В городе, который

***

– Чьи дети в мастерской? – Это не просто дети. Это герои! Слышал о битве на перевале? Это они ее выиграли! – Дети? Как? Шутите? – Эти дети у нас уже год. И так рвались помогать в конструировании, что мы решили дать им шанс собрать что-то свое. Ну они и собрали – полностью механического робота. Сильнее тех, что на нас нападают. С тех пор они так и сооружают воинов в мастерской. Новые разработки – тоже принадлежат им. Хëнджин частенько пересоздает электронные приборы, делая из них механическими. Феликс же больше углубляется не в природу энергии, а в саму конструкцию. Вместе они – отлично друг друга дополняют. – Все еще не верю! Не надо небылицы рассказывать! – Пойди и посмотри, двери не закрыты! И не веривший действительно заглянул. Чтобы увидеть, как два мальчика, еще только приближающиеся к возрасту подростков, склонились над чертежами. Рядом с ними на столе расположилась недособранная конструкция. Робота такой формы на поле боя ещё не видели – плоского, с лапками по краям, похожего на робота-пылесоса. Настоящего же его предназначения пока никто не знал. – Думаю, нужно учесть силу трения, – сказал Хëнджин. – Если она будет достаточной, то метал, разогревшись, даст искру. И можно подорвать взрывчатку. – Гениально! – вскриунул Феликс. – Хëнджин, давай пять! Крошечные ладони встретились в воздухе. И так и не расцепились. Два мальчика шли рука об руку. От сражения к сражению. Хенджин и Феликс присутствовали на поле боя, чтобы наблюдать, как справляются их творения и учиться на ошибках в их сборке. Иногда их замечали враги. И ничем хорошим это не заканчивалось. Приходилось очень быстро убегать под залпами пушек. Множество раз они были ранены. И едва не убиты. Роботы знали, что у людей существует подразделение, занимающееся сборкой оружия. Если уничтожить его участников, люди будут беззащитны и победить их не составит труда. Потому за Феликсом и Хëнджином шла охота. И спасали их только проворность и быстрые ноги. Защищать их, детей, было некому – у взрослых и без этого достаточно проблем. Людей для спасения города категорически не хватало. Все, кто мог, помогали на тогда ещё существующих заводах отливать и затачивать детали, собирать роботов по образцам, созданным Хëнджином и Феликсом. Им же самим в боях приходилось полагаться только друг на друга. Однажды, во время одного из очередных боëв, их, ещё маленьких и неопытных, подкараулили. Хенджина сильно ранили в голову, и Феликс протащил его на себе пять километров под раскрашивающими небо в алый залпами взрывов. А потом, сам весь изодранный и обклеенный пластырями, сидел над его кроватью в лазарете, проливая слезы до тех пор, пока Хенджин не пришел в себя. – Ты как, порядок? – спросил Феликс осторожно. Больше всего боясь, что Хенджин его не узнает. – Конечно. Как ты без меня, – улыбнулся ему Хенджин, вызвав новую порци слез. – Мы обязательно победим! И больше никогда не будет больно! – Феликс не мог успокоиться и отпустить Хенджина. Даже зная, что едва не душит его и что он уже хрипит и просит отпустить. – Не плачь, Феликс! Конечно же все будет хорошо! Ладошка в ладошку. Вперед по неработающим железнодорожным путям, по пути в их штаб, где они и собирали роботов и изобретали новых. Куда стаскивали со свалок материалы для них же, когда дефицитных-заводских не хватало. Где жили. День за днем. Год за годом. По тем же железнодорожным путям шли уже повзрослевшие Хенджин и Феликс. Совсем другие, нежели раньше – выше и сильнее. Изменились и чувства. От детской дружбы. К большой любви. Мазнувшее по щеке тепло дыхания Хенджина. Усеянное цветами поле и они среди травы глядящие на проплывающие размазанные по небу облака. Вслушивающиеся в тишину и надеящиеся, что не услышат сирены. Хенджин закладывает Феликсу за ухо ромашку. И тот смешно морщит усыпанный веснушками нос. Любил ли его Феликс? Хенджин извел этим вопросом множество цветов, обрывая белые лепестки. Феликс был на год старше. Феликс был тем, кто всегда рвался его защищать. Феликс был. И Хенджину было этого достаточно, чтобы почувствовать – он живет не зря.

***

В тот день даже привычная сирена не успела прозвучать. Слишком внезапно набросились враги, слишком их было много. Люди учились выживать, и роботы тоже мотали на ус, изучая навыки куда быстрее жалкой горстки людей. Хенджин и понять ничего не успел. Почувствовал только, как его оттолкнули руки Феликса, больно ударился о землю, прокатившись по ней и измазавшись в крови. Сирена прозвучала только после этого. И Хенджин не мог точно сказать, кричала ли она на самом деле или это только в его голове и мире произошел апокалипсис. Поднявшись, он увидел, что Феликс лежит рядом. Бьется в конвульсиях от боли и невозможности сделать вдох из-за поврежденного горла. Хенджин закрыл его рану ладонями. Кричал, пытаясь дозваться помощи. Но все было тщетно. Никто не придет. Все спасают свои жизни. Сражаются за город. И, пусть и видят его беду – просто не могут подобраться. Это война. Здесь ничего не сделаешь. С неба вдруг хлынул дождь. Звучали крики. Грохотал обстрел с обоих сторон. Последний вдох. Глядящие на Хенджина глаза Феликса стекленеют, подергиваясь дымкой. Унося свет и из его глаз. Превращя их в черную бездну. Хëнджин крепко обнимал Феликса. Не желая отпускать. Не веря, что придется расстаться. Все это не реально, неправильно. Они же только что были так счастливы. Он не мог умереть. Не мог его оставить. Хенджин был абсолютно в этом уверен. И он поможет Феликсу вернуться. Найти к нему дорогу. Но для начала… Хенджин злым, совершенно не похожим на свой, взглядом оглядел поле битвы, тонущее в крови и машинном масле. Поднял Феликса на руки. И медленным шагом направился прямо через сражающихся к их штабу. Будто ничего не происходило и ничему не удастся его задеть. Убийственно-спокойный, с ровной спиной, словно Феликс в руках ничего не весил. Сзади на него замахнулись – робот вражеской стороны собрался нанести удар на поражение. Хенджин же зло оглянулся. – Прочь! – крикнул он. У робота тут же опустились руки, и он, отключившись, покатился по земле. Хенджин и представить не мог, что так умеет. По правде говоря, не умел. Просто горе в нем вызвало такой сильный всплеск эмоций, что столкувшийся с ее живой энергией робот не выдержал и отключился. Хенджин продолжил путь. Добрался до пушки, из которой человеческая армия палила по врагу. Сидящий за пультом управления мельком заметил его, бледного, словно смерть, с бездыханным Феликсом на руках, но вновь отвлёкся на сражение. Хенджин добрался убежища без единой царапины, за исключением тех, что получил во время падения на землю. Это было настоящим чудом – будто бы превратившийся в ангела Феликс защищал его от пуль крыльями. У них с Феликсом был припасен небольшой отряд роботов, начиненных взрывчаткой. Они договаривались не пускать их в ход, пока ситуация на поле боя не станет критической. Ведь, если выпустить их, умрут не только враги, но и все свои, что не успеют унести ноги. Но Хенджину было уже плевать. Они потеряли в войне контроль и сдавали позиции. Он потерял Феликса. У него достаточно аргументов, чтобы выпустить на свободу орудие массового поражения. Даже если после этого он станет злодеем, не важно. Важен только мир – любой ценой. И Феликс. Возвращение которого теперь – первоочередная проблема. Куда до нее ржавым жестянкам. Хенджин, не колеблясь, нажал кнопку активации. Взрывы были такой силы, будто небо падало на землю. А когда стало тихо, Хенджин разрыдался. И долгое время слышал только свой крик. Напополам с мольбами к Феликсу. Прося его вернуться. Не было больше врагов и товарищей. Не было поля, где они плели венки, мечтая о мирном небе. Оно оплакивало потерю Феликса вместе с Хенджином. Ему было безразлично, выиграли они в битве или нет. Потому что он сам – проиграл в войне. За жизнь Феликса. И их общее счастье. Хенджин надеялся, что сможет все исправить. Но, сходя с ума, боялся, что это невозможно. Дождь лил три дня и три ночи. А когда он прекратился, Хенджина уже давно не было в их с Феликсом убежище. Он ушел искать способ вернуть его домой. Сам не собираясь до этого момента возвращаться к людям.

***

Хëнджин. Хëнджин. Ты не виноват. Умирая, я думал только о тебе. О том, что ты останешься один. Что не сможешь без меня. Мы ведь как два крыла птицы. Она не сможет летать с одним. Хëнджин. Не знаю как, но я обязательно вернусь. Ты только дождись, хорошо?