Клематис

Намджун был доволен, словно сытый кот, наблюдая через окно, как папа, Тэ и Джин пьют чай в саду. Он ужасно нервничал, когда знакомил избранника с семьей, но Джин явно умел быть обходительным, если хотел. Тэхён был заведомо настроен положительно к «тому самому Сокджину», а папа очень быстро сдался его природному обаянию. Один лишь Король всё ещё поглядывал на юношу с подозрением, но он всегда был довольно осторожен с окружающими его людьми. После знакомства Джин признался жениху наедине, что слегка побаивается Его Величества. Хотя кому и кого следует бояться - вопрос совершенно открытый. Официальная аудиенция оставила о женихе кардинально обратное впечатление. Совет, как и ожидалось, был настроен крайне отрицательно и не выказал должного уважения «безродному» омеге. Джун думал, что это расстроит возлюбленного, но, к удивлению принца и величайшему удовольствию Юнги, Джин не остался в долгу за нанесённое оскорбление. Выслушав нападки в свою сторону, он прошёлся по каждому из восьми присутствующих, исключая Короля, Намджуна и Юнги, вместо того, чтобы играть в смирение и скромность. Двое из советников, оказалось, тоже ранее пытали счастья в доме Кимов. — Граф Пак, помнится, за чаем в нашем доме моя безродность Вас не смущала. Ах да, Вы, должно быть, были ослеплены моими глазами? Так много говорили про их красоту. Я крайне чётко помню Ваши речи. Каждое слово.— обворожительно улыбнулся Джин, вальяжно присаживаясь на отведённое ему место. — Барон Ли, Вас тоже рад видеть в добром здравии. Как швы, зажили? Вам удобно сидеть? Может, отдать вам мою шёлковую подушку? Она очень удобная! Другим же Сокджин прозрачно намекнул, что прекрасно знаком как с мужьями уважаемых, так и с любовниками, а у одного с деланным сочувствием поинтересовался, не разродился ли его сын ещё, и собираются ли играть свадьбу с безродным поваром — отцом ребёнка. Задел каждого, каждому дал знать, чего стоит вражда с ним. — Может, отбить его у тебя? — задумчиво протянул Юнги, вставая рядом и тоже смотря на чаёвничающих королевских особ. — Всё ещё под впечатлением? — фыркнул Джун. — Руку на сердце, очарован. — придворный взаправду положил ладонь на грудь. — Да за одно побелевшее лицо старикана Чхве я сам готов встать на колени и ему от… — Ты всё ещё говоришь о моём женихе, следи за языком,— пригрозил Джун. —…весить глубокий поклон и ручку поцеловать. Целомудренно, разумеется. — не поведя и бровью закончил маркиз, — Даже я не знал про беременного сынишку, а я всё знаю, Джун. — Тогда просвети, что там за шрамы у Барона Ли? — Собачки твоего жениха попортили ему портки на смотринах, зацепив и мягкое место. — пожал плечами Юнги. — Я думал, ты знаешь. Тэ щебетал об этом с неделю, впрочем, не упоминая чьи были смотрины. Но тут уж не сложно сложить картинку. — Мне стоит быть внимательнее к россказням брата. — покачал головой Джун, посмеиваясь. Они оба были так увлечены видом из окна, что не заметили, как к ним бесшумно подкрался Чимин. — Ваше Высочество, маркиз, — поклонился он и протянул принцу записку. — это от господина. Он так же желает знать, сможет ли увидеться с Вами вечером. — Передай, что буду ждать у пруда. — положительно отозвался он, разворачивая листок и пробегаясь по аккуратным строчкам. Затем приподнял брови. — Кто такой Сильвер? — спросил он у Чимина. Тот слегка улыбнулся. — Любимый конь моего господина, Ваше Высочество. — Затем, подумав, добавил. — шайр. Намджун засмеялся, убирая записку в карман. Да, теперь ультиматум «Выдели мне коня, или я попрошу родителей прислать мне Сильвера, и он съест весь ваш овёс» звучал весьма резонно. — Передай, что он волен выбрать любую лошадь в конюшне. Может, моя Молния придется ему по вкусу. — добавил Джун к своему сообщению. Чимин кивнул и развернулся, чтобы уйти, но был окликнут снова. — Вы хорошо устроились? Я просил обеспечить комнаты рядом, но, к своему стыду, не проверил, как они были в итоге подготовлены. — поинтересовался принц. Юноша явно удивился, но постарался не подать виду. — Всё прекрасно, благодарю за беспокойство. Я довольно быстро адаптируюсь к новому. Что касается моего господина, он не из тех, кто станет молчать, если что-то вызывает неудобства. — поклонился Чимин снова. — Вам тоже не стоит молчать, милорд,— подал голос до того отмалчивающийся Юнги. — Не стесняйтесь обращаться по любому поводу. Я чаще всего решаю вопросы, касающиеся благополучия Его Высочества, а Вы и Ваш господин теперь непосредственно его касаетесь. Намджун удивлённо повёл бровью. Друг впервые добровольно напрашивался на дополнительную работу. Чимин поклонился в сторону маркиза. — Премного благодарен за вашу милость, однако знаю своё место и не посмею тревожить господ по пустякам, не достойным их внимания. — отчеканил юноша, и, пожелав доброго дня, удалился. — Я думал, ты извинился перед ним?— спросил Намджун, любуясь выражением лица друга, которого так деликатно отшили. — При первой же возможности, — подтвердил придворный и вздохнул, — но после позволил себе снова сказать лишнего. Сам знаешь, мой язык порой действует быстрее, чем я успеваю обдумать то, что с него срывается. — досадливо пробормотал он, провожая удаляющегося парня взглядом. — Никогда бы не поверил, что у тебя не выходит найти общий язык с омегой. Теряешь хватку. — подначивал Джун, кинув последний взгляд в окно, прежде чем направится в свой кабинет. — Скажешь тоже.— закатил глаза Юнги. — С омегами у меня всё прекрасно. А это... птенчик же, вроде нашего Тэ. Не переживай, подружимся. — отмахнулся Юнги, направляясь следом. Отец достаточно рано стал посвящать сына в королевские дела, поэтому Джун довольно много времени проводил за работой. На этот раз пришлось пропустить ужин, и хорошо, что Юнги принёс что-то, передав недовольство Короля-супруга касаемо пренебрежения приёмами пищи. И всё тот же Юнги покачал своими часиками перед лицом Джуна после, напоминая, что его, вообще-то, ждёт в саду жених. — Опаздываешь, — поморщился Сокджин. Чимин, что тенью сопровождал юношу, с легким поклоном тактично удалился, шепнув что-то своему господину. Принц уже приготовился извиняться, но судя по тому, что в следующий момент оказался в нежных объятиях, Джинни вовсе не злился. Джун улыбнулся, обняв в ответ, и это было так правильно и приятно - обниматься после загруженного дня. — Папа с братом не сильно тебя утомили? — спросил, когда они присели на скамью. Джин устроился поудобнее на плече парня, любуясь прудиком. — Нисколько. Премного благодарен за ласковый приём, у тебя чудесная семья. Я даже не ожидал, что они будут так благосклонны. Его Величество пообещал завтра представить меня своим придворным и взял обещание сопровождать его в королевских делах чтобы учиться управлять внутренним двором. — судя по перемене в голосе, Джин немного смутился. — Скажи, если папа слишком напирает, я поговорю с ним. — заботливо предложил Джун. — Что ты, мне только в радость. Знаешь, как правило, жизнь до замужества у омег весьма скучна. Мне очень нравится здешняя оживлённость, и общество Его Величества тоже чрезвычайно приятное. А Тэхён пообещал показать мне округу верхом. — Так вот к чему была утренняя угроза. — засмеялся принц, за что тут же получил по руке. — Правильно. Бойся, будь почтителен и верен, иначе пожалеешь. Вот такой вот омега тебе достался. — наигранно запричитал Джин. — Это я осознал ещё на совете с утра. Честно говоря, Юнги дважды пихнул меня под столом, шипя, чтобы я подобрал свою челюсть. — поделился принц. — Я переборщил? — закусил губу юноша, но тут же мотнул головой, мол, сделанного всё равно не воротишь. — Всего лишь показал характер и совершенно очаровал моего лучшего друга. — тут же уверил его принц, беря за руку. — Прошу тебя лишь быть осторожным. Позиция силы становится опасной, стоит только потерять бдительность. — Не волнуйся, я хорош в этом. — уверенно отозвался Джин, — Я не вчера родился и уже давно вхож в общество, в котором на меня изначально смотрят свысока. Конечно, это давит. За каждую мою ошибку всегда цепляются куда ревностнее, чем за чужие, я привык. Вышколил манеры, отточил навыки, обзавёлся полезными знакомствами.— юноша вздохнул и устало приластился ближе. — Наверное, Король теперь считает меня скандальным и того хуже? Неутешительное первое впечатление. — высказал он единственное сожаление. — Уверен, он сделал правильные выводы. Отец всегда видит больше всех нас. — со знанием дела последовал ответ. Джин вдруг повернулся, заглядывая в глаза наречённому. — Когда ты внезапно сделал мне предложение после поцелуя, я счёл тебя легкомысленным, но ты ведь безумно вдумчивый человек, я прав? — выпалил парень. — Я не жалуюсь, но не понимаю. Как ты так опрометчиво решил что я тот, кто тебе нужен? Вдруг я псих? Или интриган, скандалист и хам? — с серьезным лицом спросил он. Намджун улыбнулся и медленно поднес ладонь парня к губам. — Ты прав, я обычно очень аккуратен в решениях. Даже по пустякам могу долго размышлять, прежде чем сделать выбор. — поделился Джун подробно, — Юнги посоветовал мне ни за что не говорить тебе об этом, но я скажу. У меня был список критериев для будущего супруга. Опережая вопрос, я тебе его не дам, он уже пеплом лежит в камине моего кабинета, ибо потерял всякий смысл, стоило мне встретить тебя. Ты - моё первое необдуманное решение, и пока я лишь продолжаю убеждаться в его верности, хотя и без всяких доказательств чувствую это. — И… всегда ты такой? — густо краснея, задумчиво спросил Джин, намекая на сладкую до боли в зубах высокопарность речей. Признаний он наслушался немало, и научился не бегать от них, как обморочный. — Вообще, нет. Сам с себя диву даюсь. — Болен, должно быть. — Тобой и болен. Повисла пауза, а после они одновременно захохотали, словно дети после шалости. — Видишь, что ты со мной творишь? — отсмеявшись, наиграно возмутился Джун, чувствуя, что нашёл, как описать то, что царит между ними. Понимание. Будто они сообщники с общей тайной, знакомые тысячу лет. Это чувство удовлетворения от полного взаимопонимания перевешивает все те глупости, что он старательно выводил на листке с тех пор, как отец наказал задуматься о выборе избранника. Именно это он так побоялся упустить, поняв, что если будет медлить, то Джинни может ускользнуть в руки другого. Они ещё немного погуляли, крадя у друг друга поцелуи куда целомудреннее их первого, прежде чем Намджун сопроводил жениха до его новых покоев. — Не обманывают ли меня глаза? Неужели в раю штормит? — подкрался через несколько дней Юнги к Чимину, что наблюдал за ссорой обручённых со стороны, абсолютно ничего не предпринимая. Тот слегка вздрогнул от неожиданности, но только улыбнулся, кивая придворному в знак приветствия. — Ураган, представьте себе. Уже час грызутся. Но Дж... мой господин явно сдерживается. Юнги проследил за экспрессивными всплесками рук Сокджина и закономерно вопросил. — С чего Вы так решили? Чимин хихикнул. — В Его Высочество ещё не прилетела ни одна из книг. — В чём ссоры-то причина? — поинтересовался придворный, присаживаясь на край стола. — Его Высочество случайно заметил нас здесь, — компаньон обвел рукой библиотеку, в которой и происходило действо. — поинтересовался о названии книги, что увлечённо читал мой господин, а затем имел неосторожность сказать «И ты читаешь эту глупость?» — поведал он, подперев рукой щеку. — А потом начал настоятельно рекомендовать литературу, по его мнению, достойную. Вот и началось amicus mihi plato sed magis… Юнги присвистнул. А он-то уже подумал. Экспрессия такая, будто Сокджин принца с другим застукал, не меньше. А они всего лишь не сошлись во вкусах. — Всё, надоело, учитывайся своим Чаном сам! Какое расстройство, я выхожу за человека без вкуса! — взорвался громко Сокджин, направляясь к выходу. — Минни, пошли! Чимин кивнул Мину, пряча улыбку, и выскользнул в коридор вслед за негодующим. — Нет, ну ты слышал? — воскликнул взъерошенный Намджун, возмущённый и уязвлённый до глубины души. — Он знает наизусть вот эту дрянь, — потряс принц фолиантом в воздухе, — и что-то мне говорит про вкус! — Сам виноват, — улыбнулся Юнги, забирая книгу, чтобы полистать. — О вкусах не спорят. Дурной тон, знаешь ли. На тебя совсем не похоже. — Юнги покрутил книгу в руках, а затем заметил имя автора и засмеялся в голос. — Ах, так ты ревнуешь? Автор книги сей был крайне популярен в обществе сейчас, и они оба имели неприятность иметь с ним знакомство. — Не ревную, просто объективен. — надулся принц, — графоманство этого мерзавца не стоит того внимания, которое ему оказывают. — Надо же, какие заявления. А ты читал? — поинтересовался Юнги, пробегаясь по строчкам. — Конечно нет, много чести! Юнги цокнул языком. — Пока не требует поэта к священной жертве Аполлон… И меж детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней он. — проговорил придворный пришедшие на ум строки. Джун лишь закатил глаза. Мин же продолжал листать роман. — На первый взгляд, очень даже неплохо. Может всё же почитаешь, прежде чем обижать вкусы возлюбленного? — подмигнул Юнги, мягко улыбаясь. За всеми этими королевскими делами порой забывается, что Джуну лишь вот-вот минёт семнадцать, и он также подвержен простым человеческим чувствам и слабостям души. Джун неуверенно посмотрел на протянутую книгу, затем вздохнул и без особого удовольствия принял её из рук друга. — И пойдём уже, Король хотел тебя видеть. Правду говорит народная мудрость: беда не приходит одна. С одного из графств налоги не поступили в казну уже во второй раз, а наместник не отвечал на письма. Королевско-отцовское «съезди разберись» не поддавалось обсуждению, а это два дня пути только в одну сторону. Джун вышел из кабинета короля чернее тучи. Юнги тоже выглядел задумчивым. — Джун-а, при Его Величестве я не решился, но точно помню, что недостачи не было. Нехорошее это дело. Последовал кивок. — Но где обман, там или здесь? Поездки не избежать, иначе не узнаем. — протянул он задумчиво. А у Юнги нутро узлом. Предостерегает, бросает семена тревоги, но пока невнятной. — Я пойду прикажу снаряжать экипаж на утро, и ещё раз перепроверю все вексели, а ты ложись. Чем раньше завтра выйдем, тем скорее вернемся. Не нравится мне это. — Брось, я помогу тебе пересмотреть, в две пары рук и глаз быстрее управимся. Только схожу… —кронпринц не договорил, но Юнги и не надо было. — Беги быстрее прощайся, герой-любовник. — благодушно отпустил Юнги, удаляясь. Намджун появился через полчаса в кабинете, явно в более благодушном настроении. — Помирились?— ехидно хмыкнул придворный. — Нет. — слишком охотно для отрицательного ответа отозвался принц. — Тогда с какой радости светишься? — Всё тебе расскажи. — Из приступа вредности закатил глаза принц и забрал себе половину бумаг. Косвенный ответ на свой вопрос Мин получил лишь на следующее утро, когда недовольный и сонный Джин на пару со спящим на ходу Чимином ещё до восхода солнца провожали их в путь. Юнги не мог сопротивляться плохому предчувствию и обратился к приближённому, незаметно позвав в сторонку. — Будьте бдительны, пока нас нет. Не покидайте лишний раз стен замка, проверяйте еду. Не оставляй своего господина одного надолго. Чимин испуганно округлил глаза, но Юнги приложил палец к губам, глянув в сторону Джина, что сверлил взглядом принца, явно погружённый в свои тяжёлые думы. — Просто предостережение. Скорее всего я ошибаюсь, но лишняя осторожность не навредит. — маркиз очень хотел ошибаться, пускай всё это будет просто его маленькой паранойей. Чимин медленно кивнул, давая понять, что всё понял и принял к сведению. Когда пришло время отбывать, Сокджин приблизился к принцу, смотря в упор, очень и очень хмуро. А затем без единого слова притянул к себе за лацканы, утягивая в долгий поцелуй прямо на глазах у всего двора. Оторвавшись, омега облизнул губы, резко развернулся и поспешил скрыться в замке, всё ещё не проронив ни словечка. А принц, не тратя время, сел в экипаж к Юнги, и, старательно скрывая улыбку под маской сосредоточенности, открыл графоманский роман.