Вкус любви: табачный дым и шоколад

13 июня, 08:47

— Да не волнуйся ты так, всё заебись будет, — в очередной раз попытался успокоить возлюбленного Артём, но получалось что-то не особо, — щас прорвёмся. — Да знаю, всё равно не по себе, — нахмурился, мимолётно переведя взгляд на окно в школьном коридоре, замечая летнее солнце, что с самого утра начало освещать и греть всё и всех вокруг, — вдруг, попадётся тебе что-то, что мы упустили. Или мне эти графики ебучие… Бр! — неприятно поморщился и мотнул головой, чтобы унять плохие мысли. «Тихо! Идёт экзамен!» Стоя неподалёку от дверей, на каждой из которых такие надписи, невозможно было не нервничать. Тут каждый из присутствующих, а это человек так пятьдесят, на взводе уже. Передумали все возможные варианты событий — и все неутешительные. Начали волноваться ещё пуще прежнего, понимая, что это сейчас им не на руку. Тима направили, по распределению, как и ещё человек десять из его одноклассников, в кабинет под номером «17». В соседний, под номером «18», всех остальных из класса, в том числе Тёму и каких-то чужих учеников с другой школы. Парни были рады, конечно, что экзамены проходят в этом году в их школе, так как-то даже проще, но вот то, что они в разных помещениях будут часа три сидеть, расстраивало. И пугало. Вместе намного спокойнее. Увы, надежды рухнули и раскололись. — Дайте пройти, салаги! Дорогу отличникам! — послышалось где-то вдалеке коридора. Возлюбленные сразу обратили свой взор на источник звука и заулыбались. Из-за того, что в коридоре толкучка из школьников, что суетились и судорожно что-то повторяли по конспектам, которые пока ещё у них не отобрали экзаменаторы, увидеть друга было почти невозможно, но голос-то узнать можно из тысячи. — Сплошное неуважение! — гаркнул Миша на какого-то пацана в очках, держа за руку свою девушку, чтобы она не затерялась среди остальных, и чтобы её тут не задавили, а тот и ухом не повёл, утыкаясь в тетрадь свою. — Не, ну вы это видели?! — возмутился, как только они приблизились к друзьям. — Пиздец какой-то. Он меня сам задел, я чуть не ёбнулся, и поебать ему… Вот же… — Да ладно тебе, не ругайся, — усмехнулась Диана, укладывая сумку на подоконник, и после чмокнула обоих друзей в щёчки, а Мишку потрепала по волосам, забавляясь, — зато ты у меня вон какой вежливый, понимаешь, что так нельзя. — Вот именно! — ему не могло такое не польстить, и он заулыбался тоже. — Потому что я человечек вежливый, в отличии от некоторых! — последнее специально громче произнёс, взглянул в сторону толпы, и снова от них ничего не получил в ответ. — Поколение… — Фух, блять, чуть не опоздал! — снова ребятам пришлось посмотреть в сторону, откуда с конца коридора со всех ног бежал их ново-старый приятель. — Да дайте пройти, ебать! — возмутился Лебедь, точно также, как и Миша с Дианой минутой назад, пытаясь протиснуться, но пока удавалось с трудом. — Придётся спасать, он ещё так неопытен, — вздохнул отчаянно Сазонов и направился в сторону Макса, дабы учеников хоть как-то растормошить, — я иду к тебе, Ромео! — в шутку крикнул, чем вызвал громкий смех от Артёма, Тимофея и Дианы. Даже парочку ребят в этой толпе не сдержались, честно говоря…

°°°

19:40

Дома было хорошо, как и всегда. Атмосфера тепла, безопасности, уюта (не смотря на старость обоев и мебели) и правильности всего происходящего заставляла забыть о проблемах и лишнем, оставляя только спокойствие и приятные ощущения. Принять совместный душ со своим парнем было отличной идеей. Тимофей реально расслабился и смог отвлечься от волнующих мыслей по поводу первого прошедшего экзамена. Однако, лёгкая тревожность имела место быть, ведь результаты нужно подождать пару дней. С одной стороны, быстро, а с другой — слишком долго. Он точно изведётся, пока будет проверять и постоянно обновлять страницу на сайте, дабы узнать оценку. Да и не только свою, ещё и оценку своего хулигана — за него он переживает вдвое больше. Хотя, знает, что подготовил его неплохо, и тот точно сдаст на твёрдую «четыре», поэтому старается настраивать себя только на хорошее. А вот Артём, наоборот, кажется, не особо волновался. Удивительно, как это, вообще, но факт остаётся фактом. Возможно, и закрался где-то в глубине его души тот самый страх с цепляющими лапами и когтями, но он его умело игнорировал, и выходило неплохо. — Заяц, хватит думать, — с улыбкой сказал Артём, обнимая парня сзади, утыкаясь носом в его тёмную макушку, пока они оба лежали в ванной, нежась в тёплой воде с пеной, — ты же умненький у меня, всё окей будет, — он поглаживал мелкого где придётся, массировал его спину, плечи и в районе затылка, размазывая пену на коже, обнимал крепко, но в то же время аккуратно. — Да знаю, — вздохнул тяжко и поудобнее улёгся спиной на груди хулигана, доверчиво укладывая голову тому на плечо. Он довольствовался прикосновениями, что нереально расслабляли. Кажется, он скоро уснёт. — Всё равно ни о чём другом думать не получается. Если… — Никаких «если», — прервал нагло, но без агрессии и злобы, и сжал в своих руках покрепче, — много будешь думать, быстрее устанешь и захочешь спать. А у меня на тебя планы сегодня ещё есть, — не сдержал усмешку эту коварную, в своей манере. — Нихуя себе, разошёлся, — наконец, улыбнулся и немного повернул голову набок, натыкаясь носом прямо в шею блондина, и тот, кажется, заметил его улыбку, потому что ответил сразу аналогично, — не мечтай даже, у меня тоже планы. — Какие же, интересно? — Видеть сны, где кучу денег, море, яхты, пляжи и коктейли, — сказал, не думая, придерживаясь руками за бортики ванной. — Ого. Жалеешь, небось, что тебе достался не самый богатый парень? — спросил в шутку, и по наигранно-печальной интонации это стало очевидно. — Ну, да, не самый лучший вариант я выбрал, конечно… — отчаянно и слишком тяжело вздохнул, пожав плечами. — Но ничё, сойдёт-пойдёт. — С милым рай и в шалаше типо, все дела, — поддержал рассуждения и переместил ладони на живот зайца, проводя пальцами по коже, вырисовывая неизвестные «узоры», а сам принялся медленно расцеловывать его затылок и шею. — Ага, — посмеялся немного, закрывая глаза от ощущения излюбленных губ на теле, — но угораздило меня, конечно, м-да… Мог бы в кого и побогаче втюриться, так нет. — Пиздец, ты как-то не продумал, — посмеялся, зная прекрасно, что над ним шутят, и тоже не отставал, — теперь поздно, хуй сбежишь от меня, учти. За уши заячьи твои обратно притащу ведь. — Да уж, я уже смирился с этим, — почувствовал, как под водой его взяли за обе руки, а пальцы переплелись с чужими, — но «дают — бери», чё тут… Тима дразнил, как и любил делать постоянно, пользовался своей вседозволенностью. А Тёма прекрасно понимал, что это лишь шутки. — А, если серьёзно… — продолжил заяц, чувствуя, как сердце бьётся чаще и внутри всё трепещет от осознания, что следующие слова являются абсолютной правдой: — Мне, вообще, похуй, где мы будем, переедем ли мы куда-нибудь, останемся здесь… Неважно. Мне лишь бы с тобой… — Всё взаимно, мелкий, — он заботливо повернул лицо парня к себе за подбородок, наклоняясь чуть ближе, чтобы коснуться любимых губ, — с тобой везде хорошо, — и, наконец, коснулся…

°°°

Где-то за пределами квартиры слышатся голоса и признаки жизни соседей — кто-то там смеётся, кто-то разговаривает между собой и хлопает входными дверьми, точно куда-то направляясь или, наоборот, возвращаясь. На улице, на парковку, редко заезжают машины, а случайные прохожие гуляют то в одиночку, то шумными компаниями. А кто-то забылся снова, отдаваясь моменту. Лежать в тёплой кровати за просмотром телевизора, после совместного душа, попивая изредка вкусный и горячий какао с зефирками, — наверное, самое лучшее, что могло быть. Как-то совершенно забылось всё остальное, словно тут — их отдельный мир, в котором есть только они одни и никого больше. Так и есть. Парни улыбались время от времени друг другу в перерывах между поцелуями, посмеивались с чего-то, что известно только им. В поцелуях не было ни грамма пошлости, только желание, нежность, любовь и трепет, словно это для них впервые. Объятия грели и одновременно заставляли покрываться кожу мурашками, а ласковые слова на ушко только больше «добивали», оживляя бабочки в животе, не успевшие потухнуть ещё ни на мгновение. Под одеялом было слишком уютно, и ни Артём, ни Тимофей даже не заметили, как остаток вечера просто лежали, повернувшись друг к другу лицами. Смотрели с теплотой и искрами в глазах, касались носами, позволяя потереться ими же немного, и держались за руки, не желая отпускать ни на секунду. Они уснули, не запомнив даже, как именно, но с теми самыми счастливыми улыбками. Знали, что сны будут самыми прекрасными и спокойными из всех, что когда-либо им виделись. Ведь, так оно и было…

°°°

29 июня, 12:45

Последний экзамен прошёл пару дней назад. Тот самый последний рывок, который парни, как и их одноклассники, уже совершили. Осталось дело за малым — результаты. Прошлые порадовали их обоих, они даже не ожидали, что смогли подготовиться и написать всё так хорошо — знаете ли, три предмета позади, и каждые сданы не менее, чем на четыре и пять. Постоянно обновлять страницу Тимофей уже подзаебался. И дело не в том, что устал, ему не тяжело кликать на сенсорную кнопку ноутбука и пялить в экран, совсем не тяжело. Дело в том, что это пиздец, как стрессово. Нервы на пределе. И волновался он не только за себя, но и Артёма, что тоже уже, кажется, заразился этой паранойей и крутился исключительно рядом, заглядывая в монитор. В принципе, сомнений быть у них и не должно, раз прошлые результаты оказались высокими. За себя они были рады, а друг за друга — тем более, безумно. Но всё же, что, если… -… Если я в том задании сделал неправильно? И в пятнадцатом я тоже сомневался… — выдал заяц и откинулся на спинку стула, запрокидывая голову, а позади него как раз стоял хулиган и в успокаивающем жесте массировал ему плечи. — Биология — это ад какой-то-о-о, — застонал от отчаяния неизбежных надоедливых мыслей и не заметил, как наткнулся затылком на живот парня сзади, тот обнял его покрепче. — Английский ещё хуже… — ответил и наклонился, чтобы быть поближе, обхватив руками шею мелкого, укладывая голову на его плечо, в ожидании пялясь на экран. Кстати говоря, мало, кто знал, но Артём всегда неплохо знал иностранный язык, точнее — английский. С начальной школы он давался ему легко, не смотря на то, что с другими предметами были немалые трудности. Учтивая то, куда он хочет поступить после — в сферу бизнеса, — без этого предмета на государственном экзамене не обошлось. Тимофей, вообще, до сих пор не понимает, как возлюбленный в этом всём разбирается, потому что, например, ему, наоборот, тяжело давались языки, кроме родного русского. Эти времена, грамматика, презент и паст симпл-ы… Кошмар! У него свои трудности будущей желанной профессии — это биология и химия. Он, конечно, старался всегда, сейчас его уровень значительно выше в этих науках, но никто не отменял того факта, что это жуть, как сложно. Последнюю он сдал на твёрдую четвёрку, а вот первую… Сейчас узнает. Быть ветеринаром — то ещё непростое дело. Собственно, как и вся медицина в целом… — О! Выложили! — брюнет сразу вернулся в прежнее положение, вглядываясь в содержимое сайта, но не решался листнуть вниз и увидеть долгожданное, но, наконец, нажал на строчку с названием «Биология» и… — Ебать! Пять! У меня пять, Тёмка! — вскочил он также резко, как и всегда, а Тёмка и не успел опомниться, как к нему на руки запрыгнул этот «маленький» заяц. Маленький, да, под метр семьдесят ростом. — Да ты задушишь же! — посмеялся в ответ, ловко поймав его, прижимая покрепче, пока его шею крепко обхватили руками. — Тёмы-ыч, пятёрка! — повторил, не пытаясь сдержать эмоции, и на пару секунд прервался, чтобы заглянуть в голубые глаза и показать свою улыбку и нереальное счастье. — Е-е! Я умный! — Кто бы сомневался. А ты уже начал себя накручивать, — обомлел в очередной раз от очаровательной улыбки, пытаясь не утонуть в любимом взгляде, но продолжил: — умничка мой. — С умничками что делают? — вспомнил ту пошлую шутку, не смог не сказать, но ответить не дал и снова завопил от радости. — Пятёра-а! — Ты точно меня убьёшь когда-нибудь! — Ну-ка, погоди, сейчас твои результаты, наверное, придут, — резко поменял свой настрой, что неудивительно, и всеми силами показал на то, чтобы его вернули на ноги, — пусти, чё пристал, — риторический вопрос. Блондин, конечно, охуел с такой наглости, его снова виноватым сделали, но лишь покачал головой и выполнил просьбу. Не смог не заглянуть в монитор, но было слегка не по себе. Он, вроде, всегда уверенный, да и в своих знаниях английского тоже — ну, не может он не сдать, просто не может. Всё же сомнения победили, и он закрыл глаза ладонью, предоставляя мелкому возможность посмотреть всё за него и озвучить. Сам он не справится с такой участью. — Выложили! — воскликнул брюнет, щёлкая то клавиатурой, то кнопкой сенсорной панели. Он увидел, что позади него кто-то трусливый стоит и глаза закрывает. — Ла-адно, так и быть, всё за тебя надо делать… О-о, нихуя себе… — протянул, и вот непонятно, это хорошо или плохо. — Что, блять, там? Настолько всё ху… — Кот! — перебил и снова вскочил с места, схваившись за руку парня, чтобы тот перестал за ней прятаться. — Четыре! — Чё? В смысле? — он таким, как сейчас, охуевшим, кажется, никогда не был. Чтобы поверить в услышанное, подорвался ближе к столу, склонившись над ноутбуком. «Английский язык… 4». От переизбытка положительных эмоций он точно также, как и Тима пару минут назад, полез обниматься к нему, а тот и не сопротивлялся. — Охуеть! У меня четвёрка! Заяц, прикинь! — посмеялся и потрепал свои волосы, что и так частенько лохматые, и сгрёб парнишку в охапку, да так крепко, что тот чуть не свалился по началу от напора. — Четвёрка! Ебать, чё так много-то? — Умник потому что ты, — видя эти неподдельные эмоции напротив, не мог не взять с него пример, улыбнулся, и его тут же подняли на руки, — э-э, ты куда меня потащил, дурик? — рассмеялся и подметил про себя, что в руках парня, даже на плече, ему вполне удобненько. Судя по всему, настроение у него стало лучше во всех смыслах, что даже настрой появился на очередные «приставания». Положительные эмоции зашкаливали настолько, что он не мог их удерживать в себе, хотелось поделиться ими с зайцем и показать во всех красках, что он рад невъебически, что он не ожидал. Это и правда так. Артём сам не заметил, как начал валиться на диван, и утянул с собой возлюбленного, что уже ворчал от неминуемого падения. Тимофей оказался снова под парнем, отмечая в который раз, что тело того хоть и соблазнительное, желанное и подкаченное слегка, но явно не лёгкое. — Блять, спасибо, что не на пол! — заворчал, не смог скрыть в себе того самого ворчуна. — Бондарев, я в сотый раз тебе говорю, ты слон! — увидел лишь знакомое озорство в глазах напротив, а после очаровательную улыбку на губах. — Серьёзно! Смешно тебе? Я и так разваливаюсь, как дед какой-то, а ты…! Конечно, его прервали поцелуем, иначе и быть не могло. Кое-кто был в своём репертуаре, и остался доволен маленькой победой, только больше углубляя поцелуй, не выпуская любимые губы из «плена» своих. Знал, что ему не откажут. Так и случилось. Под натиском таких нежностей сложно устоять любому, а Тим уже давненько сходит с ума именно с его нежностей, его объятий и его поцелуев. Поэтому сейчас вошёл во вкус и начал отвечать взаимностью, оттягивая зубами нижнюю губу парня. Получил в ответ сдавленный стон сквозь поцелуй. Потому что знал, что такое кое-кому, охуеть как, нравилось. Потому что знал, что не откажут. Потому что знал, что так вправе делать только он. — Опять насилие твоё. Ясно. — вздохнул брюнет и обессиленно упал на подушки, видя, как с него и не планируют слезать. — Бежать бесполезно? — Естественно, малыш, и не надейся, — посмеялся и не дал даже секунды больше, чтобы перевести дыхание, снова целуя, более жадно и горячо, чтобы у мелкого не было и мысли отвлечься…