Великая и могучая Трикси в экзорциуме под пирамидами

[10:30] В замке Искорки, в большом Зале Карты, единственный круглый стол в центре комнаты вдруг засиял, вживую показывая далёкую фигуру пони с голубой шёрсткой и белой гривой, галопом мчащегося на приличной скорости. Сидя в самом главном из шести кресел, окружавших магический стол, Старлайт Глиммер нахмурилась. Она отложила пергаменты, которые просматривала, и приблизилась, чтобы разглядеть изображение. Вскоре она узнала одетого магом пони, стремительно приближавшегося к этому месту. "Почему она так спешит?" — растерянно подумала она. Встреча с ней была назначена на вечер, так что проблемы в этом не было. Она даже подготовила сценарий на случай, если та по какой-то причине явится раньше назначенного времени. И всё же чем был вызван этот поспешный визит? Тогда ей в голову пришёл очевидный ответ, заставивший её насторожиться. "Неужели она меня раскрыла?" — мрачно спросила она себя. Это не должно было быть возможным, учитывая все принятые ею меры предосторожности... или всё же могло быть... Внезапное сомнение, вспыхнувшее в голове Старлайт, рассеялось. Существовал другой ответ, лучше объяснявший происходящее. Если учесть всё, что она выяснила и узнала во время неожиданного утреннего визита самых юных носительниц элементов гармонии, можно было заключить, что нынешние события были следствием прошлых поступков той безответственной пони — поступков, о которых 'прежняя' Старлайт даже не подозревала. "Уф, как утомительно. С меня довольно этих мелочей..." — пробормотала Старлайт, теряя всякий интерес. Эта пони не была угрозой, лишь помехой. Помехой, разбираться с которой лучше предоставить другим. Даже если ситуация выйдет из-под контроля, у неё уже были готовы меры на случай изоляции этой 'помехи'. План уже был запущен; она не собиралась его останавливать. "Хотя... а что, если добавить...?" — задумчиво пробормотала она, но тут же тряхнула головой. Смысла не было. Взглянув на песочные часы рядом с собой, она убедилась в своих предположениях. Время почти истекло. Она потратила немало своего ограниченного времени на утренних гостей-детей; пора было завершать дела. Одним взмахом копыта пергаменты на столе исчезли вместе с изображением спешащей пони. Затем Старлайт бросила небольшой кристалл в центр стола, и тот засветился. Посреди стола голографически спроецировался тёмный силуэт. Старлайт сделала лёгкий поклон и произнесла: "Первый пассажир на борту." "Благословенный прилив. Остальные пассажиры тоже на борту; немедленно переходим к следующей фазе," — зашифрованно объявил неизвестный голос. "Отлично, отправляю тебе свои координаты." Старлайт достала ещё один кристалл, и тот на несколько секунд замерцал — точно так же, как и на стороне тёмной проекции. "Всё в порядке..." — объявил неизвестный голос, когда мерцание между кристаллами прекратилось. "ПОЕЗД ОТПРАВЛЯЕТСЯ СО СТАНЦИИ!" "Увидимся в полночь," — ответила единорожка с лавандовой гривой. Голограмма растаяла, оставив Старлайт в одиночестве в зале. Она поднялась с кресла и бросила насмешливый взгляд на сияющую звёздчатую эмблему на месте, где только что сидела. Затем на её лице расплылась широкая улыбка — но не добрая... "Величайшие победы одерживаются ещё до того, как дана первая битва... хе-хе... Шах и мат, принцесса…" — сказала Старлайт, прежде чем исчезнуть во вспышке телепортации. [---] [10:10] С одного из балконов замка Искорки Оселлус с большим интересом разглядывала в телескоп освещённый солнечным утром горизонт. Вдалеке медленно плыло большое облако. "Похоже на грозовую тучу из Вечнодикого леса..." — озадаченно пробормотала Оселлус. "Что-то случилось, Оселлус?" — отозвался Галлус, стоявший спиной к ней и разминавший крылья в дальнем конце балкона. "А, ничего важного! Хотя, может, и важное... Скажи, Галлус, что думаешь об этом облаке?" Галлус обернулся и посмотрел на горизонт в том же направлении, куда указывала Оселлус. Прищурившись, чтобы разглядеть получше, он расправил крылья и одним взмахом взмыл в воздух выше самого замка. Проведя несколько секунд в небе, он вернулся на балкон. "Ну, что тут скажешь, без сомнения, это странная погода из Вечнодикого леса. Похоже на грозовую тучу, движущуюся на северо-восток." "О нет! Это плохо. Обещали ясную солнечную погоду по всей округе Кантерлота. Нужно немедленно об этом сообщить." "Слушай, а не слишком ли ты усердствуешь? Погодная служба наверняка уже в курсе. К тому же облако движется на северо-восток. Там ничего нет, кроме железнодорожных путей." "В любом случае, кто-то должен их предупредить," — ответила Оселлус, доставая пергамент и перо. "Ха, чего ещё ожидать от будущей 'учительницы' Оселлус," — поддразнил её Галлус. Оселлус, уже собиравшаяся писать, остановила перо и удивлённо посмотрела на Галлуса. Галлус, как раз собиравшийся съесть кукурузную закуску, замер, осознав, какую серьёзную оплошность допустил. "Ты читал мой дневник?" — спросила Оселлус, нахмурившись. "А-а... я тут вспомнил, что не закрыл дверь на посту охраны, пожалуй, вернусь туда, пока ребята не натворили глупостей..." "ТЫ ЧИТАЛ МОЙ ДНЕВНИК, ГАЛЛУС?" — повысив голос, возмущённо спросила Оселлус, вскакивая на ноги. Личные дневники были одной из важнейших вещей в жизни чейнджлингов. Оселлус не была исключением, и сама мысль о том, что такой близкий друг, как Галлус, мог сделать нечто подобное, возмущала её ещё сильнее. "Ну-у-у, ладно..." — нервно протянул Галлус, поглядывая на выход с балкона и уже подумывая сбежать. В этот момент, встревоженные голосом Оселлус, подоспели остальные друзья. Увидев эту сцену, они очень удивились: внезапный гнев Оселлус был для неё крайне нехарактерен. Галлус, не зная, что ответить, нервно молчал, медленно отступая к остальным. Тогда Смолдер, поняв, что происходит, заговорила. "Он не читал твой дневник, Оселлус, это была я," — очень серьёзно и твёрдо сказала Смолдер. "Что?" — изумлённо воскликнула Оселлус от такого внезапного признания. "Это было вскоре после нашествия орхидей-осьминогов, когда мы убирались в затопленных спальнях школы, я нашла дневник среди мусора. Я не знала, что он твой, поэтому оставила его себе и начала читать. Мне показалось очень забавным, так что я поделилась им с остальными ребятами. Тогда-то Йона и Сильверстрим сказали мне, что он твой." Потрясённая Оселлус всё ещё осмысливала услышанное от подруги. Несколько недель назад она нашла свой дневник в разделе утерянных вещей библиотеки. Она очень удивлялась, как он туда попал после того, как потерялся во время нашествия орхидей-осьминогов. Хотя друзья и говорили ей раньше, что не смогли найти его во время уборки школы, теперь стало ясно, что это была неправда. Её удивление быстро сменилось другой, более очевидной тревогой. "Сколько вы прочитали из моего дневника...?" — спросила Оселлус, уже страшась ответа, который могли дать подруги. "Нет, нет, нет. Мы правда не так уж много узнали!.. кроме твоей большой... то есть маленькой мечты стать учительницей..." — немного нервно сказала Сильверстрим. "И длинных стихов, посвящённых принцессе Искорке, чтобы она вернулась в школу," — добавила Йона. Оселлус, теперь совсем смутившись, покраснела, увидев смешанные выражения на лицах друзей. "Это была случайность, Оселлус. Мы не нарочно. Мы бы никогда не стали специально подглядывать в чей-то личный дневник." "Но ты же подглядывал в дневник Сэндбара..." — поправила Смолдер, бросив подозрительный взгляд. "Это было на спор, это другое," — тут же ответил Галлус. "Хватит, ребята. Оселлус, ты как?" — вмешался Сэндбар, подъезжая на коляске и замечая тревогу Оселлус. До этого момента Оселлус молчала. Её сердце похолодело, а мысли витали где-то далеко, среди тёмных подозрений. "Ты на нас злишься?" — спросила Сильверстрим. "Нет. Ну, я понимаю, что это была случайность, так что всё нормально, я вас прощаю," — механически ответила Оселлус, в чьих словах не было ни капли настоящих чувств. "Уф, какое облегчение, ребята. Всё хорошо!" — радостно откликнулась Сильверстрим, обращаясь к остальным, но осеклась, заметив тревогу на лицах друзей. Вскоре она и сама забеспокоилась, заметив холодное выражение лица Оселлус. "Ладно, ты нас прощаешь, но что-то всё равно тебя тревожит," — сказала Смолдер, нарушая напряжённую тишину. "Ничего," — ответила Оселлус. "Да ладно, если ты правда на меня злишься, я приму любое наказание, какое назначишь." "Дело не в этом." "Тогда в чём?" "Ну, это глупо, но... на мгновение я подумала, что вы были со мной такими добрыми и помогали мне с этой поездкой только потому, что не хотели, чтобы я узнала о том, что случилось с моим дневником," — с явной грустью сказала Оселлус. Балкон затопила тишина. "Эй! Конечно нет, поездка нам правда важна," — ответила Смолдер, подходя к подруге. "И да, поначалу мы чувствовали себя немного виноватыми, но нам определённо важно то, что ты делаешь, а ты нам важна ещё больше, Оселлус." Остальные закивали, подтверждая слова Смолдер. Тогда наконец на лице Оселлус появилась облегчённая улыбка — она почувствовала искренность в словах подруги. Вскоре холодные чувства, только что сковывавшие её сердце, растаяли, и она снова стала собой. "Спасибо, ребята, я правда очень рада это слышать," — искренне повеселев, ответила Оселлус. "А мы рады, что не узнали из твоего дневника больше. Ай!" — сказал Галлус, но его прервал тычок локтем от Сэндбара. Друзья снова рассмеялись, всё было как обычно. "А вам не кажется, что чего-то не хватает?" — спросила Сильверстрим, вдруг перестав смеяться. Ответ не заставил себя ждать. "Групповые объятия!" — взревела Йона друзьям. "Сейчас? А-а-а!" — вскрикнул Галлус, которого Йона выдернула прямо из воздуха, когда он попытался сбежать. В одно мгновение все оказались стиснуты в крепких объятиях по-якски прямо посреди балкона. "Ай, ай, ай, Йона... уже... хватит!" — взмолилась Оселлус, чувствуя, как её экзоскелет начинает сдавливаться. На этом объятия закончились, Йона отпустила друзей, которые не удержались от громкого выдоха, восстанавливая дыхание. "Ха... Ну что ж, думаю, дневную дозу дружбы мы уже получили. Если понадоблюсь, буду на складе..." — сказал Галлус, приходя в себя после мощных объятий подруги. "ТЫ КУДА ЭТО СОБРАЛСЯ?" — повысив голос, воскликнула Смолдер, обращаясь к Галлусу, уже направлявшемуся обратно в замок. "А? Я же сказал, иду на склад..." "Да ну? А ничего не забыл?" "Что бы это могло быть?" "Может, некий грифон с памятью как решето забыл, что дал друзьям 'драконью клятву' никогда в жизни больше не упоминать некий дневник," — сказала Смолдер взглядом, достойным дракона, у которого украли сокровище. Рядом Оселлус удивлённо наблюдала за происходящим. "Да ладно вам. Мы это уже пережили..." — ответил Галлус. "Ты дал драконью клятву!" — воскликнула Смолдер, указывая когтем на Галлуса. "Мне правда всё равно, Смолдер," — сказала Оселлус, пытаясь успокоить друзей. "Он должен ответить за свою ошибку, Оселлус," — прорычала Смолдер, не собиравшаяся уступать. Оселлус оглянулась на остальных друзей в поисках поддержки, но их взгляды были суровы. "Яки никогда не нарушать своё слово. Хорошо понимать драконью клятву. Клятва должна соблюдаться," — торжественно сказала Йона; рядом с ней Сильверстрим и Сэндбар закивали, подтверждая, что разделяют её позицию. "Да ладно вам, серьёзно!" — возмутился Галлус, видя, как друзья ополчились против него. "А есть способ это уладить?" — спросила Оселлус, уже обеспокоенная тем, как развивалась ситуация. "Ну, да, есть тот или иной способ это уладить. Но главное — он должен понести наказание!" — постановила Смолдер. "Наказание?" — переспросила Оселлус; идея ей не нравилась. Галлусу она тоже, судя по всему, не нравилась — он раздражённо нахмурился. "О, я знаю, пусть побреет перья на голове перед выпускным," — весело предложила Сильверстрим. "Эй, эй, так нечестно!" — возмутился Галлус. "Вы же не станете так делать, правда?" — обеспокоенно спросила Оселлус у Смолдер. "Конечно нет. Наказание выбирает пострадавшая сторона. В данном случае решать 'тебе'," — ответила Смолдер Оселлус. Все взгляды устремились на застенчивую чейнджлингку. "А-а-а!" — нервно воскликнула Оселлус. "Я не могу так поступить, он же..." Галлус смирённо вздохнул. "Ладно, Оселлус. Назначай наказание, я согласен." "Но, Галлус..." — с сомнением сказала Оселлус, не зная, как поступить, а затем снова посмотрела на Смолдер. "Ты говорила, есть и другие варианты, да?" "Да. Другой — сто лун взаперти внутри вулкана," — ответила Смолдер со злорадной улыбкой. Оселлус сглотнула, понимая, что Галлус не продержался бы там и дня. "Оселлус, всё нормально. Я это заслужил за длинный язык. Назначай уже наказание, и покончим с этим," — сказал Галлус, которому этот разговор уже порядком надоел. Оселлус устало вздохнула. Ещё минуту назад все дружно обнимались. Теперь ей предстояло вынести приговор другу Галлусу. Разве дружба и правда так устроена? Приходилось ли принцессе Искорке сталкиваться с чем-то подобным со своими подругами? Или это было чем-то присущим только им? "Надо будет как-нибудь взять частные уроки у принцессы Искорки..." — удручённо подумала Оселлус. Тогда ей в голову пришла мысль. "Галлус, вот твоё наказание. Ты должен честно и искренне рассказать всем нам, кем хочешь стать в будущем," — громко и без тени робости произнесла Оселлус. Галлус не рассмеялся. Не рассмеялся и никто из Молодой Шестёрки. На самом деле никто из них не знал ответа на этот вопрос. Долгое время Галлус избегал отвечать друзьям, когда те спрашивали его об этом. А если и отвечал, то всегда в шутку, так что всерьёз его слова никто не воспринимал. Теперь Галлусу пришлось ответить. Молодая Шестёрка смотрела на него с большим интересом. Синеперый грифон поднял взгляд к небу, унесясь мыслями в облака. Помолчав немного, он наконец опустил взгляд обратно к друзьям на балконе. "Я хочу стать искателем приключений. Путешествовать так, как не путешествовал ни один грифон, узнать, как живут другие грифоны в колониях по всему миру, расширить свои горизонты и принести все полученные знания в Грифонстон, чтобы сделать его лучше," — серьёзно и по-взрослому ответил Галлус. По балкону тихо пронёсся ветер. Молодая Шестёрка лишилась дара речи от неожиданного ответа Галлуса. Никто такого не ожидал. "Ух ты. Очень благородно с твоей стороны хотеть сделать всё это ради родного дома," — сказала Оселлус, первой выйдя из оцепенения. "Ну... не то чтобы я чувствовал себя в долгу перед остальными грифонами колонии. Но если можно сделать место, где ты живёшь, лучше, то почему бы и нет?" — сказал Галлус, пожимая плечами. "Мы тебя во всём поддержим!" — так же серьёзно сказал Сэндбар со своей коляски. Рядом с ним остальная Молодая Шестёрка закивала в знак согласия. "Спасибо, брат," — ответил Галлус; они сблизились, и коготь с копытом столкнулись в дружеском ударе. Солнце ярко сияло над Замком Дружбы. На одном из его балконов, гордо и вызывающе, стояла настоящая компания друзей. Так они ещё немного поболтали между собой, пока... "Ой, я тут вспомнила. Мы узнали, что в подвале замка есть мантикора. Хотите пойти на неё посмотреть?" — взволнованно сказала Сильверстрим, вдруг вспомнив, зачем они вообще вернулись на балкон до спора с Оселлус. "Правда? Это же..." — начал было Галлус, но его прервали. Из глубины замка до них донёсся внезапный пронзительный визг. Звук был настолько резким и мощным, что все зажали уши. "Противный шум! Откуда он?" — прорычала Йона, пытаясь прикрыть свои большие чуткие уши. "Это тревога на случай вторжения!" — громко крикнул Галлус, чтобы друзья услышали его сквозь этот гвалт. "А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!" — хором вскрикнули все. [---] [10:30] Безмятежное утро простиралось над обширным лугом, окружавшим замок Искорки. Как и в любой другой день, птицы выводили весёлые трели среди ветвей, а бабочки порхали между цветами. В неярком свете одни существа ещё сонно зевали, другие же спешили, понимая, что день уже начался. Однако привычное спокойствие луга внезапно нарушил нарастающий шум, вскоре превратившийся в безошибочно узнаваемый стук пони́х копыт. Возникнув будто из ниоткуда на горизонте, силуэт Трикси Луламун промчался по дороге через холм. Галопируя с поразительной скоростью, единорожка неслась по тропе вниз, оставляя за собой облако пыли. Трикси явно очень спешила. Она без остановки преодолела весь путь от Школы Дружбы до замка Искорки. Хотя ей и прежде доводилось проделывать этот путь много раз, никогда ещё она не делала это со столь неистовой спешкой. Свежий воздух пробирался сквозь её пропитанные потом гриву и плащ — свидетельства спешки, что гнала её вперёд. Её решительный взгляд напугал бы любого, кто повстречался бы ей на пути. За всё путешествие она не позволила себе ни секунды отдыха. Ей было всё равно на элегантность своего облика, теперь растрёпанного и вспотевшего. Не жалела она и о пропущенном традиционном двойном завтраке в честь летнего солнцестояния, которым обычно так наслаждалась. Ничто из этого не имело значения для Трикси, в чьём разуме царили лишь тревоги и мрачные предчувствия — отголоски ужасного кошмара, пережитого прошлой ночью. "Уже недалеко... Держись, Трикси!" — подбадривала себя единорожка. В нескольких метрах от врат замка Трикси, не сводя взгляда с цели, ещё больше ускорилась, предвкушая момент, когда наконец встретится со Старлайт и покончит со своими мрачными тревогами. Она была так близко... и так далеко. "БАБАХХХХХХХХХХ." Глухой, резкий звук разнёсся в воздухе, нарушив мирное утро и всполошив всех ничего не подозревавших обитателей луга. У самого замка Искорки тело Трикси врезалось в невидимую стену — препятствие, которого там быть не должно. "А-у-у-у-у." Трикси растерянно застонала, а затем без чувств рухнула на землю. Вокруг неё утро продолжало идти своим чередом. [---] В тенях растений неподалёку от замка из темноты подстерегало неведомое присутствие. Её добыча лежала неподвижно. Момент был идеальным, чтобы схватить её, но она решила не спешить с действиями. Недооценивать её не следовало. Она не будет торопиться... Неведомое присутствие вновь скрылось в тенях. [---] [10:40] Небо простиралось в оттенках лазури, таких глубоких, что не казалось странным подумать: попытайся ты коснуться его копытами, лишь испортил бы его благородную красоту. "Великолепно..." — шёпотом думала Трикси, лёжа на земле и созерцая величественный небосвод глазами, сиявшими от тоски и восторга. В детстве, в такие же ясные дни, она обычно погружалась в мечты, глядя на небо и представляя себя великолепной фигурой среди белых облаков. Тогда отец, слушая грёзы дочери, поднимал её высоко на спину и говорил, что при должном усердии и старании однажды она окажется в звёздном небе — небе, где Трикси будет сиять ярче всех. Небо, предназначенное только для неё... сцена мечты. "О-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у." Трикси прижала копыто ко лбу, ощутив резкую боль. Почему-то её рог сильно раздражало. "Почему это вдруг так болит рог...?" — пробормотала единорожка. Тут её мысли резко оборвались — она наконец осознала, что лежит на земле. Трикси быстро вскочила на ноги и огляделась. Она стояла перед замком Искорки, окутанным красивым магическим пузырём. "Да что...?" — удивлённо пробормотала Трикси, отступая на несколько шагов. Она не понимала, что происходит. Почему она здесь оказалась? В этот момент над её головой пролетела, распевая, луговая птица, и память вдруг вернулась к ней. Провал в памяти, в котором она до этого пребывала, исчез, сменившись яростью. "КАКОГО РОЖНА КТО-ТО ПОСТАВИЛ БАРЬЕР НА ЗАМОК?" — яростно закричала она, поняв, что произошло. Всего в нескольких метрах от замка Трикси врезалась в полупрозрачный магический барьер, защищавший его. Замедлись она у самой цели, то, вероятно, заметила бы магическую стену перед собой. Но этого не случилось — она лишь прибавила скорости и в итоге врезалась в барьер, устроив немалый переполох. Удар был настолько сильным, что даже активировал установленную здесь тревогу нападения. Теперь возмущённая Трикси стояла у врат замка Искорки. Внезапно тревога, до этого непрерывно звучавшая, стихла. В воздухе прозвучал двойной 'бип', и врата замка распахнулись. Трикси испуганно замерла. Она забыла, что Старлайт говорила ей, насколько будет занята этим утром, и как сильно подруга раздражалась, когда её отвлекали. Она быстро поправила гриву и изобразила свою лучшую улыбку, надеясь смягчить возможный гнев, который мог на неё обрушиться. Из замка вышли две фигуры. Улыбка Трикси угасла. Это была не Старлайт. Сильверстрим в сопровождении Галлуса спускалась по лестнице замка. Улыбка Сильверстрим была как всегда, но взгляд Галлуса определённо казался острее обычного... (Почему они здесь? Хм...) — растерянно подумала Трикси. Отбросив на время терзавшую её спешку, она обратила внимание на приближавшихся к ней подростков. "Доброе утро, советница Трикси! Прекрасное утро, правда?" — непринуждённо поприветствовала её Сильверстрим с улыбкой. "Да, да, чудесное, дорогая... и было бы ещё чудеснее, если бы этого магического барьера ЗДЕСЬ НЕ БЫЛО!" — возмутилась Трикси, ударяя по барьеру передним копытом. "А, да... Простите нас, советница Трикси, момент, конечно, неудачный, но мы как раз проверяем защиту замка. Надеюсь, это не доставило вам неудобств," — бодро, но с лёгким нервным тиком ответила Сильверстрим. "Ничуть," — тут же уверенно ответила Трикси, скрывая недавнее происшествие. "А позвольте узнать, кто вам разрешил проверять защиту замка?" "Ну, разрешение дала директриса Старлайт. Она попросила нас и остальных ребят присмотреть за безопасностью этого места. Ну вы понимаете, все заняты сегодняшним большим праздником, и присмотреть за такими вещами некому... ха-ха," — засмеялась Сильверстрим. Брови Трикси заострились. Почему Сильверстрим выглядела такой нервной? Зачем Старлайт просить Молодую Шестёрку заняться охраной? Может, это было наказание? Всё это было очень странно. Но разбираться с этим она будет позже. Сейчас ей нужно было сделать только одно... "Хорошо, дорогая. Понимаю... теперь не окажешь ли мне услугу — опустишь барьер, чтобы я могла войти?" "Насчёт этого, не хочу вас затруднять и всё такое... но нужно чуть-чуть подождать, пока он остынет, и мы сможем его опустить. К тому же..." "К тому же мы этого 'НЕ' сделаем," — холодно и резко перебил Галлус. Сильверстрим, всё ещё договаривавшая своё объяснение, удивлённо застыла. "Прошу прощения?" — растерянно отозвалась Трикси. "Вам не разрешено входить в замок," — низким голосом ответил Галлус, выступая вперёд Сильверстрим. Трикси раздражённо смотрела, как приближается Галлус. "А?! Как это мне не разрешено входить?" "Это вас не касается." "Меня не касается? Я вообще-то тут живу, знаешь ли, у меня есть полное право входить в собственный дом!" — возмутилась Трикси. Это было правдой. Хотя Трикси и проводила немало времени — процентов семьдесят — в своём фургоне, но это было в основном во время её поездок и представлений. На самом деле у неё была своя комната в замке Искорки, которую та выделила ей вскоре после того, как сама туда переехала. По сути, это был её второй дом. Но Галлусу до этого не было никакого дела. "Это ваш дом? Насколько я знаю, замок принадлежит принцессе Искорке. А вы живёте здесь только по её милости," — насмешливо ответил Галлус. У врат замка повеяло холодом. Трикси широко распахнула глаза, услышав эту наглую провокацию, и тут же вспыхнула гневом. Галлус же по-прежнему сохранял невозмутимость. Между ними Сильверстрим с натянутой улыбкой начала пятиться, стараясь держаться подальше от разгоравшегося вокруг противостояния. Ситуация могла бы взорваться прямо тогда, но этого не произошло. Каким-то чудом Трикси сдержалась. Да, укол, который нанёс ей Галлус, задел её. И всё же она решила не изливать словесный гнев на юного ученика. Не потому, что в ней проснулся какой-то 'волшебный учительский дух', стремящийся понять непокорного ученика, а из-за воспоминания о клятве, данной при вступлении в должность студенческой советницы. Обещания, данного во имя её уважаемого отца и перед лучшей подругой Старлайт. Трикси закрыла глаза и выдохнула. Она не понимала, что происходит. Но точно не собиралась нарушать своё слово из-за таких детских провокаций. "Не знаю, что здесь происходит. Но так с учительницей не разговаривают, молодой человек," — холодно ответила Трикси, пытаясь совладать с бурлившими внутри неё эмоциями. "Вы не учительница. Вы всего лишь студенческая советница." "Я была замещающей учительницей." "Верно, но у вас это никогда толком не выходило." Трикси нахмурилась ещё сильнее. Почему Галлус вёл себя с ней так агрессивно? У них и раньше бывали разногласия, но никогда такие. (Здесь определённо что-то не так...) — подумала Трикси, не сводя взгляда с Галлуса. "Э-э... Галлус..." — робко вмешалась Сильверстрим. "По-моему... неправильно не сказать советнице Трикси, почему ей нельзя войти." Галлус на мгновение задумался, не отводя взгляда, а затем пожал плечами. "Ладно, скажи ей," — равнодушно сказал Галлус. "А, мне?" — растерянно отозвалась Сильверстрим. "Да, тебе. Скажи," — велел Галлус, отводя взгляд в сторону. "Э-э-э... ну..." — неуверенно продолжила Сильверстрим, будто корившая себя за собственное предложение. Затем, явно нервничая, она обратила внимание на Трикси. "Ну, советница Трикси, видите ли... директриса Старлайт сказала нам, что у неё есть 'оооочень' важные дела этим утром, и она не хочет, чтобы её кто-то беспокоил. Так что, чтобы это обеспечить, мы закрыли замок от нежелательных визитов. Ничего личного, мы просто выполняем приказ директрисы!" — закончила Сильверстрим с натянутой улыбкой. "Я не какая-то там нежелательная посетительница! Я ЕЁ БЛИЖАЙШАЯ ПОДРУГА!" — возмутилась Трикси, ударив копытом по земле. "А какая разница? У нас есть приказ, и мы его выполним. Идём, Сильверстрим," — скомандовал Галлус, разворачиваясь и направляясь обратно в замок. Позади них смущённая Сильверстрим тоже развернулась, но перед этим пробормотала что-то вроде "Извините". Не в силах понять эту невероятную ситуацию, разворачивавшуюся у неё на глазах, Трикси принялась кричать. "Нет, нет, подождите! Вы не можете так поступить. Немедленно вернитесь сюда! Это приказ!" — закричала Трикси, чуть не подпрыгивая на месте. Галлус и Сильверстрим не обратили на неё внимания и продолжили подниматься по лестнице. "Не игнорируйте меня! Это важно! Я ваша начальница, и мне нужно немедленно поговорить со Старлайт!" — гордо, но с трудно скрываемым отчаянием крикнула Трикси. Но ничего не изменилось. С каждым их удаляющимся шагом Трикси всё сильнее охватывала тревога. Если её оставят снаружи, то... она не сможет встретиться со Старлайт. А тогда мрачное будущее, которое она видела... Она этого не допустит. Если их дружбе со Старлайт грозила опасность, она была готова отбросить всю свою гордость, лишь бы её сохранить. "Пожалуйста, вы должны меня выслушать! Это очень важно! Ей грозит опасность!" — со слезами на глазах взмолилась Трикси, отчаянно желая быть услышанной. Её мольбы возымели действие: Галлус и Сильверстрим остановились и обернулись, чтобы взглянуть на неё. Они были удивлены и озадачены столь резкой переменой в поведении советницы. "Опасность?" — спросил Галлус. "Да, да, Старлайт может грозить опасность," — с надеждой ответила Трикси, видя, что на неё наконец обратили внимание. "Какая опасность, советница Трикси?" — спросила Сильверстрим. "Осьминог, то есть... дверь. А?" "А?" И Галлус, и Сильверстрим, как и сама Трикси, были озадачены этим ответом. Трикси не понимала, что только что сказала. Она попыталась вспомнить обратный ход мыслей, но получила лишь странный привкус пустоты, начавший разливаться у неё во рту. Ничего. "Подождите... дайте мне минутку!" — воскликнула Трикси, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией. Пока на неё падали всё более скептические взгляды, она поспешно приняла задумчивую позу и сосредоточилась. Трикси вновь столкнулась с провалом в памяти. До этого момента она лишь неистово скакала к замку, гонимая отчаянием. После столкновения с магическим барьером она едва не забыла на мгновение истинную причину, ради которой отправилась в этот путь. У барьера Трикси принялась гримасничать, мысленно силясь найти неотложное воспоминание, что привело её сюда. На лестнице Галлус и Сильверстрим растерянно переглянулись. После нескольких минут неловкого молчания и бесплодных попыток восстановить память Трикси растерялась ещё сильнее, чем прежде. "Это просто нелепо! Почему я не могу вспомнить!" — воскликнула Трикси, злясь на саму себя. "Может, я где-то это записала? Точно, Трикси! Ты наверняка это записала!" С улыбкой, смешанной с безумным блеском в глазах, Трикси принялась лихорадочно обшаривать свой плащ в поисках какой-нибудь подсказки, которую прошлая версия её самой могла бы оставить, чтобы помочь ей в этот момент. Вскоре она кое-что нашла, но это было не то, что она искала, и уж точно не то, что стоило находить именно сейчас. "Дзынь, дзынь..." На землю со звоном посыпались бутылки и прочий хлам. Трикси неаккуратно рылась в карманах плаща, роняя всё, что там хранила. Упавшие бутылки не разбились, но кислый запах перебродившего сидра, что был внутри, быстро расползся по округе. "Не здесь, и не здесь..." — бормотала она, всё сильнее нервничая. Бутылки сидра, которым она угощалась на вчерашней вечеринке, начали скапливаться в кучу. Сверкая в утреннем свете, наполненные тем сладким нектаром, что делает пони "весёлыми и озорными", эти напитки сами по себе выдавали истинное состояние советницы Трикси. Изумлённые Галлус и Сильверстрим широко распахнули глаза при виде столь неподобающей сцены, разворачивавшейся перед ними. Наконец, спустя несколько минут, измождённая Трикси прекратила лихорадочные поиски. С растрёпанной гривой и нервным взглядом она вновь обратила внимание на Галлуса и Сильверстрим, не осознавая, какое неприглядное зрелище только что устроила. "Ха, ха, ха, знаю, звучит неправдоподобно, но мне приснился сон, и..." "Да, советница Трикси, НЕВЕРОЯТНО!" — раздражённо воскликнул Галлус, разворачивая крылья и глядя в небо. "Знаете, сегодня прекрасное утро. Идите домой и отдохните. Мы передадим директрисе Старлайт, 'когда она освободится', что вы приходили к ней рано утром." "Но я же... ИК!" — внезапная икота напала на Трикси, заставив её смущённо прикрыть рот. "Не переживайте. Мы скажем директрисе, как только у неё закончится встреча с канцлером Нейсеем. Это 'драконья клятва'!" — добавила Сильверстрим. "Только не опять..." — сказал Галлус, хватая Сильверстрим за шею и утаскивая обратно в замок. "Нет, подождите!.. ИК, стойте! ИК, ИК." Врата замка захлопнулись, оставив снаружи Трикси, мучимую непрекращающейся икотой. Вокруг воцарилась тишина, нарушаемая лишь эхом весёлого пения утренних птиц. Впереди магический барьер, теперь непроницаемый как никогда, отмечал границу между ней и неясной судьбой, в ловушке которой оказалась её лучшая подруга. "ИК. Встреча с канцлером, ИК, Нейсеем? ИК" — дрожащим голосом повторила Трикси; память наконец вернулась к ней, и отчаяние хлынуло в её сердце, точно из прорванной плотины. Пронзительное ржание разнеслось по всему Понивиллю в этот утренний час. Многие в будущем будут вспоминать его как прелюдию к самому мрачному дню того года.