Сокровенное желание

      Время не лечит, а калечит. Чёткое впечатление, что всё идет по одному не столь отдалённому месту, преследовало, словно тень, не давая нормально ни спать, ни бодрствовать. Из-за систематичных недосыпов под глазами Му Цина залегли глубокие тени, и на него начали косо поглядывать даже те, кто раньше не проявлял никакого интереса к его персоне. Социальная жизнь кажется огромным бременем, и поддерживать её в более-менее адекватном состоянии становится всё сложнее. Складывается чёткое впечатление, что хватало воздуха раньше всем, а теперь он словно дышит через раз. Словно кислород уходит из атмосферы, или же в виде исключения обходит стороной только его одного.       Сложные, смешанные эмоции влияют на отношения не только на работе, но и в семье. Сяо Лин стал больше капризничать и просить больше внимания. Му Цин был бы и рад уделить ему всё время в мире, вот только он не может. У него нет сил дарить любовь, которая как будто теперь в дефиците. На глазах начинают оживать все самые сильные потаённые страхи, и, чёрт возьми, не понятно, что с этим делать.       Вот настал день, когда Му Цин вновь приехал, что бы забрать сына с тренировки. Он стоит пару минут перед входом в комплекс и мнётся, не решаясь войти внутрь и столкнуться с социальном взаимодействием. Внезапно очень хочется закурить. Му Цин никогда и в руки сигареты-то не брал, но сейчас ужасно хочется почувствовать хоть какое-то успокоение, даже если и мнимое. Но он сильнее этого и не планирует начинать портить свою жизнь сильнее, чем делает это сейчас.       Собравшись с силами, Му Цин таки проходит в помещение. Сегодня он приехал немного раньше, потому, аккуратно обходя снующих туда-сюда людей проскальзывает к полю во дворе. Если немного обойти его, то там у забора есть отличное место, с которого можно понаблюдать за тренировкой. По полю раздаются крики и неритмичные звуки удара по металлу. Более старшая группа отрабатывает удары по мячу. Му Цин обводит их взглядом. В голове невольно всплывают воспоминания о том, как он «случайно» оказывался около тренировочного поля бейсболистов в школьные годы и тайком подсматривал за тренировками Фэн Синя. Му Цин вздрагивает и мотает головой, отгоняя от себя такие непрошенные воспоминания.       Прошло так много лет, каждый из них уже давно живёт своей жизнью. Хотя, они всегда жили каждый своей, и их связь была исключительно вынужденной. Му Цин не может не ощущать противное липкое чувство где-то под рёбрами от давно принятого чувства, что он никогда и никому не был по-настоящему нужен. Правда, он надеялся, что между ними хотя бы не будет настолько сильной ненависти. Но так было всегда. Фэн Синь первое время не обращал особо внимания на невзрачного хмурого паренька, что вечно ходил хвостом за юным наследником богатого рода. Однако, всё в какой-то момент начало меняться. Му Цин не знает, что именно он сделал не так, но у Фэн Синя завелось чрезмерно сильное, патологическое недоверие к нему. Что бы Му Цин ни говорил, его слова воспринимались как ложь и это недоверие взрастило в нём ощущение, что ему нужно соответствовать. Потому он перестал быть с Фэн Синем хоть сколько-то честным, начал огрызаться, язвить, переворачивать слова. Всё шло настолько естественно и незаметно, что казалось, так было всегда. Но не было же…       Му Цин не мог радоваться тому, что с их последней встречи больше не было попыток наладить контакт. Ему совсем не нужны были призраки прошлого, да и, откровенно говоря, не было никакого желания разбираться с новыми проблемами. Пусть сейчас их нет, но они бы обязательно появились.       Се Лянь же, в свою очередь, словно видел его насквозь. Он всегда понимал Му Цина даже без слов, и это хотя бы немного успокаивало его тревожную душу. За годы в разлуке почти ничего не поменялось, разве что теперь Фэн Синь не просто недоверчив, а искренне считает, что Му Цин – посланник дьявола, не меньше. Возможно, их недопонимания и можно было бы решить нормальным разговором, по душам, по-честному. Вот только Му Цин не готов открыть своё сердце и обнажить душу - он уверен, что в неё плюнут, растопчут и бросят куда подальше.       Му Цин должен сохранить своё счастье. Чего бы ему это ни стоило.       Младшая группа тренировалась в отдаленной части огороженного полигона. Му Цин занял своё любимое место под деревом, широко раскинувшим свою крону. Под осенним ветром становится уже некомфортно, потому Му Цин немного ёжится, обвивая себя руками поперёк торса. Стоило одеться чуть теплее, а то его тонкая бордовая рубашка, безусловно, отлично на нём сидит, но совсем не спасает от зябкого ветра. Детишкам же, видимо, совсем не страшен надвигающийся холод. От их разгорячённых тел наверняка исходил бы пар, если бы похолодало еще сильнее. Через какое-то время разглядывания толпы Му Цин наконец замечает А-Лина, который тренирует броски мяча. Старых знаний вполне хватает чтобы понимать, что происходит сейчас. Наблюдает за тем, как его сын поднимает ногу, сгибается, а затем с разворотом устремляет мяч прямо в перчатку мальчика напротив. Парадоксально, но эта картинка успокаивает. Му Цину нравится смотреть, как его сын, увлечённый своим делом, отдается целиком и полностью. Рассмотреть его лицо сейчас не получается, но он словно чувствует, насколько тот сейчас серьёзен.       Долго понаблюдать за этой картиной не получается, так как тренировка, по-видимому, заканчивается. Тренер кричит что-то, и все младшеклассники собираются вокруг него. Они там стоят какое-то время, слушая наставления, а затем громко что-то выкрикивают и бегут подбирать своё снаряжение, чтобы наконец рвануть прочь и быстрее уйти домой. Сяо Лин в какой-то момент так резко поворачивается в сторону Му Цина, что тот в удивлении расширяет глаза, а затем невольно улыбается: ведь сын начинает махать ему рукой и прыгать на месте. Он сперва мнётся пару секунд на месте, словно не решаясь что делать, затем всё же быстро бежит, чтобы забрать перчатку и в сторону выхода с площадки. Они встречаются уже у внутренних дверей школы. Мальчик с набега бросается в объятья Му Цина, отчего чуть не сбивает того с ног. — Папа! — Мальчик радостно вскликивает и чуть отстраняется. — Ты смотрел? Смотрел? — Я застал только самый конец, — отвечает Му Цин с лёгкой улыбкой и гладит взъерошенные волосы, так как кепка слетела при столкновении с ним. — Ты большой молодец. — Я очень стараюсь! — хоть эти слова и звучали радостно, но было в них что-то такое, что взволновало Му Цина. Но он постарался не придавать этому значения, списывая на разыгравшуюся тревожность.       Сяо Лин резко развернулся и пару раз помотал головой, осматриваясь. Завидев ребят со своей группы, которые что-то активно обсуждали, кучкуясь, он взял Му Цина за руку и потащил за собой прямо к ним. — Это мой папа! — радостно воскликнул А-Лин, обращая на себя внимание сверстников. — Я же говорил, что он очень красивый!       Му Цин широко раскрыл глаза в удивлении, глядя на сына. Дети же моментально переключили на него свое внимания, так внимательно осматривая, что под таким пристальным взором становилось жутко неловко. Группа ребят начала переговариваться между собой. К чему был весь этот перфоманс, не понятно, но урывками удавалось распознать положительные комментарии. Возможно, дети мерялись между собой. Конечно, столь субъективная вещь, как внешность, не должна становиться предметом таких обсуждений, и, кажется, это будет темой для их вечернего разговора. — Так, так, мальчики, — Му Цин поднял руки в защитном жесте перед собой. — Что происходит? — Мы обсуждали, у кого самые красивые родители! — заявил один из мальчиков. Что ж, ожидаемо. — Вот как, — растерянно ответил Му Цин. — Я думаю, это относительное понятие, и у каждого из вас может быть свое мнение. И это не та тема, которую вам стоит обсуждать. — Но ты ведь очень красивый. — немного обиженно пробурчал Сяо Лин, сжимая в руке край рубашки Му Цина. — И это правда, — внезапно ворвался в разговор тренер Цзиян, отчего появилось непреодолимое желание сбежать прямо сейчас. — Но у вас у всех красивые родители и вы тоже вырастете красавцами.       Мужчина широко улыбнулся и потрепал пару ребят по голове, а затем разогнал их, чтобы быстрее шли переодеваться. Сяо Лин, смущенный внезапным вмешательством со стороны, не решил, как стоит отреагировать, и в итоге, фыркнув, побежал со всеми, чтобы быстрее уехать домой. Статный мужчина, проводив детей взглядом, чутка помялся, а затем прочистил горло. — Вы сегодня раньше, чем обычно, — неловко попытался начать разговор тот. — Был неподалёку по работе. — Му Цин постарался натянуть самое безразличное выражение лица. — Вы возьмёте сына на работу? — удивился тренер, на что Му Цин лишь закатил глаза. — Нет. — хочется верить, что его тон был достаточно недружелюбным, вот только надежды на это разбивались об эту тёплую улыбку. — Ох, простите, наверно, это был глупый вопрос. — тренер Цзиян, неловко почесал рукой затылок, отчего стал выглядеть виновато. «О да, чертовски.»       Лицо Му Цина непроницательно. Он отводит взгляд в сторону, стараясь подавить лёгкое раздражение, и надеется, что на этом наконец их взаимодействие закончится. — Я вот вообще, о чём хотел поговорить, — ну конечно…. — Скоро будет домашний матч у команды "Шанхай Вулфс" и я подумал, может быть, было бы круто сходить на него….       Так, а это уже совсем не круто. Му Цин медленно переводит слегка удивлённый взгляд обратно на нежелательного собеседника и уже собирается ответить, как его опережают. — Со всей командой, разумеется, так что мне нужно разрешение всех родителей. — молодой парень немного дёргано размахивает руками, а Му Цин выдыхает, ловя себя на том, что, кажется, слишком себя накручивает последнее время. — Но было бы круто также, если бы родители присоединились.       Ох, конечно. — Мне нужно будет подумать об этом. Я обсужу этот вопрос с другими родителями в чате, и мы обязательно оповестим вас в ближайшее время.       Заслышав что-то про общий чат, девушка, стоявшая в стороне, проявила заинтересованность в их разговоре и поспешила присоединиться. — Ох, поход на матч? Звучит прекрасно, у нас с мужем никогда нет времени на это, и мы будем только рады! Но вы же понимаете, что это большая ответственность?       У девушки был глубокий звучный голос, так что по итогу вокруг молодого тренера собрались почти все родители, что к тому времени приехали за своими чадами. Му Цин тихо посмеивался в кулак, пока отходил в сторону, выбираясь из толпы. Он совершенно точно сможет прочитать об этом в групповом чате, а вот мальчику не позавидуешь. Вскоре из коридора показался Сяо Лин. Он покосился на толпу, но не стал задерживаться, быстро семеня вслед за Му Цином, который отходил к выходу, поглядывая на него. — Ты бы хотел сходить на стадион и посмотреть настоящий матч? — буднично спрашивает Му Цин, в целом уже понимая, какой ответ его ждёт. — Матч? Игру? А чью? — сразу же оживился А-Лин и наклонился немного вперёд, чтобы лучше слышать отца. — Какие-то псы, — небрежно бросает Му Цин, прекрасно помня название, но почему-то ему совсем не хочется это показывать. — Псы… — Мальчик немного нахмурился, опустив взгляд, и закусил губу, затем его бровь резко взметнулась вверх, и он поднял взгляд обратно. — "Шанхай Вулфс?" — Да, вроде как они, — оно того стоило, это было мило. — Хочешь сходить? — Да! — без промедлений ответил мальчик. — Тогда я позже передам тренеру Цзияню своё согласие, и вы с командой сможете сходить. — Ты с нами не пойдёшь? — брови ребёнка сошлись к переносице, и он слегка надул губы. — Я пока не знаю, когда это будет. Если буду свободен, то, конечно, пойду с тобой, — Му Цин мягко улыбается, но уголок его губ еле заметно подрагивает.       Му Цин совсем не горит желанием идти на игры профессиональной лиги, и дело даже не в том, что Фэн Синь, вроде как должен играть в одной из местных команд…. Впрочем, узнать хотя бы сколько их тут, наверное, следовало бы. Просто находиться на стадионе… некомфортно. Не ненавидеть всё, что связано с Фэн Синем, тяжело, ведь он ненавидит его самого сильнее чего-либо в своей жизни. Правда ли это на самом деле? Кто знает. Му Цин точно не знает. Однако он просто не может позволить себе его не ненавидеть, ведь тогда абсолютно точно начнёт любить… и страдать.       Когда они заходят домой, стоит тишина, разбавляемая лишь отдалёнными криками детей на улице, которые слышны из-за не закрытого окна. Мама звонила пару часов назад, сообщив, что отпустила мадам Чан домой, так что не удивительно, что их не встречают. Впрочем, всё равно слишком тихо. Тревожное чувство невольно начало закрадываться под ребра. — Мам? — Му Цин скидывает обувь и проходит вглубь квартиры.       Заглянув сперва в комнату и не обнаружив там человеческого присутствия, он прошёл на кухню. За столом сидела его мать, немного согнувшись и держа руку в районе живота. Му Цин рвано выдохнул и быстро подошёл к ней, присаживаясь на корточки. — Мам? — он аккуратно кладёт руку на ее предплечье. — Ты как? — Ох, вы вернулись, — женщина чуть разогнулась, поморщившись от боли. — Ничего страшного, не переживай, просто прихватило. — Не похоже на «ничего страшного». — руки Му Цина слегка подрагивали, он судорожно начал шариться по карманам в поисках телефона. — Давай я вызову скорую. — Не стоит, — женщина положила руку поверх руки Му Цина, когда тот уже начал вводить номер. — Выпью таблетки и станет легче. Такое иногда бывает, не переживай так. — Мам…       Губы мадам Му изогнулись в подобии улыбки, однако это совсем не успокаивало. — Давай хотя бы съездим завтра в больницу? — Му Цин крепко сжимает телефон в своих руках. — Тебе не стоит так переживать, лучше принеси мои таблетки из ящика в комоде. — Женщина похлопала сына по руке. — Да… Конечно.       Кровь стучит в ушах. Он поднимается и, развернувшись, видит, как Сяо Лин стоит в дверях, нервно сжимая в руках край футболки. Му Цин старается взять под контроль эмоции на своём лице и натягивает неуверенную улыбку. Он подходит ближе и гладит сына по голове. — Не переживай, всё хорошо. — врёт Му Цин. — Иди, помой пока руки.       Мальчик дёргано кивает. Му Цин быстро проходит до комнаты матери и выуживает нужные лекарства из ящика, спеша обратно. Он возвращается и вкладывает в руку матери пару капсул, затем наливает в стакан воду из графина и помогает, придерживая его пока мадам Му запивает таблетки. Женщина слегка давится, уже допив воду, и начинает кашлять, от чего Му Цин паникует только сильнее, но старается сдерживаться. Наливает еще один стакан воды. — Пожалуйста, — начинает он неожиданно севшим голосом. — Давай завтра съездим в больницу? — Милый, — мадам Му улыбается и гладит сына по щеке, заправляя прядь волос за ухо. — Если твоё сердце будет от этого спокойнее, то хорошо. — Спасибо… — Му Цин присаживается у ног матери, нежно берёт кисть её руки и упирается лбом в её колени.       Му Цин не верит ни одному её слову. Он тоже родитель и прекрасно понимает каково это – смотреть в глаза своему ребёнку, который искренне переживает, но совершенно не может помочь.       Но Му Цин может. Он сделает всё возможное.