Клематис

Королевскую чету в маленькое путешествие провожали всем дворцом. Намджун долго говорил с отцом о делах и распоряжениях на крайний случай, прежде чем Его Величество Король снизошёл до отеческой улыбки и крепкого рукопожатия. Ещё пару лет назад кронпринц позволял себе и более нежные проявления привязанности к родителю, но сейчас было уже не солидно. А вот Тэ повиснуть на шее у отца никто не мешал, чем младший с удовольствием и воспользовался. — Дядя так много пишет про море. Привезите мне какую-нибудь ракушку! — попросил принц, жмурясь от поцелуя в лоб. Намджун оглянулся на папу, что шептался с Джином. Юноша слушал короля-супруга с очень сосредоточенным лицом, до белых костяшек сжимая в руках королевскую печать, что была временно доверена ему. — Сокджин, подойди. — вдруг раздался голос отца. Джин удивленно и растерянно поднял взгляд на монарха, но кивнул и послушно приблизился, слегка приседая в поклоне. Их отношения всё ещё были достаточно прохладными и несколько неловкими, однако ещё ни разу король не попрекал сыновий выбор избранника, и даже более того… Сомкнув руки за спиной, Джун с теплом на сердце и слегка забавляясь картиной наблюдал, как расширяются глаза Джина, когда строгий и сдержанный король оставляет на его лбу такой же лёгкий и деликатный поцелуй, какой мгновение назад подарил родному сыну. — Присматривай тут за ними. — наказал он, отступая. — Непременно, Ваше Величество. Легкой вам дороги. — пролепетал в ответ юноша, опуская взгляд. — Пускай ветра укроют вас. Как только короли устроились в экипаже и отбыли, кронпринц приблизился к жениху, обнимая за плечи. Джин повернул голову и улыбнулся с весьма искренней радостью. — Не такой уж отец и страшный, а? — ухмыльнулся Джун. — Я никогда не говорил, что он страшен. Разве не естественно испытывать трепет перед своим правителем? — возмущённо фыркнул Джин, но тут же был задобрен лёгким поцелуем в щёку. — Совершенно естественно. Пойдём, иначе замёрзнем, ветра всё ещё холодны. Принц никогда не обманывался тяжестью королевского венца и, даже временно беря на себя все обязательства, испытывал большие трудности. Как уже упоминалось, обыкновенно Джун долго взвешивал свои решения, и был категорически не готов к тому, что порой приходится решать жизненно важные вопросы очень быстро. Благо, рядом был Юнги, который, напротив, привык действовать стремительно и только после разбираться с последствиями. Они отлично уравновешивали друг друга. Сил придавал и Сокджин своим примером, взявший внутренний двор в оборот с завидной решительностью. Даже Тэхёна приобщил к делам, хотя тот обычно искусно увиливал от участия в событиях, для него личного интереса не представляющих. За неделю королевского наместничества Джун осознал, почему родители всегда так упорно настаивали на хоть одном семейном приёме пищи. Он мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз они с Джинни виделись за это время. Учитывая, что и спали они по разным покоям, картина вырисовывалась совсем уж печальная. Однако подводить отца совсем не хотелось, и парень смиренно тосковал по возлюбленному, занимая всё своё время и голову работой. Совершенно очевидно, он слегка подзабыл, на каком омеге собирался жениться. На вторую неделю положение дел осточертело Джину, и он, несмотря на усталость, собственными руками начал приносить Намджуну ужин прямо в кабинет, а сам со всеми удобствами устраивался на облюбленном диване, банально там же и засыпая. Иногда их хватало на короткий диалог, пока кронпринц вкушал яства. Подобное завершение дня и упорство жениха грели сердце Джуну. Новая вечерняя повадка Сокджина освободила вечер для их верных протеже, что не хотели мешать милым свиданиям. И если Юнги мудро тратил это время на дополнительное время для сна после напряжённого дня, то Чимин позволял себе всё дольше задерживаться в тренировочном зале. Тихий стон боли вперемешку с удовольствием раздался в покоях. — Ах, ниже, прошу… — взмолился Чимин, утыкаясь в подушку лицом, глуша ещё один болезненный стон. Принц, что восседал сверху, фыркнул и выполнил просьбу, надавливая сильнее и тихо ругаясь. — Терпи. Будет тебе уроком. — буркнул, от усердия закусив губу. — Все мышцы забил. Я ведь наказывал тебе не переусердствовать, а ты… — ещё один стон прервал тираду, но сказать в свою защиту юноше было нечего. Наказ действительно был. И Чимин действительно им пренебрёг, беря всё от свободных часов. Он прикусил уголок подушки, зажмурившись, стараясь перетерпеть махинации друга. Спустя несколько минут спазмы начали отпускать. — Легче? — вздохнул Тэ, садясь на край постели, пока Чимин застегивал свою блузу. — Намного, благодарю. — выдохнул Пак, поднимая взгляд на принца. — Прекрати измываться над собой. — повторяя точь-в-точь интонации своего папы, отчитывал младший. — смотри, на тебе уже и блуза сидит не так, как прежде. — кивнул он на рукава, которые взаправду обтягивали плотнее. — И все ладони в мозолях. Продолжишь в том же духе, начнут со спины с альфой путать. — пригрозил он, на что Чимин только добро усмехнулся. Подобное волновало его в последнюю очередь, Тэхён выбрал не ту тактику, чтобы стращать. Юноша действительно начал замечать в зеркале, как невысокий, гибкий и изящный стан начал приобретать несколько резкие черты, что мало ценились среди омег. Ну и пусть. — Я постараюсь.— пообещал он, но Тэхён не выглядел убеждённым. Он очень хотел спросить о том, что движет придворным в маниакальном желании освоиться с оружием, но молчал, понимая, что в ответ Пак будет в праве требовать такого же честного ответа. Тайный пакт связал узами дружбы, но оба избегали откровений, стыдясь признаваться в побуждениях души. Подавив ещё один тяжелый вздох, Тэ встал и открыл сундук, что служил ему местом хранения дорогих сердцу вещей. — Тогда у меня есть подарок для тебя, — сказал он, доставая с самого дня роскошные ножны. Чимин от удивления даже в рукав камзола рукой не попал. — Ваше Высочество, не… — Не начинай, — прервал его Тэхён вставая и протягивая меч. — Минни, я не знаю причину твоего упорства. Может, она сходится с моей, может нет, но как твой друг, я хочу поддержать тебя. С тех пор как ты и Джинни появились в замке, моя жизнь окрасилась новыми красками, о которых я и помыслить не мог. — холодный металл скользнул в руки Чимина, и тот восхищенно провёл ладонью по изящным ножнам. — Спасибо, я буду беречь его. — шепнул он, улыбнувшись. — но мне совершенно нечего дать тебе в ответ. — Как насчёт обещания? — предложил Тэ, протягивая мизинчик придворному. — Пообещай… ну, скажем, три вещи. Это же достойная цена за такой хороший меч? Чимин, не раздумывая, зацепил мизинец своим, и Тэхён засмеялся. — Даже не выслушаешь, что я хочу? А вдруг попрошу тебя в неглиже прогуляться по замку или бросить Джинни и уехать жить на окраину страны? — Ай, — Минни отдёрнул руку, — нет, такое обещать не могу. — покачал он головой. — Тогда сперва выкладывайте, Ваше Высочество. — Хорошо. Первое, — вытянул палец с перстнем Тэ,— ты не будешь использовать этот меч чтобы загонять себя в могилу тренировками. Я, как учитель, не хочу чувствовать вину за это, понятно? — вот теперь рычаг давления был подобран как следует, — Второе, никогда не поднимай этот меч против королевской семьи. — Да я бы никогда! — возмутился Пак, смешно вытянув лицо. — Знаю, тогда проблем с этой частью у тебя не будет? — лукаво улыбнулся Тэ. — и последнее. Обещай, что когда придет время и я покину замок… не делай такое лицо, Минни, рано или поздно это случится. Мне никто не мил среди придворных, значит, однажды мне придется, как и дяде Ёни... — по тону, которым произносились эти слова, можно было сказать наверняка, что принц много думал об этом. — пообещай мне, что наша дружба не прервётся, и будет так же прекрасно цвести, как у дяди и папы, несмотря на то, сколько дней на перекладных будут разделять нас. Выслушав принца, Чимин уверенно протянул ему мизинец. — Такие обещания я смогу сдержать. — они скрепили обещание, и Чимин опустился на колено, положив меч в ноги Тэхёну, будто рыцарь. — Более того, я не собираюсь обременять себя хозяйством, что нельзя оставить, и обещаю навещать так часто, как мне будут рады. Пожалуйста, Ваше Высочество, не печальтесь так. Вас куда больше красит улыбка. — затем придворный встал и отряхнул колени, лукаво улыбаясь.— Раз уж речь зашла о будущем, не соблаговолит ли Его Величество узнать, как у простых смертных принято гадать на суженного? Могу научить. Как и полагается истинному поклоннику всего чудного, глаза Тэхёна заблестели детским интересом. Юноши достали блюдце, бумагу и свечу. Камин был оперативно потушен, как и все прочие источники света. Чимин дал в руки принца лист и сказал хорошенько смять. Как только аккуратный комочек сгорел, они стали водить свечкой вокруг, выискивая образы в тени на стене. — Смори, похоже на толпу людей.. это значит давление. А вот так? — Мм… похоже на волчонка? — предположил Тэ, вглядываясь в тени с особым усердием. — Волк - это к переменам от нового знакомства, — со знанием дела пояснил Чимин, — Давай ещё вот так повернём. — О, теперь это… не знаю. На арку похоже? — Ворота. Они всегда значат что-то новое, к примеру переезд или… раз уже мы гадаем на свадьбу, значит ей точно быть. — Чимин попытался сопоставить знаки в стройное предсказание. Но принц, кажется, уже и сам определился. — Давление, перемены, свадьба. Похоже на политический брак? — спросил он. — Не обязательно. — качнул головой Чимин. — очень даже неплохое предсказание. Судя по всему, суженный не среди твоих знакомцев. Возможно, вы познакомитесь в не самых приятных обстоятельствах, но всё закончится новым начинанием. — Если ты так говоришь, я поверю. — усмехнулся Тэ, и хитро улыбнулся. — Твоя очередь. Давай и на твою судьбу взглянем! Чимин замотал головой, отказываясь. Но Тэ так убедительно уговаривал, что быстро сдался. В конце концов, это лишь игра, верно? Они проделали те же манипуляции, высматривая образы. На этот раз удалось разглядеть Льва и весы. Первый указывал на сильного покровителя, а второе - на принятие важного и сложного выбора. Как бы они не пытались, других образов разглядеть не получалось. Или, по крайней мере, Пак решил не озвучивать, что обрывки теней похожи на развалины, что ничего приятного не сулили. Не успели парни обратно зажечь свечи, как в комнату без стука ввалился Юнги. — Нельзя же так врываться! — возмутился Тэ, — вдруг мы в неглиже. — начал было принц, тут же отмечая что сам Юнги был в своих спальных одеждах, весь взъерошенный и растерянный. — Слава небу, я успел первым. — выдохнул Юнги, не обращая внимания на слова юноши, ступая в покои. — Тэтэ…— сказал он так мягко, как никогда не говорил с младшим из принцев, и протянул руку. Стало понятно - случилось что-то ужасное. — Ты меня пугаешь, что стряслось? — озабоченно вопросил парень, принимая руку. Через открытую дверь стало слышно, что во дворце поднимается переполох в столь поздний час. Юнги вдруг повернулся к Чимину. — Ты знаешь, где Джун и Джин? Я не смог их найти. Растерянно моргнув пару раз, Чимин нахмурился, стараясь сообразить. Его взгляд зацепился за то, как нервно маркиз перебирает ладони Тэхёна. — Разве они не в кабинете Его Высочества? — получив на вопрос отрицательный кивок, Чимин попытался вспомнить, о чём сегодня говорил с Джином, затем щелкнул пальцами, ловя за хвост догадку. — А в музыкальной комнате? Кажется, они собирались… — Там не проверял. — перебил Юнги, — Беги, найди их. Скажи, чтобы срочно шли в тронный зал, там им расскажут, или я уже подойду. Потом возвращайся сюда и будь с Тэхёном. Давай! — приказал Мин, и Чимин не смел ослушаться, тут же сорваться в места, уже только эхом слыша возмущения младшего и требования объяснить, наконец, своё поведение. Что ответил Юнги, Чимин уже не расслышал. Когда придворный добрался до музыкальной комнаты, то оба влюблённых уже выбежали из неё сопровождаемые слугой, который был быстрее. Они вместе поспешно явились в тронный зал, где терпеливо ожидал какой-то незнакомец. Чимин помнил наказ, но любопытство пересилило, и он задержался, чтобы выяснить причину ночного переполоха. При ближайшем рассмотрении человек оказался матросом, одетым в обрывки формы королевского флота. Он был весь грязный, еле держался на ногах. Увидев кронпринца, он тут же упал на колени с облегчением и бесконечно несчастным выражением лица. Его причитания были настолько обрывочными, что Намджуну пришлось отдёрнуть беднягу и приказать говорить яснее. — Горе, Ваше Высочество, великое горе! Ваши родители, наши возлюбленные короли... море стало им могилой. Сии слова, прозвучали как страшный гром, ужаснейший из приговоров. Чимин ахнул, закрыв рот ладонями и отступая назад. Джин тут же с большой тревогой вцепился в Джуна, которого чуть не подвели ноги в то же мгновенье. Поняв, зачем маркиз приказал немедленно вернуться, Чимин вновь побежал, решив, что здесь разберутся и без него. Если уж Намджун дрогнул, то Тэ… Безутешно рыдал на плече Юнги, когда Чимин вернулся, тут же падая перед младшим на колени. — Идите, маркиз, идите. — махнул он в сторону двери. — Я буду здесь. Вы нужны там. Юнги коротко кивнул, передавая плачущего в руки Пака и удаляясь. Эта ночь была самой тёмной и длинной для всех обитателей замка. Только когда забрезжил рассвет, придворному удалось уложить обессилевшего от рыданий Тэхёна в постель. Укутав принца в одеяло словно в надёжный кокон, Чимин лёг рядом, притягивая спящего в свои объятия, как всегда делал со своими младшими, когда тем не спалось. Глаза закрывались сами собой, и оба парня вскоре погрузились в глубокий сон, мечтая, чтобы происходящее обернулось лишь страшным кошмаром, а не печальной явью.