Broken Heads: Oblivion

Алекс выбрасывает из сна, как будто кто-то резко толкнул. Она вскакивает, тяжело дыша. В первые секунды она не понимает, где находится. Звук тарахтящего холодильника возвращает её в реальность. Она вздыхает. Сердце всё ещё колотится. Алекс проводит рукой по мокрому лбу. Она опускается на пол, встаёт на локти, принимая позу планки. Выравнивает дыхание, сосредотачиваясь на ровной линии от плеч до пяток. Минуту держит стандартную стойку, затем медленно поднимает и опускает поочерёдно ноги, добавляя нагрузку. Наверное, проходит минут пять. Она опускается на пол, коротко выдыхает. Идёт в ванную. Стоит, уставившись на ржавую трубу. — Ну что же, погнали, удиви меня, — бросает она, крутя ручку крана до упора влево, надеясь на утреннюю прохладу воды. Первые капли оказываются неожиданно свежими. Алекс сразу подставляет лицо под струю, чувствуя, как прохладная вода приятно стекает по коже. Она проводит руками по плечам. Вода резко меняет температуру на кипяток. Алекс мгновенно отскакивает, выдав короткое, но ёмкое: «Блять». Пятки скользят по мокрому полу, и она с грохотом влетает в стеклянную стенку кабины. Та жалобно звенит, но выдерживает. Алекс подставляет под струю руку, убеждается, что вода больше не обжигает, и быстро возвращается под душ. Закончив, она выключает кран и бросает полотенце на плечи, тихо бурча: «Ебучий Блэкстоун». Вставляет капсулу в кофемашину, запускает её и разворачивается, направляясь в комнату за телефоном. На полпути её останавливает странный треск. Она замирает, на секунду не понимая, откуда доносится звук. Оборачивается, возвращается и прислушивается. После чего переводит взгляд к стене — из розетки начинают мелькать искры. — Да ты, блять, издеваешься, — шипит Алекс. Искрит всё сильнее, и в воздухе появляется запах горелой пластмассы. Алекс, стиснув зубы, быстро тянется к шнуру, хватается за него и рывком выдёргивает вилку из розетки. — Отлично, просто шикарно, — она смотрит на оплавленное основание вилки. Стоя перед шкафом, Алекс осматривает содержимое. Внутри кипит раздражение. Она достаёт джинсы, рассматривает их и решает, что это не то. Кидает их обратно на полку. Полка резко оседает вниз. Однако шкаф стоит на месте. — Да ну на хрен, — Алекс тупо смотрит на полку с вещами: та теперь лежит на вещах на той полке, что ниже. Она осторожно вытаскивает вещи. Ладно, в этой квартире нельзя раздражаться. Чёрные джинсы. Белая футболка. Она убирает телефон в карман, берёт со стула куртку, надевает её, захватывает шлем и направляется к двери. Закрывает её осторожно, будто хлопок может отправить всю квартиру с третьего этажа прямо на первый. Сегодня это бы её даже не удивило. Дверь подъезда с трудом открывается, заедая на полпути. Алекс толкает её плечом и, наконец, выбирается наружу. Она замирает на секунду, прикрывая глаза от яркого солнца, делает глубокий вдох. Перебрасывает ключи в другую руку и быстрым шагом пересекает дорогу. Алекс уже чувствует, как спина и шея начинают потеть. Она ненавидит это. Здесь она ненавидит это больше, чем где-либо. Никогда она так остро не ощущала жару и духоту. Но ездить раздетой на мотоцикле, особенно в пустынной местности, — непозволительная роскошь. Она осматривает пространство. Обходит мотоцикл, приседает и проверяет датчик, закреплённый под сиденьем, чуть ближе к заднему маятнику. Это устройство, которое она установила для защиты мотоцикла, должно сработать в случае попытки угона. Маленький светодиод мигает зелёным, подтверждая, что система активна. Алекс несколько секунд пристально смотрит на индикатор, чувствуя лёгкое сомнение. Она раньше не пользовалась подобными устройствами и пока не до конца доверяет этой штуковине. Но это всё равно лучше, чем обычная сигнализация, которую любой вор отключит за пару секунд. Датчик настроен так, чтобы отправлять сигнал на её телефон, если байк или само устройство будет сдвинуто, а её телефона не окажется поблизости. Алекс убирает ключи, надевает шлем и перчатки. До собеседования полтора часа. У неё день начался без кофе, а это уже повод раздражаться. Есть кафе, которое она приметила пару дней назад, проезжая мимо. Тогда она обратила внимание, что это заведение круглосуточное. Алекс паркуется у кафе, снимает шлем и крепит его к байку. Вблизи оно выглядит ещё хуже, чем на расстоянии. Облезлая вывеска болтается на ржавых цепях, а дверь покачивается и постукивает от ветра. Алекс входит и осматривается. Помещение пропахло запахом старого масла. Из динамика в углу играет тихая, едва различимая кантри-музыка, с перебоями прерываемая треском радиосигнала. Никого, кроме человека в дальнем углу: голова его запрокинута, рот приоткрыт — он явно спит. Движение. Она переводит взгляд. Из служебного помещения выходит сотрудница кафе: молодая девушка со светлыми волосами, собранными в высокий хвост. Яркие розовые тени для век вместе с длинными нарощенными ресницами выглядят как неудачная пародия на куклу. Помада стёрта, остались только размазанные контуры на губах. Слишком вызывающе для утра. Вероятно, она с ночной смены, где её боевой раскрас ещё имел смысл. Та идёт к стойке и становится за кассу. Алекс понимает, что садиться за столик смысла нет — никто к ней не подойдёт. Алекс выдыхает, заставляя себя расслабить плечи. Они чуть опускаются, и её привычная осанка смягчается. Она слегка сутулится и медленно направляется к стойке. — Привет, первый раз тебя здесь вижу, — девушка широко улыбается, оголяя белые зубы, между которыми зажата жвачка. «Тэми», — быстро читает Алекс на бейдже. — Привет. Недавно переехала. Мне кофе, — отвечает Алекс. Тэми кивает, деловито тыкая что-то на экране кассового аппарата, который явно повидал лучшие времена. Поднимает взгляд, ожидая продолжения. — Что-то к кофе? — она выгибает бровь, и это слышится не как вопрос, а скорее, как наезд. Алекс поднимает голову, переводит взгляд на меню над её головой. Половина букв на выцветшей табличке стёрлась. — Не смотри туда. Просто скажи, чего хочешь, — кидает Тэми, начиная активно жевать. — Я сказала. Кофе, — почти сквозь зубы говорит Алекс, и Тэми перестаёт жевать. Девушка хмыкает, закатывает глаза и снова тыкает что-то на кассовом аппарате. Наконец, называет цену. Алекс достаёт карту и протягивает её. Тэми отрицательно качает головой, надувает пузырь из жвачки и с громким хлопком лопает его. Алекс засовывает руку в карман куртки, достаёт несколько помятых купюр и кладет одну из них. Тэми принимает деньги, кидает сдачу на стойку и жестом указывает на столики. Алекс идёт к ближайшему столику и садится, надувая щёки. Она медленно выдыхает, откидываясь на деревянную спинку. Лавка слегка покачивается. Алекс осматривается. Эта девушка точно плюнет ей в кофе. Надо было оставить чаевые сразу у кассы, но теперь уже поздно. Или сказать, что сдачи не надо. Блять, как же ей не хочется пить кофе со слюнями. Через пару минут Тэми ставит стакан с кофе на стойку у кассы. Алекс идёт за ним сама. Тэми стоит, сложив руки на груди, нарочито жуя жвачку, её взгляд цепко следит за каждым движением. Алекс берёт стакан, делает короткий вдох и заглядывает внутрь. Это точно не пенка. — Слушай, — начинает Алекс, переводя раздражённое дыхание. — Я здесь неподалёку поселилась, и у меня какая-то хрень с проводкой, и я не смогла выпить кофе. Я думаю, что мне было бы удобно заходить сюда по утрам. Я могу оставлять нормальные чаевые. Поэтому, пока ты таращишься на меня, подумай. У тебя есть пять секунд, прежде чем я возьму этот стакан. Тэми начинает жевать медленнее, пристально глядя на Алекс. Её взгляд скользит по одежде, затем возвращается к глазам. В конце концов она тянется к стакану и отодвигает от Алекс. — Я сделаю новый. Принесу к столику, — говорит она. Алекс возвращается к своему месту и опускается на лавку. Тэми уверенно подходит к столу и ставит кружку с кофе и тарелку с яичницей и беконом перед Алекс. — Горячий. И это за счёт заведения, — заявляет она с лёгкой усмешкой. — Добро пожаловать. Алекс коротко кивает и молча смотрит на тарелку. Она не хочет есть, но заставляет себя взяться за вилку. На удивление, яичница оказывается вкусной. Врагов наживать среди людей, которые поблизости, ей точно не хочется. Даже если на первый взгляд эта девушка кажется обычной. Пока Алекс медленно пьёт кофе, лениво пролистывая ленту Инстаграма, оживает мужик. Алекс краем глаза наблюдает за ним. Мужик с усилием встаёт, мотая головой, и осматривается вокруг. Выглядит он так, будто вот-вот упадёт обратно. Тем не менее, пошатываясь, он направляется к стойке. Его сапоги громко шаркают по полу. — Эй. Тэми, где моё кофе? — хрипло бросает он, опираясь рукой на стойку. Тэми неспешно идёт вдоль стойки. Поворачивает голову и через плечо отвечает: — Иди на хуй, Берт. Затем исчезает за дверью служебного помещения, оставив Берта стоять с открытым ртом. Он долго смотрит на дверь, потом моргает, явно обдумывая, что делать дальше. Наконец, его взгляд начинает блуждать по кафе. Глаза останавливаются на Алекс. Блять. Этого ещё не хватало. Берт ухмыляется. Его лицо напоминает смятую тряпку. Он качается, делая пару шагов, но всё-таки доходит до её столика. С грохотом плюхается на лавку напротив. Запах перегара тут же пропитывает пространство. — Привет, красотка, — его улыбка растягивается, обнажая жёлтые зубы. — Дашь глотнуть? — Нет, — коротко отвечает Алекс, поднося стакан к губам и делая медленный глоток. — Ой, не будь сучкой. Дай глоточек. Чё там у тебя? — он переводит взгляд на её тарелку. — Я возьму кусочек. Ебать меня мутит. Он тянет руку к тарелке, но Алекс быстро отодвигает её к себе. В её движении нет резкости, только холодное предупреждение. Берт моргает. Встряхивает головой. Жмурится. Его взгляд снова возвращается к Алекс, но в этот раз в его лице что-то меняется. Щёки вздуваются, глаза расширяются. О, блять, ну нет. Алекс едва успевает отодвинуться, когда он наклоняется вперёд и громко блюёт прямо на пол. Жидкость и куски чего-то ранее съеденного разлетаются по полу. Алекс машинально проверяет ноги, удостоверяясь, что её ботинки остались вне зоны поражения. Берт поднимает голову. Его подбородок мокрый от слюны и рвоты. Он вытирает это рукавом, оставляя грязный след, и снова смотрит на Алекс. Его мутные глаза теперь больше напоминают звериные. Алекс медленно отодвигается, сжимая стакан. Она уже готова встать, когда Берт начинает подниматься, шатаясь, но с какой-то новой энергией. — Слышь, ты не спеши. Давай потрещим. Иди сюда, — его заблеванная рука тянется к ней. — Слышь, Тэми! — он кричит в сторону служебного помещения. — Я наблевал! Убери, сучка! Берт снова поворачивается к Алекс и делает шаг в её сторону. Она плавно встаёт. Он приближается, и Алекс делает шаг по диагонали, подсекая его ногу. Он теряет равновесие, наступает второй ногой в собственную рвоту и соскальзывает. Громкий шлепок эхом раздаётся по помещению, голова с глухим стуком ударяется об край лавки, и он замирает. Алекс долго смотрит на него. Он не шевелится. Она осторожно наклоняется и касается пальцами его шеи, нащупывая пульс. Ничего. Чуть сдвигает пальцы, проверяет снова. Ничего. Она выпрямляется, напряжённо глядя на неподвижное тело. Ну, касаться его заблёванной груди, а тем более делать искусственное дыхание, у неё желания точно нет. — Откинулся? — раздаётся за её спиной женский голос. Алекс поворачивается. Тэми стоит чуть в стороне. Она смотрит на тело мужика на полу, затем переводит взгляд на Алекс и чуть приподнимает бровь. — Это… твой друг? — спрашивает Алекс. — Эм… Нет. Просто постоянный клиент, — отвечает Тэми, подходя ближе. Она аккуратно ступает, чтобы не вляпаться в лужу, и слегка наклоняется, внимательно разглядывая мужика. — Он поскользнулся на блевотине, — Алекс быстро обводит помещение глазами, пытаясь понять, есть ли камеры. Тэми медленно выпрямляется и смотрит на Алекс: — Здесь нет камер. — Она фыркает, затем добавляет: — Да. Поскользнулся. Они некоторое время смотрят друг другу в глаза. Алекс перебирает варианты дальнейшего развития событий. — Не парься, — Тэми прерывает её размышления. — Я вызову скорую. Или кто там трупы забирает. Они сами разберутся. Она отворачивается и направляется к стойке. — Блять, подкинула ты мне, конечно, геморроя, — добавляет она с лёгким раздражением, копаясь в телефоне. Алекс всё ещё стоит на месте. Она чувствует, как внутри растёт фрустрация от происходящего. Она прочищает горло, бросает ещё один взгляд на тело Берта, затем смотрит на девушку, и, наконец, что-то нервное в ней перестаёт дребезжать. Сейчас. Только сейчас приходит осознание, в каком городе она находится. Она подходит к стойке. Достав из кармана купюру в сто долларов, она кладёт её перед Тэми. Та смотрит на деньги, затем поднимает взгляд к Алекс. — На лечение геморроя, — поясняет та. Тэми берёт купюру небрежно, скручивает её и смотрит на Алекс с едва заметным интересом. И сейчас Алекс перестает быть просто наблюдателем и тенью в этом городе. Правда, она думала, что всё начнется с собеседования, а не с трупа в кафе. — Хм. Ладно. Как тебя зовут-то? Пристальный взгляд Тэми не оставляет Алекс шансов на раздумья. — Ээ… Эш, — быстро отвечает она. — Э-эш? От Эшли, что ли? — Тэми внимательно осматривает её, будто пытается понять, подходит ли ей имя. — Нет. — Эш. Как пепел, значит? Твои родители, наверное, очень любили тебя, — усмехается Тэми, иронично приподнимая бровь. Затем обходит стойку и направляется к двери служебного помещения. — Пока, Эш. Алекс направляется к выходу, косясь на неподвижного Берта, который всё ещё лежит в том же положении. Возможно, стоило бы перенести собеседование, учитывая, что всё с самого утра пошло через жопу. Эш? Чем она думала? Это заведение находится слишком близко к дому. Наверняка она засветится здесь в форме. Тупо в таком случае было представляться другим именем. Хотя… возможно, и нет.