Дар эволюции

Лабиринт В Ночь стремительно отступала. Виднелись первые отблески зари, окрашивавшие горизонт в желто-оранжевый и пурпурно-фиолетовый. Томас, посаженный за решетку, отбывал наказание. Что было несправедливо, ведь он спас Соню, хотя и не получил ни слова благодарности. Но он не так уж и долго негодовал по этому поводу. Больше Томаса беспокоило, возможно ли вообще выбраться из этого ада. Дридфулы, населяющие Лабиринт, напугали его до полусмерти и вогнали в отчаяние относительно своего будущего. Томас пытался телепатически поговорить с Терезой, чтобы не чувствовать себя совсем одиноко, даже если этот способ связи смущал его. Но ничего не вышло. Тереза не отвечала. По обрывкам разговоров девушек он понял, что Терезу они приняли более охотно в свои ряды, и она активно пыталась понять, что значила загадочная надпись на его руке. К его темнице приблизилась Соня, которая выглядела гораздо лучше с их последней встрече. Она быстро шла на поправку после нападения дридфула. — Ну, и что планируешь делать дальше? — спросила она с пристальным взглядом. — Ты о чем? — Томас был сбит с толку и её появлением, и вопросом. Соня закатила глаза и цыкнул, как будто объясняла самую простую вещь на свете. — Как мы выберемся отсюда? Ты должен знать. Ты был одним из тех, кто отправлял нас сюда. Теперь я помню это. — А я - всё ещё нет, — со злостью ответил Томас. Он не хотел допускать даже мысли, что причастен к созданию этого ночного кошмара, западни без выхода. Но в тоже время не мог отделаться от вопроса - ради чего? — А почему нас сослали сюда? Соня будто хотела ответить, но тут же схватилась за голову и зажмурилась. — Не могу... Мне не дают. Не важно. Мы должны вернуться домой, к нашим близким. Томас тоже хотел этого, он подумал о своих родителях. Они, должно быть, мучаются из-за его пропажи, тщетно ищут. И его страхи, хоть и не пропали полностью, отошли на второй план. Но что он может сделать? Девушки доходчиво объяснили, что испробовали все возможные варианты - что только не пришло им в голову за эти два года. И Лабиринт полностью исследовали. Остались только... — Дридфулы, — осенило Томаса. — Может, в них есть подсказка? А ведь один из них сейчас лежит там. Картинки ещё живо представали в его памяти, как Томас бежал что есть мочи по проходу, который стремительно закрывался. А позади его настигал дридфул. Но всё же чудовище не успело выбраться, его размозжило в лепёшку. Соня уставилась на него, как на сумасшедшего. — Ты это серьёзно? Хочешь вернуться туда, хотя едва унёс ноги? — Э... Вернуться? — нервно сглотнул Томас. Хоть его ещё не отпускало нездоровое любопытство к Лабиринту, никто не отменял инстинкт самосохранения. — Я что, должна в одиночку потрошить эту тварь? Или ты думаешь, тут выстроится очередь из желающих мне помочь? — в голосе Сони отчётливо слышался упрёк. Томас почувствовал, как от стыда загорели уши. Для единственного, кто сумел убить монстра, он вел себя трусливо. — Нет. Конечно, я готов пойти с тобой, — тут же ответил он. — Но кто мне разрешит? Томас оглянулся вокруг, опасаясь, что их разговор могли подслушать. Встревать с Гарриет в новый конфликт совсем не хотелось. Соня нахмурилась, продумывая следующие действия. А затем ухмыльнулась. — Если сделать всё быстро, никто и не заметит нашего отсутствия. Понадобится помощь. Выходи давай, — она отперла решётку и протянула руку. Следующие пять минут Томас провел в нервном ожидании, спрятавшись в лесу, пока за ним не пришла Соня. Но не одна. — Привет, Томми. Как спалось? — Элиза махнула рукой и приветливо улыбнулась. С их первой встречи она увидела в нём неразумное дитя и продолжала придерживаться этого мнения. Мийоки сухо кивнула. Она вообще была немногословна. А вечно опущенные уголки губ придавали лицу угрюмое выражение, и нельзя было понять наверняка, в каком она расположении духа. — Мийоки пойдёт с нами, если вдруг дридфул опять притворяется или ещё что, — объясняла Соня. — Элиза прикроет нас перед Гарриет и остальными. Они обменялись ободряющими взглядами. Томас взволнованно потер руки. — Ладно. Пора выяснить, с чем мы имеем дело. Чтобы найти труп одного из созданий, которые так долго третировали девушек, много усилий не понадобилось. Сложнее было удержать завтраки в желудке от вида вывалившихся из дридфула внутренностей и, помимо них, переплетения проводов и металлических деталей. — Фу, ну и мерзость, — выдавила Соня, сдерживая рвотный позыв. — Тихо! Вы это слышите? — Мийоки встала боком и подняла указательный палец. Томас шагнул ближе, вглядываясь в щель, где застряла большая часть создания. От него доносился тот же равномерный звуковой сигнал, что и ночью. Тк-тк-тк. — Там что-то есть. Надо вытащить его, — Томас тут же взялся за металлическую конечность и потянул на себя. Та вдруг дёрнулась и сократилась. Все трое испуганно отскочили. Мийоки первая взяла себя в руки и подняла что-то, выпавшее из дридфула. Не испытывая и тени брезгливости, она стёрла с предмета слизь и показала остальным. Это был металлический цилиндр, с одного конца которого торчали проводки и горела красная цифра семь. А на его корпусе Томас увидел до боли знакомые буквы. «ПОРОК - это хорошо» — произнёс настойчивый голос в его голове. Единственное, что Томас помнил. И в чем он сильно сомневался. *** Лабиринт А После разговора с Ньютом Скайлар вернулась в Хомстед и заняла одну из кроватей. Сон охотно принял её в свои объятия, несмотря на пережитое ночью. Но продлился, по ощущениям, недолго. Барабанные перепонки пронзили крики. Скайлар подскочила, шаря мутным взглядом вокруг. Они доносились из-за стенки, и не прошло и минуты, как Скайлар сообразила - это Алби. Заткнув уши, она подошла к его комнате. Вожак глэйдеров тяжело дышал и обливался пóтом во сне. Руки и ноги привязаны к кровати, периодически он пытался махать ими, и даже бить самого себя. Вены по всему телу взбухли и позеленели, напоминая цветом болотную тину. Ночные приключения пронеслись в памяти Скайлар, и она захотела оказаться подальше от Алби и его мучений, ведь помочь всё равно ничем не могла. Точнее, она уже сделала всё, что могла - вернула его в Глэйд. Скайлар вышла на свежий воздух. Последние события теперь казались далёкими и нереальными, будто и не она пережила столько страха и нервного напряжения. Её заботили уже другие вещи. «Бессмыслица какая-то. Как Лабиринт может быть кодом? И кодом к чему?» — раздумывала Скайлар, бессмысленно бродя взглядом по поляне. Солнце давно опустилось за западную стену Глэйда, она проспала весь день. Об этом известил и болезненный спазм в пустом желудке. «Проклятье! Ну просто замечательно! Ещё одна загадка!» — раздражённо подумала Скайлар, направившись в столовую. Если Эрис хотел сделать себе подсказку, то мог бы продумать что-то поподробнее. А ещё лучше накатать письмо со всеми объяснениями. Ещё из головы не выходило странное лекарство. Скайлар думала о жидкости в шприце и буквах ПОРОК на нем. Что-то в её памяти шевельнулось. Ещё недавно она думала, что на них тестируют биологический вид оружия, но что, если наоборот? Вдруг речь о лекарстве против того, что глэйдеры считают ядом гривера? Казалось, вот-вот она вспомнит, но ударилась о невидимый барьер. Снова захотелось выть от злости и безысходности. Но Скайлар решила отступиться от того, на что не может повлиять, и сосредоточилась на сиюминутной задаче - разжиться чем-нибудь съестным. К её удаче в холодильнике обнаружился тыквенный пирог. Скайлар налетела на него не задумываясь, влетит за это от Фрайпана или нет. Но не успела доесть и кусочка, как в дверях появились Чак и Эрис. — А вы чего здесь шастаете? — недовольно пробурчала она с набитым ртом. — Ну, он захотел есть, — ответил за обоих Чак. — А поскольку я отвечаю за новичков, то пришлось идти с ним. — Неправда. Это ты меня сюда повел, — притворно возмутился Эрис. — Короче, — Скайлар взяла блюдо с пирогом и вышла на веранду, — сами себе еду ищите. Мальчишки последовали за ней. — А жадничать не хорошо, — Чак потянулся к пирогу. — Ничего не знаю, — Скайлар отдернула руки в сторону, и тут же Эрис стащил кусок. Она коршуном повернулась к нему, что дало возможность Чаку ухватить другой. Мальчик отбежал на приличное расстояние с победной улыбкой. — Ой, да черт с вами! — сдалась девушка, поставив блюдо на стол и плюхнувшись на стул. Несколько минут они в тишине расправлялись с пирогом. Её разбавлял стрекот сверчков, жужжание комаров и мотыльков вокруг уличного настенного фонаря. Пахло остывающей землёй, уже прохладными травами и туманом. — Ну, и что там с вами произошло? — начал расспросы Чак. — Как вы всё выжили? Минхо такое на рассказывал. Будто ты в одиночку защитила Алби от гривера и помогла разобраться ещё с несколькими. Скайлар замерла, удивлённая такой трактовкой событий. На самом деле она чуть не умерла от страха. Если бы рядом не было Минхо, они бы и не додумались, как избавиться от гриверов. Да и вообще, просто бы поубивали с Эрисом друг друга. Но она не тянула на скромницу, чтобы отнекиваться от похвалы и восхищения. — А откуда столько скептицизма в голосе? Думаешь, я на такое не способна? — с задором ответила Скайлар. — Ну, странно слышать, что ты заботилась о ком-то. Обычно ты всех отталкиваешь, — Чак сделал вид, будто сказал что-то обыкновенное, но с таким, видом, что Скайлар почувствовала себя виноватой. Слова Эриса эхом пронеслись в её сознании. Да у тебя талант настраивать людей против себя. — Прости, Чаки. Я опять сорвалась на тебя. И ты извини, — Скайлар посмотрела на Эриса. В конце концов если бы она была по адекватней, ничего бы из этого не случилось. Да и после пережитого Скайлар незаметно для себя самой перестала подозревать его в чём-либо или ненавидеть. Парень кивнул, на губах появилась робкая улыбка. Знак того, что они могут подружиться и быть за одно. — Оба хороши. Не надо было убегать. И обманывать. Чак широко зевнул. — Пора бы уже расходиться. И лучше приберегите раскаяние на завтра. Они в недоумении переглянулись. — А что будет завтра? — Как что? Вы нарушили главное правило Глэйда, и так просто с рук это не сойдет. Совет будет решать, что с вами делать. В этом Чак не шутил. С утра пораньше двенадцать кураторов собрались в Хомстеде и, усадив новичков к стене, начали обсуждение. Их ответы сводились к одному - наказанию. Но никто не рвался уточнить, какому именно. Эрис настороженно следил за происходящим, вытянувшись по струнке, и ловил каждое слово. Скайлар, уперев локти в колени и сцепив ладони, смотрела в сторону ото всех. Быть в центре внимания, да ещё такого, ей совсем не нравилось. И, как оказалось, далеко не все поверили в её отвагу. Уинстон, куратор забойщиков, вовсе подозревал обоих в сговоре с Создателями и шпионаже. Он предложил посадить их в Кутузку на неопределённый срок, поскольку беды начались с их появления. — Сначала нападение на Бена, следом - на Алби. Да ещё и лифт перестал опускаться. Лучше запереть Салаг, пока не произошло ещё что похуже, — распалялся он. «В этом он прав, — заговорил Эрис со Скайлар их странной связью. — Судя по тому, что я тебе наговорил в коме, грядёт что-то плохое». Та едва заметно фыркнула. Если бы это зависело от них. «Лучше сосредоточиться на поиске выхода, а не на мрачных предсказаниях. Если уж на то пошло, ответ у тебя на руке. Ты должен его знать». Ньют, находясь во главе Совета, молча всё выслушивал иногда делая заметки в блокноте. Следующими высказались Фрайпан и Зарт. Они посчитали, что за спасение Алби новички заслужили прощение или хотя бы поблажку. Эриса считали не виновным, так как он ещё не успел узнать их порядков. Выступили ещё несколько кураторов, имена которых Скайлар ещё не запомнила. Но уловила, что голоса разделились поровну. «Ну вот, опять наседаешь» Скайлар и впрямь чувствовала вновь поднимающуюся волну раздражения. Но в этот раз не дала ей захлестнуть разум. «Нет. Я имею ввиду, мы вместе это сделаем. Как в Лабиринте. Станем командой» Как будто она бы доверила ему своё спасение. — Ну а ты чего молчишь, Минхо? — обратился Ньют к куратору бегунов. — Ты там был. Что думаешь? «Но вдвоём мы не справимся. Надо объединить глэйдеров. Разве не видишь? Их мнения разделяются из-за нас. Нужно, чтобы большая часть была на нашей стороне. Так больше шансов...» — .... Поэтому, я предлагаю сделать Скайлар бегуном. Увлёкшись разговором с Эрисом, Скайлар прослушала речь Минхо. Его заявление стало неожиданностью для всех присутствующих. Она едва не подскочила с места. — Что?! — разъярился Галли. — Ты спятил?! Следом поднялся гвалт обсуждений и возражений. Ньюту понадобилась минута, чтобы восстановит порядок. Когда Минхо снова заговорил, все стихли. — Вам, шанкам, не понять, через что проходят бегуны каждый день. А то, что сделала она прошлой ночью, не удавалось никому. Нельзя просто забить на такие способности. — А как же правила? Единственное, что оберегает нас? Ей за это ничего не будет? — гнул своё Галли. — Ньют, если бы Алби был здесь, ты знаешь, он бы согласился со мной. Обоих новичков надо наказать. Мысли Скайлар суетливо метались между жаждой сказать что-то веское в свою защиту - но правильных слов не находилось - или просто дать деру. Лишь бы не знать итога этого позорного судилища. Она чувствовала - ни один из исходов её не устроит. Ньют смерил обоих тяжёлым взглядом. — Да, нельзя это так оставлять. Иначе мы подадим остальным плохой пример. Пусть посидят сутки в Кутузке на воде и хлебе. И это окончательное решение, — с нажимом сказал он, видя, что Галли собирался спорить. — А насчёт предложения Минхо... Ночь в Лабиринте была достаточным испытанием для проверки Скайлар. Поэтому я назначаю её бегуном. Послезавтра приступишь к тренировкам с куратором. Скайлар не запрыгала от восторга, как сделала бы день-два назад. Её пробрал озноб, а сердце застучало часто-часто. Она бросила взгляд на Минхо, обещающий всевозможные кары небесные. Тот держался с обычным самодовльно-самоуверенным видом. И зачем он это сделал, не предупредив её? Теперь Скайлар не имела права отказаться, не показав себя трусливым зайцем. — Да вы понятия не имеете, на что она способна! И ещё пожалеете, что доверились ей! — чуть не брызжа слюной прокричал Галли. Он ринулся к выходу. — Галли... — Фрайпан положил руку на его плечо, но тот сбросил её. — Отстань, Фрай. — Может, стоит прислушаться к Галли? — задумчиво сказал Уинстон. — Всё - таки к нему вернулась часть воспоминаний. Он знает, о чем говорит. Вдруг этих двоих и вправду подослали шпионить за нами? «Ну, это уж слишком!» — разозлившись подумала Скайлар. И прежде, чем кто-либо успел возразить или согласится, она поднялась с места, сжала руки в кулаки и выпрямилась. — Хватит разговаривать так, будто нас тут вообще не существует! Нам вообще дадут слово в свою защиту? Удивлённые взгляды кураторов скрестились на ней. — Ну, валяй, — осторожно ответил Ньют, будто перед ним была бомба с часовым механизмом. И Скайлар приготовилась исторгнуть всё своё недовольство, накопившееся за несколько дней пребывания в Глэйде. Однако в последний миг передумала. Это бы значило, что она так ничего и не поняла. Да у тебя талант настраивать людей против себя. Обычно ты всех отталкиваешь. Вдвоём мы не справимся. Мы все в одной лодке. Она бы не выжила в одиночку в Лабиринте. А значит, чтобы выбраться на свободу, нужно тоже объединиться. «Я заполучу их одобрение и уважение, если раскаюсь. Признаю важность их правил». — Я не герой, каким выставил меня Минхо. Я действовала исходя только из своих интересов. И вообще, сунуться в Лабиринт было глупым, необдуманным решением, — слова давались Скайлар трудно, она глубоко вдыхала перед каждым предложением. Потому что осознавала - это правда, а непросто игра на публику. — Там действительно так опасно, как меня предупреждали. Ваши правила написаны кровью. Не стоило их нарушать. Мы получили по заслугам. В общем-то, это всё, что я хотела сказать, — неловко закончила она и села обратно, чувствуя, как гарят лицо и уши. Кураторы обменялись недоуменными взглядами. Никто не ожидал услышать от неё нечто подобное и не знали, как реагировать. Скайлар понадобится время чтобы понять, правильные ли слова она подобрала и достигли ли они цели. Ньют захлопнул блокнот. — Лады. На этом можно закончить. *** Лабиринт В — Соня, какого чёрта?! — прорычала Гарриет, когда маленькая команда появилась из-за ворот Лабиринт. Рядом с ней нервно кусая губы стояла Элиза. — Простите. Не получилось её задержать, — виновато сказала она. Соня и не могла её винить. Как вообще можно стоять на пути у кого-то, вроде Гарриет. — Я всё объясню, — блондинка подняла руки перед собой. — Да уж, не сомневаюсь, что у тебя были веские причины снова нарушать мои запреты! Соня положила руку ей на плечо и мягко развернула, пока Гарриет продолжала кипятиться. К их компании подошли ещё несколько девушек, с интересом наблюдая за ссорой. — Первый раз ты ослушалась, когда я сказала не приближаться к тому дохлому–недохлому дридфулу. А сейчас ты ещё новичка отпустила без моего ведома и потащила в Лабиринт! — Ну, конкретно это ты не запрещала. Гарриет побагровела от злости, но заметив публику, перешла на шёпот. — Ты подрываешь мой авторитет своими выходками. И всё для чего? — Мы нашли кое-что, — спокойно отвечала Соня. — Возможно, зацепку. Можешь сказать остальным, что дала нам такое спецзадание. Гарриет устроила эта идея. Сделав глубокий вдох и выдох, она повернулась к Томасу и Мийоки. — Ну, и что там у вас? Прежде, чем ей успели ответить вперёд вышла Бет. — Какая разница? Лучше ответьте, почему этот шпенек свободно таскается в Лабиринт, как к себе домой. Мы ведь уже наказали его за это. Соня едва не взвыла от досады. Справиться с Бет намного сложнее, чем с Гарриет. Она любила вмешиваться в разборки и высказывать своё мнение, потому что приравнивала себя к лидеру. — Ну, за два года вы не продвинулись сильно дальше. А я сделал хоть что-то полезное, — сказал Томас спокойно. Но прозвучало дерзко. Бет тут же рассвирепела и двинулась на него. — А ну-ка повтори, ушлепок! — Бет! — перед ней встала Элиза. — Если бы он не «таскался в Лабиринт», Соня и Мийоки были бы уже мертвы. Как ни странно, это заявление остановило Бет. Но Соня сомневалась, что та сильно беспокоилась об их жизнях. Скорее, она не хотела навредить Элизе. — Бет права. Щегол не может делать всё, что ему вздумается, — сказала Гарриет Соне. — С этим нужно что-то делать. — И я даже знаю, что, — ответила та с улыбкой. — Я беру Томаса в свою команду. Теперь он стайер. *** Лабиринт А Время тянулось словно патока. Скайлар готова была на стенку лезть от скуки. Её разбавляли редкие появления Чака, который приносил ей что-нибудь перекусить в течение следующего дня. Потраченного впустую, а ведь неизвестно, сколько их ещё осталось. В замкнутом пространстве тревожные мысли одолевали Скайлар с новой силой, она сосредоточилась на болтовне мальчика, чтобы отвлечься от них. — Некоторые тебя поддерживают и чуть ли не обожествляют, другие ненавидят. Но большей части всё равно. Если тебе интересно, — сообщил он, протянув ей через решётку яблоко. Девушка задумчиво перебросила его из руки в руку. — Ну, посмотрим, как изменится их мнение, когда они узнают ещё одну новость: меня бегуном сделали. Чак уставился на неё во все глаза. — Да ну, гонишь! — Не-а. — Значит, добилась своего. — Ага. Мальчик озадаченно склонил голову на бок. — Что-то не вижу особо восторга. Ты же этого хотела с самого начала. — Ну, это было до того, как я там побывала! — признание вырвалось из неё, и Скайлар резко отвернулась от Чака. — Ты же не собираешься давать заднюю? — после короткой паузы протянул он. Она повернулась обратно к мальчику и встретилась с пытливым взглядом. — Минхо не даст тебе отступить. Ему нужен напарник, а бегуны теперь отказываются идти в Лабиринт. Гриверы же расшалились - два нападения за три дня. Скайлар скрестила руки на груди. Не хотелось объяснять, какие сомнения и предчувствия терзают её. Тогда бы они передались и Чаку. — Я не уверена, что от меня будет толк. Я даже не понимаю, как сделала то, что сделала, — наконец кратко ответила Скайлар. — Минхо на это сказал бы «Возьми себя в руки и отбрось бабские замашки!» — Чак изобразил командный голос с каменным лицом. А дальше с доброй усмешкой добавил: — А я скажу так: ты сильная. Просто сама еще не знаешь, на что способна. Скайлар удивлённо уставилась на Чака. Она не нашлась с ответом, потому что не ожидала, что он может рассуждать о чём-то серьёзно. Но она понимала - мальчик прав. Сдаваться заранее нельзя. Это значит упустить шанс на освобождение. А, значит, и на месть. *** Ночью сна было ни в одном глазу. Скайлар была как на иголках. Скоро она вновь окажется в Лабиринте. Это вызвало в ней противоречивые чувства. Страх напополам с предвкушением. «Я должна выспаться. Будет трудный день. Я должна быть бодрой и собранной. Надо как-то успокоиться, отвлечься, — твердила она себе, прижав колени к груди. — Если бы рядом был Ньют...». На губах Скайлар промелькнула смущенная улыбка. Память подкинула недавнюю сцену. Увидеть Ньюта на вышке было неожиданно. Она думала, он теперь считается её психопаткой и за километр будет обходить. Но нет. Он снова проявил поддержку и заботу. И Скайлар решила рассказать всё, что знает. В конце концов, если не ему, то кому ещё она бы смогла открыться? А потом они оказались так близко друг другу. Буквально нос к носу. Дыхание перехватило, а сердце замерло на мгновение. Мир вокруг исчез. Остались только он и она. Так происходило каждый раз, когда они оказывались вдвоём. Скайлар вздрогнула всем телом, прогоняя наваждение. Хорошо, что Ньют ушёл из бегунов. Иначе бы она нервничала в Лабиринте ещё больше, находясь весь день рядом с ним. Но не могла не задаваться вопросом, почему он это сделал? Стоило Скайлар задуматься над этим, как в голове появилась пульсация. Это ощущение возникло у левого виска. Она инстинктивно прижала пальцы к тому месту, и в тот же момент её зрение отключилось. Скайлар в панике шарила глазами, терла их, но вокруг была непроглядная тьма. И вдруг перед мысленным взором предстала странная картинка. Скайлар будто видела мозг изнутри. Она с изумлением поняла, что знает, как он устроен. Её окружали переплетения желтоватых тончайших нитей. В тот же миг она понеслась по ним, как по американским горкам. И каким - то невероятным образом она знала, куда движется. «Амигдала. Миндалевидная структура в височной доле мозга. Это ключевая структура в формировании воспоминаний, связанных со страхом...» Чьи это слова? Они принеслись к ней откуда-то из дальней дали, словно с тех пор, как она их услышала, протекли столетия. ...А следом осознание — чужих воспоминаний. Образы промелькнули быстрой чередой, не давая возможности осознать происходящее. В какой-то момент она даже видела себя со стороны. Все странные ощущения пропали, зрение вернулось. Её передёрнуло. Что бы только что не произошло, это было отвратительно. Может, у неё и правда беда с головой. Сначала мысленные диалоги, потом видения... Бессонница теперь обеспечена. Но нет, Скайлар вдруг ощутила полное бессилие, которое и заставило её крепко заснуть. *** В это же время. Денвер. Элитный жилой комплекс «Мэйфер». Квартира Ганса Эберхарда. Мужчина снял очки, прикрыл глаза и помассировал веки. Затем бросил взгляд на наручные часы. Полтретьего ночи. Кофемашина притихла. Ганс сделал глоток и вернулся с кружкой кофе за компьютер. На мониторе появилась долгожданная надпись:

загрузка завершена

Ганс хотел бы вздохнуть облегченно, но это лишь первый этап. Он добавил новую функцию в имплант Скайлар и должен дать ей знать, что всё готово. Но всё осложнялось тем, что теперь она ничего не помнит. Ганс сделал пару кликов.

Протокол «Перехватчик».

Активировать?

Да/Отмена

Осталось мало времени. А Скайлар должна понять слишком многое. И она справится. В конце концов, это была её идея.