В городе, который

***

Лиан обнаружил пропажу, как только добрался обратно до зала. В окружении полного хаоса он опустил глаза на свое запястье и не досчитался одной нити. Кажется, Ай Эн только притворялся немощным – все идет по его плану. Лиан вспыхнул в гневе, прикоснулся поочереди к каждой нити, чтобы проверить, кому они принадлежат. И вновь удивился. Жизнь Сынмина была на месте, но не хватало того странного типа, Хенджина. Или все же произошла случайность, и Ай Эн утащил, что смог? В любом случае, уж очень он обнаглел в своем-то положении. Лиан уже оборачивается, чтобы вернуться к Ай Эну, но слышит свист. Лино ухмыляется ему с краешка перил ведущей к залу лестницы. – Эй, мразота. Сильнейшим в мире себя возомнил? Побороться за звание не желаешь? Лино видит, что Змей его не боится – у него ведь большое приемущество, слегка натянуть нить и преграды не станет. Да и сейчас у него куда более грандиозные планы, чем какой-то человек, бросающий ему вызов. Задержавшись на жалкие секунды, Змей продолжает путь. Но времени Лино хватило, чтобы увидеть, что нитей стало на одну меньше. Куда она делась. Не уж-то кого-то успели убить? Лино поискал глазами по залу своих ребят. Чан, Чанбин, Хенджин и Феликс. По прежнему не хватало Сынмина. И Хана. Лино попытался почувствовать их, но тщетно, слишком большая толпа. Может, он и смог бы, он же, черт возьми, дьявол. Но сознание затопила паника. А вдруг этот гад убил Сынмина? А вдруг… Хан мертв. - Я кажется с тобой разговаривал! Владыку мира не учили этикету?! А ну вернулся и выложил, куда дел еще одну жизнь! – закричал Лино и побежал следом за врагом. Раздумывать сильно не стал. Не в его стиле. Набросился на Лиана первым. Тот не успел использовать свой прием шантажа – холодное лезвие ножа пронеслось у самого горла, пришлось уворачиваться. – Говори! Где Хан?! Крик Лино донесся и до участников Sandd. Хенджина, Феликса и Чана, занимавшихся созданием полного хаоса, и Чанбина, который договорился работать с Лино в паре, но тот почти сразу ускользнул. Чанбин, увидев, чем именно Лино занят, понесся ему на выручку. Хенджин, Феликс и Чан замерли в шоке, пытаясь сообразить, что можно предпринять.

***

Ситуация складывалась такая – бессмертный Дьявол Лино вступил в схватку с равным, таким же дьяволом, но другой природы. Однако друзья Лино не знали, кто он на самом деле, потому, конечно же, их сердце сразу зашлось галопом, а тело само двинулось на выручку. Только вот, в отличие от Лино, они были смертными. Им было, чем рисковать. И пусть у Змея больше не было нити жизни Чанбина, убить его Змею не составит такого уж большого труда. Так думалось тем, кто наблюдал развернувшуюся битву. И, опять же, они не могли знать всего потенциала Чанбина, потому что он не рассказывал друзьям, кто он на самом деле. У каждого в голове был собственный план, и не всегда его удавалось связать с планами остальных. Так и получалось, что организация Sandd до сих пор не растеряла своих участников не иначе как чудом. Видя, что может произойти непоправимое, Хенджин окрикнул Феликса: – Феликс! Включай режим киборга убийцы! Как там у вас, богов, положено! Феликс оглянулся на Чана, который тоже не стал стоять столбом и уже отправился на подмогу. – Предлагаешь мне устроить пожар? Или землетрясение? – уточнил Феликс, но пока вытащил лук и выстрелил в грозившегося наброситься на Хенджина монстра. – Да что угодно! Ты уже сто раз себя сдал, так что вперед! Главное меть прямо в Змея, наших не задень! Феликс сосредоточился на небе. Грозовые тучи смешивались со снежными, потому призвать молнию так же быстро, как обычно, не выходило. Ему требовалось немного времени. А времени не было. Лино же тем временем нападал так стремительно, что Змею приходилось отступать все дальше. Еще несколько шагов, и он упирается в стену. Дальше либо совершать ответный бросок, либо… Использовать более подлый прием. В конце концов жизнь Лино ничего не стоила. Прожил он ее подобно собаке. Смерть будет ему подарком. Лино замахивается для очередного удара. Лиан хватается за его нить на своем запястье, натягивает ее до скрипа и… Ничего Не происходит. – Ура! Просчитался! – победно вскрикивает Лино. Вместо уже привычного свиста клинка – взмах ладони. Сплетенный из тьмы клинок отсекает запястье Лиана, с которого Лино в мгновение стягивает золотые нити и отбрасывает безвольную конечность подальше. В глазах Змея плещется ужас. – Главные козыри закончились? – С улыбкой интересуется Лино. – Что ты такое? – Шепчет Лиан. Лино оглядывается на Чанбина – он был уже совсем близко. – Не при детях сказано. Подумай над своим вопросом на досуге. А сейчас я прощаюсь. Пока. Лино отступает, давая Чанбину место для маневра. – Замри! – Командует Чанбин, едва подбегает и устанавливает зрительный контакт. И Змей, не успев ничего понять, поддается гипнозу. В небе гремит. Молния срывается сияющей птицей, пробивает крышу и ударяет по Лиану. Снег из туч от смены температуры проливается дождем. Он немного смягчает языки грозившегося разбушеваться пламени. Но температура быстро снова падает, и дождь сменяется привычным этому месту снегопадом. Узнавать, насколько там жив или мертв враг времени не было. Угрожать им Лиану больше нечем, так что ноги в руки и бежать от новой напасти – огня. Лино подтолкнул Чанбина к успевшему подбежать Чану, а сам понесся вглубь здания, проверить, выбрались ли Чонин и Сынмин. Возможно, и Хан с ними. Ощущение пространства металось в душе, мешаясь с паникой. Пробегая по коридору, Лино не чувствовал живых и надеялся, что, когда владелец нити умирает, нити не продолжают транслировать их воспоминания. Сынмин – золотое поле и лохматый пес, виляющий хвостом. Джисон – Лино, глядящий на него с сияющей улыбкой и надевающий ему на палец серебряное кольцо. Им обязательно нужно сегодня выжить! – Вот поэтому царские семьи так часто и умирали в прошлом! Подпали здание, и все, кранты! Попробуй кого спаси – оно огромное, а горит быстро! Лино вдруг останавливается. В пламени, которым уже успела заняться одна из комнат, ему видится знакомый силуэт. – Хан! – вскрикивает Лино, бросаясь в огонь. – Ты такой же, – получает он шепот в ушах. – Никогда не думал, что будет, если он узнает? – А, это все еще ты, – разочарованно фыркает Лино и раздраженно стряхивает с себя пытающийся полакомиться огонь. – В любом случае, мое раскрытие ни за горами, так что ничего нового ты мне не рассказал. Удар. Лино блокирует его вспыхнувшими под рукавами наручнями. – Не все же такие жалкие как ты, Лиан. Представляешь, кто-то осознает свои сильные и слабые стороны. К тебе это, к сожалению, не относится. Жил бы себе, не тужил, правил. Но тебе захотелось потешить свое эго, унизив своего врага. И теперь у тебя нет ни поместья, ни статуса. Думаешь, после случившегося демоны все еще будут воспринимать тебя сильнейшим? Если да, то тебе бы не помешало полистать учебник по психологии. – Лино! Лино, ты здесь?! – Раздается неподалеку. И Лино в мгновение меняет выражение лица и тон на мягкие. – А теперь прости, вынужден откланяться. У меня важные обстоятельства. Пока еще можно притворяться человеком, Лино оставил на своей коже несколько ожогов и подпалил одежду. Очень кстати пришелся и Лиан, который от обиды решил свалить парочку колон своим хвостом. Точно дитя малое. Лино немного завалило к ужасу Хана. Джисон сразу прибежал на звук и стал звать Лино. Лино для убедительности покашлял и помог ему демонической силой расчистить обломки так, будто это Джисон работал только своими силами. Несмотря на то, что Лиан все еще фоном бушевал, Джисон вцепился в Лино объятиями, радуясь новой встрече. – Как же я испугался, Лино! Ты с ума сошел, драться с этой змеюкой в одиночку! Нам нужно уходить – будем вместе, решим, как поступать дальше, но с огнем лучше не шутить! Джисон тащил Лино по коридору, держа за руку, словно маленького ребенка, чтобы он ни дай боже не потерялся (не отправился обратно в бой с врагом, который, кстати, постепенно нагонял). Лино незаметно стряхивал взглядом путающиеся в волосах Джисона горящие искорки, не давая их подпалить. И все же, Лиан был очень опасен. В него ударила молния, и ослабила его. Но этого было совсем мало. Выступать в открытую никак нельзя, а мелкие трюки не помогут. Лино пытался соображать быстрее. И придумал отличное решение – запереть «Короля-без-короны" демонов в горящем доме. Барьера временно должно хватить. Но. Шум позади вдруг стих. А Лино в ужасе осознал, что упустил драгоценный момент.

***

– Боже, ну как всегда! Что ни действие, то катастрофа! – В отчаянии вскрикнул Феликс и снова поднял руки к небу, теперь уже вызывая не молнию, а дождь, чтобы потушить пожар. И снова времени уходило непростительно много. А когда дождь все же пошел, зачарованный огонь, успевший расползтись внутри помещения, отказывался быстро затухать. – Молодец, сделал все, что мог! А теперь нам тоже нужно уходить! – командует Хенджин и тащит Феликса за собой. Дождь заливает глаза, но не топит снег под ногами. Такой же зачарованный, но другой магией, он врезается в обувь. Холод врывается в легкие, делая нервные вдохи болезненными. – Надеюсь, беда миновала. – Говорит Феликс. Но краем глаза ловит метнувшуюся от здания тень. И от того, куда она направлялась, точнее, к кому, его сердце замерло.

***

Сынмин уводил Чонина. Маленькими шажками они двигались в направлении дома – тяжело и больно. Зато вместе. Чонин в один момент понял, что больше не может держаться. Его дыхание участилось, а взгляд стал пустым и рассеянным. Приближалось безумие, которое он с такими силами старался подавить. Ничего не объясняя, он выхватил клинок из ножен Сынмина, который сам когда-то ему подарил, и собрался снова нанести удар по своей ране на боку. На этот раз, возможно, он окажется смертельным. Но так хотя бы удастся спасти от себя Сынмина. Но Сынмин оказался проворнее. Будто предвидев, что подобное может произойти, он выбил клинок ударом по запястью. Заставил Чонина присесть и обхватил его лицо ладонями. – Смотри мне в глаза. Слышишь? Сделай вдох. Я рядом, все будет хорошо. – Красивые слова, Сынмин. Но что ты знаешь о том, кого пытаешься успокоить? – Слышит Сынмин издевательский смех. От которого его переклинивает. – Достаточно. И побольше тебя, – отвечает он полным стали голосом. - А ты, судя по всему, тот, из-за кого Чонин плакал. – На самом деле он тебя обманул… Заклинание бьет по Лиану прежде чем он успевает договорить. Снова и снова. Глаза Сынмина сияют золотом, быстрая речь заклинания обращается в пылающие буквы, сплетающиеся между собой и впивающиеся в змеиную кожу. – Зло будет запечатано в своем же зле. – Заканчивает Сынмин. Делает глубокий вдох. Выдох вырывается морозным облачком. Змей валится на снег и больше не подает признаков жизни. Хорошо. Все Как и должно быть. Сынмин оглядывается на Чонина. Тот надрывно кашляет, пытается подняться и подойти к нему, но ноги не держат. Видно, снова пришел в себя. Хорошо. Значит будет жить. Еще какое-то время. В отличие от него. Сердце пропускает удар. Сынмин падает на колени, хватаясь за грудь. Холодно. Но от любви, которую ему удалось познать Тепло.

***

– Сынмин! Сынмин! Чонин не знал, откуда у него взялись силы, чтобы добраться. Чтобы взглянуть на лицо с сомкнутыми ресницами. Опуститься к груди, в которой не слышалось биения сердца. – Нет-нет-нет, Сынмин! Сынмин, ты не можешь умереть! Пожалуйста… Кто-нибудь! Помогите… Чонин хватался за ладони Сынмина, будто от этого был какой-то толк. Обнимал его, пытаясь отогреть. Где-то на краю сознания он осознавал, что подошли ребята из Sandd. Чанбину далеко не с первой попытки удалось оторвать Чонина от Сынмина, чтобы Чан мог подойти и узнать, что можно сделать. Но оказалось поздно. Скорбное молчание накрыло команду. Снег снова взял свое и повалил хлопьями, путаясь у Сынмина в волосах и оставаясь тающими слезами на его щеках. Чонин выскользнул из державших его за плечи рук Чанбина. – Разбитое соберет свои осколки вновь. – Прошептал Чонин, стирая снежные слезы с щек Сынмина. Шок постепенно перетекал в осознание и бескрайнее горе. Слезы брызнули из глаз. Холодно. Больно. Страшно. Так выглядит смерть. Чонин погиб вместе с Сынмином. Прикосновение к его щеке в ответ. Чонин распахивает глаза. Сынмин смотрит на него – нежно. Будто происходящее не сон. Его пальцы стирают не прекращающиеся слезы. Оставляя на коже тепло. – Как ты? – Шепчет Чонин, не веря. – Немного холодно. Но прекрасно. – Отвечает Сынмин тихо. Чонин разрыдался и заключил его в объятия. Чанбин в шоке переглянулся с Чаном. – Как, черт возьми? – Еще предстоит узнать. Но не иначе, как чудом. – Отвечает Чан. Пока что он был просто рад, что обошлось. На этот раз. – Это была магия, – говорит им Лино. – Наш Сынмин далеко не прост. – Это было понятно с тех пор, как ты перетащил его в мешке через порог, – отмахнулся Чан. – Другое дело, что многим из нас не помешало бы рассказать о себе побольше. Да, Чанбин? – Да хватит надо мной издеваться! – Взмолился тот. Чан рассмеялся. Не настаивая, но и не говоря, что тема закрыта. От этого Чанбину стало тревожно. Как и Джисону. Лино же продолжал делать вид, что не при делах, хотя и сыграл одну из главных ролей в бою. – Дети, пора домой, – говорит Чан с улыбкой. – Что-то мы загулялись. В эту песочницу больше не пойдем, здесь бродят хулиганы. – Вселенная схлопнется, а Чан все еще будет относиться к нам как к младенцам, – комментирует Лино. Хотя и знает, что это Чан в шутку. – Хани, не сбегай вот так в следующий раз. Джисон в ответ цеует его в щеку и прилипает объятиями. Он ничего не может обещать. И его слишком впечатлило произошедшее. Самому захотелось заплакать навзрыд. Чудо, что всё обошлось. Наблюдая за Сынмином и Чонином Хенджин вспоминал, как когда-то умолял Феликса открыть глаза. Но тот умер у него на руках. Феликс осторожно тянется к его ладони. Хенджин вздрагивает, наваждение пропадает. Вместо дождя – снег. А воспоминаний – Чонин, которого Чан поднимает на свои руки. Сынмин тоже приподнимается, но Чанбин пресекает его попытки встать самостоятельно и осторожно усаживает на свою спину, то и дело спрашивая, не больно ли ему, боясь навредить. – Хенджин, ты в порядке? – Голос Феликса . Звонко. Тепло. – Все хорошо, Феликс. Пошли домой. Ты отлично постарался. Легкое, словно крыло птицы, прикосновение к макушке. И оставшееся от него тепло в душе Феликса.

***

Всю дорогу домой Феликс чувствует на своей спине взгляд Хенджина. Но каждый раз когда оборачивается тот смотрит куда угодно, кроме него. Словно пытается сбежать. В конце концов Феликс сбавляет шаг, оказываясь рядом. – Хенджин. Не хочешь поговорить? – предлагает Феликс. – Не обращай внимание, бог Феликс. Все в порядке. – Отвечает Хенджин. – Это из-за любви, которая умерла? – Всё равно спрашивает Феликс. Хенджин продолжает улыбаться. Не надтреснуто, ярко. Словно все ему не по чем. Но Феликс чувствует его боль. Сжимает его ладонь в своей, даря поддержку. Не зная, что еще может сделать. Он не представляет, что это значит для Хенджина. Ему больно. Но так тепло. Не отпускай, Феликс. Никогда. Феликс снова чувствует взгляд. Это Чонин смотрит на их сжатые руки со следами улыбки в уголках губ. – Прости, Чонин. Я сжег твой дом. – Извиняется Феликс. Ай Эн оглядывается. Всполохи пламени танцуют по снегу вокруг поместья, которое при желании можно отстроить. Но, признаться, горит оно куда красивее. Да и он не планировал возвращаться. – Пусть. Это промозглое место никак больше и не согреешь. Но что будет с Лианом? Лино тащил Змея за собой за шкирку, нисколько не заботясь о его здоровье. Тот против не был, словно мертвый. – Нам нужно показать виновника властям, отчитаться. Бросим под замок понадежней, может, получится его сослать куда-нибудь. Главное, чтобы не проснулся в ближайшее время. – Говорит Лино. – Сейчас его душит собственная злоба. Он будет без сознания, пока не подавит в себе желание калечить других. – Поясняет Сынмин. - Его ждет вечная кома. – Констатирует Ай Эн. – Он хитрый. Сможет выпутаться, когда поймет, в чем суть заточения. Так что мера временная. – разочаровывает его Сынмин. – Прости, чтобы убить, сил не хватило. – Чтобы его убить, для начала нужно подходящее оружие. И точный удар. Если не попадешь в слабое место, не навредишь ему. Так что ты не виноват. – Успокаивает его Чонин. – Мы можем просто убить его сейчас. – Предлагает Лино. – Незачем дарить ему таких подарков. Пусть живет свою бессмертную жизнь с осознанием, что все потерял, это куда большая кара. – Качает головой Чонин. – Но если он вдруг случайно помрет в тюрьме, на меня не смотри. Это наверняка будет Сынмин. Я сомневаюсь, что он когда-нибудь простит Лиана. Сынмин бросил на Лино взгляд с контекстом «Кто тебя за язык тянул? Зачем палишь?». Лино заухмылялся. – Чем больше я думаю о произошедшем, тем страннее себя чувствую, – признается Чанбин. – К примеру, Лино, разве Лиан не пытался порвать твою нить? Я думал у меня сердце разорвется. Я просто успел вовремя, или с твоей нитью что-то не так? – О чем ты, Чанбин? Ты успел как раз вовремя, я едва не умер! – качественно отыгрывает Лино. – А меня беспокоит другое. Ай Эн, сколько же тебе лет на самом деле? Чонин смущенно шмыгает носом. – Думаю, я давно уже даже не ваш прадедушка. Лино заливается смехом. – Чан. Ты теперь макнэ! Чан же даже не думал с ним соглашаться. Он прожил много жизней. Всё же, кто из них старше, вопрос растяжимый. Его самого больше тревожит воспоминание, которое он видел, прикоснувшись к нити Чанбина. Откуда он? Кто он вообще такой? Что за звезды и ключ? Чанбин понимает, что Чан что-то видел, но пока не спрашивает. Разговор когда-то будет длинный. Придется много врать. – Итак, первоочередные задачи на данный момент – освобождение города, заточение для нашего врага, лечение ноги Сынмина. – Перечисляет Чан. – Чанни. Тебе обязательно нужно отдохнуть по прибытию. – Многозначительно говорит Хенджин. – Как и всем нам. – Отговаривается Чан, делая вид, что не понял намека. – Это правда может плохо кончится. – Говорит Хенджин уже больше для себя. Раз Чан к его мольбам как всегда глух. – Еще нужно решить, что делать вот с этим. – Лино достал из кармана золотые нити. Ему было страшно к ним даже прикасаться, ни то что носить с собой. Однако решение находится очень быстро. Лино передал нити Феликсу. – Отдашь богам, когда вернёшься домой. – Дельная идея. Пусть пока Феликс их сохранит. – Одобрил Чан. Он и Чанбин тоже отдадут свои нити, когда они доберутся домой. Сейчас это немного неудобно. Феликс коснулся нити Хенджина. Глаза его застлала красная пелена. Посреди неё был яркий светлый лучик. Тепло. Которое потом погасло. Феликсу очертания этого "тепла" как будто были знакомы. Но всё никак не вспомнить. Душно. Слишком тяжело. И как будто это что-то Что он не должен знать. Но. Феликс не планировал пока возвращаться обратно. У него есть немного времени, чтобы разобраться. Пусть и нельзя. – Не так уж я и хочу домой, ребята, – вдруг озвучивает Джисон его мысли. – Лино, я тут нам местечко присмотрел, давай останемся жить. Лино удивленно вздернул брови: – Ханни, кто будет защищать людей, если мы останемся здесь? Ты же всегда был рад этому! Джисон надул щеки и отвернулся. Конечно, он все еще рад. Это всего лишь шутка. Но в его положении грех не испробывать все варианты. И вновь Хенджин незаметно касается ключа на шее. Граница темноты сменяется привычной ржавчиной леса. Вокруг тишина. Ливший так долго дождь закончился.

***

Мрачная тюрьма Города Катастроф. Охраны – пруд пруди, не выбраться и не пробраться. Самых опасных преступников держали в подвале на минус третьем этаже. Лиана заключили в камере временно, пока готовили другое, более надежное место, в пещере. Он уже постепенно приходил в себя, но все еще был очень слаб. Пытаясь выпутаться из письмен заклятья, Лиан нанес себе внутренние раны. Еще не скоро он сможет от них оправиться, но, когда это произойдет, он сделает все возможное, чтобы вернуться. – Как к тебе попали нити богов? – Слышит Лиан вопрос. Открывает глаза и видит, что он больше не один. Парень с длинными золотыми волосами и веснушками на щеках твердо глядит на него сквозь решетки. Судя по тому, что ему удалось проникнуть сюда, он был не так прост. – Бог, которого я встретил, с удовольствием оказал мне услугу. Интересуешься, потому что хочешь тоже? Прости, но отсюда я не смогу тебе помочь. Открой замок, и тогда я обязательно все устрою. – Даже не надейся. В этом я тебе не помощник, – отказывается Феликс. – Просто хотел узнать, как так вышло, что строго охраняющиеся артефакты попали на землю. – Просто ваши святоши не такие святые, как им приписывают. Я почти уверен, что тот, кто их мне отдал, сделал это не без удовольствия. - Если ты хотел так меня уязвить, у тебя не вышло. У меня с миром богов накопились счеты. Я спокойно могу принять факт, что в верхнем мире есть крысы. Спасибо за подсказку. Феликс знал, что большего из Лиана выбить не удастся. Змей в принципе вряд ли знает что-то еще. Даже о внешности предателей спрашивать не было смысла – совершая преступление, бог бы ни за что не пришел в настоящем обличии. Вопрос в том, украл ли бог нити, потому что хотел досадить другим богам. Или его целью были именно ребята из Sandd.

***

Нити богов охраняются строже. Ведь они хранят воспоминания, узнав которые бог может захотеть вернуться домой.

Конец первой катастрофы.

И первого тома.