Грязный панч.

★Расскажи мне о любви — Грязь★

Данила занял место на своей кровати, а рядом сел и Деймур. Руслан ушёл куда-то, явно не уйдёт дальше территории общаги в домашнем виде. Но в комнате теперь непривычно тихо, отчего Давид удивился. Он не медлил. — А теперь к серьёзному, братан. — Проговорил брюнет, удобнее закинув ноги на кровать, а спину к стене прижав. — Че делать будем со всем? — Рыжий, смотря на друга, лишь брови нахмурил. — Варик есть... Бля, деньги в любом случае нужно будет принести к нужному сроку, чтобы градус не повышать. — Деймур задумчиво кивает, слушает все слова напарника, сам пытается придумать что-то. — Деньги есть и у меня... Я, конечно, откладывал на микрофон, но, блять, обстоятельства решили иначе. — С усмешкой тот высказал, рукой свои волосы лохмача. — Руслан же.. — Деймур не успел договорить, как взгляд Данилы направился на того. Недовольный и до ужаса прямой. Глаза говорят без слов. — Тушенцова даже на километр к этому не подпускай. Иначе ебало слетит не у него, а у тебя, ясно? — Все предельно понятно. И от этого даже мурашки идут. — Какого хуя, Дань? — Процедил брюнет, наблюдая, как рыжий с места встал и к мелкому холодильнику пошёл. Оттуда он достал четыре банки пива. Там ничего и не было, кроме алкоголя лёгкого градуса и флеша. Сев в удобную позу, Кашин протянул две банки собеседнику, а сам открыл одну из своих, отпивая глоток. — Такого, Дав. Я изначально не хотел его в это вмешивать. — Ворчит, голубыми глазами по комнате бегая. — Если в его жизнь заглянуть, я уверен, у него похожее найдётся. — Давид также открыл напиток. — Тогда какого хуя ты стараешься его от своего пиздеца оттолкнуть? — Выгнутая бровь брюнета подтверждала большое количество вопросов. — Его проблемы решу, к своим не собираюсь подпускать. — Очередной глоток. Тяжёлая голова теперь была откинута к стене. Голубо-зелёные глазки бегали по старому потолку, где вырисовывались трещины. Блеклые, но они все равно бросаются в глаза. — Ты его не умеешь ненавидеть. Это единственный случай, когда ты говоришь одно, а на деле совсем другое. — Давид вновь говорит слишком правильно, слишком в точку. Данилу это пиздец злит. Не хочет рыжий знать Руса. Не хочет его помнить. Не хочет, чтобы тот вновь был главным в жизни. — Не пизди, если ничего не знаешь. — Уже с ноткой раздражения тот отвечает. — Так расскажи, чтобы я знал, о чем могу пиздеть. — Кашин обернулся на того, лицом изображает гнев, а глазами, кажется, страх. — Нечего говорить. Познакомились глупо, перестали общаться также глупо. — Пожимает он плечами, делая очередной глоток. — Причину не знаю. — Это из-за него я тебя из пизды доставал? — Брюнет приподнялся, чтобы держать зрительный контакт. — Ты тогда овощем был. Это по причине, что вы с ним перестали общаться? — Перефразировал парень, дабы было понятнее рыжей макушке. — Есть момент. — Старается отвечать максимально кратко. Вот же... Пиздец. Нет терпения и здоровой нервной системы, чтобы вести такие диалоги. Чтобы вести диалоги про Руслана Тушенцова. — Кем он для тебя был, чтобы до такого довести... Ебануться.. — Глаза Деймура расширились от удивления. Он не знает Кашина таким, каким знал и знает Руслан. Для Давида Даня совсем другой. Человек из стали, которого невозможно пробить даже под напором. Даже в том случае, если у виска будет дуло. Он видел такую картину, знает, о чем думает. — Всем. Он кажется плохим. Он был плохим только со мной. Он стебал, унижал, розовые очки мои пятками об асфальт разъебал. Но.. Блять. Когда из дома сбегал, то к нему на хату. Когда еды не было, то он кормил. Когда, сука, не было одежды, то он покупал. Он был ублюдком, он и есть ублюдок, правда какой-то бракованный. Но... Если раньше я пытался под него прогнуться — сейчас этого нет. Сейчас и Руслан другой.. — Пожимая второй раз плечами, Кашин выдохнул. Глоток холодного напитка, а следом ещё один. — Все его называют Русей, а ты Русланом. Выглядит странно, если честно. — Давид заметил это уже на второй день, когда Руслан с ними начал гулять. — Он знает, что для меня такие формы имён значат. Типа... Если близкий, если доверяю или люблю, то буду называть ласково. Поэтому Руслан. Изначально хотел по фамилии обращаться. — Под конец рыжий сам усмешку пустил. Самого забавит этот детский сад. — Держу дистанцию. — Такой дистанции скоро не будет, понимаешь же? — Пробубнил друг, делая очередной глоток пива. — Верно. Она станет ещё больше. — Высказал Данила, отвернувшись от парня. Рассматривал сейчас сторону Руслана. Даже телефон не взял, еблан. — Ее совсем не станет. Ты не сможешь ее держать, а Руслан, когда заметит это, только ближе станет. — Это заставило рыжего погрузиться в напряжение. Заметно по шее: на ней нервно извивались венки. — Я не подпущу его. — На такое Давид только усмехнулся. — Как ты там говорил? Он даже спрашивать не будет, Дань. — Кашин от такого глаза закатывает, к другу лицо поворачивая. — Это другая ситуация. — Какая? Страх быть ближе, ибо думаешь, что он вновь испарится? Поэтому, чтобы он остался в твоей жизни, ты его держишь подальше от себя? Ты сам то заметил, что он уже сокращает дистанцию? Он тебя не боится. — Сука. Нет-нет. Нет, блять. Слишком правдиво даже звучит. Как же отвратительно. Как же, сука, заебало. Руслан везде. Руслан в общей компании, Руслан в проблемах, Руслан в диалогах, Руслан в голове. Руслан то там, то сям. Сука. — Блять, давай о другом, а? Я не хочу, — Даню перебили. — Не хочешь признаться, что с ним тебе лучше? — Давид опустил взгляд на банку с пивом, а уголки губ слабо поднялись в улыбке. — Мне с ним хуже. Он кислород перекрывает. Нет, он управляет этим кислородом. — Рыжий сделал глоток, опустошив банку. Смял жестянку, откидывая ее на пол. — Все-все, понял. Молчу про Руслана. Правда, теперь я понимаю, что он — это единственная твоя слабая точка. Как он появился, так ты стал уязвимым. От его действий всегда зависят твои решения. Тут даже не отрицай эту хуйню. — Давид после вздохнул, отпивая последний глоток пива. ★На глубине — Bahroma★ Чёрные глаза, которые кажутся черной дырой, удивлённо бегали по древесине, из которой сделана дверь комнаты. Уши ловят слова, фразы, весь диалог. Сожалеет ли Тушенцов, что решил не входить, а послушать? Возможно. Но он же думал, что там будут говорить про весь этот пиздец с Соколом, а не про него. Руслан вновь забывает, как дышать. Тик, словно заряд тока, пробегает от шеи к лицу. Вздрагивает голова, опрокидывается назад резкими движениями, рот резко раскрывается и также резко закрывается. Глаза закатываются, оставляя только глазные яблоки видными. Тики стали чаще, просто сейчас тик сильный, поэтому и заметный для других. Пальцы на правой руке не находят покоя, вечно вытягиваются в разные стороны до хруста, а следом сжимаются в кулак до боли. Ногти готовы разрезать кожу ладони, готовы проткнуть ладонь насквозь. Сейчас, сука, не хватает Кашина. Сейчас не хватает Даниных слов, чтобы шатен слушал только его. Сейчас просто нужен рядом рыжий, который никогда не шугался его приступов. Который никогда не жалел его, не соболезновал, а молча помогал. Правда вечно возмущался, что челюсть не слушается. Но, если честно, Руса это только забавило. Лёгкие забывают на миг свою функцию. Кажется, что он сейчас душит самого себя за все, что только мог сейчас услышать. Минута, вторая, третья. Отпустило. Глаза расслаблено моргают, прогоняя слезы, которые появились от спазмов. Рот старается украсть больше кислорода. Руки находят опору в виде стены. Становится лучше, но мелкие нервные тики на лице все ещё остались. Не суть важна. Ручка опускается и Тушенцов открывает дверь, медленно входя внутрь комнаты. Как тот зашёл, то внутри появилась тишина. Словно погребение произошло и все слова о любви к покойнику моментально забылись. Испуганно посмотрев на все, Рус без слов прошёл к своей кровати, падая на нее плашмей. — Ты чего? — Спрашивает Давид, который все это время следил за шатеном взглядом. Это, как раз, не было странным. Странным было то, что Данила даже взгляд на того не поднял. — Тик. — Ответил не Руслан. Ответил Кашин, открывая вторую банку пива. Руся, который лежал лицом в кровать, раскрыл уставшие глаза. Че, блять? — Ты даже взгляд не поднял, откуда? — С усмешкой отвечает Деймур. — Он не выспался, резко проснулся, при этом у него тики чаще утром и вечером. — Бубнит Данила, снова поглощая глоток алкогольного напитка. Эти слова заставили Руслана подняться. Шатен удивлённо смотрел на того, приподнимая одну бровь. Данила не устанет его удивлять, видимо. То три года мемуары ведёт, то с Давидом философию, то сейчас медицинское наблюдение. — Че, взглядом пилить собрался? — Прыскает Данила, смотря уже в глаза Русика. — Да иди нахуй, блять. — С невинной улыбкой говорит шатен, показывая фак. — Так, ладно, дружки. Я погнал, мне ещё Арине помогать. — Давид поднялся с кровати, потирая руки между собой. Взгляд вновь упал на оружия, что лежали на полу. — Уберите эту хуйню. — Уберём, пзр . — С ехидной усмешкой добавил Кашин. — Ага, кто из нас ещё пзр. — Со смехом проговорил Давид. Он успел вовремя закрыть дверь. Пустая банка, которая летела в него, прилетела в дверной косяк. — Уебок. — Прошептал Даня. Давид выпил только одну банку, поэтому рыжий решил подняться, чтобы вторую вновь убрать в холодильник. Сейчас опять тишина. Только пара глаз наблюдают за его действиями, не решаясь начать диалог. Хочется все рассказать. Хочется все выложить за чистую монету, но, сука, страшно. Руслан не боится Даню. Не боится, что тот его легко может до смерти забить. Не боится ничего, кроме мнения о себе. — Че, как погулял по общаге? — Проговорил Кашин. Первый? Ого. — В моих тапках, сучонок. — Я далеко не уходил. — Язвит шатен, заставляя на секунду бледную руку застыть перед холодильником. Рыжий отогнал мысли, наконец-то убирая напиток. — И где был? — Приподняв одну бровь и сжав губы в тонкие ниточки, тот проговорил, — или это меня ебать не должно? — Добавил он. — Прямиком около двери. — Руслан поднялся с кровати, начиная к старшему подходить. — Послушал вас. — Рыжий лишь усмехнулся. Не верил. Сейчас не получается поверить. Перед ним ехидный парень, который всем видом пытается перехватить на себя внимание. Вывести на эмоции, а может и вовсе хочет поиграть с чужими нервами. Эти два варианта у него отлично работают даже тогда, когда он молчит. — Ого, вау. Слушай, а меня ночью никто, случаем, по волосам не гладил? — Ответный урон нанесен. Только вот Тушенцова это никак не трогает. — Не знаю. Может ты сам себя утешить решил? Вдруг грустно было. — Огни в глазах становятся ярче. Только эти огни у Руси, который ловит порцию эйфории. Наконец-то все внимание на нем. Почему? Почему ему это так важно? Почему это так резко стало необходимым? Второй день хочется его внимания. Именно, блять, Дани. Пидор? Ебануться, ну нет... — Ты какую порнушку пялишь, чтоб там себя утешали так? — Руки с веснушками погрузились в карманы домашних шорт. Самодовольная улыбка и глаза, которые готовы собеседника разом проглотить. Есть ли в этом что-то пошлое? Кому как. — Не смотрю я твою порнушку. — Закатывая глаза, бубнит шатен. — Многое теряешь. Опыта бы набрался. — Продолжает тот шутки, начиная склонять к Русе лицо, которое расплывается в улыбке. — А у тебя его прям дохуя, я смотрю. — С сарказмом отвечает парнишка, глаз от чужих не убирая. — Много. — Тихо сказано. Успел всех переебать. И парней, и девушек. Сексолог нахуй. — Как докажешь? — Че? Руслан сам не понимает ничего из того, что сейчас происходит. Это флирт? Блять, для флирта это слишком токсично. Они оба два контейнера с химикатами. — Че? — Приподняв брови, Данила лишь успел ахуеть. — Как докажешь, что опыта дохуя? Или слабо? — Сука. Знает, куда бить. На слабо брать Даню запрещено. Он после этого слова на любую хуйню готов. — Если докажу, то странная дружба получается. — Прямым намеком отвечает Даня. — А мы дружим? Нет. Мы ведь незнакомы, забыл? Я чужой, так почему бы не доказать? — Ахуенный чистый лист. Чёрные бусины бегают по лицу парня. Они уже слишком близко. Шатен сам приподнялся чутка на носочки, чтобы расстояния оставалось конкретно мало. ★Грязь — ЩЕНКИ★ Как и говорил Давид. Он увидит, что Руслан не держит дистанцию и станет ближе. Спрашивать тот не будет. Только, сука, кто знал, что так быстро Данила проебется в этом? — Так ты пидор, да? — С ядовитой улыбкой выговаривает рыжий. — Блять, заткнись и целуй. — Руслан загорается по щелчку. Только сейчас агрессия направлена не в то место. — Нахуя? — А теперь рыжий берет эстафету. Вывести же надо, чтобы утешить свое эго. — За надом, блять. — Шатен укладывает ладонь на крепкую шею с веснушками, заставляя лицо наклониться ещё. Губы буквально соприкосаются, но никто не действует. — Потом все станет только хуже, да? — Руслан, услышав эти слова, только нахмурился. Ему не дают желаемое, а он это на дух не переносит. — Хуже некуда. У нас особенная ненависть. Нормального ничего нет смысла ждать. — Колючая правда. Они оба не знают чувств друг к другу. Это просто нездоровая мания, которую никто не собирается подавлять. В такие моменты это опасно для двоих. Губы рыжего наконец-то пошли навстречу. Сильный напор, заставляющий ничего не осознать вовремя. Шатен только послушно отдал инициативу, он ее и не собирался брать на себя. Хочется растворяться и все. Чувствовать, как собственные губы терзают, немного прикусывают, а следом, в качестве немых извинений, ласкают. Это все — ебаное безумие. Это же просто жуткая грязь. Привкусы пива и сигарет смешиваются, оставляя за собой только общий след. В какой-то момент Тушенцов решается направить силу в свою пользу, да получает в ответ только рычание в губы и сильный укус. Клыки у рыжего сильно не выделяются, но ощущаются, как оказалось, остро. Прокусил нижнюю губу до крови, а она, в свою очередь, из-за интенсивных движений, лишь начинала идти сильнее, добавляя в страстный поцелуй вкус железа. Чувства смешиваются. В этом есть что-то такое, что заставляет держать ненависть, обиду и тягу в одном целом. Рыжий руки укладывает на чужие бедра, прижимая к себе. Одна рука переходит на талию парня, слегка сжимает кожу сквозь футболку. Такие движения лишь притягивают, заставляют прогнуться полностью. Речь идёт вовсе не про поясницу, а про поведение. Руслан становится слишком послушным, начинает отвечать ровно так, как ему показали. Длится сладость долго, но всему хорошему есть предел. Первый отстранился Даня, далеко от губ свои не уводя. — И нахуй, скажи мне, а? — Шепчет он. Глаза бегают по смуглому лицу. Он не жалеет, но... Блять. Слишком все странно. — Я хотел. — К Русу возвращается его манера. Возвращается поведение и взгляд. Бесстыжий, ни о чем не сожалеющий. — Зачем тебе это? — Повторяет рыжий, только теперь с более твёрдым тоном. — Это слишком тупой вопрос, бля. — Тушенцов начинает возмущаться. Опять по кругу ненависти, хули. Пытается из хватки выйти, да рука на талии только сильнее к себе прижимает. Попался, нахуй. Хер свалишь из этих лап теперь, щенок. — Жду такой же тупой ответ. — Гонор пробуждается моментально. Стойкость слов давит на разум. Блять. Целоваться с Даней, а следом получать по ебалу словами от Лила — хуевое положение. — Блять, не знаю! Оно само! Я просто хотел. Там, сука, будто в тумане, я не ебу. — Выходит на тональность уже и Тушенцов. — Не ори, еблан. — Проговаривает на выдохе рыжий. — Отпусти. Мне собираться надо. — Ворчит он, начиная в руках чужих брыкаться. — Куда? — Приподняв брови, спрашивает Данила. — К Илье я! Да сука, больно! — Вскрикнул он, когда талию вновь сжали. Даня лишь усмехнулся, отпуская мягкое тело. — Вперёд на танке. — Выговаривает он, начиная отходить к своей кровати. Чего? Что за тон ещё? Что-то новое. Сарказм на ровной почве? Так ещё и отступил? Сам? Первый? Данила, мать вашу?

⋆⋆⋆⋆⋆

Руслан решил это проигнорировать. Только подошёл к шкафу, стягивая с себя домашнюю одежду. На выбор одежды ушло минут пятнадцать. Все это время он возмущенно ходил по комнате в трусах. Через время, когда тот вышел из комнаты, Даня наконец смог оторвать взгляд от, блять, выключенного экрана телефона. — Я его рот ебал... — Единственное, что высказал рыжий. Новое сообщение CMH 12:43 Чел ты про биты писал я могу скинуть парочку сегодня На лице рыжего появилась лёгкая усмешка. Все идёт по плану. Даня дождался, пока Русик напишет сам. Являться волшебным неизвестным, оказывается, выгодно.

DKCcc 12:44

Без б жду

Данила поменял чат, заходя в диалог с подругой.

Данила 12:44

Лизок бро у мя пиздец весело крч го я к те ты мя покормишь потом крч гулять и все ваувау?

Лиза 12:46 Ты накурился? Идиот блять, давай реще

Данила 12:47

ОБОЖАЮ ТЕБЯ НАЗУЙЙ

Лиза 12:47 Че случилось?

Данила 12:47

В плане? А тип пиздец какой? Бля ну там пиздец весело мы с русей посрались опять крч

Лиза 12:48 Руся? Ого, поругались так, что все обиды забыл? Русланом же был :) Блять. Она единственная, кто знал про их взаимодействия в прошлом. Единственная, которая знала подробности дружеских посиделок, шуток, историй. Она изначально знала, кто такой Руслан Тушенцов.

Данила 12:50

Молчи нахуй бро я просто забылся чета все норм

Лиза 12:50 Блять, старайся хоть иногда ставить злоебучие запятые, я тебя молю ★спайси роллы — найтивыход★ Рыжий усмехнулся, откидывая телефон на кровать. Сам начал в том же темпе собираться, что и Руслан до него. Минут десять бродил, выбирая одежду, а следом столько же, чтобы выбрать обувь. Наконец-то собрался. Черная олимпийка на три размера больше, темно-синего цвета джинсы и адики супер стар. В ушах наушники, играет какой-то бит без слов. Быстрые шаги спускаются по лестнице, а следом парень вовсе выбегает из общаги. Сразу бьёт в лицо прохлада. Только недавно закончился ливень, погода обещает ещё дождя, но кого ебет? Явно не Даню. Впервые настроение не ублюдское. На улице свежо, вокруг все желтое и оранжевое, серые панельки и высотки, которых не красят огни. Богатство — странная хуйня. А вот стабильность? Еще хуже. В мире вообще нет того, чтобы чувствовать себя полноценным. Кажется, если у тебя будет все, то почувствовать себя ни с чем будет гораздо проще. Когда же наоборот — все иначе. Если у тебя нет ничего — ты и не думаешь о том, что что-то появится или что-то уйдёт. Ты просто живёшь, учишься дышать полной грудью и идёшь к целям. Это как игра на нулевом уровне. Начало, которое обещает огромное будущее сюжета. Вокруг подростки, которые почему-то остерегаться начинают и обходить стороной. Не обращают внимание на внешний вид, обращают внимание на лицо. Странно, но окей? Вдруг играют в слендермена и Данила отлично подошёл под описание? Рука с татуировкой достаёт пачку сигарет, вторая помогает достать одну штучку. Зажимает чапман губами, а следом в бой идёт зажигалка, которая, в очередной раз, отдает сигаретке тепло и огонь. Едкий дым проникает в лёгкие, а после через нос и рот выходит в атмосферу. Пинать камушки под бит — лучшее занятие в данный момент. Только, заходя во двор Лизы, взглядов от подростков и ровесников стало больше. Заставляет нахмуриться и задаться вопросом: «Че за пиздец?» — Думать мало. Рыжий решил подойти к парнишке с шараги. Взгляд голубых глаз сразу приметил страх на лице паренька. — Бля, меня сегодня чет шугаются все, че стало? — Невзначай спрашивает Кашин со своей улыбкой. Он вновь делает затяг, а следом оглядывается вокруг. Все притихли. — Ты... Тут... Блять, тут пост в сообществе Петербург с огоньком... Тебя Лилом обозвали. — Голос у парня не дрожал, но было заметно, как он старается подбирать слова. — Я не говорю, что это так, но многие поверили... — Скинь пост в вк мне, будь другом. — Не теряя дружелюбную усмешку на лице, проговорил Кашин. Все-таки актёр из него хороший. Рыжий паренька по плечу постучал. — Ты скажи своим, чтобы в хуйню эту не верили. А там, кто знает, вдруг и до других дойдёт. — На улыбку Дани грех не ответить тем же. Слово за слово и парни разошлись. Спиной оказавшись к ним, рыжий наконец-то смог на своём лице показать удивление и ступор. Ничего такого в этом нет, ничего не изменится, мусор его знает в лицо, проблем не обещает. Правда... Как бы это друзьям донести.. И его ведь шугаться начнут. Блять, слишком всего появилось вокруг. И все в тот момент, когда вернулся Руслан. Тайминг, конечно, прекрасный. Шаги наконец-то донесли тушку до нужного подъезда. В углах кто-то ссал, рядом бутылки из-под водки, все скамейки разобраны ужасным способом. Под ними валяются шприцы спидозные, на каменной стене слишком дохера тегов и рисунков. Различные фразы, которые хочется фоткать.

«Попробуем снова?»

«Во сне мы снова будем рядом.»

«В твоих глазах зелёно-голубых увидел в октябре весну. CMH»

— Что? Надпись свежая. Ей неделя максимум. — Бубнит рыжий с сигаретой между губами. Рука тянется к телефону и фотографирует стену: эту фразу. Сегодня 11 октября. CMH. Мать вашу, ебучий сумасшедший мега ад. Руслану делать нехуй? Мысли это одно, но как будет на деле? Даня сейчас имеет большой круг общения и его знают многие. Лила знали только двое из своих друзей. Может популярность и поднимется? Да хуй знает, если честно. Главное держаться милым на глазах, а что по другую сторону медали — это их ебать не должно. Даже Руса, который знает только одну десятую всего пиздеца. Руса, который слишком много молчит.