Узы, что связывают нас

Тим сидел на балконе, ноги просунуты сквозь перила, и смотрел вниз, где Дик и Рой прощались у конца подъездной дорожки. Даже с такого расстояния было видно, что их прощание было откровенно сексуальным, сопровождаемым намеренно провокационным расположением рук. Обещание их жадных объятий одновременно пугало и завораживало. Они занимались сексом прошлой ночью. Он знал это в тот момент, когда они вошли на кухню на завтрак. Джейсон тоже это знал. Его губы напряглись, глаза уставились на еду, а руки сжались в кулаки до белых костяшек. Их запах выдавал их. Не только потому, что он чувствовал их запах друг на друге, но и из-за явной детализации их ароматов; что-то, что Тим никогда раньше не замечал, но начал замечать, даже слишком, многое, за последние несколько дней. Рой пах горячим, здоровым, исключительно удовлетворенным. В контрасте Дик пах тепло, влажно и слишком сладко, как будто его тело пыталось подчеркнуть омега-подобное качество его гормонов. Дик был низкоуровневым бетой, что означало — из-за того, что уровень беты измеряется альфа-гормонами — он был ближе к омеге, чем к альфе. Ниже на спектре, чем средний уровень Альфреда, но не так далеко, чтобы перейти в низкоуровневую омегу. Пока единственная омега в стае находилась в отношениях, Дик — как бета — инстинктивно начинал заполнять эту пустоту и вести себя больше как омега, чтобы удовлетворить несвязанных альф. Потому что именно для этого и нужны беты; балансирующие агенты, делающие возможным комфортное существование стаи. По крайней мере, так он читал в интернете. На практике, как он углублялся, динамика стаи оказалась гораздо сложнее, чем любая теория. Он задумывался, будет ли он бетой, и означает ли это, что он однажды проснется и внезапно поймет все тонкости работы стаи; как Брюс может быть одновременно омегой и лидером, как Дик может быть таким важным, но никто о нем не говорит, и почему Джейсон всегда находится на краю всего, даже когда он ведет себя хорошо. Ему бы это понравилось. Было бы неплохо понять всё. Чтобы можно было разговаривать с людьми и не казаться ребенком все время. Чтобы понимать инстинктивно. Он наблюдал, как пара неохотно разошлась, Рой завел мотоцикл, а Дик махнул ему на прощание, пока его партнер не скрылся за решетчатыми воротами усадьбы. Если ему предстоит стать бетой, он хотел быть низкоуровневым, как Дик. Брюс доверял бетам, и низкоуровневые беты были любимой кастой Джейсона. Ему бы понравилось быть любимой кастой Джейсона. Дик повернулся и начал медленно идти обратно к усадьбе. Тим быстро высвободил ноги из перил, вскочил на ноги и радостно помахал, когда Дик подошел ближе. Он ждал, когда тот распрощается с парнем все утро, чтобы они могли начать. Дик увидел его и с кривой улыбкой ответил на его махание. Тим вбежал внутрь как раз в тот момент, когда Дик вошел на несколько этажей ниже. Ему понадобилось меньше пяти минут, чтобы сбежать вниз по лестнице, пробежать по коридорам и столкнуться с молодым бетой. — Ничего себе, ты быстро бегаешь, — засмеялся Дик. — Да! — он улыбнулся. — Это то, что мы будем тренировать. — Быстро бегать? — Дик моргнул. — Двигаться. — Это не совсем одно и то же, Тимми. — Легкая улыбка. — Но близко. — Дик собрался обойти его. — Эй, — он схватил Дика за рукав. — Разве мы не собираемся тренироваться? Дик остановился. — Ты хочешь тренироваться со мной? — Я… — он облизнул губы. — Я думал, что ты меня тренируешь. Брюс сказал, что ты будешь моим тренером пока его нет. — О, боже, — Дик достал телефон из кармана и быстро начал набирать сообщение. — Я знал, что что-то такое случится. Тим уставился на него с широко раскрытыми глазами. — Что-то такое, это что? Дик поморщился. — Брюс и я разминулись, когда я вернулся. Мой самолет задержали. Подожди, он не отвечает, но… все еще не отвечает. Неважно. — Дик сунул телефон обратно в карман. — Я знал, что в его огромной куче отчетов будет что-то важное. Вот почему я хотел с ним поговорить. Тим почувствовал, как его сердце упало к пяткам. — Ты имеешь в виду…? Дик с извиняющимся видом посмотрел на него. — Я мог бы связаться с ним по экстренной линии, но он, наверное, снимет с меня скальп. — Но он сказал… — прохрипел Тим, -…для Робина я… — Ха! — Дик хлопнул его по плечу. — Я знал, что ты должен быть Робином. Никто об этом не говорил, но я знал. Итак, Робин номер три, да? Добро пожаловать в клуб. О, я умираю от желания узнать, Брюс все еще делает это, ког… Он оттолкнул руку беты и выскочил из комнаты, обогнув Альфреда на пути. Бегая по коридору, он услышал, как удивленный голос Дика обратился к другому мужчине: «Я что-то не так сказал?» Затем он был слишком далеко, чтобы услышать больше. Тим бежал через запутанный лабиринт коридоров, пока не нашел комнату, в которой никогда раньше не был. Картонные коробки валялись на полу, мебель была скрыта под простыми белыми простынями, а пыль оседала на краю окна. Неразобранная детская кроватка лежала в кусках на полу, детская голубая краска поблекла и облупилась от времени. Он захлопнул дверь, сел в угол и обхватил колени руками. Он не плакал. Он не мог плакать. Плакать — это для младенцев. Вместо этого он сидел очень тихо и прокручивал цепочку горьких осознаний в своей голове, пока они не слились в один ком унизительной боли. Никому не было дела. Он хотел быть Робином. Это было все, что он хотел. Это было все, о чем он просил с самого начала. Но он был на самом дне иерархии, самым слабым, и никто не обращал на него внимания. Брюсу было все равно настолько, что он не удосужился сказать Дику, Дику было все равно настолько, что он не читал отчеты, а Джейсон… Джейсон терпел его только пока Тим следовал за ним, и даже тогда он отталкивал его, как только Дик возвращался домой… …только чтобы быть отталкиваемым Диком в свою очередь. Эта мысль появилась с предательски холодным расчетом. Напряжение между этими двумя было натянутым, запутанным и мучительно очевидным. Напряжение между Джейсоном и Брюсом было еще хуже. Он не знал причины, но мог догадаться, и если он догадался правильно, то, возможно, смог бы привлечь злого молодого альфу на свою сторону. Постепенно начала формироваться идея. Она была детской и недальновидной, но это мог быть его единственный шанс, последний шанс, стать Робином. Стать настоящей, полезной частью стаи. Когда солнце село, он встал, выпрямил рубашку и посмотрел на свое отражение в окне. Он выглядел маленьким, с долговязыми конечностями и тонкими чертами лица. Его волосы падали на лоб, как вода по скалам, черные на фоне бледной кожи, единственное яркое качество на его теле. Тим принял решение. Он выскользнул из комнаты и удивился, когда обнаружил, что может учуять Джейсона в воздухе. Обычно ему нужно было быть гораздо ближе к людям, чтобы почувствовать их запах. Но, как он понял, Джейсон прошел здесь не так давно босиком и оставил явный след; его альфа-гормоны были сильными, землистыми и безошибочно узнаваемыми. Тим глубоко вдохнул воздух и начал его отслеживать. Он последовал за ним в ближайшую пустую комнату, в секретную дверь в бэтпещере, о которой Тим не знал. Когда он нашел его, Джейсон был в процессе маскировки. Он стоял в бассейне с химикатами для маскировки запаха и тщательно тер кожу, пытаясь скрыть свой сильный альфа-запах. Спустя некоторое время он несколько раз нырнул под воду, затем встал, встряхнулся, как собака, и пошел к униформам, стоящим в ряд. Тим осторожно спустился в пещеру, стараясь не… Не оборачиваясь: — Ты воняешь, малыш. Тим проглотил иррациональный всплеск гнева, поднявшийся в горле. — Я еще не маскировался, — ответил он. — Еще? — Джейсон повернулся. — Что ты имеешь в виду, «еще»? Он выпрямил плечи и встретил взгляд Джейсона своим собственным. — Я имею в виду, что еще не маскировался. Джейсон начал надевать свою броню. — Хорошая попытка, малыш. Ты не идешь со мной. — Почему нет?! Низким голосом: — Ты знаешь почему нет. — Потому что ты хочешь патрулировать с Диком, — с горечью заключил Тим. Глаза Джейсона потемнели. — Это не имеет никакого отношения к Дику. — Не лги м… — Это не имеет никакого отношения к Дику! — Голос Джейсона эхом разнесся по узкому пространству. Тим отшатнулся от злого звука, поймал себя на этом, и решительно встал на своём. — Черт, малыш, — альфа покачал головой, — что на тебя нашло? — Если это не имеет ничего общего с Диком, то… — Это потому что босс сказал так, щенок. Ты прекрасно это знаешь. Тим сделал шаг вперед. — И ты его слушаешь? — Тим вызвал, надеясь, что его голос звучит так же сильно и мощно, как у Джейсона. — Ха, — глаза Джейсона сверкнули странным черным, злобным светом. — Теперь да. — Почему?! — Отчаянно. Джейсон нахмурился. — Откуда это вылезло? У тебя что, узел в штанах? — Джейсон натянул ботинки. — Если да, иди поплачься одному из бет. У меня нет времени на эту чушь. Тим шагнул вперед. — Возьми меня с собой. — Нет. — Ты должен, — настаивал он. — Почему? — Рычание. — Почему ты хочешь делать то, что говорит Брюс? — Тим огрызнулся в ответ. Лицо Джейсона едва заметно дрогнуло, когда он ответил. — Брюс — лидер. — Ты альфа, — вызвал Тим. Джейсон остался молчалив, его глаза были полны скрытых эмоций. Тим приблизился к нему. Это было не легко заметить, но там, в его глазах, плавала реакция, которую он искал; та, которая ему нужна. Злое неповиновение, которое он мог использовать, которое подрывало бы суждение альфы, и что означало — если он скажет правильные слова — он мог бы убедить Джейсона проигнорировать приказ Брюса и взять его с собой еще один раз. Он не знал деталей, но Джейсон, очевидно, был недавно побежденным соперником. Это предполагало… — Ты мог бы быть лучшим лидером, знаешь. Ты бы был, если бы о… Джейсон фыркнул и отвернулся. — Да, конечно, малыш. Мы оба знаем, что это полная чушь. Тим быстро попробовал другой подход. — Он должен быть твоим омегой! Он высокого уровня, ты высокого уровня, и ты главный альфа в стае. Он должен быть твоим, а не Кл… — Хорошая попытка, — альфа снял шлем с вешалки. — Есть еще что-нибудь? Тим лихорадочно искал другой мотив. Другую причину, по которой Джейсон мог однажды бросить вызов Брюсу. Причину, которая могла бы снова заставить его ослушаться. Что-то. Что угодно. Джейсон фыркнул. — Я так и думал. — Джейсон начал уходить. Тим почувствовал, как что-то внутри него надломилось, и слезы, которые он отказывался проливать, жгли за глазами. — Почему тебе, черт возьми, не все равно?! Я не… Я никому не расскажу. Я просто хочу быть Робином. Почему ты не позволяешь мне быть Робином?! — Это не от меня зависит. — Грубо ответил Джейсон. — Сегодня ночью зависит! — настаивал Тим. — Почему ты его слушаешь? Ему на тебя плевать, так же, как ему плевать на меня. Он относится к тебе одинаково, что бы ты ни делал. Ему все равно, чего ты или я хотим. Никому нет дела. — Долгая пауза. — Даже тебе. Джейсон стоял и смотрел на него, его лицо было непроницаемым. Тим почувствовал, как последние, глупые нити надежды лопнули. Несмотря на все время, проведенное вместе, Джейсон не хотел его. Он хотел патрулировать с Диком, тусоваться с Диком, дружить с Диком. Это было все, что он всегда хотел. Тим был просто заменой, и теперь, когда Дик вернулся, он больше не нуждался в нем. — Ладно. Тим застыл в шоке. — Правда? Джейсон нахмурился. — Я не вру, малыш. Собирайся. И замаскируй запах как следует на этот раз. — Я так и сделаю! — радостно закричал Тим. — Я… Я не подведу тебя! — Лучше бы тебе и правда сдержать это обещание. Будь на байке через пять минут. Он был там через три. Спустя несколько часов они мчались по крышам, шлем Джейсона был ярким пятном на сером фоне города, а вес троса чувствовался тяжело в руке Тима. Это было невероятно хорошо — снова работать частью стаи, пусть даже всего на одну ночь и только с Джейсоном. Будучи Робином, он делал что-то важное, что-то, что могло изменить мир, и что-то, что могло бы помочь ему стать частью семьи Уэйнов, если бы только Брюс позволил это. Но даже если Брюс не позволит, простое инстинктивное чувство принадлежности к стае было достаточно, чтобы на одну ночь забыть все сожаления и следовать за другим человеком, который с легкостью преодолевал расстояния между зданиями. Это было что-то, чего он никогда раньше не чувствовал, что-то, чего ему не хватало в детстве, но что-то, что он жаждал; настоящая стая. Это была семья, но сильнее, и в конечном итоге она была связана не только кровными узами, но и множеством других связей. Джейсон остановился на краю крыши и выругался. — Что случилось? — спросил Тим, тяжело дыша, подойдя к нему. — Я его потерял… — сказал Джейсон в неверии. — Этот ублюдок, я… — Он пошел туда, — быстро сказал Тим и снова побежал. — Пошли! Джейсон выплюнул еще одно красочное проклятие и последовал за ним. — С каких пор ты, черт возьми, научился это определять?! Тим вдохнул, уловив запах их добычи, и побежал за ним. — Он здесь! — Где он, малыш?! Где ты… — Голос Джейсона затих, когда мужчина, которого они преследовали, выскочил из-за дымохода. — Сукин сын, — пробормотал альфа и обогнал Тима, чтобы сбить мужчину с ног. Он умело ударил голову преступника о цементную крышу. Дергающиеся конечности обмякли. — Да! — обрадовался Тим. — Я знал, что он пойдет сюда. Я знал это! Серебристые глаза в капюшоне сверкнули, когда они обернулись к нему. — Как ты это узнал? — Я его почувствовал, — с триумфом заявил Тим и почесал бок шеи. — Это было сложно, но я смог. Боже, он так воняет. Джейсон хмыкнул. — Да, такие труднее всего. Трудно выследить тех, кто пахнет дерьмом, в городе, который пахнет дерьмом. — А я справился, — сказал Тим с широкой улыбкой. — Не зазнавайся, — пробормотал Джейсон, забирая у без сознательного мужчины его наркотики и деньги. — Не могу поверить, что этот парень чуть не убежал от нас. Почему он занимается продажей наркотиков? — Наверное, он мета и сам этого не знает, — пробормотал Джейсон. — Ты так думаешь? — спросил Тим, все еще почесывая шею. Джейсон порвал деньги, когда выпрямился. — Думаю, сделаем еще один круг от Крим-Элли, через Нарроуз и в Боуэри, — пробормотал он. — Подберем все, что выползло после нашего обхода. — А потом? — спросил Тим. — Поздно уже, парень. Потом пойдем спать. — О, — он опустил глаза, — ладно. Джейсон повернулся, чтобы повести за собой, но остановился, уловив запах в воздухе. — Черт, парень, разве я не говорил тебе замаскировать запах как следует? Тим моргнул, глядя на него. — Ч-что? Я замаскировал! Ты сам видел. — Ну, тогда почему я чувствую… — он замер. — Что? — пробормотал Тим. Джейсон не ответил. Внутри него натянулась нервная струна. — Что такое? — Почему ты чешешь шею? — рыкнул Джейсон. Тим нахмурился. — Она чешется, — ответил он. Джейсон схватил его за запястье и оторвал руку от горла. Тим закричал в протесте и попытался вырваться. Джейсон схватил его за подбородок и резко откинул голову назад. — Черт возьми, — пробормотал Джейсон. Тим пнул его по колену и вырвался, когда Джейсон застонал от боли. — Что это было? — Нам нужно вернуться в поместье, — сказал Джейсон и снова потянулся к нему. — Почему? — Тим отпрянул. — Нам просто нужно, давай! Он задрожал, ненавидя ярость в голосе Джейсона, но стоял на своем. — А как же патруль? — Ты не можешь его продолжить. Тим упрямо вытянул подбородок вперед. — Могу. — Нет, — прошипел Джейсон. — Ты не можешь. — Мы уже делали это, — напомнил Тим. — Я могу сделать это снова. — Черт возьми, малыш, ты должен… — Спорим, что сделаю это и поймаю еще больше плохишей, чем ты, — бросил вызов Тим и развернулся на пятках. — Подожди! — закричал Джейсон и попытался схватить его за плащ. Тим, должно быть, пнул его сильнее, чем думал, или нашел слабое место в его броне, потому что Джейсон пошатнулся, хромая на ногу. — Робин! — Давай, Худ! — крикнул Тим через плечо, бегая к краю здания. — Мы закончим, прежде чем кто-то даже заметит, что мы ушли! — Робин! Тим спрыгнул с края здания, выстрелил крюком и унесся в ночь.