? И Шарлотта? – Ноа в кровати. Для него пора спать, – Оливия отправила ему злой взгляд. – С какой ты вообще планеты? Нил осознал, что краснеет. – Не нужно быть со мной такой грубой. Возможно, я не лучший отчим в мире, но я думаю, что пришло время для нового начала. – Конечно, – Оливия закатила глаза и отвернулась. – Я хочу второй шанс, Оливия. Оливия не ответила. Нил смотрел на ее худые плечи и затем оставил комнату и услышал, как дверь закрылась, а телевизор снова заработал. Построение доверительных отношений с Оливией не будет простым. Дальше в коридоре была открыта дверь. Нил подошел и увидел Шарлотту, сидящую в конце детской кроватки, где Ноа прятался под одеялом. Они оба одновременно увидели Нила. – Папа! Где ты был? – Ноа плакал, слезы текли по его щекам. Нил поспешил к нему, он был потрясен, что его исчезновение так напугало Ноа. – Не волнуйся, я заснул на траве снаружи, – сказал Нил и взял маленького мальчика в руки. Он слышал как Шарлотта недоверчиво фыркнула. – Я думал, ты снова ушел, – прошептал Ноа и снова разрыдался. – Я бы никогда не ушел, не сказав тебе, – сказал Нил, успокаивая и гладя его мягкие волосы. Ноа бросил взгляд на его глаза. Нил оглянулся назад. – Я серьезно. Я бы никогда не сделал этого. Ноа улыбнулся. – Сегодня был такой прекрасный день, – прошептал он. – Я знаю. И у нас будет еще много прекрасных дней таких, как сегодня, – обещал Нил. В этот момент он застыл. Этот мальчик думал, что он был его папой. Но Ноа также знал, что он не Натаниэль. Что случилось бы если бы он постарался поговорить с Ноа о том, кто он на самом деле? Как бы, черт возьми, объяснить ребенку, что он сделал? И как бы Ноа отреагировал на это? Нил заболел. – Папа? Нил заставил себя улыбнуться. Он нежно погладил волосы Ноа. – Завтра будет прекрасный день, – сказал Нил и тяжело сглотнул. Ноа улыбнулся и снова улегся в свою кровать. – Сейчас ты постараешься заснуть, хорошо? – прошептал он. Ноа кивнул, его глаза уже закрывались. Снаружи в коридоре, Шарлотта столкнулась с ним. – Мне не нравится это, – шипела она. – Ты что-то задумал и что бы это ни было, это не хорошо. Но я не буду стоять, сложа руки и смотреть, как ты причиняешь этому ребенку еще больше вреда, – прорычала Шарлотта. – Ты думаешь, Эндрю изменит свое решение, если ты поиграешь хорошего папу сейчас? – Ты закончила ужин? – спросил Нил. Шарлотта пристально смотрела на него. – Я предполагала, что ты съешь закуску, к которой не прикоснулся в полдень, – она прошла по коридору и поднялась по лестнице. Нил позволил себе прижаться к стене. Шарлотта правда верит в это? Что он использовал Ноа, чтобы изменить решение Эндрю о разводе? Проклятье. Что, если Нил усугубит ситуацию? Одно осознание сильно ранило его. Он не хотел уходить. Он чувствовал какую-то связь с этим местом. Он хотел, чтобы его признали частью этой семьи.