Глава 2
29 июля 2024 г., 15:47
Альбус сонно проморгался, когда кто-то легонько потряс его за плечо. Он вяло потянулся, наблюдая за Скорпиусом, который левитировал их чемоданы в сторону выхода из общего вагона. Большая часть учеников уже находилась на станции Хогсмида. Первокурсники, восхищенно таращив глаза, ждали дальнейших распоряжений, а ученики постарше сбивались в кучки, выискивая свободную карету, запряженную фестралами. Сам Альбус вживую их никогда не видел, только на картинке учебников, в отличие от своего лучшего друга.
— Тебе не стоило напрягаться, я и сам мог, — окончательно пробудившись, хрипловато произнёс Альбус. — Делма тебя уже, наверное, заждалась.
— Без меня всё равно не поплывут, — весело отозвался Малфой. Сквозь белоснежную школьную рубашку прорезались очертания подтянутой спины. — Да и вряд ли она сладит с целой оравой детей одна.
— Ты действительно считаешь, что есть что-то в этом мире, с чем Бёрк не сладит?
Скорпиус в ответ лишь усмехнулся. Делма Бёрк была старше всего на один год и, как и большинство слизеринцев, имела чистокровное происхождение. С молоком матери она впитала не только цепкий ум, но и строгость, заставляющую однокурсников прислушиваться к ней. Именно эта черта характера послужила веской причиной для назначения её как старостой Слизерина, так и старостой школы. Скорпиус каким-то чудом тоже умудрился заполучить должность старосты факультета, так что с Делмой у них сформировались относительно приятельские отношения. А если что-то складывалось у Скорпиуса, значит, то же самое автоматически складывалось и Поттера-младшего.
— Увидимся в Большом Зале, приятель, — выбравшись на улицу, Малфой в привычном жесте коснулся предплечья Альбуса, перед тем как устремиться в сторону собирающей вокруг себя первокурсников Делмы.
Прикосновение его тонких пальцев отозвалось приятным шумом где-то в висках. Невольно вспомнились утренние слова Джеймса, заставив неуместные наваждения, проявляющиеся все чаще и чаще в последние года, скомкаться и закатиться в самый дальний угол мальчишеского сознания. Поттер-младший дураком не был, сколько бы слухов про его неспособность к магии не ходило, но в определённых жизненных моментах этому статусу хотелось соответствовать. В первую очередь, чтобы спроса с самого себя было меньше.
Кареты были уже на исходе — большая часть из них уже двинулась в сторону замка, а те, которые стояли, дожидались полного заполнения учениками. И Альбус вряд ли являлся желанным соседом хоть где-то.
Отец своей фамилией поставил клеймо не только на жизни Джеймса. Пусть и в случае Альбуса оно было другим. Поттером-младшим откровенно пренебрегали. Гриффиндорцы за то, что тот попал на факультет Слизерин, связав свою жизнь с названным сыном Волан-де-морта, а слизеринцы за родство с полукровным Гарри Поттером, который поспособствовал развалу большей части аристократии.
— Прошу прощения, — Ал неуверенно сглотнул, — вы не против, если я сяду к вам?
Девочки-когтевранки, о чём-то бурно переговаривающиеся, тут же замолчали, косо глянув на Поттера-младшего. Лишь одна, как показалось Альбусу, самая старшая качнула головой в знак согласия, чуть двинувшись. Большего слизеринцу было и не надобно.
***
Джеймс вальяжно закинул ноги на преддиванный столик, уставившись в жерло камина. Под воздействием магии красноватые язычки пламени отдавали не зноем, а приятной прохладой. Пир в честь начала нового учебного года прошёл до жути монотонно. Директор МакГононаггал выступила с пламенной речью, содержание которой Поттер выучил практически наизусть за все семь лет своего обучения. Преподавательский стол почтительно молчал, кидая грозные взгляды на нарушителей тишины. Джеймсу пришлось приложить немало усилий, чтобы не заснуть под конец. Сейчас же они своей компанией расположились в опустевшей гриффиндорской гостиной. Время близилось к отбою, поэтому большинство учеников разбрелось по своим спальням, дабы не накличить на себя гнев старосты Розы Уизли. — С твоими умениями, Харрис, сдать зелья на «Выше Ожидаемого» — задача невыполнимая, — хохотнул Нил Кэмпбелл, низковатый парень крепкого телосложения. — Элайза тебя задерёт. Буквально. — Ну, знаешь ли, — Джастин скривился, скосив глаза в сторону Поттера, — если бы кое-кто не загадал мне такое ебанутое желание в прошлом году, то её отношение ко мне было бы адекватным. — А не надо мне проигрывать, — хмыкнул Джеймс. — Ты знал, что играешь с огнём. Три года назад на смену профессора Слизнорта пришла никому не известная Элайза Принц. Её возраст до сих пор остаётся загадкой как для учеников, так и для преподавателей, поскольку в Хогвартсе она не обучалась. Её акцент, происхождение которого было сложно определить, наталкивал на мысли, что прибыла она явно из-за границы. Одно можно было сказать точно — она была явным профессионалом в сфере преподавания своего предмета. Даже Поттер, который чисто из принципа не интересовался зельеварением, получал вполне достойные оценки только потому, что не понимать на её уроках было невозможно. Джастин Харрис, очевидно, должен был проклясть тот день, когда проиграл желание Поттеру, любителю всяких извращений над людьми. Иначе не объяснить тот факт, что Джастин на протяжении нескольких месяцев отправлял профессору Принц анонимные письма интимного характера. Когда же всё вскрылось, Элайза, жутко смущённая, вызвала Джастина на приватный разговор. Никто до сих пор не знает, что Принц именно наговорила Харрису, но судя по его красному лицу после — что-то явно не менее оригинальное. С того момента на уроках зельеварения Джастин находится в подвешенном состоянии постоянно, разводя путаницу в собственном котле. На оценках, естественно, это сказывается негативно. — Прям уж с огнём, — фыркнул Джастин и, затянувшись малиновой сладостью, откинулся на спинку обитого бархатом кресла. Дым вышел у него из ноздрей. — Я понадеялся на твою адекватность. В который раз. — Нельзя надеется на то, чего нет. За столько-то лет можно было и понять. — Воистину, — согласился со словами Кэмпбелла Поттер. Он, погодя пару секунд, продолжил: — Нахрена ты вообще прешься в Аврорат? Единственная профессия, что ль? — Есть и другие, конечно, — Харрис призадумался. — Но мне просто хочется…испытать себя? Попробовать свои силы. Узнать, гожусь ли я на что-то большее. — Ох, блядь, — Джеймс картинно возвёл глаза к потолку, — какая философия пошла-то. Извините-с, но такие темы на трезвую голову ни в коем случае не обсуждаю. — Просто вы ни черта не понимаете. — Уж куда нам, невеждам. А Джеймс действительно не понимал. Не понимал этой безосновательной самоотверженности, заводящей в тупик. Когда в погоне за общественным спокойствием и одобрением рвёшь собственную жизнь на куски, без шанса реабилитироваться. Поттер был убеждён, что у каждого аврора непосильным грузом за спиной тащатся призраки прошлого, обуславливающие те или иные решения. Их легко заметить посторонним людям, а вот владельцам, как правило, невозможно. И пример подобного у Джеймса перед глазами уже как семнадцать лет. Поттер едва успел откашляться от чада, как портрет Полной Дамы со скрипом отворился. — Отбой настал уже как четыре минуты назад, — дотошно отчеканила Роза, уперев руки в бока. Значок старосты, прикреплённый к её мантии, ярко поблёскивал в свете камина. Джеймс лично видел, как Уизли накладывала на него светоотражающие чары, — а вы до сих пор не в спальнях. Да ещё и в окружении этого запаха. Вы опять за старое взялись? — Это мои новые духи, Уизли, — Нил подмигнул ей, — с феромонами. Можешь даже не скрывать, как сильно ты меня захотела из-за них. — Минус пять очков Гриффиндору, — Роза гневно сжала губы. — За неуважение к своей же однокурснице. Подобное можешь говорить своим поклонницам, а не мне. — Зачем мне они, когда есть ты, такая очаровательная? Стёб в чистейшем виде. И все присутствующие это понимали. Роза в числе красоток не числилась. Для Джеймса уж точно. Слишком долговязая для девчонки, с полным отсутствием хотя бы намёка на женскую фигуру; тусклые рыжие волосы, нелепо пушистые, из-за чего вечно собранные в высокие причёски; вытянутое лицо с яркими веснушками, которые откровенно ей не шли. Наличие матери, занимающей пост заместительницы самого Министра Магии, определено давало ей какую-то власть над сверстниками. Разумеется, только в её голове. — Не сменяй тему, Кэмпбелл. Вы прекрасно знаете, что в Хогвартсе запрещено хранение и, уж тем более, употребление никотиновых веществ. Вы не успели приехать, как уже этим занимаетесь. — Роза, — Поттер перетянул внимание на себя, — ты сейчас пытаешься наставить на путь истинный совершеннолетних людей? — Устав школы един для всех. Хоть тебе одиннадцать, хоть шестнадцать. — Это моё личное дело. Я несовершеннолетних на это не натаскиваю. Иди лучше отлавливай балующихся малолеток. Ты мне явно не указ. Проблема курения начала приобретать свою актуальность ещё в нулевые годы. Послевоенное время, когда взрослые были слишком заняты восстановлением мира, а дети существовали сами по себе, пытаясь урвать хоть крошку родительского внимания. Использовались обычные сигареты, набитые табаком или какой другой дрянью. Распознать курящих было легко, как бы они не ныкались по углам. Преподаватели назначали отработки, проводили профилактические беседы, вызывали родителей в Хогвартс — всё это поспособствовало лишь ещё большей засекреченности. С недавних пор популярность стали приобретать, так называемые, электронные сигареты. Уж в чём в чём, но магглы в таких вещах были на редкость талантливы. Некоторые в Хогвартсе сумели построить неплохой бизнес на распространении этих никотиновых штучек. Джеймс даже как-то предлагал Фреду попробовать влиться в этот чёрный рынок, на что тот ответил, что убыли будет больше, чем прибыли. — Тебе обязательно со мной пререкаться? — А тебе обязательно нести всю эту чушь в массы? — парировал Поттер и, приблизившись к Розе, нахально выдохнул ей пар в лицо. — Я буду делать, что хочу. Можешь донести это директору прямо сейчас, а лучше письмо моим родителям отправь. Чтобы наверняка. Не дожидаясь ответа Уизли, Поттер отсалютовал друзьям, направляясь в сторону спален.***
Поскольку первое сентября в этом году выпало на среду, то первая учебная неделя выдалась короткой. Самое то, чтобы ученики, только что пришедшие с каникул, успели вклиниться в быстрые школьные ритмы, не вредя себе. Преподаватели ещё не успели проесть мозги по поводу грядущих экзаменов, а погода откровенно баловала, не позволяя допускать мысли о приближении осени. У Джеймса оставалась пара Защиты от Тёмных Искусств, сдвоенная с Пуффендуем. Ломан присутствовать должна, прогульщицей, в отличие от самого Поттера, она никогда не была. Пересечься они точно должны — сидели все-таки за одной партой, несмотря на разницу факультетов. Познакомились они, как ни странно, благодаря Люпину. Ему, как самому старшему, часто доверяли прогулки с Джеймсом. В аналогичной ситуации находилась и Селена Ломан, с который Эдвард был дружен в подростковые годы. Дружба Николь и Джеймса брала свои истоки с самого детства, когда ещё было неизвестно о магических способностях Ломан-младшей. Поттер до сих пор, смеясь, вспоминает момент, когда Николь, случайно чихнув, подожгла один из газонов в Гайд-Парке Лондона. Сколько же шума они навели среди магглов! Для урегулирования возникшего конфликта подоспевшей Джинни пришлось применить даже заклинание забвения. — Джеймс! В хоре голосов, отскакивающих от стен хогвартских коридоров, Поттер распознал голос сестры. Повернувшись в её сторону, он расплылся в лукавой улыбке. — Сестрёнка, — протянул Джеймс, разводя руки в разные стороны, — а я всё гадаю, когда же ты наконец вспомнишь про моё существование. — Не драматизируй, — Лили сложила руки на груди. — Лучше объясни, почему Роза мне все уши прожужжала про тебя? — О, Мерлин, — Джеймс закатил глаза, — она тебе пожаловалась? Ей серьезно делать нечего? — Ну, я тоже была бы не в восторге, услышав такое от собственного кузена. Джеймс едва сумел подавить обреченный вздох. Ещё не хватало, чтобы Лили понабралась от Уизли всей этой спеси. Натиска с двух сторон он точно не выдержит. — Я знаю, Джим, Роза порой бывает, как бы выразится… — Вредной сукой? — уловив укоризненный взгляд, Поттер цокнул языком: — Ладно, просто вредной. — Пожалуй, — согласилась Лили Луна, — но она все же твоя родственница. И не самая плохая, между прочим. Не провоцируй её, это я как сестра тебя прошу. Побереги и свои нервы, и мои. — Я постараюсь, — произнёс Джеймс, скривившись от дребезжащего трезвона; столпотворение постепенно начало рассасываться. — Пообещай мне. — Это так принципиально? — Для тебя — определённо. Подловила. Поттер действительно отвечал за свои слова, какими бы сумасбродными они иногда не казались. И терпеть не мог людей, дающих пустые обещания. — Обещаю. Это всё, что ты хотела, дорогая сестричка? Или ещё на колени перед тобой встать, во всех грехах покаяться? — Пока не стоит, — гриффиндорка усмехнулась; оттенки зелёного в её карих глазах обозначились ещё ярче. — Вместо этого расскажи про отборочные по квиддичу. Когда планируешь устраивать? — В конце следующей недели. Поглазеть на парней хочешь? — Всё может, — Лили закусила нижнюю губу в попытке удержать смешок. Сие действие вызывало у Джеймса странно-неприятные ассоциации. — Вали на своё ЗОТИ уже. — Спасибо за разрешение, — Поттер отвесил шутливый поклон. Преподавательницы Жизель Трипп в классе не наблюдалось, поэтому Поттер, ничуть не стесняясь, подошёл к Харрису, мило щебечущему с Алисой Лонгботтом. — Смотри, а то Элайза заревнует, — шепнул ему на ухо Джеймс. — Пошёл-ка ты на хер, — Джастин от неожиданности дёрнулся, гневно зыркнув в сторону друга. Тот лишь невинно пожал плечами на немой вопрос Алисы и устремился к предпоследней парте, где, подперев щёку кулаком, сидела Николь. — Давно не виделись, — тихо произнесла она, заправив лезшую чёлку за уши. Её тусклые глаза, отчего-то всегда печальные, старались смотреть куда угодно, лишь бы не на Джеймса. — Мне не стоило лезть к тебе в поезде. Уж точно не в такой манере. Я хочу извиниться за это. — Не поверишь — я здесь же за этим. — Разве не из-за урока? — Ломан выгнула тонкую бровь. — Это вторично. С минуты они смотрели друг на друга, глупо улыбаясь, а потом и вовсе рассмеялись. Распинаться им было не нужно, за столько-то лет дружбы они полностью выучили друг друга. И прекрасно чувствовали, когда намерения шли от сердца. — Погнали завтра в Хогсмид, — Джеймс перешёл на шёпот, когда в лекционный зал зашла профессор Трипп. — Первая суббота последнего школьного года. Такое просто нельзя оставить без внимания. Навестим Фредди заодно. Давненько я этого раздолбая не видал. — Только ради него я на это подписываюсь, — фыркнула Ломан. — А как иначе? — Ты можешь хоть раз вовремя заткнуться? — Неа.
