Оборотень и человек

— Как это операция отменяется? — в искреннем недоумении спросил Хендерсон. Встретившись около школы, как и договаривались, мальчики сразу же принялись обсуждать нынешнее положение. Как недавно шепелявому стало известно, Байерс не смог прийти на место встречи, потому что заболел. Да, кудрявый шатен наглядно видел, как страдает новый друг, но он думал что это самая обычная лихорадка, которая также бывает из-за погодных условий и она быстро пройдёт по истечению определённого времени. Но как же он ошибался… А Уилеру, в свою очередь, было ни капельки не стыдно, даже если бы было за что. Ну да, Уилл не пришёл, а он не предупредил друга, что встречи не будет. Но у них двоих была уважительная причина! Байерс вероятно серьёзно заболел и пошёл прямиком домой, а брюнет пошёл за компанию, проводить его. — Ну вот так. — ответил Уилер и старательно пытался не закатить глаза. Пускай только попробует обвинить Уилла, тут же превратится в стиральный порошок. — Ну и чёрт с ним. Пошли в автоматы поиграем. — кинул Хендерсон и уже собирался повести за собой друга, как решил обернуться. Но тут же об этом пожалел. Кудрявый брюнет стоял с лицом, будто хочет убить его. Он тяжело дышал, видимо пытаясь усмирить свой пыл и ненароком не прикончить шепелявого. Который, как бы приходился ему лучшим другом! Постараясь трезво оценить ситуацию, шатен аккуратно, медленными шагами подошёл к Уилеру, который сейчас был больше похож на бомбу замедленного действия, чем на человека, каждый вечер втайне играющего в игрушки младшей сестры. Подойдя ближе на несколько метров, Хендерсон приложил усилия, медленно взяв взбесившегося друга за плечи и начиная с опаской успокаивать его. — Эй, Майк, я не это имел ввиду! — изначально крикнул шепелявый, более-менее спокойным голосом, но в голосе читались нотки страха за свою жизнь. Но на Уилера эта фраза никак не подействовала, наоборот — у него покраснели глаза пуще прежнего. — Майк, Ма-айк! Ма-а-айк! — кричал шатен, пока друг не прекратил брыкаться, стараясь выбраться из «капкана». — Дастин?! Что произошло? — неверящим взглядом брюнет продолжал глазеть на Хендерсона. — Я совру, если скажу, что ничего. — он смотрел прямо в глаза другу, ведь люди отводят взгляд только в случае вранья, а он ненавидит ложь. — Так что? Что произошло? И почему ты кричал моё имя? — Майк засыпал друга вопросами, поднимая одну бровь в знаке вопроса. Своё раннее состояние он ощущал, как будто перед глазами появилась белоснежная пелена, заслонявшая его глаза от внешнего мира. А мозг, совсем недавно отлично работавший, полностью отключился нежелая включаться и продолжать свою весьма важную и оперативную работу. — Ну-у, если кратко, то у тебя был выброс адреналина. — попробовал кратко объяснить шатен для глупого друга, хотя и без слов подтверждения его, прекрасно понимал, что тот абсолютно ничего не понял. — То есть, это как вообще? — Подобное происходит, когда кто-то, бесцеремонно говорит всякие гадости про дорогого тебе человека. Такое часто происходит с обычными людьми и это — нормально. — О, понятно. — коротко ответил Майк на доскональное объяснение Хендерсона. Услышав это, он не мог поверить своим ушам. Хотел, чтобы они оказались лишь воображением, китайской подделкой. На миг, он даже хотел, чтобы уши вовсе никогда не наблюдались у рода человеческого. Но нет, слова друга, были далеко не ложью, к тому же, зная его больше чем себя, понимал, что тот соврёт только под дулом пистолета. Как он может испытывать такое к лучшему другу? Так ещё и мало знакомому. Нет, он дорожил Байерсом, как сестрой. Безусловно. Но что он отцу скажет? Этот человек за такое может из дома выгнать, и прибить, как комара, пол ночи жужавшего под ухом. — Ну так что, пошли? — легкомысленно бросил кудрявый шатен, улыбнулся без своих передних зубов и потрудился забыть недавний инцидент, будто его и не было, чтобы не создавать суету. — Без Уилла? — задал вопрос Уилер, подняв обе брови. Он был крайне возмущён Дастином. Да как он мог забыть про Уилла! — Так он же заболел. — ухмыльнулся Хендерсон, осознавая, что скорее всего Майк забыл, причину отсутствия друга. — А, точно. — без каких либо эмоций сказал брюнет, выглядя на данный момент, как тот самый овощ, который недавно вышел из дурдома. Он всё ещё находился где-то там, в прострации. Как вдруг, Хендерсон подорвался с места, на котором всего пару секунд назад преспокойно стоял и побежал, сломя голову. Решил тряхнуть стариной, так сказать. Вспомнить былые времена, в четвёртом классе. Когда они с Майком и Лукасом совсем недавно познакомились и только-только начали собираться компанией почти каждое воскресенье, играя в «Подземелье драконов». Когда они компанией могли часами сидеть в подвале Уилера. Когда они могли валяться в луже ища потайной клад, спрятанный Волшебником, на дне. Но чего-то хватало. Не хватало ещё одного человека, с которым можно было бы творить такую дичь. Потому что тусуясь только втроём, запросто мог появиться третий лишний. Им обычно чувствовал себя именно Дастин, так как он появился в партии самым последним, а остальные люди в ней, кроме Макс, были друзьями задолго до его появления. Но хоть она и была членом партии, и Дастин очень хорошо с ней общался, она всё-таки девчонка и недавно стала подружкой Синклера. Так что он опять в пролёте. И вот, когда у них появилась возможность — иметь нового человека в партии, Лукас просто уходит и обижается, а Макс, даже с ним не познакомившись, сразу начинает отрицательно относиться к этой идее после решения Синклера и его обвинений в сторону Байерса, пусть и не беспочвенных. Да, Дастин сначала тоже считал его мутным типом, но он же поменял своё мнение и понял, что Уилл не причинит им никакого вреда, а Лукас просто паникёр. И к тому же, у Байерса богатое воображение и с ним точно не будет скучно! А Майку кое-как, с горем пополам, удалось нагнать Дастина и убежать самому ещё дальше, чтобы его уж точно не поймали и не чикнули.

***

И вот друзья идут размеренным, никуда не торопясь и разговаривают. Ну как разговаривают. Дастин ведёт собственный монолог, а Уилер продолжает смотреть в одну точку немигающим взглядом и кажется вообще не слушает шатена. А не слушал он его, потому что думал о Уилле и всё больше волновался. Где он? Как он? Выздоровел ли он? Все эти вопросы крутились у него в голове, но ни на один из них он не знал ответ. Наконец-то заметя незаинтересованность друга, Хендерсон окликает того, щёлкая пальцами перед его носом. — Майк! Ма-айк. — зовёт он того по имени. — Майк, ты меня слушаешь или о девчонке думаешь? — поинтересовался Хендерсон сначала нахмурившись, а потом заговорщически улыбнувшись. — Чего?! — в изумлении спросил Уилер и повторив изначальную мимику друга, нахмурился. — Ни о какой девчонке я не думал! Сердце предательски забилось. Он? Думал о Уилле? Он не мог думать о Уилле, как о девчонке! Да и если бы мог, отец его бы за такое из дома выгнал, но сначала прибил, как противную муху, продолжительное время жужавшую под ухом. — Тогда почему меня не слушал? — с ехидной, наполовину беззубой улыбкой спросил Хендерсон, но увидя едва видное смущение человека перед ним, продолжил. — Точно о девчонке думал. Свой разговор они так и не успели продолжить. Недалеко показался отчётливый силуэт их подруги — Макс. Приметя знакомые лица, она начала приближаться ещё быстрей, срываясь на бег. Подойдя к ним, она сбавила темп и остановилась отдышаться, согнувшись и поставя ладони на колени, после короткой пробежки. После, она встала в полный рост и сгребла парней в объятья. Дастин был этому ой как рад, будто совсем скоро штаны намочит, потому что, по скромному мнению Майка, он всё ещё любил Мэйфилд, хоть и у него была подружка, пусть несуществующая, по крайней мере так думала вся их партия, и не смотря на её отношения с Синклером. Уилер думал, что он уже переболел влюблённостью в эту девчонку, но как оказалось — нет. Хотя, не беря во внимание этот факт, брюнет был рад, что друг не пытается её отбить, без возможности на починку, разрушая дружбу. А Майк после объятий с Мэйфилд, скривил лицо от нахлынувшего отвращения. Нет, он не чувствовал его к подруге, он чувствовал его ко всем этим слащавым обнимашкам, зачастую не искренним. — Привет, ребят! — весело поздоровалась она, улыбнувшись. Но резко вспомнила свою манеру общения. — Как я рада вас видеть. — уже с сарказмом сказала она. — Эй, прекращай! — на эту фразу ответил Уилер, как всегда разозлившись от его сарказма, хоть и такого родного. — Ни за что, Майк. — отказалась она. — А вы что тут делаете, посреди ночи? — сказала Мэйфилд так, будто думает, что они, перед их встречей, убили восемнадцать человек и скинули их в канаву, да-да, зимой. — Э-э, — задумался брюнет над ответом. — Да мы в автоматы играли, вот и припозднились. — объяснился он, но после решил, что не должен выслуживаться перед какой-то там девчонкой. — А ты что тут делаешь? После этого вопроса, Макс заметно побледнела и опустила голову, постаравшись тихо всхлипнуть, чтобы друзья не видели её такой. Но сегодня судьба явно не на её стороне. Увидя подругу в таком состоянии, Уилеру даже стало её немного жаль. Обычно она бойкая и дерзкая, не боится резко поставить человека на место, порой даже заставив его заплакать, вообщем — супер крутая. А сейчас она совсем другая: тихая, поникшая и грустная. В данный момент её легко можно заставить заплакать, чего Майк очевидно делать не будет. А Дастин, подойдя ближе, спросил: — Эй, Макс. Что случилось? — Ничего особенного, просто Билли, как всегда уехал без меня и теперь мне придётся идти до дома пешком. — саркастично ответила она, вперемешку со слезами. В любой ситуации она оставалась той самой Макс. — Хочешь, мы тебя проводим? — с надеждой в голосе, полюбопытствовал Хендерсон. — Ты еще спрашиваешь? В лесу оборотни ходят, а ты сомневаешься! Когда Мэйфилд сказала это, брюнета, как молнией прошибло. Он вспомнил, что она живёт достаточно близко к нему, потому что в лесу. Как и Уилл! Это его шанс их познакомить без лишних глаз Лукаса, который, вероятно, будет против. Но сейчас ему всё равно и завтра он обязательно помирится с Синклером, только чтобы доказать этому упёртому барану, что Уилл на самом деле вполне нормальный для человека и с такими неоновыми глазами. Но это даже круто, так что Лукас в корне не прав. — Как я понял, ты согласна. — утвердительно сказал Уилер. — Конечно! — Мэйфилд закатила на это глаза, но повернулась в сторону леса и жестом позвала друзей за собой. Уилер послушно пошёл за ней, как вдруг, за его спиной раздался раздражённый крик Хендерсона. — Ох, чёрт! Он повернулся к нему лицом, внимательно осматривая. — Что такое, Дастин? — спросил брюнет, чувствуя что нехорошее. — Я вспомнил, что мне надо в другую сторону и я не смогу вас проводить. Простите, ребят. — объяснил нынешнее положение шатен и обречённо вздохнул. А Уилер скрипя зубами, понял, что если бы не Максин, то ему бы пришлось идти домой в полном одиночестве, оборачиваясь на каждый шорох. Так что спасибо ей за это! Но Майк не собирается ей об этом говорить, а то зазнается и опять пристанет со своим сарказмом. — Пока. — попрощались друзья, на что получили лишь руку, махающую им на прощание. Стоило Майку посмотреть на друга напоследок, как он всё понял. Очевидно Дастин очень расстроился, потому не смог проводить Макс. Это было понятно по его опущенной голове и лицу, будто он вот-вот заплачет. Майк грустно усмехнулся и легонько толкнув подругу, чтобы она быстрее шла, также пошёл с ней в сторону леса. Макс на такой не совсем добрый жест, ничего не сказала, потому что и сама понимала, что если они не поторопятся, то с большой вероятностью наткнуться на какого нибудь голодного волка, готовившегося их съесть на том же месте. Почему не оборотня? Да потому что их не существует. Они имеют право на существование только в детских сказках, для ещё не научившийся читать малышни, но никак не в жизни.

***

В своей молчаливой компании друг друга, они провели недолго. Пока не подошли к чаще леса. Их будущий диалог Макс начала первой. — Как думаешь, мы выживем, если зайдём туда? — поинтересовалась выше названная, повернув голову к собеседнику. — Маловероятно, если ты про оборотней. — ответил он равнодушным тоном и взглянул на подругу. На её лице застыло скорее недопонимание и некое презрение, будто опять думала, что он сумасшедший. Но никак не ужас или страх. Но он всё равно решил успокоить её, как мог, всё же подруга. — Но шансы есть. — Нет, я не про это. — отрезала Мэйфилд, нахмурившись, медленно махая двумя руками, отрицая слова человека рядом, ясно давая понять, что не это имела ввиду. — Так про что же? — Я про то, что ты веришь в такой бред, как оборотни! — крикнула Максин шёпотом, осознавая, что друг, про которого она была лучшего мнения и считала, что он не такой ребёнок, как Дастин, оказывается верит в оборотней! — Да, верю! — раздражённо прошептал Уилер. — Вот увидишь вживую — поймёшь! — после этой фразы, он пожалел, что вообще сказал это. Потому что теперь ему не обойтись без расспросов подруги, а она глядишь потом, всей партии это расскажет. Её глаза после услышанного едва видно заблестели, взгляд, первый раз за всё их общение, смягчился, а брови, которые до этого были нахмуренны от раздражения, перестали такими быть. Майк было подумал, что впервые заинтересовал её. — Так ты видел его? Вживую? Расскажешь? — Мэйфилд воодушевлённо завалила его вопросами, последний из которых был скорее риторическим. — Ладно, ладно. — устало согласился Уилер. Они всё ещё стояли на входе в лес, поэтому он предложил отправиться вперёд. — Только пошли уже, а то темнеет, да и холодно как-то стало. На это Мэйфилд кивнула и они медленным шагом пошли в чащу леса. Она продолжала смотреть на Уилера выжидающим взглядом, чтобы он наконец-то начал рассказывать свою историю. Майк, заметя это устало вздохнул, поднял голову вверх, чтобы не смотреть на лицо Макс и начал свой рассказ. — Один раз я пошёл за водой к колодцу. — начал Уилер. — Ну как обычно, отец заставил. — смущённо добавил он и отвёл взгляд. — И вот, не успеваю я подойти к этому колодцу. — кудрявый сделал паузу, чтобы сохранить интригу и посмотрел на Макс. Та продолжала раздражённо глазеть на него и хмурится в ожидании продолжения. Он смиловался над ней и продолжил свою историю. — Как на меня выскакивает оборотень. — он устрашающе крикнул и опять взглянул на подругу, чтобы посмотреть её реакцию. А та и бровью не повела. Всё таки она и вправду «БезумныйМакс». — Но ты не подумай, это не обычный волк, он был гораздо больше, ростом с человека. Правда худощавый какой-то, но страшный. Ты должна испугаться. Закончив свой рассказ, он опять посмотрел на Мэйфилд, желая посмотреть на её реакцию. Но она подняла одну бровь — «Мол, и чего я должна испугаться?», но у Уилера есть подозрение, что подруга ему не поверила и теперь будет считать, что он сумасшедший. Поэтому он надеялся, что они всё-таки встретят какого-нибудь оборотня, любого, главное, чтобы ему поверили. Оставшуюся дорогу, они практически молчали, за исключением редких обсуждений каких либо ситуаций, произошедших в их компании, всё-таки они не так близки, как Дастин с Майком или Лукас с Майком. Услышав, историю от том, что Уилер и Хендерсон поссорились с Синклером, из-за странного по её мнению новеньким, Макс сказала, что они достаточно близки, чтобы не обижаться друг на друга по пустякам и тем более из-за какого-то почти случайного человека. А на предложение Майка, познакомиться с неким Уиллом Байерсом, она согласилась только тогда, когда остальная партия наконец-то помирится с Лукасом и опять, как всегда, будет собираться вместе сыграть в излюбленную для таких ботанов, как они, «Подземелье драконов». Пока они шли вдвоём, снег под их ногами задорно хрустел, а сами ребята молчали, как рыбы. Это создавало вокруг них неприятную атмосферу и угнетающую тишину, которая ясно давала понять, что они на самом деле никакие не друзья и вообще находятся в компании друг друга только из-за общих друзей. Макс была предельно спокойна и пребывала в своих мыслях, конечно, он бы тоже был спокоен, если бы до дома оставалось меньше километра. Но дело было далеко не в этом. Майк чувствуя опасность, заметно напрягся и это заметила Мэйфилд. — Ну что опять? — она повернула голову на него и раздражённо цокнула. Ей с самого начала не нравилось, что её друзья такие паникёры и с какой-то перепуга верят в суеверия, хоть Синклер не такой, и на том спасибо. — Остановись. — холодным тоном приказал он. — Зачем? — спросила Мэйфилд на это и нахмурилась. — Просто остановись. — начиная раздражаться, но так же холодно приказал Уилер. Он слышал другие шаги, помимо их собственных шагов и это явно не человек. Кто вообще в такое время будет ходить по лесу, собирать ягодки например? — Сначала скажи зачем! — наседала она, без объяснения причин не желая просто так останавливаться. Этот Уилер точно что-то задумал. — Ох, ладно. — «смиловался» он, театрально прикладывая руку ко лбу, будто делая одолжение. — Остановись. Вдруг мы услышим чужие шаги, а это волк или медведь? Пока он объяснял, Макс уже остановилась и выжидающе посмотрела на него, ожидая какое-нибудь зрелище. Хоть идти будет интереснее. А Майк же, приставил палец к губам: «мол, тише будь» и начал вслушиваться в тишину, что таила в себе тайны больше, чем они могли ожидать. Уилер продолжал вникать в казалось бы, в самую обычную тишину, изредка озираясь по сторонам, желая увидеть ещё неизвестного миру чудовища, а потом рассказывать друзьям, конечно же приукрашивая. И тут, он слышит тяжёлые шаги, явно нечеловеческие. Вглядывается в Макс, отчайно хотя, чтобы она умела читать мысли и наконец-то поняла, что они возможно не вернутся домой, по крайней мере, живыми. Но та и без слов и без желаемой другом телепатии, поняла всё. В её глазах отразился первобытный страх и она смотрела на Майка широко раскрытыми глазами и медленно то открывала, то закрывала рот, глотая воздух, от чего-то не имея возможности даже сказать слово. Уилер уже хотел взять её под руку, убежать к ней домой, спрятаться там, попивая горячий шоколад с, на тот момент, не кажущимся таким ублюдком, Билли. Перед смертью всё становится другим. Но нет, он не успел, животное, а уже, как стало известно — оборотень, собственной персоной, вцепился в её шею, шею человека, который за один единственный вечер стал ему лучшим другом. Сколько бы он не отрицал, его тянуло к Макс, к её крутизне, к её умению кататься на скейте. Но он стоял, и смотрел, глотал сопли и нахлынувшие от отчаяния и бессилия, слёзы. Майк даже не шелохнулся со своего места, пока оборотень каким-то образом умудрился задеть сонную артерию. Из неё хлынула алая жидкость, из-за рта Макс потекла пена, а под глазами появились синяки и трупные пятна. Она стала мертвецом из которого прямо сейчас вытекали все соки, в том числе и кровь, к которой оборотень даже не прикоснулся, а лишь брезгливо отодвинулся. Ну да, он же не вампир, чтобы высасывать из жертвы всю кровь. В тот момент, он хотел не жалея своих сил побежать к дому Лукаса и просить прощения за всё, что только можно. За то, что хотел показать Макс оборотня вживую. За то, что пошёл с ней и навлёк на неё беду. За то, что она умерла вместо него, в конце концов! Когда он подумал, что вот-вот умрёт, от лап этого самого оборотня, он ошибся. Умерла Макс, закрыв его своим телом. Он в последний раз посмотрел в глаза убийце его подруги и увидел, что они ярко-голубые… А когда оборотень моментально заметил движение подле себя, резко обернулся и уставился на Майка своими глазами. Уилер хотел было притвориться мёртвым, подождать, пока он уйдёт и уйти самому. Но всё пошло не по плану. Когда он притворился трупом, оборотень равнодушно обвёл его взглядом, посмотрел, как на дурачка и ушёл в восвояси. Майка удивила такая реакция, но он всё равно продолжил захлёбываться слезами, обдумавая разные варианты событий. Что, если бы они с Макс поменялись местами и вместо неё убили его? Что, если бы он хоть как-то помог, а не стоял столбом. Что, если бы Харгроув вообще довёз её самостоятельно и никаких проблем не было? Но ничего уже не изменить. По сей день, Майк не верил во фразу: «Ценишь — когда теряешь.» Оказалось это правда. Наконец-то опомнившись, Уилер на дрожащих коленках поднялся с насиженного на снегу места и раскрытыми от ужаса глазами посмотрел на мёртвое тело Макс, которого уже не было на прежнем месте. Потянулся рукой в карман, где лежала рация и позвонил по ней Синклеру. — Красный код! — кричал он в трубку сорвавшимся голосом, но никто не откликался. — Лукас, красный код! — повторил Уилер, но всё было тщетно. Никто даже не думал отвечать. Как вдруг, на той стороне рации кто-то закопошился и послышались шорохи. — За-аткнись! — раздражённо крикнула в трубку Эрика, больше некому, и отключила рацию, чтобы ей никто не докучал, своим, как она спародировала напоследок «красный код!». Хоть и Лукас не ответил, Уилер всё равно пошёл к дому друга, который был за несколько десятков километров от его собственного. А в мыслях желал только о том, как бы Синклер перезвонил и пошёл к нему на встречу. Но он понимал, что скорее всего такого не будет, потому что они в ссоре и после случившегося друг явно не подойдёт к нему первым, даже без цели извиниться.

***

И вот, вдали он видит бегущего к нему навстречу друга, отчётливый силуэт которого медленно проявляется во мраке. Уилер остановился, прекращая идти по тропинке и широко раскрыл глаза от удивления. По сбитому дыханию можно было понять, что Лукас бежал. Причём очень быстро. Будущий собеседник остановился, согнулся, будто от боли в животе и поставил руки на колени, оперевшись на них. Выдохнул сорвавшимся от быстрого бега на морозе, голосом и кое-как пытался отдышаться после пробежки от дома до леса. А брюнет удивлялся, как он лёгкие не выплюнул после продолжительного марафона или, как он вообще успел одеться так быстро при этом не забыв про шапку или шарф. — Ты серьёзно пришёл? — опешившим голосом спросил кудрявый, в шоке смотря на друга сверху вниз. Он не с самого детства преобладал друзей в росте, но Дастина точно. А Лукас раньше, когда они только познакомились в первом классе, был самым высоким среди остальных детей, чему Майк открыто завидовал и когда стоял рядом с ним, всегда вставал на носочки, чтобы казаться выше. Взрослые находили это милым. А когда наступала ночь и маленький городок «Хокинс» засыпал крепким сном, маленький Уилер бежал на детскую площадку и пытался подтянуться, но так как это было не возможно в силу возраста, он лишь висел на нём, пока его с потрохами не замечали в комендантский час и не увозили в отделение, где ему удавалось договориться с местным шерифом — Хоппером, чтобы его не увозили домой на рабочей машине и не сигналили, чтобы Холли не проснулась и не заплакала, а его маму это не разбудило и она не наругала его потом. За то, что он каким-то невиданным образом оказался в полицейском участке и за то, что он разбудил младшую сестру. А сейчас, когда Уилер выше, пусть и на пару сантиметров, он спокоен. — Прибежал. — саркастично ответил Синклер. Эта черта, к гадалке не ходи, досталась ему от Макс. — Ты что, не помнишь, что значит «красный код»? — с упрёком поинтересовался он, изогнув бровь в знаке вопроса. А в мыслях удивляясь настолько тупой гениальности друга. Чтобы не помнить, что означает «красный код». Да это преступление, чистой воды, за такое в тюрьму на десять лет надо сажать, если не на двадцать. Друг ещё называется. — Знаю. — отрезал Уилер, пялясь в одну точку где-то за Синклером, не понимая, в чём причина такого поведения. Они же в ссоре, так зачем он ему помогает и прибегает по первому зову? — Тогда, почему ты думаешь, что я не помогу, когда ты кричишь в рацию «красный код!»?! — кричащим голосом сказал темнокожий. — Но… — задумался брюнет, обрабатывая слова друга и свои будущие. Он был в недоумении, от поступка собеседника. Он же мог так и не ответить и не побежать со всех ног на встречу в такой мрак. Но одновременно этому, он был рад, что у него такой хороший друг и ощутил долгожданное успокоение после произошедшего и почувствовал, как слёзы постепенно прекращают бежать по щекам. — Мы же в ссоре. — В любой момент можно помириться. — беспечно кинул он с добродушной улыбкой, кажется успев остыть за это время. Совсем скоро эта улыбка сойдёт с твоего лица, когда ты услышишь, что случилось с Макс и не захочешь больше общаться. Для Лукаса это будет удар. Мэйфилд была его лучшей подругой, а потом и любимой девушкой, причём первой. От этого, представляя лицо Синклера, Майку становилось ещё больнее, ведь это он во всём виноват. А если не он, то Билли, который мог хотя бы подвести, хоть и не родную, но сводную младшую сестру. Как ему совести хватило оставить её посреди города в ночь, когда все уже спать ложатся и выключают свет в своих домах. Этот сукин сын должен был понимать, что они живут в лесу, где бродят все, кто только может. А если не такие сверхъестественные животные, как оборотни, то хотя бы волки или лисы. — Верно. — сдавленно сказал Уилер и сглотнул. Он уже представлял, как Синклер будет кричать на него из-за смерти Макс и наверное уже не захочет дружить с ним, с предателем. — Мир? — Лукас протянул руку для пожатия и изогнул губы в невинной усмешке, показывая вид на белые, как и полагается у него зубы. На это применение у него явно добрые намерения, если верить лицу, конечно. — Мир. — а Майк пожал её.

Продолжение следует… -

To be continued…