По-человечески

      Погода была на их стороне. Сопровождаемые попутным мягким ветром и двигаясь с севера на юг, Чимин, Юнги и Тэхен словно возвращались обратно во времени из сентября в август. Расстояние не было слишком далеким для разительных изменений, и тем не менее они с каждым днем все чаще делали перерывы в дороге, чтобы просто погреться лишних полчаса на солнышке, послушать пение птиц и шелест листвы и насладиться терпким и сладким ароматом луговых трав. Чимин по мере приближения к родным краям и вовсе начал испытывать небольшой трепет. С момента его отъезда из отчего дома прошло чуть меньше двух месяцев, но для него за это время изменилось слишком многое, чтобы сердце не билось чуть чаще от осознания близости к дому. В Тоннэ, правда, заезжать не планировалось – этот крюк отнял бы у них гораздо больше времени, чем несколько лишних остановок на постоялых дворах или просто удобных полянках. Может быть, они нанесут визит родителям Чимина на обратном пути, но это еще предстоит обсудить с остальными. В том, что на свадьбе их не будет, сомнений не было никаких.         За несколько дней до отъезда Чимин, обсудив это с Юнги, отправил к брату слугу-посыльного с конвертом, в котором лежала внушительная сумма денег и записка, в которой он сообщал состав их небольшой компании, а также, зная нрав Сокджина и предполагая характер его жениха, очень просил поступить прагматично и благоразумно и не отказываться от этих денег. Писал, что это проявление не жалости, а здравого смысла, потому как организация свадьбы – дело затратное, а их приедет аж целых три рта, и что ничья гордость от этого не пострадает. Разместиться же на это время собирались в гостевом доме в городе Намгу, вокруг которого теснились многочисленные мелкие промысловые деревеньки, в том числе и та, где жил Намджун.         Примерно в дне пути от намеченной цели Тэхен углядел из окна очередной очаровательный пейзаж и буквально выпросил еще одну остановку. На пути его увлекало абсолютно всё: облака необычной формы, деревья слишком сочного зеленого цвета, пёстрые цветочные поляны и пастбища с белыми курчавыми овечками. Не будь Юнги невосприимчив к его большим блестящим глазам и сложенным на груди ладошкам, они бы наверняка опоздали. Но когда пронырливый Тэхён переключился на Чимина, а тот, в свою очередь, тоже заломил брови и выпятил нижнюю губу, альфа сдался. Время в запасе еще было.       В итоге вся процессия съехала с дороги на большой притоптанный пятак сухой земли, чуть поодаль от которого извивался бирюзовой лентой ручей. Берег его покрывала мягкая зеленая трава, на которую тут же расстелили несколько одеял, господа уселись на один, слуги – на другие. Кучера с позволения Юнги распрягли лошадей и завели их в воду, где глубина была едва по колено. Животные с радостью принялись пить, обмахиваясь хвостами, и щипать траву, пока разувшиеся и закатавшие штаны альфы обтирали им лоснящиеся бока. Некоторые из слуг удалились в сторону начинающегося ниже по течению пролеска и вернулись через некоторое время с собранными в носовые платки горстями ягод клюквы и можжевельника.         Чимин сидел, вытянув ноги, и наблюдал за прекрасной в своём умиротворении картиной. Юнги лежал рядом, удобно расположив голову на его бедрах. Он снял дорожную куртку и расстегнул пуговицы на воротнике и манжетах рубашки, сдвинул шляпу почти на нос и, кажется, дремал. Тэхен гулял неподалёку у самого берега, выискивая в траве клевер и васильки, и собирал их в небольшой букетик. Чимин видел, как на него то и дело поглядывал возившийся с лошадью Чонгук. Он тоже стоял по щиколотку в воде и старался смотреть украдкой, но скрываться у него выходило плохо. В какой-то момент их с Тэхёном взгляды пересеклись, и омега тепло ему улыбнулся, тут же возвращаясь к своему занятию, а вмиг порозовевший Чонгук поспешил спрятаться за лошадью, уткнувшись носом ей в шерсть.         - Думаю, нам придется раскрыть тайну нашего визита и Чонгуку тоже, - голос Юнги был тихий, густой и низкий и тянулся, как мед за ложкой. Чимин встрепенулся и опустил глаза вниз на мужа, который, очевидно, все же не спал, хотя и пребывал в полусонном состоянии. – Нам нужен кто-то, кто будет возить нас от нашего дома до дома твоего брата или как минимум до церкви. Я не хочу нанимать кого-то незнакомого на месте и не хочу таскать с собой всех, так что остальных слуг, извозчиков и охранников предлагаю оставлять в Намгу, а на торжество и в гости ездить только с Чонгуком.         - Согласен, - кивнул Чимин, поразмыслив. Вдалеке шумела листва, стрекотали кузнечики и пели сверчки. – Но Чонгук и так не будет задавать лишних вопросов.         - Он быстро всё сам поймет. Так что лучше просто прояснить заранее и наказать ему не болтать лишнего. Чонгук смышлёный и совестливый, от него никакие сплетни и слухи точно не поползут.         - Ты поэтому выбрал его нам кучером? - Чимин взял из оставленного слугами платка пару ягод и закинул в рот, а потом вопросительно глянул на Юнги, вздернув бровь. Тот кивнул и разомкнул губы, куда тоже сразу отправились несколько ягод клюквы. Альфа поморщился довольно и даже облизнулся.         - Отчасти, - сказал он. – Прежде всего Чонгук прекрасно управляется и с лошадьми, и на козлах, и в конструкции экипажа. Еще он смекалистый и сильный, и за вас с Тэхёном был бы горой в пути. Мне было спокойней от мысли, что он рядом и сможет в случае необходимости вас защитить. Охрана - это хорошо, но Чонгуку я доверяю больше.         Чимин проводил взглядом молодого альфу, который выбрался из ручья и присоединился к остальным слугам на их покрывалах. Расслабленно плюхнулся на землю и с улыбкой подставил ладони лодочкой под отсыпаемые ему ягоды.         - Ты давно его знаешь?         - Не слишком, - Юнги повел плечами, а затем сел и потянулся, располагаясь рядом, а Чимин согнул затекшие ноги в коленях и с наслаждением охнул, обхватив их руками. – Он работал в моем поместье еще до того, как я стал там хозяином. Прибился туда еще при старом владельце, будучи ребенком. Хорошо себя проявил, и я забрал его в город. Он толковый парень, я такое сразу вижу. И вы с ним подружились.         - Он вежлив, но при этом прост в общении, - пожал плечами Чимин. – У нас дома практически все слуги так себя вели. Мне это нравится. Не люблю, когда заглядывают в рот.         - Да, хорошее качество. Но меня подкупило то, что он вступился за тебя передо мной. Не испугался. Я сразу в тот вечер в конюшне понял, что он врет. Что скрывает что-то. И в других обстоятельствах я бы разозлился и принял меры…         - Но он всего-то немного слукавил, ложь была совсем невинная…         - Это не важно, Чимин. От слуг я не терплю подобного. Но важным было то, что он с риском для себя выбрал защитить тебя как своего господина и как омегу перед альфой. Это главное. Ну, и за Тэхёна он будет стоять каменной стеной.         - Ты заметил? – удивился Чимин.         - Конечно я заметил. Я знаю обо всём, что происходит в моем доме.         - И что ты об этом думаешь?         - А что я должен думать? Я не могу запретить кому-то испытывать чувства. Но я уже говорил – Чонгук смышлёный и благоразумный, дальше взглядов он не зайдет. Он прекрасно понимает, кто он и где его место.         - А если Тэхён решит иначе? Ты будешь возражать?         - Да, это не то, что поможет Тэхёну в жизни.         - Но почему? Мы ведь буквально едем на свадьбу аристократа и рыбака!         - Чимина, я не отвечаю за твоего брата. А Тэхён под моей опекой. К тому же время рассудит, был ли порыв Сокджина верным решением. Видит бог, я желаю им счастья, но я не романтик и не идеалист. И если Тэхён спросит моего совета, я скажу ему выбрать партию получше. Если он решит иначе, то неволить и запирать его я тоже не стану, но… По правде говоря, я не думаю, что он решит иначе.         - А вдруг. Тэхён хочет, чтобы его на руках носили. Чонгук именно такой альфа.         - А еще Тэхён наверняка хочет вкусно есть, хорошо одеваться и не ходить стирать на реку.         - Нельзя знать наверняка, что у другого человека в душе и в мыслях, - возразил Чимин, у которого внутри внезапно кольнуло от того, куда вильнул разговор. Он и сам не понял почему. Согласен ведь с Юнги, что симпатия или даже любовь – это еще не всё, и что хотеть комфортной жизни – нормально, а все равно почему-то появилась необъяснимая потребность доказать обратное. Может из-за Сокджина? Или была еще другая причина? Куда более глубокая, чем желание отстоять честь и выбор брата. Касавшаяся только его самого?         - Тогда тебе лучше напрямую спросить об этом у Тэхёна.         - А вот и спрошу, - упрямо выдал Чимин и осекся, потому что Тэхён подошел к их покрывалу, уселся на край и довольный собой вручил Чимину и Юнги по небольшому букетику луговых цветов, подвязанному длинными травинками.         - О чем беседуете? – Тэхён, пользуясь тем, что руки теперь были свободны, тут же запустил пятерню в горсть ягоды и забрал себе почти всё, что осталось.         - Решили, что прислугу с охраной будем оставлять в гостевом доме, а Чонгука посвятим в нашу общую тайну, и он будет возить нас к моему брату, - тут же сориентировался Чимин. Юнги же ничего не сказал, покивал и отстраненно уставился вдаль, туда, где безмятежно плыли барашки облаков.         - И правильно, - согласился Тэхён и, развернувшись, пересел, используя согнутые ноги Чимина как спинку кресла. – Эх, ну какой вид. Красота!         А Чимин, не удержавшись, кинул быстрый взгляд на одеяло со слугами и успел заметить зачарованный блеск пары карих глаз, которые тут же уткнулись в землю, словно всегда только туда и смотрели.  

***

      - Юнги, мне нужна твоя помощь.         Чимин вынырнул из гардеробной, сжимая в каждой руке по костюму, и потряс ими почти перед носом вскинувшего голову альфы.         - Что такое? Что случилось?         - Какой выбрать? На свадьбу. Я дома не смог определиться и взял оба, думал, по дороге решу.         - Не решил?         - Не-а. Ну так что?         Юнги отложил записную книжку, в которой делал пометки, растерянно перевел взгляд с изумрудной ткани на кремовую и потер подбородок.         - А какой тебе самому больше нравится?         - Ну Юнги! Если бы я знал, я бы тебя не спрашивал.         - Но ведь тебе в этом ходить.         - А тебе на это смотреть.         - Свежинка, но свадьба же не сегодня. И даже не завтра. Успеешь еще определиться.         - Я не хочу делать это в последний момент. Буду бегать как курица без головы! К тому же костюм надо заранее освежить, выгладить, проверить, всё ли с ним в порядке.         Глаза Юнги принялись бегать справа налево и обратно, прицениваясь к демонстрируемым нарядам, а потом его губы беззвучно зашевелились, и до Чимина дошло, что его муж использовал считалочку, только когда Юнги, закончив шептать, уверенно указал на кремовый костюм. Что ж, пусть будет так.       Он нырнул в соседнюю комнату, которую определили под гардеробную, и отдал слугам выбранные вещи, а сам принялся переодеваться в другой комплект, попроще, один из тех, что он привез с собой еще из Тоннэ. Решил, что слишком дорогие и вычурные ткани его обновок будут смотреться неуместно в рыбацкой деревушке. Сегодня у них по плану был визит вежливости и знакомство с будущим родственником.         Когда Сокджин писал ему письма, обратным адресом значилась районная управа. Своей почтовой станции в деревне, как и в других ей подобных, не было. Она здесь была попросту не нужна, многие жители не умели ни писать, ни читать, да и переписку им вести было не с кем. Остальные же захаживали в управу и передавали почту через секретаря канцелярии. К районной управе Чимин, Юнги и Тэхён и приехали примерно час спустя в коляске, управляемой Чонгуком. Свой большой дорожный экипаж они оставили возле гостевого дома, взамен ему арендовав маленькую двухколесную коляску с откидным верхом. Простую, черную и местами потрепанную, чтобы не привлекать лишнего внимания.         - Сокджин прислал мне карту, - сказал Чимин, когда они остановились у небольшого двухэтажного здания посреди пустыря на пригорке, от которого в разные стороны тянулись дороги как от солнца лучи. Чонгук обернулся назад на козлах с немым вопросом в глазах и взял протянутый ему сложенный лист дешевой бумаги с нарисованной схемой проезда. – Мы вот здесь, - Чимин ткнул пальцем в квадрат в углу, от которого тянулась пунктирная линия между схематичными домиками и деревьями.         - Если вы не возражаете, я лучше уточню дорогу, - предложил Чонгук и после кивка Юнги слез со своего места и скрылся внутри управы.         Его реакция на тайну, которая скоро по предсказаниям Юнги станет достоянием общественности, была для Чимина, признаться, неожиданной. Когда он нашел Чонгука перед пристройкой для слуг после того, как тот отогнал экипаж под большой навес и распряг лошадей, и отвел тихонько в сторону подальше от лишних ушей, альфа выглядел заинтересованным и вежливо улыбался. Но стоило ему услышать куда и зачем они поедут, как его глаза расширились, став идеально круглыми, и в них плескались шок и неверие, а рот приоткрылся, да так и застыл. Кажется, в Чонгуке в этот момент ломалась и перестраивалась его картина мироздания, в которой рыбаки не брали в мужья благородных омег. Взяв с него обещание никому об этом не говорить, Чимин не стал больше мучить бедолагу и оставил того наедине с его экзистенциальным вызовом.         В таком состоянии Чонгук пребывал почти все время, что готовил их коляску и управлял ей до выезда из Намгу и дальше, и только к деревне его отпустило. Из здания управы он выбежал воодушевленный, почти вприпрыжку добрался до коляски и, ловко забравшись на свое место, направил лошадей по дороге, ведущей прямо к океану. Она была узкой, неровной и без какого-либо покрытия. Вдоль обочины не было тротуара, зато пучками торчала высокая жухлая трава и деревца с пожелтевшей листвой, за которыми нестройным рядом тянулись заборы. Во дворах простеньких глиняных и деревянных домов омеги занимались стиркой или чистили рыбу, альфы плотничали или ремонтировали снасти, бегала ребятня, лаяли собаки и гуляли стайками гуси, на некоторых покрытых тростником и дерном крышах спали коты.         Заслышав глухой стук копыт о землю, люди поднимали головы, отрываясь от своего занятия, провожали коляску взглядами, некоторые даже торопились к забору или выбегали на дорогу, желая увидеть, куда именно поедут необычные для этих мест посетители. Кажется, их визит будет темой для обсуждения за ужином.         Нужный им двор был во втором от берега ряду, с распахнутыми настежь воротами и суетой во дворе. На крыше сидели двое альф и перестилали кровлю, а незнакомый омега подавал им снизу доски и инструменты. Все трое обернулись на шум и замерли на мгновение, растерявшись, но уже секунду спустя один из альф, казавшийся старше, перекинул ногу через стык покатых сторон крыши, чтобы оказаться к гостям полностью лицом, и склонил голову в приветствии.         - Добрый день, уважаемые господа, вы к Сокджину?         - Здравствуйте. Да, я Чимин, его брат, - Чимин поднялся и принялся выходить сам, не ожидая, пока ему подадут руку. – Мы приехали на свадьбу.         Он хотел, было, спросить, где его брат, но тут дверь дома распахнулась, и из нее как на крыльях вылетел Сокджин, в два шага добрался до Чимина и стиснул его в объятиях настолько крепких, что из-под сомкнутых рук, казалось, раздался хруст ребер.         - Чимини! Зайчик мой!         - Сокджини!         - Я так соскучился!         - Я тоже!         Омеги с радостными возгласами принялись скакать, не размыкая объятий, от переизбытка чувств иногда переходя на визги и нечленораздельные звуки. В это время Чонгук отогнал коляску чуть в сторону и помог выйти Тэхёну, а Юнги выбрался сам с другой стороны. Альфы же слезли с крыши и быстро ополоснули руки и лица после работы, подставив ладони под кувшин с водой, который для них держал незнакомый омега. После все выстроились двумя рядами возле продолжавших обниматься омег в ожидании, когда всех друг другу представят.         - Так, - Чимин, видя застывшие улыбки на чужих лицах, у кого-то неловкие, у кого-то предвкушающие, таки оторвался от брата, все же продолжая держать того за руку, и по-очереди указал на своих спутников. – Это Мин Юнги, мой супруг, это Ким Тэхён, его воспитанник, и Чон Чонгук, наш кучер.         На каждом имени альфы, не рискнув пожимать руки, кланялись почти под прямым углом, а омега старательно делал несколько неуклюжий книксен, но выглядел при этом таким искренним и очаровательным, что в груди Чимина стало теплее от мысли, что брат окружен здесь хорошими людьми. Юнги держался сдержанно, но с улыбкой, Тэхён лучился радостью, а Чонгук при виде поклонов в свой адрес вспыхнул свеклой и жутко смутился, принявшись кланяться в ответ.         - А это Ким Намджун, - теперь заговорил Сокджин и первым указал на альфу постарше, высокого, широкоплечего и крепкого, с короткими черными волосами и симпатичными ямочками на щеках, - мой жених. И наши друзья Чхве Бомгю, - омега еще раз присел, - и его брат Субин, - второй альфа, тоже высокий, но явно моложе и не такой широкий в плечах, помахал, а затем, спохватившись, снова поклонился.         - Приятно со всеми познакомиться, - Юнги первый из остальных взял слово, своим примером показывая, что нет никакой неловкости, как и социального неравенства в этом конкретном дворе.         - Мне тоже, спасибо, что приехали, мы очень рады, - Намджун, выждавший некоторое время и понаблюдавший за общей реакцией, выдохнул расслабленно и все-таки протянул руку, которую Юнги, не мешкая, пожал. Сразу же рукопожатиями обменялись и с Чонгуком, и с Субином.         - Давайте тогда пройдем в дом! – предложил Сокджин, видя, что знакомство, вроде бы, прошло успешно. – Там правда немного не убрано из-за ремонта, мы надеялись успеть всё до вашего приезда, но не получилось. Дайте немного времени и…         - Я помогу, - тут же засуетился Бомгю.         - Мы сами приберем, - Намджун мягко коснулся руки Сокджина, - там доски и мусор, и тяжести. А вы лучше чайник поставьте, хорошо?         - Хорошо, - улыбнулся тот в ответ и быстро клюнул альфу в щеку, отчего тот смутился и тут же коснулся пальцами пунцовой щеки.         Чимин умиленно смотрел на них и не мог налюбоваться. Таким он Сокджина никогда не видел, тот словно над землей ходил рядом со своим альфой.         - Я тоже помогу накрыть на стол, - сказал он, помня, что слуг здесь нет. Быть обслуживаемым собственным братом ему не хотелось, сейчас здесь все на равных.         - И я тоже, - захлопал в ладоши Тэхён, который, кажется, просто был рад всему.         - Нет, что вы, вы же гости, - прошептал Бомгю, который на яркого и нарядного Тэхёна смотрел почти с придыханием. - Это невежливо. Да и запачкаетесь.         - Ай, не волнуйся об этом, - отмахнулся тот, пока Юнги просто молча снимал сюртук, тоже готовясь поработать руками. Чонгук так и вовсе притоптывал в нетерпении. А, может, просто не знал, куда еще себя деть от необычности происходящего, и помощь в понятных домашних делах была для него предпочтительней поклонов наравне с господами.         - Что ж, тогда пойдемте в дом, - подытожил Намджун и распахнул дверь, придержав ее для остальных.