Хотя бы ещё немного...

7. Святой и страшный аромат        «Как необычно обернулась жизнь. Всего пару месяцев назад я была обычной непопулярной школьницей без дома, а теперь я земная богиня с двумя хранителями и собственным храмом. Я уже немного освоилась в роли божества, хотя многое мне ещё даётся с трудом. Я так и не развила никаких способностей, кроме Силы слова да пары лёгких талисманов. Томоэ конечно говорит, что я бестолочь, но я уверена, что он на самом деле верит в меня. Иначе зачем он всё ещё со мной? Не уж то наш контракт настолько важен и, при желании, его никак нельзя расторгнуть?       В любом случае, всё было б чудесно, вот только Томоэ слишком странный в последнее время. Его странные, как он это называет, «процедуры» заставляют усомниться в том, что он НЕ пытается незаметно от меня избавиться. Чего стоит его вчерашние глиняные компрессы с приправой из каких-то солей. Как будто рыбу готовил... На улице жара, а он обложил меня разогретыми глиняными лепёхами с какими-то пахучими травами. Я седьмым потом обмылась, пока он не сказал, что «возможно он немного не так понял, что нужно делать».        А как же тот раз, когда он своими огромными когтищами пытался помассировать мне голову. Он ещё и на подмышки с пятками нарывался! Я вообще не понимаю, что у него в голове твориться. Это какие-то ритуалы с другого мира или записи чьей-то пра-пра-пра-прабабушки?        Но… несмотря на это, он с таким важным лицом ходит в последнее время. Его так заботит моё состояние после болезни? Какой он добрый...        Интересно, к чему же всё-таки был тот сон. Длинноволосый Томоэ это какие-то мои потаённые фантазии? Ками-сама, стыд то какой… Но Томоэ такой милый, когда хмуриться, такой нежный, когда пытается помочь. Да, он грубый дурак, и возможно, недолюбливает меня и лишь ждёт возвращения Микаге-сама… Но я мечтаю, что когда-нибудь он будет так же ждать меня… Боже, я что, влюбилась!?...»        Девушка сидела на коленях в своей постели, облокачиваясь на подоконник окна. Поток мыслей непрерывно витал в голове, скача с темы на тему, эмоции на лице сменяли одна другую, пока хаос в голове не стал более размеренным и конструктивным. Не хотелось паниковать и делать поспешных выводов.        Денёк на дворе выдался солнечным, но сыроватый ветерок приятно поглаживал теплые щёки. Подпирая голову рукой, девушка следила, как бабочки летали на улице, иногда садясь на подоконник, не боясь присутствия богини.        — О чём задумалась? — прервал размышления лис. Он стоял в дверном проёме, вытирая руки полотенцем и опуская завёрнутые рукава.        — Да так, погода сегодня хорошая. Думала прогуляться, — без особых усилий придумала отмазку девушка, оборачиваясь на парня.        — Когда искупаешься и просушишь волосы, сходим погуляем по территории храма. Проведу экскурсию. Ты же толком не была нигде, кроме своей комнаты. Или ты опять собралась уходить никого не предупредив?        — Но я же тебе только что сказала о своих планах, — усмехнулась девушка, садясь на край тахты. Заметив влажные руки хранителя, она напряглась. — Ты опять пришёл с какими-то своими шаманскими ритуалами?        — Не волнуйся, в этот раз это просто ванна, — внутренне посмеявшись с быстроменяющейся гримасы девушки, произнёс лис.        Нанами расползлась в восторге. Когда она последний раз лежала в тёплой ванной? Как будто бы вечность прошла с тех пор. Подорвавшись с места, маленькая госпожа прокричала «Я готова!» и побежала в ванную, минуя растерявшегося хранителя.        — Нанами, погоди… — лениво произнёс тот вслед улетевшей «больной».                               Распахнув сёдзи девушка не поверила глазам, сразу осадив своё возбуждение. В ванной было множество букетов цветов: розы и лаванда были разложены по комнате в разных местах, лепестки герани плавали в воде, отблёскивая на керамике тёмными переливами. Нанами вдохновлённо смотрела на всю эту цветущую композицию, вдыхая сильный аромат.        — Я слышал, что некоторые цветы имеют лечебные свойства. Вот и решил попробовать, — ответил на немой вопрос хранитель, с какой-то долей неловкости. Он сам не совсем верил в то, что делает. Всё его лечение было больше похоже на эксперимент. С другой же стороны, как можно не доверять тому, что написано в книге? Томое протиснулся в проход, собирая некоторые влажные букеты.        — Это так красиво, Томоэ, — словно не слушая его сказала богиня, а потом с широкой улыбкой посмотрела на того. Ёкай лишь непривычно долго смотрел на её сияющее лицо, задумавшись о чём-то. Но сама богиня не обратила на это внимание и начала выпихивать второго лишнего из комнаты. — Ну, всё! Спасибо тебе за такой сервис, дальше я сама.               — Ааах, как теплооо, — расслабила мысли девушка, во всю длину ванной растягиваясь в воде. Места мало и ноги не вытянуть от слова совсем, но уют это не разрушает. Вдыхая аромат, что разносит дым от тёплой воды, Нанами вновь погрузилась в себя.        «Обожаю ванны. Так расслабляют, по-своему очищают, так и хочется сидеть, забыть обо всём. Интересно, откуда все эти цветы? Томоэ так непривычно заботлив, это странно и… Меня гложет чувство вины. Как будто я пользуюсь его добротой… Надо заканчивать всё это…» — Момодзоно обвила ноги руками, уложившись виском на влажные колени. — «Хотелось бы, что б он и дальше заботился обо мне, даже если это граничит временами с такими вещами как «грязевые ванны» и «массаж с острыми ощущениями». Эх…» — приспустив веки, богиня продолжила наблюдать, как её волосы плавали по поверхности воды, а лепестки вплетались в них, словно декоративные ленты.        Ранее посетившая её мысль вновь неприятно раздулась где-то в груди, давя на лёгкие. «Влюбилась... В ёкая... В этого зазнавшегося, грубого... Нежного, заботливого белогривого лиса... Ладно, посмотрим, что будет в будущем. Сейчас хочется просто насладиться моментом... Не бояться отказа, просто не думать о плохом... Просто поверить... Просто… ». Мысли начали заплетаться, превращаясь в немой бред, и девушка слегка засопела носом.               Выйдя из ванной с полотенцем на голове, кареглазка вернулась в комнату, где её вновь ждал сюрприз. Знакомая высокая фигура расставляла по комнате те же виды цветов, что и в душевой, но на этот раз собирая их красивым букетом у окна. На секундном анфасе мужчины чистюля-богиня мельком заметила улыбку. Флорист любовался то ли проделанной работой, то ли тем, как влажные лепестки отбивали от себя солнечные лучики, превращая их в мнимую радугу. Нанами замерла, смотря только на него, всеми силами желая остановить время, не желая прерывать момент.       — О, ты уже всё, или за чем-то пришла? — словно без удивления спросил хранитель, наконец обернувшись к девушке. Та ещё какое-то время не могла отойти от миража, рассеивающегося, словно улетающий песок, с глаз. Пауза в воздухе вызвала лишь вопросительный знак над головой полу лиса.        — Томоэ, нам нужно поговорить, — вернувшись в реальность, сказала кареглазка. Затем взгляд изменился на более скованный, улыбка скривилась в неловкую, а под глазами виднелся лёгкий румянец. — В общем… Тогда, когда я говорила про перестройку я… Я соврала. На самом деле это не какое-то спонтанное желание всё перестроить… Мне вправду очень нравится храм, таким, каким его поддерживаешь ты и твои силы… — максимально оттягивала она кульминацию своего признания. — Но истинная причина моего рвения всё исправить — вы. Комната, в которой вы втискиваетесь всей толпой даже меньше моей! А-а что если у нас будут ещё гости, или даже новые сожители, как Мизуке? Нам же некуда будет стольких уместить, только если в молитвенной на полу, а это, ну… В общем ты понял о чём я, — закончила маленькая богиня земли, к концу закрасившись красным до ушей, от которых (возможно из-за недавней ванной) шёл дым, а дыхания еле хватило передать все мысли с головы.        Томоэ на какое-то время потерял лицо. Затем он прикрыл его пальцами пианиста. Нанами осмелилась поднять постыдный взгляд и мгновенно разожглась до 100 градусов Цельсия, дойдя до кипения. Лис еле скрывал смех, подрагивая кончиками хвоста и ушей. Добитый выражением своей юной госпожи, он разразился смехом, получая слабые удары кулачков по голове.        — Что смешного, гадкий ты лис?! Говори уже!        — Так вот, что у тебя на уме творилось! А я то думал это всё твой «праздник крови» тебе голову сносит глупыми идеями, — в смехе признался лис под вновь сработанным заклятьем слова госпожи (так он посчитал). Осознав, что он сказал, его смех резко обрезался, оставив после себя лишь выпученные глаза да приоткрытый рот.        «Чёрт, её силы стали действовать чаще обычного… Это точно не женские дни?»        — Ч…ЧЕГООООО?! — в буквальном смысле расшатывая во все стороны храм, вырвался крик смущённой богини.