Искусство войны

      Получив от Рэсси первое сообщение, Электроник понял, что им очень повезло. Пёс заприметил Мика, когда тот, закончив непонятно какие дела в соседнем с Серёжиным гаражом дворе, собрался домой. Насчёт дома, разумеется, у Рэсси уверенности не было, но он смог проследить путь байкера до неприметной пятиэтажки, одной из многих других, стоящих сразу за парком. Мик припарковал свою «Яву» на дорожке у подъезда, отвязал чемодан и вошёл в дом. А минут через десять вышел оттуда, уже без чемодана, сел обратно на мотоцикл и куда-то уехал. Следить за ним дальше не было необходимости: без чемодана Мик не был так уж опасен, а вот в подъезд Рэсси вошёл и принюхался. Запах байкера он знал очень хорошо, успел выучить, и след взять ему было несложно. Квартира, в которую заходил Мик, располагалась на первом этаже в торце дома, и должна быть однокомнатной. Про количество комнат Электроник сделал вывод уже сам, проанализировав всю полученную от собаки информацию, и на удачу дал Рэсси команду сообщить ему точный адрес и ждать его около дома. Если Мик опять появится, дать знать — тогда разведоперацию придётся перенести на другой день.       Электроник покинул гараж почти сразу за Серёжей — проверил на всякий случай ампулу и шприц в кармане, и быстрым шагом направился по указанному Рэсси адресу.       Всё же Серёжина затея со «страшной местью Гусю» пришлась Электронику весьма кстати. Так бы он ни за что сам не догадался, как можно покончить со слежкой и, главное, узнать, кто и зачем нанял байкера за ним охотиться. Но Серёже приспичило во что бы то ни стало трахнуть Гусева, а Электроник, отойдя от первого шока после такой новости и взглянув на вещи спокойно, пришёл к выводу, что в общем-то это мысль — воспользоваться достижениями современной химии и фармакологии. И он согласился Серёже помочь, хотя бы из чувства благодарности за вовремя поданную идею.       Правда, в планы близнеца пришлось вмешаться самым непосредственным образом — допустить, чтобы в результате пострадал невинный человек, Электроник не мог.       Придя на следующий после разговора с Серёжей день в школу, Электроник первым делом подошёл к Макару с просьбой на большой перемене никуда не уходить — есть серьёзный разговор.       Макар, надо сказать, узнал Электроника сразу как увидел — ещё в раздевалке подмигнул ему и шепнул на ухо: «Привет, Эл! Наконец-то тебя Сыроега на волю выпустил!» Электроник только мило улыбнулся в ответ: в школе Гусев был его лучшим другом и единственным, перед кем Электронику не приходилось скрывать свою личность.       Вышло это достаточно давно. Первая их встреча на помойке надолго запомнилась Гусеву — дохляк Сыроежкин поднял его в воздух и с минуту там крутил, как пропеллер от вертолёта. Макара потом полдня штормило и подташнивало, а уж моральная травма была такова, что он после этого и подойти в школе к Серёже не решался. Пока не заметил и другие его странности. Например, внезапные всплески успеваемости и одновременное отупление в простых бытовых ситуациях. А уж когда Сыроежкин, всю жизнь не умевший двух линий провести ровно, нарисовал портрет учительницы, Гусев окончательно убедился, что дело тут тёмное, и этот «феномен» надо выводить на чистую воду. Последней каплей, переполнившей чашу его терпения и заставившей плюнуть на собственный страх нового конфликта с внезапно обретшим суперспособности Сыроежкиным стал эпизод со штангой на физкультуре. После уроков, подгадав момент, чтобы рядом никого не было, Макар прижал «Серёжу», то есть Электроника, к стенке.       — Говори, кто ты такой, самозванец! И куда ты дел Серёгу?! А начнёшь опять свои фокусы показывать, — Макар покрутил пальцем у себя над головой, — вызову милицию.       Угроза милицией подействовала на Электроника. Если власти узнают о нём, плохо придётся всем — профессору с Машей в первую очередь.       — Пожалуйста, не надо милицию! — Электроник готов был плакать от отчаяния. — Я всё тебе расскажу, Макар, обещаю! Только не выдавай меня! — и даже опустился перед Гусевым на колени, чем шокировал его гораздо больше того перформанса, который устроил при знакомстве.       И действительно всё ему рассказал, не называя, разумеется, никаких имён и фамилий. Макар слушал внимательно, а потом вдруг сказал:       — А теперь спускай штаны и поворачивайся задом.       Электроник этой странной просьбе удивился, но спорить на всякий случай не стал, сделал всё, как велено было. Гусев секунду или две изучал его оголённые полупопия, потом сказал, уже совсем другим тоном:       — Значит, правда… — протянул он озадаченно. — У Серёги на заднице справа родимое пятно есть, круглое такое. Я случайно пару раз видел, когда мы в детстве дурачились, и я с него в шутку трусы стягивал. А у тебя — ничего. Хотя родинки на физиономии такие же.       — Это краска! — вспомнил про грим Электроник и стал лихорадочно их стирать. — Чтоб совсем похожими быть.       — Что ж, — важно произнёс после всего Макар. — Макар Гусев, — и протянул Электронику руку. — Будем знакомы!       — Электроник! Можно Эл! — обрадовался Электроник, заново и по всем правилам представившись Гусеву: — Генетический клон Серёжи Сыроежкина, киборг, — и, немного подумав, добавил: — Давай дружить, Макар? И… извини за… ну, ты знаешь за что.       Макар усмехнулся и обнял его за плечи:       — Ладно, дело прошлое уже! А раз с Сыроегой всё окей, давай действительно, друзьями будем. Ты мне нравишься, Эл!       Так они и подружились. И с тех пор каждый раз как Электроник заменял Серёжу в школе или когда гулял под его видом с ребятами после уроков, они с Макаром всегда держались вместе. Поэтому, когда Серёжа решил вдруг ни с того ни с сего Макару мстить, Электроник здорово забеспокоился.       — Макар, что случилось вчера между вами? Почему у Серёжи синяк? — начал свой серьёзный разговор Электроник, ткнув для наглядности в нарисованный у себя фингал пальцем.       — Да бузит твой Серёга, — вздохнул Макар. — В последнее время совсем дурной стал. — Практически пидором вот меня обозвал в столовке, где народу — толпа! Что мне делать было? Я и так ему много с рук спускаю… От него ж кроме «гусь-поебусь» и других идиотских шуточек и не слышно ничего, только и делает, что издевается! А стоит с ребятами заговорить, с тем же Вовкой, например, так он вообще берега теряет! Надо мной полшколы ржёт уже. А я ведь ничего плохого ему не сделал!..       — А Сыропопкина кто придумал? — поинтересовался в свою очередь Электроник.       — Ну… я, — Макар смущённо улыбнулся. — Но я ж по-доброму! И не грубо совсем.       — А он обижается.       Макар на это снова вздохнул, но молча — спорить тут было не с чем.       — Ну, а ударил ты его зачем? — продолжил выяснять обстоятельства неприятного инцидента Электроник.       — Да не бил я! — возмутился Гусев. — Случайно так вышло. Побежал я за ним, чтоб припугнуть просто, на место поставить. А он давай удирать! Чуть носом пол в столовке не пропахал, я его еле схватить успел. И как начнёт кулаками размахивать! Я защищался. Ну и задел его случайно, по касательной.       — Эх, Макар-Макар, — покачал головой Электроник. — Может ты и прав, и Серёжа действительно тебя провоцирует, да только вот он это совсем по-другому видит. Считает, что ты его травишь и не даёшь спокойно жить.       — Ой, дура-ак!.. — воскликнул, схватившись за голову, Макар. — Жить я ему спокойной не даю! Он сам спокойно жить не умеет!..       — И теперь он собирается тебе отомстить, — прервал его негодование Электроник.       — Ха! Да он всё время мне мстить пытается! — Гусев от предупреждения только небрежно отмахнулся.       — На этот раз всё серьёзно Макар, — строго сказал Электроник. — И он заручился моей поддержкой.       — Эл, я думал ты мой друг! — Гусев отошёл от него на полметра. — А ты, значит, вот как? — он нахмурился и скрестил на груди руки. На Электроника больше не смотрел.       — Ну, конечно, друг! — Электроник положил ему руку на плечо и заглянул в глаза. Макар брезгливо дёрнулся. — Сам подумай, стал бы я сейчас тебе всё рассказывать? Естественно, я не собираюсь тебе вредить, Макар. И не хочу, чтобы это делал Серёжа. Но мне пришлось согласиться помочь ему.       — Ну и зачем, Эл? — Макар более-менее оттаял, но в голосе всё ещё слышалась обида.       — Да потому что я не могу ему отказать! Как ты не понимаешь?! — чуть не крикнул на весь школьный коридор Электроник. И уже тише продолжил: — Я живу у него, он меня кормит, я сейчас полностью от него завишу. У меня альтернатива — вернуться к профессору и сидеть там в четырёх стенах, а этого я совсем не хочу! Вот поэтому я и сказал, что выполню его просьбу.       — Ладно, — примирительно сказал Гусев, окончательно перестав на него дуться. — Рассказывай давай, как там мне Серёга мстить собирается. С твоей помощью!       И Электроник всё как есть рассказал Макару.       Минуту или две Гусев молча сидел на подоконнике, широко раскрытыми глазами глядя в пустоту, потом перевёл на Электроника безумный взгляд и хрипло спросил:       — Что, так и сказал?!       Электроник кивнул.       — Вот, значит, как… — Макар понуро опустил плечи. — Вот так он со мной поступить хочет!.. Показать, что место моё у параши, да?..       К огромному удивлению Электроника Гусев не разозлился, только очень сильно расстроился. А потом вообще взглянул на него жалобно и сказал:       — Я же к нему со всей душой, Эл!.. Чтоб хоть как-то ближе стать, чтоб ему весело было… А он!..       — В смысле? — не понял Электроник. Методы для сближения с Серёжей у Гусева тоже были странные.       — Ну, люблю я его!.. — тихо охнул Гусев и совсем повесил голову.       — Что? К-как? Правда? В каком именно смысле ты его любишь?       — Во всех смыслах, Эл, во всех!.. — Гусев печально вздохнул и замолчал.       Электроник тоже молчал: информацию надо было переварить, а она перевариваться не хотела. Но вот сказать, что он совсем Макара не понимал, было нельзя.       Наконец, уже, видимо, свыкнувшись со своей участью, Макар подал голос:       — Наверное, это судьба, Эл… Большего я не заслуживаю, — он обречённо прикрыл глаза. — Давай ему свою сыворотку, пусть делает со мной что хочет.       — Ты что? — вот тут Электроник испугался! — И думать забудь! Естественно, никакой сыворотки я ему не дам, хотя… препарат этот у профессора точно есть.       — А как же? — удивился Гусев. — Ты же обещал?       — Я помочь ему обещал! А не травить тебя и подводить под статью его! — воскликнул Электроник. — Воды я ему налью из-под крана в пузырёк, и всё! А лучше — из чайника, там кипячёная. — В этот раз ему предстояло соврать Серёже, но другого выхода он не видел.       — И… что?.. — Гусев растерялся. — Она же не подействует.       — Разумеется, не подействует, Макар! — всплеснул руками Электроник. — И ты, если всё же придёшь к Серёже, сможешь сам полностью контролировать ситуацию. Захочешь, подыграешь ему до определённого момента, а потом уйдёшь.       — Хм. Но вообще, это мысль, Эл: подыграть, — Гусев неожиданно ухватился за идею. — Пожалуй, да, так даже лучше! Расскажи-ка мне, как эта штука работает, в чём её действие проявляется?       И тут Электроник подумал, что Макара он понимает очень даже хорошо. А раз так, то, как знать, может «страшная Серёжина месть» приведёт в итоге к чему-нибудь хорошему для них обоих? И он во всех подробностях описал ему действие препарата и даже пожелал напоследок удачи на «свидании». Гусев сказал: «Да! Удача мне понадобится!» На том они и порешили.       В том, что Макар был прав, добровольно согласившись стать Серёжиной «жертвой», а сам он поступил очень мудро и дальновидно, заранее раскрыв ему планы близнеца, Электроник смог убедиться уже на следующий день: у Серёжи с Макаром действительно всё сложилось наилучшим образом. А вот у самого Электроника дела обстояли не так хорошо. Угроза в виде байкера Мика с весьма сомнительными намерениями никуда не исчезла, а жить и всё время бояться выйти без оглядки на улицу, Электроник устал. Видать пришла пора и ему действовать смело и решительно: рискнуть, чтобы победить.       Электроник подошёл к указанному Рэсси дому и остановился перед подъездом. Сообщил встретившему его псу, что пойдёт в квартиру на разведку и велел незаметно сторожить вход, а когда в поле зрения появится Мик, незамедлительно дать знать.       Дверь в квартиру номер восемьдесят один была точно такая же, как и у трёх соседних на площадке, и имела один, по виду стандартный, замок. Электроник приложил к ней ухо и прислушался, настроив свою электронную систему на улавливание и распознавание слабых шумов. В квартире было абсолютно тихо, разве что где-то громко тикали часы.       Электроник огляделся, не входит ли кто-нибудь в подъезд и не спускается ли сверху, надел хозяйственные перчатки, достал из кармана проволоку, особым образом согнул её и стал ковыряться в замке. Через пару минут замок щёлкнул, и дверь, легко подавшись внутрь, открылась.       Первый раз в жизни умение вскрывать несложные замки по-настоящему пригодилось Электронику. Он научился этому сам, от скуки, ещё сидя у профессора дома — нашёл в стенном шкафу пару новых замков, купленных Машей для будущей второй входной двери, и попытался, как медвежатник в кино, вскрыть их без помощи ключей. В итоге у него получилось. Теперь это умение, возможно, спасёт ему жизнь.       В квартире, как он и предполагал, действительно никого не оказалось. Электроник обошёл её всю, заглянув в каждый угол, открыв каждый шкаф и выдвинув каждый ящик. Одежда и обувь только мужская, вся одного размера; ящик с гаечными ключами и отвёрткаии, канистра моторного масла, ветошь, ещё один шлем; посуды в кухне немного, полупустой холодильник, начатая бутылка армянского коньяка в шкафчике; отдельный стеллаж с журналами и книгами, посвященными кибернетике, биологии и медицине — он больше всего удивил Электроника: примерно такая же подборка периодики и научных трудов была у профессора Громова. В кладовке, рядом с вешалками с одеждой, инструментом и запчастями от мотоцикла, стоял тот самый огромный клетчатый чемодан.       Трогать чемодан Электроник так сразу не решился — он чувствовал, что устройство внутри было выключено, но, как знать, не заработает ли оно сразу после вскрытия? О том, что делать дальше, стоило хорошенько подумать.       По всему выходило, что в квартире жил молодой мужчина, мотоциклист, и жил один. По крайней мере больше никаких следов даже временного присутствия в жилище байкера других людей Электроник обнаружить не смог. Не было тут и плакатов с изображением актрис и моделей, эротических журналов или видеокассет с порно, хотя видеомагнитофон и импортный телевизор имелись. Мужчина был холост, судя по всему одинок, но ни одного женского образа среди своих вещей не держал. Впрочем, не все видеокассеты имели обложки, и однозначно утверждать об отсутствии у Мика интереса к интимной стороне жизни, было нельзя.       Зато вот документы — паспорт и пропуск на рабочее место — рассказали Элеку от нём почти всё. Мик Адамович Урри, а таково было полное имя байкера, был двадцати шестилетним младшим научным сотрудником НИИ, в котором профессор Громов руководил Лабораторией биоэлетронных систем, но числился в другом подразделении, занимающимся, судя по названию, электроникой и кибернетикой. Значило ли это, что сам Виктор Иванович подрядил Мика следить за ним? «Не самый плохой вариант», — подумал Электроник. Уж кто-кто, а профессор ему явно вредить не будет. Но правда могла оказаться совсем иной: кто-то неизвестный мог нанять сотрудника НИИ для исполнения своих планов, просто потому что тот хоть как-то разбирается в кибернетических организмах.       Решив пока с догадками повременить, Электроник достал из внутреннего кармана своей куртки шприц и ампулу с особым миорелаксантом и нейролептиком, называемым в просторечии сывороткой правды, и набрал препарат в шприц. А пока от Рэсси не было никаких вестей, вставил в видеомагнитофон случайную кассету без опознавательных знаков и включил воспроизведение.       Лишь на пятой минуте просмотра Электроник вспомнил, что он вообще-то незаконно проник в чужое жилище, и в любую минуту сюда может вернуться хозяин. И что цель его нахождения в квартире вовсе не приятное времяпрепровождение, а специальная разведывательная операция ради обеспечения собственной безопасности. Которая скорее всего обернётся разведкой боем, и из этого боя кровь из носу надо выйти победителем. А он, вместо того, чтобы быть начеку и во всеоружии, стоит и, боясь лишний раз вздохнуть, смотрит иностранный порнографический фильм.       Не то чтобы сам факт наличия порнухи у байкера (да, она всё-таки у него была!) шокировал Электроника. Хотя по правде до сих пор у него ещё не было случая посмотреть такое кино, только послушать, без особого, однако, интереса, Серёжин пересказ. Нет, дело было в другом! В этом порно были мужчины, но не было женщин. Ни одной.       Электроник выключил видео и присел на диван. Усилием воли заставил себя успокоиться, приведя пульс и температуру тела к приемлемым значениям, и стал думать дальше. Да, с интересом к интимной жизни у Мика всё было в порядке, даже более чем. Ибо достать такой фильм, а даже Электроник при всей своей наивности это прекрасно понимал, было ох как непросто. Несколько секунд он сидел и неподвижно смотрел на приготовленный шприц, потом стряхнул с себя наваждение: его план совершенно другой, и не имеет ничего общего с Серёжиной местью! От Мика ему прежде всего нужна правда.       Характерные импульсы в районе правого виска прервали размышления Электроника. Морзянка от Рэсси! Мик вернулся, припарковал мотоцикл и через минуту войдёт в дверь.       Электроник кинулся в прихожую — спрятаться там было совершенно негде, настолько маленькая она была. Даже из ванной, дверь которой выходила в этот коридорчик, невозможно было выйти внезапно и не быть замеченным. Встретить Мика в комнате? Слишком много места для маневра. Да и он, почувствовав чужое присутствие, будет готов защищаться. Оставалось только неожиданно войти в прихожую из кухни, пока Мик будет раздеваться.       Электроник спрятал шприц за спиной и встал за углом — в этом месте коридорчик поворачивал в кухню. Ключ с тихим металлическим лязгом несколько раз повернулся в замке, послышался звук открывающейся двери, шаги, потом дверь опять закрылась… Электроник досчитал до пяти и вышел из своего укрытия.       — Ты?! — полные удивления и ужаса глаза Мика, инстинктивный шаг назад.       — Я, Микки! — приветливая улыбка и молниеносный бросок в сторону находящейся в замешательстве жертвы.       Шприц впивается в плечо прямо сквозь кожаную куртку, препарат попадает в мышцу — доза далеко не вся, но этого должно хватить хотя бы на полчаса. У Мика хорошая реакция: уже через секунду шприц валяется на полу, а сам Электроник прижат лицом к стене с заломленными за спину руками. Нет, Мик не сильнее киборга, хотя гораздо сильнее среднего мужчины его возраста и комплекции, просто Электроник поддаётся. Зачем? Так проще понять, когда препарат начнёт действовать.       — Что ты мне вколол? Отвечай, живо! — горячий шёпот прямо в ухо, и его сильнее вжимают в стену. Мик давит на него всем телом, у Электроника непроизвольно вырывается стон.       — Не бойся, Микки, — смеётся Электроник. — Ты не умрёшь! И даже не заболеешь. Это всего лишь… витамины. Да, витамины для нашего комфортного и продуктивного общения с тобой.       — Что ты несёшь, сволочь?! Быстро говори название этой дряни! — болевой приём — как будто ему отрывают по локоть руки — Электроник кричит в голос. И вдруг хватка ослабевает, тяжёлое тело больше не давит на него так сильно, он даже может свободно дышать. Ещё секунда, другая, третья… Электроник свободен, руки начинают постепенно его слушаться. За спиной слышен звук падения…       Электроник обернулся — Мик лежал на полу у его ног, корчась в безуспешных попытках встать.