Новое прошлое - 2: Настоящее

- Шлюха! – с омерзением бросил Саргон. - Грязная шлюха! Он шагнул в сторону Ияри, но Ромина инстинктивно встала у него на пути. - Он не виноват, - произнесла она. – Это все… Она не смогла договорить, так как звук звонкой пощечины заставил ее замолчать. Голова девушки метнулась назад, а на щеке запылал отпечаток ладони. - Не смей! – вскрикнул Ияри, хватая ее за руку и отдергивая к себе. – Не смей даже прикасаться к Хилини! - Хилини?! – выдохнул Саргон, чувствуя, как воздух застывает у него в горле, будто кто-то ударил его под дых. - Ещё шаг, - щелчок предохранителя, и холод металла обжог Саргону висок, - и ты труп! Голос Арана звучал спокойно, но, по тому, как вздувались и опадали вены на его шее, было видно, в каком он бешенстве. - Это будет стоить жизни и мне, - выдохнул он, - но я убью тебя, если ты ещё хоть раз посмеешь её тронуть. - Аран, не надо, - из-за спины Ияри тихо попросила Ромина. – Пожалуйста, опусти пистолет. Выдохнув и мысленно посчитав до трех, Аран начал медленно опускать руку. - Ты, - Саргон шагнул вперёд, и Аран непроизвольно дёрнулся, а Ияри снова рукой подтолкнул Ромину за свою спину, - Хилини? А ты… - его ошарашенный взгляд перешёл на Ияри, - Ияри. И вы… вы дети казненного Канцлера Медицины… Вы… - Хилини моя сестра, - опустив голову произнёс Ияри. – Моя старшая сестра. - Нет! – отказываясь верить, Саргон отрицательно покачал головой. – Не-ет, - он истерически усмехнулся. – Вы меня разводите! Ияри – да, он сын Канцлера, я получил документы об этом пару минут назад, но Хилини… Хилини мертва. А ты, - он снова поднял голову на Вторую Сестру, - ты Ромина. И у тебя с ним тайный роман, - он кивнул на Ияри. – Видимо, за это твой отец тебя и… - Это животное не мой отец! - вскрикнула Ромина. – Зераббабель не мой отец. И все… все, что ты читал в той тетради… Это… это я… Слезы потекли по её щекам. - Раненный Ашур вспоминал сестру, - всхлипнула она. – Я услышала это, и… я не могла ему не помочь. Мне казалось, что если я помогу ему выжить для его сестры, кто-то поможет Ияри выжить для меня. - Поэтому, - Саргон сжал веки, совершенно не замечая, как из под них потекли слезы, - именно поэтому ты просила меня связать судьбу Хилини с судьбой моей несуществующей сестры? Ромина отвернулась, чтобы не смотреть на него и уткнулась в плечо Ияри. - Поэтому ты упал в обморок, увидя её имя на табличке, - открыв глаза, Саргон посмотрел на Ияри. – А я… я… Я рассказывал тебе о тетрадях, когда мы были в заложниках… Саргон обхватил голову руками и отвернулся, но его взгляд упал на дверной проем, в котором стояла Лилит. - Ты знала? – спросил он, глядя ей прямо в глаза. - Я не знала, кто они друг другу, - ответила она. – Но я видела их однажды ночью. Незадолго до того, как вы уехали в столицу. И я решила, что они друзья. Я слышала, как они общались. И думала, что это тот случай, когда хозяйка и раб подружились. Но я ни на секунду не думала, что они любовники. - Ты знала, но не сказал мне, - Саргон покачал головой. - Потому что ты бы не поверил, - тихо ответила Лилит. – Ты бы подумал то, что ты и подумал. Я ведь не знала, что они брат и сестра. - А ты? – Саргон обернулся на Арана. - Узнал в день, когда вы ушли на операцию, - ответил тот. – И изначально я подумал то же, что и ты. - Хи… лини, - словно заклинание повторил Саргон. Он был так ошарашен тем, что узнал, что просто не мог позволить себе поверить в происходящее. - Как ты узнал? – наконец, задал вопрос Аран. – Как узнал, что Ияри брат Хилини? - Информатор, - рассеянно произнёс Саргон. - Тот, кто сливает нам данные о передвижениях отрядов Канцелярии… Я чувствовал, что тут что-то не так. Раб, умеющий читать… единственный, подружившийся с дочерью Канцлера Медицины… раб, который… совсем не похож на раба. Мне стало любопытно. Какое-то странное чувство. Чутье. Что-то, что подтолкнул меня заплатить ему за то, чтобы он нашёл документы на сбежавшего с виноградных плантации раба Зераббабеля. Так я и узнал… Саргон снова поднял растерянный взгляд и с болью заметил, как Ромина прижимается к Ияри в поисках утешения. Прижимается правой щекой, потому что её левая пылала отчётливым отпечатком его ладони. - Ром… Хилини… - он сделал шаг в её сторону, но Ияри тут же развернул Ромину, снова пряча сестру за собой, а Аран шагнул вперёд, готовый в любой момент встать между ней и Саргоном. - Тебе лучше уйти, - поняв, что госпожа не станет отвечать Второму Брату, произнес Аран. - Хилини! – Саргон попытался обойти Ияри, но телохранитель снова преградил ему путь. - Уведи его, - кивнул он Лилит, и девушка, подойдя к Саргону, взяла его за руку. Тот попытался воспротивиться, но делал все, словно во сне, и Лилит все же удалось утянуть его за собой. Очнулся Саргон уже в своей спальне, и первое, что он услышал, был звук бьющегося о стенки бокала с виски льда. - Выпей! По тому тону, которым говорила Лилит, Саргон понял, что она, видимо, повторяет это уже в который раз. - Да, - он машинально принял напиток из её рук. - Спасибо. Однако то, что он ответил, не означало, что он начал хоть что-то осознавать. Повертев бокал в руках, Саргон, проливая часть содержимого на пол, отложил его прямо перед креслом, в котором сидел. - Я её ударил, - вдруг произнес он, протянув вперёд правую руку и только сейчас осознав, как сильно она тряслась. - Я… её… ударил… Саргон смотрел на свою ладонь так, будто видел её впервые, будто перед ним было что-то чужеродное, ужасное и отвратительное. - Я её ударил… Тихие слезы прокатились из его глаз. Саргон вряд ли мог вспомнить, когда плакал в последний раз, но сейчас он совершенно не мог контролировать этот процесс. - Саргон! – голос Лилит доносится будто откуда-то издалека. Он поднял на неё затравленный взгляд и увидел, как девушка вытащила из ящика коробочку сигарил и закурила. - Я её ударил, - повторил он, будто Лилит не видела этого сама. - Этого уже не исправить, - выдохнула она. – И худшее, что ты сейчас можешь сделать, это сидеть и жалеть себя. - «Жалеть себя»? – не понял Саргон. - А именно это ты сейчас и делаешь, - ответила Лилит. – Сидишь и жалеешь себя. И, в частности то, из-за того, что оказался не таким хорошим, каким всегда пытался быть. - Лилит, я… - Ой, сделай милость, - она села на подоконник, затянулась сигариллой и выпустила дым, - заткнись и на секундочку подумай о той, кого ты сейчас там оставил. Оставил в страхе, что её тайна раскрыта и теперь её ждёт рабство. Ее. Её брата. И… её ребёнка. Твоего племянника или племянницу, между прочим. Саргон снова опустил глаза, и его взгляд вновь упал на все ещё дрожавшие пальцы. - Пламя! – срываясь с места, выругалась Лилит. В следующее мгновение она уже была перед Саргоном. Схватив его за руку, она прижала горящую сигариллу к его ладони. Саргон не дернулся, а лишь зажмурился, сжал веки и стиснул зубы, чтобы подавить вскрик. - Все! – через несколько секунд выдохнула Лилит и осела на пол, крепко сжимая в руках погашенный о плоть окурок. – Ты наказан! Теперь можешь простить сам себя и, наконец, попросить прощения и у неё… Лилит не успела договорить, как в комнате раздался тихий стук и, не дожидаясь разрешения, на пороге появилась Ромина. Саргон поднял глаза, а Ромина перевела робкий взгляд с него на Лилит. - Проходи, милая, - голос Лилит тут же потеплел, и она улыбнулась. – Я думаю, - Лилит разглядела в дверном проеме силуэт Арана, - вас лучше оставить одних. Пройдя к двери, она покинула комнату и плотно закрыла за собой дверь, лишая телохранителя возможности следить за тем, что произойдет между Саргоном и Роминой. Саргон продолжал сидеть в кресле. Его взгляд был опущен в пол, и он не смел поднять глаза на Вторую Сестру. - Саргон, - сделав несмелый шаг, вперёд тихо произнесла Ромина. – Или… мне звать тебя господ… хозяином? – исправилась она. - Что? – Саргон встрепенулся и удивлённо посмотрел на супругу брата. – Что? – переспросил он, хотя четко расслышал то, что она сказала. В следующее мгновение Ромина молниеносно опустилась на колени и закрыла лицо руками. - Ради всего, что вам дорого, - безуспешно пытаясь сдержать слезы, выпалила она, - во мне новая жизнь, и это ребёнок вашего брата. Это ваш племянник. Забудьте обо мне, но он… Он или она един с вами по крови и… - Ромина! – Саргон будто только сейчас понял, что она стоит перед ним на коленях и молит его пощадить ее ребёнка. Он понимал, что должен встать, подойти к ней и заставить подняться, но все, что он смог, это сползти с кресла на пол и, протянув вперед руки, привлечь Ромину к себе и крепко обнять. Ее руки безвольно упали вниз, она уткнулась в его плечо и, шумно выдохнув, продолжила тихонько всхлипывать. - Прости меня, - едва слышно прошептал Саргон. – Будь великодушна… в отличии от меня. Прости меня, моя нерожденная сестра. Ромина прижалась к нему еще сильнее и обняла его. - Я осуждал его, - горько усмехнулся Саргон. – А оказался еще более худшим ур… - Не смей! – Ромина отстранилась и заглянула ему в глаза. – Никогда не смей сравнивать себя с ним. Никогда, слышишь… - Я в Пламя разнесу эту дверь в щепки, если ты… Голос Арана звучал так громко, что и Ромина, и Саргон отчётливо слышали его за дверью. - Он разбудит Джераба, - в ужасе прошептала она. Осторожно отодвинув ее, Саргон тут же вскочил на ноги и быстро распахнул дверь. - Ради Провидения, заткнись, Аран! – прошипел он, хватая того за рукав и втягивая в спальню. - Сам заткнись! – огрызнулся тот и тут же высвободив руку, буквально подскочил к девушке. – Как ты, госпожа? – спросил он, аккуратно беря ее за плечи помогая подняться на ноги. – С тобой все хорошо? - Да! – поспешила его успокоить Ромина. – Все хорошо! Саргон, - она обошла Арана и подошла ко Второму Брату, который стоял рядом с вошедшей вслед за Араном Лилит. Ромина протянула руку и взяла ладонь Саргона в свою. - Аран, - не оглядываясь на телохранителя, позвала она, - на кухне в верхнем ящике шкафа, в котором хранятся мази, есть… - Нет! – перебил ее Саргон, мягко высвобождая свою руку. – Пожалуйста, не надо… - Но ведь останется след, а может и шрам, и… - попыталась возразить она. - Тем лучше, - выдохнул Саргон. – Тем лучше… Он шагнул вперед и снова обнял Ромину. Он прижал ее крепко, но все равно старался был осторожным. - Прости меня, - прошептал он ей в самое ухо, совершенно не думая о том, что его слышат все остальные. - Я люблю тебя, Второй Брат, - ответила Ромина. Ей казалось, что скажи она ему, что он прощен, это все равно не было бы так же важно, как то, что она смогла действительно полюбить его, словно брата, и смогла сохранить эту любовь даже в то время, когда он не испытывал к ней ничего, кроме презрения. - Ромина, - наконец заговорила Лилит, - ты беременна, и тебе нужен отдых. Иди к себе и постарайся уснуть. И ты, - она перевела взгляд на Саргона, - выглядишь так, будто на тебе перевозили грузы. Прими душ и ложись. - А ты? – отпуская Ромину, обернулся на Лилит Саргон. - А мы с Араном найдет Ияри и постараемся его успокоить, - ответила она. – Думаю, он сейчас с ума сходит от беспокойства за сестру. - Я сама, - попыталась возразить Ромина. – Вам он не поверит, а я… - Поверит! – Аран буквально преградил ей путь. – Он поверит мне, когда я скажу ему, что ты в безопасности, - продолжил он, - а Лилит найдёт слова, чтобы успокоить его самого. - Пойдём, - Лилит приобняла Ромину за плечи. – Тебе нужно поспать. Хоть немного. Пойдем, милая! Она вывела Ромину из комнаты и увлекла за собой. Девушка безвольно следовала за своей провожатой, но едва та ввела ее в спальню и оставила одну, как Ромина ощутила, насколько сильно она устала. Опьяненный лекарствами, Джераб спал так тихо, что ей пришлось прислушаться, чтобы убедиться, что он действительно дышит. - Вот и все, - едва слышно прошептала она, опускаясь в кресло и вытягивая ноги вперед, чтобы уложить их на край кровати. – Вот и все… Ромина закрыла глаза и, несмотря на все переживания, тяжелый неспокойный сон накрыл ее с головой. Очнувшись, она поняла, что лежит на кровати. Супруга Военного Коменданта была удивлена тем, что не проснулась, когда муж перенес ее на постель. Рабская жизнь приучила ее вскакивать на любой шорох, но рядом с Джерабом ей спалось так спокойно, что она не почувствовала, как он проснулся, подошел к ней, поднял на руки и переложил. Поднял на руки! Эта мысль вдруг обожгла ее мозг. Его рана. Она ведь еще не затянулась и мучала болью, а он поднимал ее. - Джераб! – позвала Ромина, но ответом ей послужил только шум воды с ванной. - Джераб! – чуть громче повторила она и, откинув покрывало, спустила ноги на пол. Пройдя к двери ванной, она постучалась и, получив в ответ скорее некое мычание, чем разрешение, аккуратно открыла дверь. Джераб стоял перед раковиной, из его рта торчала ручка зубной щетки, а в руках было опасное лезвие. На нем уже были форменные ботинки и брюки, но торс оставался обнажённым. - Ты переложил меня на постель, - смущенно произнесла Ромина. – Не делай так больше. Джераб ополоснул лезвие под водой, смывая с него остатки пены, а затем вытащил щетку и набрал полный рот воды. - Ты спала в кресле, - произнес он, наконец, покончив с чисткой зубов. – Не делай так больше. - Прости, - Ромина опустила голову. - Я проснулся под утро, - продолжил он, умывшись и взяв в руки полотенце. – И, представь, какого было мое удивление, когда я не обнаружил тебя рядом. Джераб вышел из ванной, прошел в глубину спальни и, раскрыв платяной шкаф, достал оттуда майку. - Мало того, что ты спала в кресле, ты была еще и полностью одета. Он выбрал одну из них, цвета хаки, и надел на себя. От стирки в горячей воде ткань села и теперь майка облепила его тело так сильно, что под ней угадывался рельеф каждой его мышцы. - Я… - Ромина мысленно ругнула себя за такую оплошность, - хотела пить и спустилась в кухню. - А та вода, что лежит в кувшине на тумбочке… - Я хотела прохладной, - Ромина тонула в собственном вранье, и от этого ее сердце бешено заколотилось, тошнота подступила к горлу, а перед глазами потемнело. - Ромина! – Джераб встревожено посмотрел на жену – Тебе нехорошо? За мгновение он оказался рядом, и она оперлась о его руку. - Все с порядке, - Ромина попыталась его успокоить. - Было б! – раздражённо произнес он. – Если бы я не поддался на твои уговоры и отвел бы тебя к нормальному доктору в столице, то... - Поверь мне, - Ромина попыталась ему улыбнуться, - здешний доктор знает о женском здоровье побольше, чем любой столичный. - Ну да, - проворчал Военный Комендант, - с такой-то практикой. Ты как? - Отлично, - Ромина искренне ему улыбнулась. – Голодная ужасно. - Пойдём, - открывая дверь и пропуская ее вперед, он так и не выпустил ее руки. – И раз уж ты так доверяешь здешнему коновалу, есть ты будешь так и столько, как и сколько он прописал в том самом листе с твоим графиком. - Джераб, я не могу столько есть, - спускаясь по ступенькам заныла Ромина. - Не помню, чтобы интересовался твоей едовместительностью, - ответил Военный Комендант, осторожно помогая ей спуститься. - Что? Ромина понимала, что в ее жизни сейчас все может пойти прахом в любую секунду. Одно мгновение, одно неосторожное слово или один непродуманный поступок мог в мгновение разрушить все то, что ей удалось создать за эти месяцы, но… но рядом с Джерабом, рядом с его ворчанием и той заботой, которой он ее окружал, несмотря на бесконечный поток замечаний и указаний, как надо, а как не стоит, она чувствовала себя защищённой. Ромина впервые поймала себя на мысли, что Джераб действительно защитит ее от всего мира. Но вся ирония состояла в том, что единственный, от кого ей теперь требовалась защита, был сам Джераб. Дойдя до обеденного зала, он, наконец, выпустил ее руку и, открыв дверь, вошел в комнату. Сидевший на своём привычном месте Саргон резко дёрнулся и поднялся на ноги. Лилит тут же поспешила за ним, осторожно коснувшись его руки. - Чего вскочил? – удивленно спросил старший брат, отодвигая свой стул. Саргон сделал шаг вперед, чтобы, как он делал это когда-то раньше, отодвинуть стул Ромине, но затем замер. - Хреново выглядишь, - нахмурился Джераб. Ромина, стараясь не сталкиваться ни с кем взглядом, прошла к своему месту и опустилась на стул. В отличии от всех, рядом с ее тарелкой помимо привычного завтрака лежала еще баночка с прописанными доктором добавками. - Да сядь ты, - Джераб почти прикрикнул на брата, который все еще был на ногах. Лилит мягко подтолкнула Саргона к стулу и тот, скорее подчиняясь ее движению, чем осознанно, сел. - Обстановка настолько милая, - беря в руки приборы, вновь заговорил Джераб, - что я согласен даже пообщаться с Лилит, лишь бы не наслаждаться этим свинцовым молчанием, которое тут над всеми нависло. - Джераб, нам надо поговорить, - выпалил Саргон. Ромина вздрогнула и почувствовала, как сердце бешено заколотилось в горле, мешая ей дышать. - После завтрака? – с надеждой спросил Джераб. - Сейчас! – твердо возразил Саргон. Джераб тяжело отодвинул стул, намереваясь с него подняться, но Саргон тут же остановил его жестом. - Мы поговорим тут, - пояснил он, поднимая взгляд на брата. Ромина сжала руки в кулаки и закрыла глаза. Ожидание бури, которую Саргон вот-вот должен был обрушить на ее голову, заставило ее сжаться и замереть. - Тут? – удивился Джераб. – Ладно. И о чем же? Не глядя на супругу, Джераб протянул руку и, найдя ее ладонь, сжал ее. В этот момент он понял, что рука его жены невероятно холодная, скорее даже почти ледяная, и с удивлением посмотрел на нее, но его отвлек голос брата. - Это касается… - Саргон на мгновение запнулся, подбирая верное имя, - Ромины и того, что я наговорил ей после прочтения… той сцены из дневника этого ублюдка. Ромина опустила голову и увидела, как ее слеза, сорвавшись с ресниц, ударилась о тарелку и разлетелась на мелкие капли.