freedom

***

Была бы возможность, Хёнджин ею обязательно бы воспользовался. Зачем тратить её впустую, если можно на всеобщие блага? Продлить трёхдневные каникулы, которые их группа выиграла абсолютно честным трудом, хотелось всем, кто к этому причастен, но они пролетели так же быстро, как испарилось желание учиться сегодня, которого с утра, почему-то, было выше крыши. Может потому что пар на сегодня запланировано всего три, одна из которых — смешанная лекция, на которой Хёнджин, вероятнее всего, будет пинать камни. В общем, дополнительный отдых, конечно, зря не прошёл, будучи приятным бонусом, но всё очень быстро вернулось на прежние места. От пар никуда не деться, и Хёнджин бы не относился к этому так простодушно, если бы лекция, на которой он сидел, не была настолько очевидной. — Да сколько можно… — проговорил себе под нос Хван, ощущая себя на курсах по барабанам для детей. Вообще, то, что им сейчас рассказывали не было настолько базовым, сколько тем, что Хёнджин изучал ещё в начале своего пути — строение инструмента и всё такое. Из-за этого уже знакомые определения пролетали мимо ушей, а голову всё больше хотелось подпереть руками и закрыть глаза. Рюкзак с парой тетрадей, лежащий на столе, заботливо прикрывал если не Хёнджина, то его руки, в которых находился единственный интересный предмет в этой аудитории — телефон. В окно смотреть не вариант, потому что сидит Хван почти ровно посередине аудитории, знакомых тут нет, тем более поблизости, поэтому единственный оставшийся вариант — листать ленты соц. сетей в надежде найти что-то интересное. Подперев щёку ладонью и завалившись на стол, Хёнджин левой рукой листал ленту мессенджера от скуки, потому что даже в телефоне не было ничего стоящего. Хотелось просто занять себя чем-то, а ещё лучше — пойти к друзьям и поторчать с ними около озера, поедая охлаждающее мороженое. Точно! — Это гениально! — прошептал Хван и выпрямился, телефон всё ещё держа за рюкзаком уже двумя руками. Джисон, Сынмин и Минхо сейчас были свободны, видите ли, дополнительная смешанная лекция сегодня была только по ударным, и Хёнджин просто надеется, что хотя бы кто-то из них сейчас всё ещё в главном корпусе.

(Хён)джин

Ханни, мой хороший

Забери меня с пары пожалуйста

Я на пятом этаже в 517 кабинете

Первый, кто попал в руки Хёнджина — Джисон, что и не удивительно.

(Хён)джин

Минхо-я, мой хороший

Забери меня с пары пожалуйста

Я на пятом этаже в 517 кабинете

Решив не заморачиваться и просто скопировав текст, Хван только что обеспечил себе двойной шанс на спасение.

(Хён)джин

Сынмин-и, мой хороший

Забери меня с пары пожалуйста

Я на пятом этаже в 517 кабинете

Тут безумно скучно, я скоро взорвусь, если ты не придёшь

Теперь у Хёнджина есть тройной шанс того, что он сегодня потратит время на что-то более полезное, чем вот это. Хван уже предвкушает, как кто-то из этих троих заберёт его с лекции, они пойдут есть, а потом купят мороженое и хорошо проведут время. Аж живот скручивает. В это время сквозь бесконечный зудящий гул, разбивающийся о светло-серые стены с окнами, которые ещё чуть-чуть, и лопнут, Джисон пытался услышать свои мысли, которые строились на «Чёрт возьми, почему эта булочка такая вкусная?» и на «Как тут помещается столько людей?», потому что студенты в точности как тараканы двигались туда сюда, создавая иллюзию толпы, что, скорее, иллюзией не было. Хан листал ленты соц. сетей за отдельным столиком, радуясь, что к нему никто не решил подсесть и все просто проходили мимо по своим делам: взять поесть и найти свободное место. А сообщение Хёнджина стало для него лишним поводом побыстрее свалить из кафетерия, поэтому Хан даже отвечать ничего не стал, лишь мгновенно прочитал сообщение, закинул остатки булочки с кремом в рот, схватил портфель и пошёл к выходу, пробиваясь через армию голодных студентов. А студенты в голоде, как всем известно, вещь страшная. Кафетерий находился на первом этаже, поэтому Джисону ещё подниматься и подниматься, и иногда он всей душой ненавидит их семиэтажный главный корпус без лифта. Хорошо хоть, что пара у Хёнджина пониже. Сейчас некоторые расходились по домам, но большинство просто наслаждались перерывом, прежде чем их снова загонят в аудиторию, и Хан с гордым видом и полнейшим облегчением шёл по просторному коридору первого этажа, умело обходя студентов. Из-за угла вдруг появилась знакомая светло-каштановая макушка, и Джисон, моментально узнав её владельца, ринулся к нему. — Минхо! Куда идёшь? — Хан сравнялся с Ли, замечая на нём всё ту же тёмно-серую футболку с серыми разводами и белым котиком на груди, которую Джисон ещё утром готов был благословить. Футболку, не грудь, если что. — К Хёнджину, он попросил забрать его с пары. — Минхо был рад видеть Хана, будто они не виделись полчаса назад, но это неважно. — А ты? — Я тоже к Хёнджину, он попросил забрать его с пары. — Джисон сначала не понял, почему это Минхо его копирует и как он прочитал его мысли, но смех Ли и его же «Вот же засранец» заставил Хана тоже рассмеяться и осознать, что Хёнджин просто решил написать им обоим, чтобы его уж точно забрали. — Ладно, пошли вместе. — Джисон схватил Минхо под руку и пошёл вприпрыжку, но ближе лестнице Хану пришлось идти нормально, потому что толпа никуда не делась, запнуться об ступеньку не хотелось. — Сынмин! — кажется, скоро они соберутся все вчетвером, потому что Сынмин шёл с противоположной стороны прямо на них, но Хан заметил его первее. — Куда идёшь? Тоже к Хёнджину? — Да, он попросил отмазать его от пары. — Сынмин вовремя оказался на пятом этаже, но сообщение увидел позже, чем Минхо и Хан, поэтому они встретились так удобно почти у нужной аудитории. Джисон и Минхо переглянулись и моментально залились хохотом, пока непонимающий Сынмин пытался свести концы с концами. — Мы тоже к нему, он и нас попросил. — Ким лишь усмехнулся и без лишних вопросов последовал за Минхо и Ханом, буквально за пару шагов доходя до нужной аудитории. Хёнджин постукивал пальцем по столу, подперев голову рукой и наблюдая за выходом с левой стороны, потому что дверь со стеклянным окошком так и тянула в неё выйти. Когда в этом окне появилась голова Минхо, который чуть пригнулся, Хван от радости резко поднялся и сел прямо, уже готовясь уходить. Следом за Минхо появился Хан уже в полный рост, а за Ханом — Сынмин, которому пришлось встать на носочки, чтобы его голову было видно за Джисоном. И Хёнджин бы с радостью рассмеялся из-за того, как комично это выглядело, если бы не мысль «Что они здесь все втроём делают?». Минхо, Хан и Сынмин явно высматривали Хёнджина, и как только Джисон наткнулся на него взглядом и показал Киму и Ли, все трое начали о чём-то очень оживлённо спорить вместо того, чтобы спокойно забрать Хвана и уйти отсюда подальше. — Ну, и как нам его вытащить? — парни отлипли от двери, когда начали понимать, что их заметил не только Хёнджин, но и другие студенты со всего первого курса, поэтому споры пришлось решать чуть подальше от двери. — Можно сказать, что его зовёт кто-то из наших кураторов. — предложил Сынмин, но спешить заглядывать в аудиторию не хотел. — Да, давайте. Давай, Сынмин. — Джисон перевёл стрелки, подталкивая Сынмина словами, но тот смерил его недовольным взглядом. — Почему я? Сам давай, Хёнджин же твой лучший друг. — Ким сделал шаг от двери, и Хан тоже отошёл, не горя желанием прерывать пару. — Но он и твой друг тоже. — Джисон показал Сынмину рукой на дверь, и тот сделал так же, пока тишина повисла над ними. — Серьёзно? — Минхо тихо вздохнул, стоя в сторонке, и решил взять всё в свои руки, открывая дверь и заглядывая в аудиторию, постучав перед этим три раза. — Извините, Хван Хёнджина вызвал наш куратор Чхве Хёнсу, что-то очень срочное. — Хорошо, идите, Хван Хёнджин. — Хёнджин подорвался с места сразу же, прихватывая рюкзак и привлекая многочисленные взгляды, и спустился вниз по ступенькам, стараясь скрыть свою радость от преподавателя. Сегодня он в эту аудиторию не вернётся. — Ура-а-а, я свободен! — как только дверь за ним закрылась, на Хёнджина напало такое облегчение, что он закружился в вальсе с воздухом, скидывая с плеч рюкзак и кружась вокруг своей оси. — Прекрасно, а теперь мы идём есть, отказы не принимаются. Я голодный. — это всё конечно хорошо, но голод ждать не будет, поэтому Сынмин планирует вкусно поесть не менее чем через двадцать минут, и все с этим согласны. Особенно Хёнджин, который остановился, поправил рюкзак и обхватил Сынмина за плечо, устремляясь к лестнице, а Минхо и Джисон последовали за ними. В кафетерий они решили не заглядывать по скромному совету Хана, что если они туда зайдут, обратно не выйдут, а возможно их просто вытолкнут на входе, поэтому было принято пойти в местную кафешку. — Серьёзно? Обеденный перерыв? У нас тоже может обеденный перерыв, поэтому мы идём обедать сюда, а они, видите ли, на сорок минут закрыты! — табличка, висящая на стеклянной двери с надписью «Закрыто на обеденный перерыв с 13:20 до 14:00» очень разочаровала, так что Минхо, который успел проголодаться из-за слов Сынмина максимально негодовал. — Значит есть повод сходить в забегаловку в городе. — Хан не терял надежды, предвкушая вкуснейшие блюда уличных ресторанов с общительными официантами, а если повезёт — за доброту по отношению к владельцу они могут выпросить скидку, так что попробовать стоит. — Да мы пока дойдём до туда, я успею умереть. — план поесть в ближайшие двадцать минут отменяется, теперь действует план поесть в ближайшие новые двадцать минут, в сумме — сорок. — Чем быстрее мы пойдём, тем лучше. — выход, благо, за главным корпусом недалеко от магазинов и, соответственно, кафе, поэтому им хотя бы не нужно тащиться через весь университет, как если бы они шли из общежития. Небольшой ресторанчик с красной вывеской сам попался им под руку, когда они переходили перекрёсток, им даже не пришлось лазить по интернету в поисках нормальных заведений, и это было чудо, больше никак не назвать. — Может, правда попросить Хёнсу и Джунхва устроить нам поездку всей группой? Это классно, мы все сблизимся, а если поедем куда-то за город на природу — будет ещё лучше. — летняя атмосфера, которая всё приближалась с прошествием дней, заставляла предвкушать прекрасные летние деньки, которые явно будут наполнены весельем и счастьем, и их хотелось бы провести ярко, как в последний раз. — Да они сами только за отдохнуть на природе, а если ещё и с бассейном, то вообще. — кивнул Хёнджин, разделяя мнение Хана. У него сейчас проснётся летнее настроение, если так пойдёт. — Можно съездить в какой-нибудь лагерь или что-то такое. Обязательно с бассейном и растительностью! — Сынмин аж соком чуть не подавился из-за резкой активности, которую навеяли ему изображения, где они бы все вместе купались в бассейне, отдыхали на природе, а вечером сидели бы в кругу и пели под чью-то нежную гитару. Звучит слишком круто. — Только вот за чьи деньги это всё будет? — вопрос воздуху, но Минхо, если честно, готов отвести сумму на общую поездку вместе с остальными, если потребуется. — За наши. Ну и часть за университет, наверно. — Джисон пожал плечами, не отрываясь от еды. Обязательно нужно будет воплотить этот план в жизнь, они дали обещание участвовать везде, где только можно. Дальше над столом повисло лишь бряканье палочек, потому что все увлеклись едой и атмосферой кафе, и сейчас действительно можно было просто расслабиться. Только вот звук уведомления, который стал громче в четыре раза из-за того, что его получили одновременно все четыре телефона, так не думает. От неожиданности все замерли на месте, переглядываясь с сидящим напротив — Джисон с Минхо, Хёнджин с Сынмином, и возникла пара вопросов. — Вот это да. — Хван обвёл взглядом всех за этим столом и наигранно удивился, пока Хан замер с едой во рту, Минхо только-только собрался подносить палочки с лапшой ко рту, как и Сынмин. Джисон быстро всё прожевал, Минхо и Сынмину пришлось отказаться от еды на сейчас, и все полезли в телефоны, не имея ни единого предположения, почему время так синхронизировалось. Сообщение оказалось от Хёнсу в их общем чате, и половина ответов на интересующие их вопросы прояснились, осталась ещё половина. Хёнсу Минхо, Хёнджин, Сынмин, Джисон, где вас носит? Вы должны были быть в общежитии пятнадцать минут назад, я говорил про срочное собрание! — Да я ванга. — кто-ж знал, что несуществующий предлог, по которому Хёнджина отпустили с пары, станет реальностью. Минхо тем более. — Нам не жить. — все быстро вскочили из-за стола, прощаясь с недоеденным обедом, и лишь Минхо додумался оставить денежную купюру на столе, чтобы их вдруг потом не повязали из-за того, что они не заплатили за заказ. Захватив рюкзаки, парни выбежали из кафе и понеслись по улице с осознанием, что им, скорее всего, реально не жить. У Сынмина уже начинался истерический смех, который тонул в мимо проезжающих машинах, а Хан смеялся просто из-за забавности ситуации. Если чтобы дойти до сюда им потребовалось пятнадцать минут, то обратно им хватило лишь пяти с лишним минут до университета, и плюс ещё столько же штрафных, потому что бежать им надо было до общежития. Впрочем, оказывается, опаздывали они не так сильно, ну или Хёнсу и Джунхва просто не так сильно злились, но вот занять места они не успели, так как пришли последними. Ну и ладно, стоять тоже круто. Чан, Чанбин, Чонин и Феликс, уже сидевшие на одном из диванов, помахали им ладонью в знак приветствия, откровенно забавляясь с их отдышки, потому что бежали они, видимо, долго и упорно. — Итак, мы, наконец, можем начать собрание. — Хёнсу и Джунхва как обычно расположились на полу в позе лотоса (их любимое место), готовясь рассказать что-то, по всей видимости, важное. — Отменяйте все свои планы на вечер, сегодня в восемь выступление группы поддержки университета, на котором все обязаны присутствовать. Это традиция. — Но у нас же должна быть репетиция. — прошептал Джисон стоящему рядом Сынмину на ухо. — Вот именно. — Ким согласно кивнул, переглядываясь с остальными, и хотел уже было спросить, можно ли не ходить на это выступление, только вот Джунхва будто прочитал его мысли. — Пропускать нельзя, это обязательно. — Хёнджин досадно вздохнул, но парни пошушукались вчетвером и пришли к выводу, что репетицию можно перенести, а концерт — нет. Репетиция была перенесена на завтра, и собрание довольно быстро закончилось, так что все разошлись по комнатам. Ладно, выступление так выступление.

***

Чистое небо окрасилось в оранжевый, смешанный с тёмно-синим на самом горизонте, и его яркость постепенно начала спадать из-за солнца, которое стремительно уходило из поля зрения. По голове долбила музыка, от толпы людей не становилось легче, а перед глазами то и дело сиял свет прожекторов, направленный на сцену — то синий, то фиолетовый, то жёлтый, в общем — сплошная радуга. Танцоры в группе поддержки, конечно, прекрасно выполняли все движения, раскачивали публику и буквально сияли от своих обязанностей, таская на себе разноцветные украшенные костюмы. Музыка была зажигающей, а движения идеально отточенны и синхронны, что аж самим хотелось подпевать песню, которая, как им сказали, на самом деле гимн их университета. Гимн они отсидели (отстояли) спокойно, подпевая на повторяющихся строчках и пуская волну руками вместе с остальными, а когда начались другие песни, под которые участники группы поддержки всё ещё отжигали, бас из колонок стал долбить с особой силой, почему-то. Выступление классное, да, но как будто слегка некомфортно. Им не удалось занять сидячие места, которые устремлялись вверх на несколько рядов, поэтому пришлось стоять чуть ли не позади всех внизу, выглядывая из-за чужих голов, чтобы увидеть сцену. — Сейчас бы в тихое место. — на город уже опустились сумерки, потому что прошло достаточно времени, а танцы всё не заканчивались. Спрашивается, насколько танцоры их группы поддержки выносливые, чтобы вот так танцевать несколько танцев подряд? Сынмин думает, что достаточно, говоря это, скорее, самому себе, но Хёнджин, стоящий рядом, всё равно услышал его сквозь гул музыки. — Давай уйдём. Здесь большинство народу, а там должно быть пусто и тихо. — указывая куда-то назад за сцену на открытом воздухе, Хёнджин сам не горел желанием оставаться здесь ещё хотя бы немного, а вот Минхо и Джисон, похоже, наоборот, были очень заинтересованы в происходящем и даже не обратили на них внимания. — Давай. — быстро согласился Сынмин, делая пару шагов назад в сторону, обходя Минхо и Джисона со спины, которым хоть бы хны. Хёнджин сделал это же, схватил Сынмина за руку, и они убежали за сидячие места, оглядываясь по сторонам, чтобы их не увидел кто-то из взрослых или кураторов. Раз это мероприятие обязательное, по головке их не погладят, если узнают, что они сбежали просто так. Но зато, наконец-то, стало спокойнее. Гудящая музыка осталась где-то позади, теперь перед ними только пустой университет и буквально ни души на улице. Это ли не рай? — Бо-оже, я будто воскрес. — Сынмин выдохнул полной грудью, раскидывая руки в стороны и открываясь перед небом, которому никакие облака не мешали смотреть на весь город. Звёздочки только начали проглядываться, поэтому, если приглядеться, можно заметить пару блеклых штук, но это пока что. Уличные лампы, которыми были усыпаны все дороги и главная аллея, создавали ощущение тепла из-за их оранжевого (любимый цвет Сынмина, кстати) света, а ветер не дул совсем, поэтому если бы они продолжили стоять там, в толпе, как Минхо и Хан, точно бы упарились. — Так хорошо и тихо. — собственный голос тоже захотелось понизить на несколько тонов, чтобы соответствовать атмосфере, потому что тишина и правда стояла глухая — все столпились там, позади, рядом со сценой, а те, кто по какой-то причине не пошёл на выступление, остались по общежитиям, так что Хёнджин и Сынмин буквально были одни на всей территории. Грех этим не воспользоваться. Можно было спокойно прыгать, бегать, разговаривать, и никто ничего тебе не скажет, а в воздухе витала свобода. Так хотелось застрять в этом моменте подольше, потому что их будто отгородило от внешнего мира в отдельный, маленький, где можно ни о чём не беспокоиться. — Люблю вечернее и ночное время суток. — Хёнджин наслаждался тёплым свежим воздухом, который напоминал о мае и о том, что скоро лето. — Я наоборот больше люблю день, но есть в этом что-то. — неторопливо шагая по аккуратной дорожке по правую сторону от главной аллеи, Сынмин задумался, что если была бы возможность, он проводил бы так каждый вечер. Вот так просто гулять прогулочным шагом, никуда не спешить, не обращать внимания ни на что и разгружаться от привычной суеты. Разве это так трудно? — Значит ты солнце, а я луна. — прозвучало как-то слишком слащаво, но это не помешало и Сынмину, и Хёнджину рассмеяться в голос, нарушая сплошную тишину. Они решили подняться на небольшой холм к спортзалу, откуда открывается вид на всю территорию их университета. Там сейчас наверняка красивее, чем в остальное время, и это подкупает не полениться дойти до стадиона, где были основные забеги недавней Битвы Первокурсников, ведь спортзал и стадион находятся практически рядом. — Ва-ау, как красиво! — и правда, возвышенность хоть и небольшая, но она присутствует, так что, забравшись на горку, Хёнджин и Сынмин остановились около ограждения, вставая спиной к спортзалу внушительных размеров. — Был бы у меня фотоаппарат, я бы сфотографировал. — Фотоаппарата у меня нет, но фотографировать я люблю. — Хёнджин в подтверждение своих слов достал телефон из кармана широких джинсов, собираясь запечатлеть этот момент на камеру. Звёзды теперь тоже приносили земле определённый свет, выстраиваясь на тёмном небе в узоры, будто нежные мазки кисти по холсту, а вокруг всё ещё стояла тишина, но не сдавливающая, а наоборот — раскрепощающая, и в неё было очень приятно вслушиваться. Мозг под давлением атмосферы очистился, перезагрузился, оставляя после себя приятную пустоту, и её заполняли только громкие щелчки камеры. Да даже собственное дыхание казалось сиреной, а голос давно сам перешёл на полушёпот, чтобы лишний раз не тревожить слух. Хёнджин навёл камеру на вид, который открылся с высоты: на другие здания, видно было даже общежитие, не говоря уж о студии и учебных корпусах — свет горел лишь в нескольких комнатах обоих корпусов общежития, а в остальных домах окна сливались со стенами, даже свет уличных ламп не помогал хотя бы понять, что они есть; главная аллея величественно молчала в оранжевых оттенках, и только здесь можно оценить настоящие масштабы всей территории. С высоты птичьего полёта, можно было бы сказать, если бы в общем птицы не летали на метры выше. — Потом отправь мне. Хочу сохранить память о таком университете. — Сынмин увлечённо наблюдал за тем, как Хёнджин подбирает разные ракурсы, делая красивые фотографии, но он всё же предпочитает рассматривать всё вживую, пока есть возможность. Хван испробовал все ракурсы, в голове подмечая самые удачные фотки, и вдруг подумал, что этого для памяти недостаточно. — Давай сфоткаемся. — переворачивая камеру, Хёнджин развернулся спиной к ограждению, приобнимая Сынмина за плечо, а тот только за лишний раз построить смешные рожицы, но и место для красивых фотографий тоже нужно оставить. Вот, что может сохранить память о былых днях лучше, чем что-либо другое.