Первая любовь — любовь последняя

Двери главного входа распахнулись и в зал вошли двое высоких, крепких мужчин в черных костюмах, а за ними еще один... О, боги, ей это показалось? Нет... Только не он. Август, чёрт его побери, ван дер Хольт собственной персоной! И что он тут вообще забыл? Элизабет собралась уходить из зала, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок, но её практически сразу поймала под локоть администратор. — Куда это ты? Недавно только с перерыва вышла. Новый гость на тебе, не опозорь нас, — ободряюще улыбнувшись, произнесла молодая блондинка, снова отправляя девушку в зал, перед этим вручив ей меню. Ладно, ей точно стоит успокоиться. Может, он её и вовсе не помнит, не узнает. Хотя, сам-то он и не особо поменялся внешне, впрочем, как и она. Правда, Элизабет выглядела достаточно вымотанной и бледной. Подойдя к нужному столику, за которым он расположился, рыжеволосая осторожно положила перед Хольтом меню, натянув поддельную улыбку. — Добрый вечер. Рады приветствовать вас в нашем заведении. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим актуальным меню и я сразу же приму ваш заказ. Время приготовления заказа зависит от сложности блюд, входящих в него, но обычно не занимает более тридцати минут, — спокойно пояснила девушка, достав из кармашка небольшой блокнот и ручку. Мужчина, скучающе зевнув, махнул охране, давая понять, что те могут и выйти покурить. Подняв взгляд на официантку, Август долго всматривался в её лицо, а затем посмотрел на её бейдж, как-то грустно усмехнувшись. Вот так встреча. — Ну здравствуй... Лисичка, — взяв в руки меню, он открыл его и принялся читать. — Что привело тебя в такое место? Удивлён, что ты здесь лишь официантка, а не владелица. Твои родители позволили тебе заниматься столь неблагодарной работой? — задумчиво хмыкнув, шатен, не отрывая взгляда от меню, чуть нахмурился, вспоминая их последнюю встречу. Да уж... Разошлись на печальной ноте. Интересно, она замужем? Есть ли у неё дети? Сделала она тогда аборт или нет? Так много вопросов, но захочет ли она с ним говорить после того, как он с ней поступил? Элизабет и не стала бы его обслуживать вовсе, не стала бы подходить, но это был не вопрос её желания. — Так уж вышло, что моя беременность была неугодна моим родителям. Я больше не являюсь частью той семьи, — коротко ответила она, — Вы сделали свой выбор? — вежливо поинтересовалась рыжеволосая, ощущая, что ей становится не по себе в его присутствии. — Это... Очень печально. Ты всё же родила? И как? Мальчик, девочка? Живешь с кем-то? Извини, что вот так расспрашиваю. Над заказом ещё думаю, — начал осыпать вопросами он, но делал это будто бы непринуждённо и совершенно спокойно. Всё это время он жил с мыслью о том, что, вероятнее всего, Элизабет сделала аборт, а после уехала учиться заграницу по настоянию родителей. Ошибался, значит? Выходит, у него, возможно, есть ребёнок? Сейчас он плодовитостью похвастаться не мог, после той трагедии и многочисленных экспериментов и операций он попросту стал бесплоден. — Дочь. Я живу с своей дочерью, — уже начиная нервничать от подобных разговоров, девушка крепко сжала в руке золотистую ручку. — Дочь, значит... Как зовут? Большая уже, наверное, — по-доброму улыбнувшись, мужчина закрыл меню. — Я на работе, мне не до болтовни. К тому же, тебя это и вовсе не должно волновать. Нужно было думать раньше. Озвучивай свой заказ, я передам его поварам, принесу и больше мы с тобой не увидимся. Договорились? — негромко произнесла она, тихо вздыхая. Август лишь вскинул бровь. Не то чтобы он был удивлён такой реакции на себя, заслужил, но всё же... Может, он хотел бы ей помочь? Неужели и от помощи откажется? Хотя... Наверняка ведь откажется. Гордая. Если только её не изменило материнство. — Мне очень жаль, что я поступил с тобой так в тот день, и я хотел бы искупить свою вину. Если понадобится помощь, то ты можешь в любой момент написать или позвонить мне, — достав из кармана визитку со своими данными для связи, он протянул её девушке. Она же, взяв визитку, положила её перед ним, давая понять, что помощи от него не примет. Мол, одиннадцать лет одна справлялась и сейчас сама справлюсь. — Ваш заказ? — уже чуть более настойчиво спросила девушка. Август, покачав головой, прикрыл глаза и тяжко вздохнул. Придётся как-то самому пытаться найти подход. Пусть эта встреча и случайна, он уже давно размышлял над тем, чтобы как-нибудь с ней увидеться, узнать, как у неё дела, да даже просто поговорить. Он скучал, очень часто думал о Элизабет, винил себя в том, что наговорил ей тогда и хотел извиниться. — Паста с креветками в сливочном соусе, цезарь и чашка эрл грея. Спасибо, — благодарно кивнув, озвучил мужчина. Записав заказ, рыжеволосая повторила его, уточняя, как полагалось, после чего ушла на кухню, передавая всё поварам. Август, решив не терять времени, подошёл к девушке администратору и договорился с ней о том, чтобы та позволила Элизабет уйти на перерыв хотя бы на полчаса, дабы та могла присоединиться к нему, мол, уж очень она ему понравилась. Естественно, без небольшой взятки не обошлось. — Элизабет, у тебя свободных полчаса. Джентльмен в синем костюме желает с тобой побеседовать, — зайдя на кухню и найдя там Харрис, озвучила светловолосая. — Передай ему, что за один стол я с ним сяду только через свой труп, — хмыкнув, рыжеволосая скрестила руки под грудью и закатила глаза. — Не спорь! Не каждый день тебя такой мужчина приглашает к себе просто поболтать, — усмехнувшись, Кларисса вытолкала её с кухни. — Да чёрт бы вас всех подрал... — пробубнила себе под нос Элизабет, всё же выходя в зал и снова подходя к его столику. — Да что тебе от меня нужно? Ты уже достаточно сделал для того, чтобы испоганить мою жизнь. Что? Что ты хочешь?! — резко усевшись напротив и скрестив руки под грудью, она закинула ногу на ногу. Август за все эти годы очень многое переосмыслил, стал смотреть на многие вещи иначе. — Я хотел бы увидеть ребёнка. Когда у тебя выходные? Я могу подъехать сам, только напиши ваш адрес. Обещаю, что если девочка нисколько не похожа на меня, я вас больше не потревожу, — достав из кармана смартфон, чтобы, в случае чего, записать в заметки адрес, он положил его рядом. Элизабет безумно раздражало то, что он по сей день смел думать о том, что она могла ему изменить. — Ты чертов идиот, Август. Я забеременела и родила от тебя. У неё твои глаза, твой цвет волос и даже, чёрт возьми, привычки практически одинаковые! И знаешь что? Я не позволю ей узнать об отце, который отказался от неё ещё до её появления на свет. Не смей лезть в нашу жизнь. Если я увижу, что ты или твои амбалы ждёте её у школы или пытаетесь подойти на улице - обычной повесткой в суд вы не отделаетесь, — легонько хлопнув ладонью по столу, рыжеволосая нахмурилась. — Я имею право увидеть своего ребёнка и... — не успел он договорить, как Элизабет его перебила: — Закрой свой поганый рот. Ты обвинил меня в измене, прогнал и отказался даже попытаться выслушать. После всего этого ты просишь меня о встрече с дочерью, которую я одиннадцать лет выращивала одна, убиваясь на нескольких работах, а ты даже не удосужился хотя бы раз написать и спросить, как у меня дела? — встав с места, девушка тихо хмыкнула. — Я думал, ты сделала аборт после своей ссоры с родителями. Откуда мне было знать, куда ты уехала и как жила последующие годы? — кажется, он тоже постепенно начинал закипать. Об этом говорили и ощущения в его теле, усиливающиеся импульсы. — Откуда было знать? О, боги, это ты меня за дуру держишь? С твоими связями при желании можно отыскать человека на другом материке по щелчку пальцев. При желании, Август. Выходит, не так уж ты и желал меня видеть, — ядовито усмехнувшись, девушка развернулась и ушла на кухню. Ей не о чем было с ним разговаривать. Когда-то Август ван дер Хольт был её первым, любимым и единственным, но не сейчас. Сейчас Элизабет ненавидела его всем сердцем за тот поступок. Простит ли когда-нибудь? Чёрт знает. Спустя где-то минут семь она принесла ему заказ и, спокойно пожелав приятного аппетита, скрылась из виду. До конца смены осталось всего каких-то два часа. Он же тем временем написал одному своему знакомому, который за короткий промежуток обычно мог предоставить ему информацию о тех или иных людях. Достаточно было имени и фамилии девушки, чтобы уже через полчаса узнать её адрес, все места, где она работала, получить ссылки на её соцсети, номер телефона, адрес почты и имя дочери вместе со многими другими данными. Как раз ближе к получению документа с данными он закончил с трапезой. Достаточно поздно, но, может, стоит попытать удачу и съездить по адресу, где Элизабет сейчас проживает? Несмотря на то, что она была категорически против, Август хотел встретиться с малышкой Оливией и убедиться, что та и вправду, по словам Лиз, очень похожа на него. Его водитель подъехал уже через пару минут, однако, вместо того, чтобы поехать домой, Хольт махнул рукой мужчине за рулём и наказал ехать в сторону круглосуточного цветочного магазина. Там обычно продавались и плюшевые звери. Сказать, что продавщица была удивлена тому, что какой-то мужчина поздним вечером, уже к ночи, скупил половину плюшевых игрушек и купил огромный букет из самых дорогих алых роз — ничего не сказать. — Провинились так сильно, что ли? Впервые за время моей работы мужчина берёт так много игрушек. Или ваша дама просто слишком сильно их любит, а вы – её? — улыбнувшись, поинтересовалась женщина лет пятидесяти. — Можно сказать, что провинился. Очень и очень сильно, но не будем вдаваться в подробности этой истории. Сколько выходит за всё? — с лёгкой улыбкой поинтересовался Август, достав из внутреннего кармана пиджака бумажник, а затем карту. Оплатив всё, он поручил своим людям погрузить всё в машину, после чего едва смог усесться туда сам. Явно переборщил с игрушками... Но ничего. Это, наверное, того стоит. Элизабет на вряд ли стала бы врать ему о подобном. — Джаспер, вот на этот адрес и побыстрее. Хочу успеть всё за сегодня, — протянув водителю листок с написанным адресом, мужчина устроился поудобнее. Минут через десять они были уже на месте. Вооружив двоих телохранителей медведями, зайцами и всякой другой "живностью", сам Август взял лишь букет. Поднявшись на нужный этаж, он нашел нужную дверь и позвонил в звонок. По-началу было тихо, но потом, спустя полминуты, за дверью послышалось шуршание и топот небольших ножек.