Начало длинного пути. Первое приключение Сатора

Молочный туман расстилался по узким извилистым тропинкам леса. Корни разросшихся деревьев открыто вились по земле, как и ветки, похожие в тумане на вороновы лапы. Среди высоких кустарников засели небольшим лагерем авантюристы. Оставшийся без подопечного старик преспокойно курил длинную трубку, будто не заметив потерю мальчика. Угрюмый как туча капитан сидел молча, потеря корабля была, пожалуй, худшим исходом из тех, что он мог представить. Раненый в бок Гилан сидел, опершись на дерево, боевой задор прошел, сменившись тремором, который на этот раз дергал руки выпивохи еще сильнее чем обычно. - Корабля больше нет. И как мы теперь улетим от этих каннибалов? Спрашивал Грюнвальд. - Ты уже думешь о побеге? Мы потеряли пацана, его надо возвращать. Возразил Скалор. - Да? Ну да. Надо. Слушай, ты же всемогущий маг. Что же ты нам не помогал? Только под конец наколдовал какого-то монстра, и тут же его убрал. Сказал Грюнвальд, переведя внимание всей группы на юного волшебника. - И правда. Почему ты стоял и ничего не делал? Произнес один из ветроплавателей. Взгляды то интереса, то злости приковались к Скалору. Лишь второй маг с совиными глазами просто продолжал сидеть и курить трубку, закрыв лицо полями шляпы. - Для моей магии лучше выбрать подходящее время, чтобы произвести лучший эффект. - Какое время ты же можешь все! Перешел на возмущенный крик один из ветролетателей. - Призови ты это чудовище раньше, Гарон не лежал бы сейчас с топором в башке. - Я и правда, могу все. Но только не по-настоящему. Все широко раскрыли глаза. - Я освоил кое, что из морочной науки. И к моему стыду это единственное что я усвоил в академии. Но! Состряпав хитренькую улыбку Скалор постучал пальцем по голове. - Зато с моим воображением могу творить такие иллюзии, которые вы от правды не отличите вовек. А что до того случая. Сами понимаете, каннибалы были очень голодны, они и не заметили бы этого слона, не помурыж вы их немного. Выражение лиц авантюристов вновь стало спокойнее. Гил окатил непутевого Скалора леденящим презрительным взглядом. - Ты всегда был бестолковым. Не было в моем преподавательском опыте больших провалов, чем ты, сбежавший из академии неуч. Старый маг улыбнулся. - Хотя это чудовище было отлично сделано. И в правильный момент. Я вижу ты набрался ума в своих праздных странствиях. Неожиданная похвала затала Скалора врасплох. Он вспомнил место, где он учился без малого три года. Вспомнил острые голубые крыши величественных башен, вытягивающихся в небо словно иглы. Вспомнил могучие каменные стены, из-под которых вырывались шумные водопады, врывающиеся в озеро, посреди которого и возвышалась скала с замком академии. Вспомнил блеск прозрачного стекла оранжерей с редкими магическими травами. И конечно великую стену столицы королевства Эринтор, рядом с которой расположился замок. В его разуме ожил звук деревянных ободов небесной колесницы верховного мага, что катилась по лучам света, натянутым между его зеркальной мастерской и дворцом короля, при котором верховный служил придворным магом. - Не такими уж праздными они были да? Иронически заметил недоучка. Вдруг раздался птичий гомон. С неба, на плече старого волшебника сел вершившийся ворон, и принялся деловито курлыкать. Маг выслушивал внимательно, то и дело, сводя брови. - Мой новый друг нашел их. Руины в трех верстах отсюда. Вон там, идти совсем не далеко. Гилан у них. - Где у них. Порежем этих козлов, пока они не съели его. Со злобой произнес капитан. Но старый маг думал совсем по-другому. - Нет. Мы двинемся в руины. Для Гилана смерть не шептали ни облака, ни птицы, ни ветер. Да и парень ваш совсем не просто так с ним. Мы обыщем катакомбы, пока они пируют трупами в деревне. Они голодны, все соберутся там, оставив руины на время. Тем временем на другом конце острова события шли к развязке. На первый взгляд все было спокойно. Туман все также лежал на обширных, заросших бурьяном в человечий рост, полях, когда то блестящих и желтеющих от богатой набухшими зернами пшеницы, идущей волнами, словно море, под напором ветра. Круглые дома-мельницы, сложенные из неотесанного камня стремились ввысь, в отличии от извилистых приземистых заборов, собранных из все того же материала. Их лопасти давно уже остановились, и ткань на деревянных каркасах давно уже разорвалась. Но это впечатление было обманчиво. Ножи скрипели на точильных камнях, метая искры в темноте. Исхудавшие людоеды скрипели зубами, исходили слюной, предвкушая пиршество. Скрипнула дверь сарая, и на сырое сено рухнул еще один человек. - Господин наемник, господин наемник с вами все хорошо? Услышал брошенный, стоило закрыться задвижке двери. Сатор поднялся, оттряхнув с себя сено. - Они съедят нас. И вправду съедят. Что делать. Что делать. Быстро тараторил звонкий голос. Мальчика сотрясала мелкая дрожь, кожа его покраснела. Оставалось лишь удивиться тому, как недоросль сохранял самообладание. Сатор легко улыбнулся. - Не волнуйся ты. Выберемся мы отсюда. - Прекрати. Опять пустые слова. - Нет. Не пустые. На этот раз. Произнес Сатор, всматриваясь в одну из многочисленных щелей ворот. Усидев фигуру охраняющего сарай людоеда, он взял пучок сырого сена, и принялся всячески растягивать и скручивать ее. - Гаус, мой отец, долгое время странствовал. Ему пришлось путешествовать на кораблях, потому со временем он освоил умение вязать парусные узлы. И научил этому меня. Смотри, вот сейчас я сделаю петлю. Потом сюда. Затем выводишь пучок через петлю. Вот, держи солому, плети пока я не скажу. Сказал Сатор, передавая мальчику копну сырой соломы. Ребенок приступил к работе, сначала медленно, почти сквозь плачь, но затем дело стало затягивать его все сильнее, позволяя неокрепшему уму отстраниться от проблемы и на время забыться. Сатор потянулся к сапогу. - Скоро нас выпустят отсюда!? Спросил он громким надрывным голосом. Реакция последовала немедленно. Каннибал оскалил острые зубы, его глаза, исчерченные взбухшими венами, бегали по щелям сарая. - О-о-о. Жду не дождусь когда вас выпустят. Скоро, ско-о-оро вы выйдите отсюда, и тогда я вопьюсь в ваше молодое нежное мясо, свежее и сытное. Не то, что смердящее мясцо животных, или тухлятина с прошлого корабля. Не-е-ет. Вы еще и половину деревни перебили, теперь каждому достанется такой большой кусок! - Звери. Жрете человечину. Каждого из вашей братии надо бы замуровать в темнице, чтобы вы сдохли от голода или сожрали сами себя. - Ха! Что поделаешь. Дед рассказывал, как все было. Туман пришел в деревню. Пшеница загнила, корабли потеряли к нам путь, остался только один способ прокормиться. И что нам было делать. - Умереть людьми. В темноте щели блеснула сталь. Что-то выпорхнуло между досок, и каннибал схватился за шею. Это был лангит, последняя охотничья игла, и последнее оружие в арсенале путешественника. Людоед захрипел, его ошарашенные глаза безуспешно пытались посмотреть вниз, узнать, что же пронзило его артерию, но лишь маленький красный шарик попадал в поле зрения. Пальцы бегали по скользкой коже, но кровотечение было не остановить. Сделав пару шагов назад, каннибал рухнул на землю. Жестом Сатор попросил мальчика передать сплетенную из сена петельку. Осторожно и медленно, чтобы хлипкие узелки не развязались, Сатор вытащил петельку через щель, и навесил ее на задвижку, орудуя двумя тонкими палочками. Аккуратное потягивание, и дверь отварилась. Путь был свободен.