Наша маленькая семья

Привыкнуть к новому положению вещей оказалось одновременно и сложно и просто. Просто- потому что, несмотря на то, что он теперь внезапно взрослый женатый человек, ему не впервой заниматься домашними делами, да и семья у придурочного оказалась беспроблемная, хотя, с тем, что Мэйхуа его побаивается, всё-таки стоит поработать. Сложно- потому что репутация у настоящего Минге оказалась не менее дерьмовой, чем у него самого. Запойный пьяница со вспышками агрессии, да, нечего сказать, повезло, прям пиз-дец! Ещё его дружки, такие же придурки. Первое время Ци Жун только и делал, что объяснял своим бывшим приятелям что его на их посиделки звать не стоит, кулаками через лицо, замучился прям в край. А всё, а всё! Халява кончилась! Дальше пьёте без меня. Хорошо ещё, удалось обменять тот кувшин с вином на хороший пук соломы, чтобы поправить крышу, хоть в доме стало потеплей. Разумеется, на него то и дело косятся. Как он выяснил из шепотков за спиной (к этому ему не привыкать, ещё в детстве наслушался, похер), Минге был довольно слабохарактерным человеком, даже трусливым. Впрочем, это было понятно ещё тогда, когда он наблюдал за ним и Гуцзы в своих владениях. Жалкое со всем смирившееся чмо, такое и жрать не хочется, весь аппетит сбивает на корню. И- вот внезапность!- после своего "чудесного" спасения это жалкое чмо вдруг начинает вести себя совершенно иначе, чем обычно. И если отказ от алкоголя и желание взяться наконец за ум и начать делать что-то путное, а не просто страдать хернёй (Ци Жун так и не понял, на что его так называемая семья раньше выживала, и предположил, что всё держалось на Мэйхуа) можно объяснить пережитым стрессом, то изменения в поведении и мимике... Уж извините, но такие мелочи контролировать этот князь демонов не собирается. Ещё чего. Довольно того, что пока ему удаётся держать себя в руках, и не срываться на всех подряд по любому поводу, хотя это пиздец как сложно!!! За столько лет, проведённых в отрыве от общества... Последний раз он близко общался с людьми, когда помогал Аньлэ. Глупый одинокий ребёнок, которому опекуны были поперёк горла, начиная с Лан Цяньцю и заканчивая его родителями, был единственным, кого не пугали его внешность и репутация. В какой-то степени он напоминал Ци Жуну его самого. Аньлэ мог часами слушать его рассказы о давних временах, когда Сяньлэ было процветающим королевством, а Юнань обыкновенной бедной провинцией, входящей в её состав, говорил, что Ци-сюн единственный, кто его понимает, и звал его своим шицунем. Лазурный демон, смешно сказать, даже привязался к этому наивному щенку, и по-настоящему горевал из-за его смерти. Когда выяснилось, что мальчишка погиб от руки Се Ляня, ему стоило больших усилий скрыть свою злость. Ну куда он вечно лезет?! Эх... В принципе, его всё абсолютно устраивало. Он умер слишком рано для того, чтобы успеть обзавестись семьёй, да и если находились девушки, которые велись на без сомнения привлекательную внешность почти точной копии Его Высочества Сяньлэ, они сбегали, стоило будущему лазурному Бедствию открыть рот. Изнеженных красавиц, которые были не прочь поднять свой статус замужеством с двоюродным братом наследного принца, отпугивали манеры и несдержанная речь юного князя. Поначалу Ци Жуна это злило, но потом он решил, что эти крашеные дуры недостойны его великолепной персоны, и забил на это дело, так плотно, что все эти годы контактировал с женщинами исключительно в дружеском плане. Ну, или когда они лежали у него в тарелке. Мэйхуа же не подходила ни под одну известную ему категорию. Она не была капризной дворцовой девкой, картинно падающей в обморок при слове "жопа", она не походила на Сюань Цзи и других женщин, с которыми мутил жеребец-осеменитель Пэй, и уж тем более он не собирался её жрать. Чувство, которое он испытывал к ней, было странное, непривычное, но вместе с тем, очень и очень приятное. Лазурный демон буквально упивался им. Впервые за всю (не)жизнь рядом с ним был человек, который искренне о нём беспокоился. Аньлэ не в счёт. Он был тупым мальчишкой, которому так же как и самому Ци Жуну, не хватало внимания, так что у них было скорее взаимовыгодное сотрудничество, а тут... Да и восхищение Гуцзы, которому страсть как нравится, что его отец наконец стал нормальным, да ещё проделывает всякие фокусы, неплохо так поднимает самооценку, которая всё-таки несколько пострадала из-за унизительных избиений на глазах у мямлящего братца. Да, у него довольно хреновое понятие о том, что такое нормальная семья, но он честно старается. И у него даже вроде выходит, судя по тому, что Мэйхуа стала выглядеть гораздо менее замученной, и уже не трусится, когда он по привычке начинает повышать голос. Ну, и ещё она не пытается лезть к нему в штаны. Это тоже хорошо. Не хватало ещё опозориться... А Се Лянь сейчас небось сидит и лапшу жрёт, которую ему одноглазая псина на уши навешивает. Ну и пускай жрёт. Будь обстоятельства иными, Ци Жун бы желчью изошёл, от злости на царственного брата, который, походу, совершенно не осознаёт, в какое дерьмо вляпался обеими ногами, ещё и радуется этому, дебил. Да только ему некогда думать о Се Ляне. Он напрочь позабыл о том, что человеческая жизнь отбирает так много времени на всякую херню, и это тааак бесит-бесит-бесит!!! Все дни совершенно одинаковые- проснулся, делаешь что-то однообразное, но необходимое для поддержания этой никчёмной тушки в рабочем состоянии, спишь, просыпаешься и- та-да!- на колу мочало, начинай сначала. Правда, у него, в отличие от остальных, всё-таки есть небольшое развлечение. Когда его так называемая семья (он ещё не был готов признаться себе, что эти двое для него больше, чем временные соседи) засыпала, лазурный демон выбирался на ночную охоту, как когда-то давно, накапливая духовные силы. Возможностей для этого было хоть отбавляй. Деревня (он так и не запомнил её название, занимая голову более важными вещами, вроде ремонта и добычи пропитания, окунулся в молодость, так сказать), в которой они жили, находилась под защитой генерала Наньяна. Собственно, из-за этого его подчинённые и действовали Лазурному Фонарю на нервы, пытаясь "предупредить" многие его выходки- гора Юйцзюнь, и, соответственно, его логово, совсем рядом. Местные жители были уверены, что божество им досталось вполне старательное, но Ци Жун слишком хорошо знал этого урода, ещё с тех пор, как Се Лянь взял его к себе слугой, вместе с Му Цином, который после вознесения взял себе имя Сюаньчжэнь. Фэн Синь (страна должна знать своих хероев в лицо, да) ужасно халатно относился к своим обязанностям. Слуги лазурного демона, конечно, шустрые и сообразительные, но они всё-таки дети, и приложи этот лентяй побольше усилий, лесов повешенных в здешних местах было бы намного меньше. Как бог войны, он мог позволить себе не заниматься всеми молитвами самостоятельно, сбрасывая большую часть на своих подчинённых, а те, подобно своему начальнику, тоже пинали... всякое. Иначе, как объяснить, что здешние места буквально кишели мелкой нечистью. Что бессмертному жалкий водный гуль- смерть для обычного человека, это все знают, и наивные крестьяне без устали возносили молитвы своим любимым богам, чтобы те послали кого-нибудь, избавить их от этой пакости, но это совершенно не работало. Жители деревни поколениями страдали от разнообразных мелких демонов и прожорливой свиты Лазурного Фонаря, и неизвестно, сколько бы это ещё продолжалось, если бы не события, приведшие к тому, что этот самый Лазурный Фонарь теперь был вынужден находиться среди своей несостоявшейся трапезы в теле жалкого смертного человечишки. Впрочем, Ци Жун не жаловался. Столько халявной жрачки- и всё рядом! Ну, в смысле, нечисть всякая бегает. Н-да. Чо-то как-то двусмысленно прозвучало... К взаимному удивлению обоих, лазурному демону удалось заново сойтись с Чьен Гу. Преимущественно из-за того, что его жена, очень воинственная дама с активной гражданской позицией, с которой Ци Жун постоянно дрался за лучший кусок говядины в мясной лавке, насмотревшись на исправившегося главу семьи Фа, хорошенько отходила своего нерадивого мужа скалкой, после чего Чьен Гу многое переосмыслил, и даже стал реже бухать, сократив количество потребляемого спиртного до двух бутылок в неделю. Вполне нормальным мужиком оказался! По крайней мере- вменяемым. Вменяемые люди Ци Жуну попадались очень редко. Примерно в это же время он обнаружил, что в озере, которое деревенские обычно использовали для орошения рисовых полей, живёт водный гуль. А, как говорится, что небожителю жалкий водный гуль- то Великому Бедствию закуска. Черновод только их и хавает, чтобы силёнки в нужном состоянии поддерживать. Причём предпочитает тех, которые подохли от голода. Как утопленник может сдохнуть от голода, а не от переохлаждения или попадания воды в дыхательные пути, Ци Жун так и не понял, да и, если честно, не очень-то и старался. Все кладбищенские огоньки он переловил в первую же свою вылазку, а из-за того, что он три дня подряд наведывался в лес (всякий раз встречая на обратном пути грустную Су Луань со своей корзинкой, полной какой-то травы и цветов), там закончились сначала тимиморё, потом шайка неупокоившихся разбойников, и один очень борзый чангуй, отчего по лесу стало безопасно ходить, зато демону стало нечего есть. Так что, когда Чьен Гу предложил ему составить компанию на рыбалке, он согласился не задумываясь. На безрыбье и Карась- рыба. В смысле, и гуль- мясо. Они уже собирались спускать утлую лодчонку, которая составляла единственную гордость семьи Чьен, на воду, как вдруг на берегу объявился угадайте кто. -Ай!- Ци Жун как раз замахнулся веслом, излишне эмоционально отреагировав на то, что именно ему придётся грести аж до середины озера, пока ленивец Гу будет прохлаждаться.- Я же тут стою, вообще-то! Вздрогнув, лазурный демон повернулся на звук, ещё раз размашисто махнув веслом, и увидел, что на земле за его спиной сидит Су Чон (он был готов поклясться, что секунду назад его там не было), потирая внушительную шишку на лбу. -Приветики.- Су Чон, кряхтя, поднялся на ноги, и теперь стоял, покачиваясь из стороны в сторону.- А чё это вы делаете, а? Это была его коронная фразочка. Ци Жун хищно сощурился. После того, как они встретились в деревне, когда он возвращался с кладбища, подозрительный щенок буквально преследовал его. Где бы он ни находился, рядом всегда оказывался этот псевдозаклинатель. Такое навязчивое внимание напрягало. Лазурный демон даже начал думать, не является ли Су Чон одним из прихвостней паршивого пса. Хуа Чэн почему-то вбил себе в голову, что любит Се Ляня, так что готов выполнить любую его просьбу, даже до того, как она будет озвучена. И если братец как-то случайно ляпнул что-нибудь на тему того, что неплохо бы разыскать кузена (например, чтобы сдать его Лан Цяньцю, которому наверняка охота расправиться с зачинщиком резни на пиру Чистого золота), то одноглазый хер костьми ляжет, а исполнит волю своего драгоценного Бога. Но аура Собирателя цветов под кровавым дождём от мальчишки не ощущалась. -Ты вечно где-то рядом.- прошипел он, прикрывая глаза, чтобы не было видно, как в них вспыхнуло зелёное пламя.- Просто жуть. -Вы собираетесь на рыбалку?- круглая физия Су Чона озарилась счастливой улыбкой маньяка-потрошителя.- А можно с вами? Мне жрать нечего! -Иди поработай, и будет чего.- последовал незамедлительный ответ, подкреплённый ещё одним взмахом весла.- Давай-давай, пиздуй отседова! -Да ладно тебе, Минге.- Чьен Гу успокаивающе треснул его между лопаток.- Рыбы в озере на всех хватит. Давайте садитесь, поплыли. Вечер уже, щас комары налетят. Ци Жун закатил глаза. Да какого хрена? Неужели только ему этот щегол кажется подозрительным? Хотяяя... Раз уж это недоразумение тут... -Рыбку надо отработать.- он торжественно вручил Су Чону весло.- Иначе я тебя на подкормку пущу, сучонок. -Ага, ладно.- Су Чон легкомысленно пожал плечами, и первым полез в лодку.- Только я карпа хочу. Жирррного! Трёх. -А губозакаточную машинку не хочешь? -Грубый ты какой-то, Фа-лан. -Это он от Лазурного Фонаря понабрался, пока мы в его пещерах торчали.- хмыкнул Чьен Гу.- Пацан не старше тебя, а такие обороты гнул, я аж заслушался. Только потом эти красно-белые придурки всю малину обломали. -Ходят слухи, что ты после этого головой и поехал.- добавил он, дружески пихнув Ци Жуна в бок.- Такой примерный стал, аж тошнит. Мне тебя моя грымза постоянно в пример ставит. Грозится, что самолично на верёвке обратно к этой лазурной твари притащит и лично в руки сдаст, прикинь? Его до сих пор иногда передёргивало от воспоминаний о неестественно ледяных руках, сомкнувшихся на его горле, и ласковом, с непривычными Минге зловещими нотками, "я ж те сказал, сука, я с этим завязал". -Тебе б так головой поехать.- встал на защиту лазурного демона Су Чон.- Что плохого в том, что человек решил исправиться? -Да я чего, я ничего! -Ну мы отплываем, нет?- Ци Жун уже начал терять терпение. Солнце садится, и опять повылазит какая-то херня, а ему сейчас никак нельзя палиться! Это вам не кладбище, и не малявка А-Луань, которая считает, что все вокруг исключительно добрые и хорошие. К тому же, Чьен Гу тоже был в числе пленников, и может что-то подозревать. Может, всё-таки, грохнуть его под шумок? К тому же, он опять начал раздражаться. Все вокруг только и делали, что постоянно напоминали ему о той ночи, когда паршивый пёс Хуа Чэн (ведь это наверняка ОН потащил царственного брата к нему, а не сам братец изъявил желание пообщаться с давно брошенным родственником!!!) руками Лан Цяньцю уничтожил его тело, чтобы выставить себя в выгодном свете перед Се Лянем, и это было ТАК ЧЕРТОВСКИ ОБИДНО!!! Ну какого хера?! Что, больше поговорить не о чем?! -Да отплываем, отплываем! Чё ты злой-то такой... Лодка, медленно покачиваясь, плыла по воде, раздвигая носом листья водяных каштанов. Су Чон сидел на вёслах, Чьен Гу возился с сетью, которая оказалась запутана в какие-то нереальные узлы, а Ци Жун тупо составлял компанию, бессовестно филоня и треская водяные каштаны. Успокаивал, так сказать, расшалившиеся нервы самым простым и эффективным способом. -Ё-маёоо...- простонал он, когда они наконец остановились и забросили сеть.- Зараза такая... хуже семачек... ща лопну... -Ты рыбу ловить собрался, или жрать?- рассердился Чьен Гу, на которого как-то незаметно свалились все обязанности рыбака.- На кой вообще со мной попёрся?! -Да успокойся ты.- Су Чон выглядел вполне умиротворённым, будто не грёб только что без передышки.- Рыбу распугаешь. "Сдаётся мне, не только рыбу". Гуля он заметил ещё с берега, но понадеялся, что тот уже что-то сожрал и не будет нападать на столь большое количество людей (всем известно, что гули-одиночки ищут себе такую же одинокую жертву, больше им всё равно за раз не схавать), и собирался просто приметить гнездо твари, чтобы позже заглянуть к ней на огонёк, но у неё, похоже, были свои планы. Глядя, как отвратительное склизкое существо, отдалённо похожее на труп ребёнка, медленно сползает с замшелого бревна, и бесшумно плывёт к ним, он прикрыл глаза, чтобы не было так заметно, что в них снова вспыхнуло пламя. "Еда, еда, иди ко мне сюда, иди сюда ко мне, еда, тебя я съем сейчас... Агааа... Чёрт, как бы... А, ладно, как получится." -Эээ... Ребят...- Чьен Гу сглотнул.- Вы тоже это видите? -Ага.- кивнул Су Чон.- Это водный гуль. -Не слепой...- сквозь зубы процедил Ци Жун, пристально следя за тем, как нежить приближается к ним, колыхая розетки водных каштанов. -Ну, с нами Су Чон, так что бояться нечего.- Чьен Гу вовремя вспомнил, что помимо них в лодке находится типа даочжан, и свернул панику.- Давай, Сяо Чон, жги! Су Чон посмотрел на него как на придурка. -Я не брал с собой талисманов!- возмутился он.- Чем я буду его отвлекать, по-твоему? -Твою ж мать! Я не знаю! Аааа!!! Чё делать-та?! Нам конец! Сеть всё ещё была в воде, и в неё уже успела заплыть рыба. Гули, помимо пристрастия к мертвечине, любят сырую рыбу. Возможно, их самих эта тварь жрать не станет. А вот если этот паникёр не перестанет вопить и качать лодку, то точно станет! В подтверждение его мыслей, гуль, урча в предвкушении вкусного ужина, принялся рвать сеть, в попытках добраться до улова. Лазурный демон облизнул губы. Тоже в предвкушении может не совсем вкусного, но очень необходимого ему ужина. -Я, конечно, тупой, но у меня есть смекалочка.- он постучал пальцем по виску.- Смекал очка. Гуль продолжал кружить вокруг лодки. Гу и Чон поспешно схватились за сеть, пытаясь спасти хотя бы её, и в два голоса проклиная чёртову плавучую тварь. Убедившись, что они заняты делом, Ци Жун взял в руки весло, и встал на нос лодки. -Я знаю пароль... пароль моё весло...- пробормотал он себе под нос, прицеливаясь к ничего не подозревающей нежити, которая подобралась совсем близко, и уже намеревалась перевернуть лодку, чтобы хорошенько полакомиться.- ХОБА! Он схватил оглушённого гуля за волосы, и затащил в лодку. -Ты чего делаешь?!- в ужасе завопил Чьен Гу.- Он же нас сожрёт! -Ты что-то смыслишь в водной нежити?- очевидно, в его тоне было что-то такое, что заставило мужчину заткнуться.- Вот и завали ебало... Он спешно свернул гулю шею и, пользуясь замешательством товарищей по рыбалке, незаметно вытащил и поглотил его душу. Ощутив, как по духовным каналам наконец начинает как положено циркулировать тёмная ци, он блаженно зажмурился. Хорошо... -Катись отседова!- он спихнул труп обратно в воду, и плюхнулся на скамейку.- Ну, чё там с сетью? Не порвалась? -Нет... -Тогда чё сидим? Закидывай. Мне-то похер, я и на охоту могу свалить, а вот тебе твоя благоверная голову открутит. Или не только голову... Кто рыбу собрался жрать, я или вы, обглодыши? Чьен Гу и Су Чон начали заново расправлять сеть, кидая на него странные взгляды, суть которых Ци Жуну понимать совершенно не хотелось. Остаток рыбалки они провели в напряжённом молчании.