Хогвартский шут

      Северный ветер, знаменующий окончание тёплого сезона, пробежался по просторному помещению Больничного Крыла, всколыхнув балдахиновые шторы; солнечные лучи отбрасывали отблески на мраморный пол. Мадам Помфри говорила, что свежий воздух необходим для полного выздоровления, из-за чего огромные окна всегда держались чуть приоткрытыми. Кроме младшей Поттер, койку в Крыле никто не занимал. Было настолько тихо, что из коридора слышались звуки воды, капающей из рога медного единорога.       Лили, приняв сидячее положение, вытянула перевязанную левую руку. К её же счастью, пришлось восстанавливать не полноценную кость, а всего лишь парочку трещин и разломов. Но даже это нельзя было назвать чём-то приятным: непонятное скрежетание внутри, вызывающее неумолимый зуд, — нервировало. Гриффиндорка невольно вспоминала рассказы отца о том, как ему на втором курсе пришлось отращивать все кости руки заново. Это была самая длинная и мучительная ночь, о которой он до сих пор вспоминает с содроганием.       Край белоснежной ширмы дёрнулся, и показалась махонькая фигура Ланы Шафик, молодой ассистентки. Годы брали своё, и Поппи уже просто физически не могла бегать от одного больного к другому. Дабы со спокойной душой уходить на пенсию, все свои знания и умения, полученные в течение длительной жизни, она передавала Шафик.       — Просто посмотреть, — мягко пояснила Лана, завидев дёрнувшиеся в немом вопросе брови Поттер. Аккуратно стянув повязки, Шафик, обхватив чужую кисть, прощупывала чуть припухшую кожу, всякий раз интересуясь наличием болезных ощущений. Получив отрицательные ответы, она удовлетворенно кивнула: — Никаких отклонений не наблюдаю. Причин оставлять тебя тут на ночь, как и мадам Помфри, не вижу. Но до конца дневных занятий тебе лучше побыть здесь, потом можешь отправляться на ужин. Старайся воздержаться от физических нагрузок: нужно время, чтобы кости укрепились. Хоть они и целы, но хрупки. Повязку заменю тебе на лангетку, понадёжнее будет.       — Спасибо, — Лили зачаровано наблюдала, как на её конечности закреплялся фиксатор, перенятый у магглов.       — К тебе, кстати, посетитель.       — Ко мне? — удивлённо переспросила Поттер.        — Других отлёживающихся я тут не наблюдаю, — пожала плечами мисс Шафик. — Пускать?        — Наверное, — задумчиво пробормотала Лили. Вряд ли это кто-то из подруг: они, наверное, даже и не в курсе о её местонахождении; Альбус относился сюда же. Очень возможно, что это Роза, ибо претендентов больше не имелось. Ладно, был ещё один, конечно, которому Матильда должна была чётко и ясно донести суть её слов.        — Здра-авствуй, — протянул тот самый шестикурсник, так удачно спасший Лили от ещё большего позора.        — Привет, эм… извини, не знаю твоего имени, — вмиг подобравшись, отозвалась Поттер.       — Дерек. Дере-ек Гордон, — на выдохе выпалил гриффиндорец.       — Очень приятно. Лили, — Гордон кивнул: то ли принял её учтивость, то ли знал её и без представления. Последнее было наиболее вероятно, ибо детей Гарри Поттера все студенты знали будто бы по умолчанию. — Присаживайся. Что-то хотел?       — Да, — Дерек деликатно умостился на предложенное место. — Ситуация, ко-оторая про-оизошла на отборо-очных…       — Позлорадствовать пришёл? — Лили сузила глаза.       — Нет, — поджал губы Дерек, — нет, конечно. Про-осто захо-отел подбодрить тебя. Мне кажется, Джеймс был слишком стро-ог к тебе…        — Тебе не кажется, — буркнула Поттер. — Ты ж теперь в команде? Привыкай к идиотским выходкам своего капитана. Очень рада, что ты избавил меня от этой участи. Сердечно благодарю.       Лили не понимала, почему она вообще начала вываливать всё своё недовольство человеку, с которым знакома от силы минут пять. Они учились на одном факультете, но друзьями или хотя бы знакомыми этот факт их не делал.       — Ты ж не последний год учишься. У тебя бу-удет во-озможность попробоваться ещё раз. Как на место заго-онщика, так и на что-то другое.       — По-твоему, меня это должно утешить? — нахмурилась Поттер.       Обижало даже не это. Обижало то, что близкий человек — родной брат, мать вашу, — даже не дав шанса, начал принижать её. Будто бы не он во время игр в домашний квиддич подначивал её, часто говоря, что два Поттера могут заменить всю команду разом. Его бурная реакция на поле изрядно подкосила Лили, заставив засомневаться в собственных силах. Не то, что бы она перекладывала на него всю вину своего поражения, — проморгала второй бладжер она самостоятельно, — но можно же было отложить воспевание своей правоты на потом.       — Что ж вам так всем приспичило-то мисс Поттер навестить? — недовольный голос Ланы прозвучал с другой стороны ширмы, обращаясь явно к кому-то постороннему. — Можно ли…       — Это я, Лили, — перебила Роза; послышался глубокий вздох, обладательницу которого не сложно было отгадать.       — Пускай заходит.       Уизли, оказавшись в пределах отделённый территории, с удивлением уставилась на Гордона, сложив руки на груди: тот, стушевавшись, тут же вскочил с уголка железной кровати.       — Нам бы поговорить, — сухо проговорила Роза, дёрнув подбородком в сторону кузины. — Без посторонних.       — Ко-онечно. Спасибо, что пустила и выслушала. И-извини, если сказал что-то не то. До встречи, — Дерек, криво улыбнувшись, поспешил удалиться, даже не дождавшись ответа младшей Поттер.       — Твой друг? — когда шаги стихли, поинтересовалась Роза.       — Типо того, — односложно отозвалась Лили, подмечая некоторую нервозность в поведении Уизли. — Не стой над душой.       — Как твоё самочувствие? — выдала Роза; каблук обуви быстро постукивал об пол.        — Поводов для беспокойств нет, — повторила слова Шафик гриффиндорка. — Конечно, немного придётся с этой штукой походить. Всё же лучше, чем громоздкий гипс.       — Тоже верно, — подвела итог Роза, а Лили едва различимо цокнула языком: её очередь задавать пустые вопросы, ответы на которые особо и не интересуют.       — С тобой-то всё хорошо?       — В отличие от твоего брата, — да, — после драматичной паузы Уизли продолжила, уже не сдерживая тона: — Нет, ты представляешь, он подрался!        — Для Джеймса это привычное состояние, тебе так не кажется? — ухмыльнулась Поттер.        — Да не он! — воскликнула Уизли и тут же, не дав кузине и рта разинуть, продолжила: — Я говорю об Альбусе!        — Что? — Лили деланно хохотнула. — Это какая-то ущербная шутка?       Но чем дольше Роза молчала, тем шире распахивались глаза Лили.       — Альбус? Подрался? С кем? Как? Когда?! — младшая Поттер буквально завалила старосту вопросами, ответы на которые в этот раз её очень интересовали.       Событие, как драка с участием Поттера-младшего, было явлением не то что редким — невозможным. Это Джеймс мог подебоширить в стенах школы, не пугаясь перспективы быть отчисленным. В этом плане Ал давал продых родителям. Но всё когда-то случается впервые, и даже неконфликтный человек способен переступить черту дозволенности. Будь на то веская причина.       — Ты же знаешь, что случилось? Расскажи, мне важно знать.        Подробный пересказ занял у Розы около десяти минут, поскольку кузина, не в силах утерпеть, уточняла какие-то детали и по несколько раз переспрашивала то, что уже было сказано. Уизли не могла упрекнуть её в рассеянности: и для неё подобное известие стало полным шоком. Особенно когда для его озвучивания выдергивают с урока в кабинет директора. Роза уже было готовилась проклясть Поттера-старшего, но, когда узнала имя второго участника драки, — решила повременить, обойдясь лишь неприличной бранью. Ибо смысла драться с собственным другом у Джеймса не было. По крайней мере, Розе казалось это логичным.        — Кажется, Кэмпбелл заходил в Крыло, — неуверенно протянула Поттер; сквозь полудрёму, так неожиданно застигшую её часом ранее, она слышала мужской голос, смутно знакомый, но особого значения не придала.        — Признаться честно, я была бы хоть как-то рада ситуации, избитым окажись Малфой, — отозвалась Роза, и неприятная усмешка отобразилась на её губах.       Если Альбус, просто выбравший не тех друзей, вызывал жалость, то Скорпиус, затмевавший своими лучами успеха всех, в том числе и Розу, — откровенно бесил. И это была только одна из причин. Уизли до сих пор не простила ему то, как он пытался ухлёстывать за ней двумя годами ранее. Явно на спор, ибо верить в наличие хоть каких-то искренних чувств со стороны слизеринца, Роза не собиралась. Как бы порой не хотелось.       — Ты так говоришь из-за личной неприязни, — Лили смежила рыжие брови. — Но чем Джиму он не угодил-то? Да ещё и друзей своих подбивает на травлю.        — У самого Джеймса и нужно это спрашивать, — фыркнула Уизли, закинув одну ногу на другую. — Как найду, то сразу.        — Небось, ныкается где-то, — пробормотала младшая Поттер. С одной стороны, она прекрасно понимала братца: слушать вопли кузины было тем ещё испытанием. Но, с другой, — Лили до сих пор была зла него. И это самое испытание казалось вполне заслуженным.       — Ужин вряд ли пропустит, — довольно произнесла Уизли, поднимаясь. — Мне бежать надо, перемена минут через пять заканчивается уже.        — Увидимся в Зале тогда. И, Роза, — гриффиндорка выжидающе глянула на кузину, — я Джиму мозги и сама хочу повыносить. Он мне должен, считай.        Уизли, уголки губ которой дрогнули в зловещей улыбке, кивнула.

***

      Альбус, скрестив ноги, устроился на своей спальной кровати; плотная ткань зелёного полога укрывала его от посторонних глаз. Кажется, в комнате находилось ещё двое его соседей, шёпот которых иногда срывался на обыденную громкость. Как будто Поттеру-младшему было хоть какое-то дело до их разговора.       Ручной хорёк Лаки, на время выпущенный из клетки, носился по всему доступному пространству, оставляя своими коготками небольшие затяжки то на покрывале, то на одежде слизеринца. Хоть правила Хогвартса и гласили, что, кроме котов, сов, жаб и крыс, остальные животные строго-настрого запрещались, однако Алу удалось выбить себе право на ввоз Лаки, оспорив основные критерии оценивания. Директору МакГонаггал ничего не оставалось, как признать правоту доводов Поттера-младшего и включить хорьков в официальный список дозволенных питомцев.       — Не трожь, — строго выговорил Альбус, когда Лаки своими зубами вцепился в кожаный ремешок его наручных часов; серебряная стрелка доходила до семи часов вечера. Установленная профессором МакГонаггал отработка должна была скоро начаться.       Поттер-младший, тяжело выдохнув, рывком открыл завесу, и сразу две пары глаз уставились на него подозрительно. Не обращая внимания, он запихнул сопротивляющегося хорька обратно в клетку, пообещав отпустить ночью, и размашистыми шагами покинул общие спальни.        Бёрк, как и предполагалось, уже ожидала его в гостиной. Перед ней было стыдно: вместо заслуженного отдыха она должна была надзирать над чужой отработкой. Наверное, именно такого эффекта и добивалась Минерва. Чтобы в следущий раз, коль приспичит почесать кулаки, вспомнились невиновно отдувающиеся сокурсники.       — Прости, — выпалил Альбус, как только поравнялся с Делмой. Понимал, что его извинения мало чем помогут, но не сказать ни слова было бы по-скотски.       Староста Слизерина лишь махнула рукой, а Поттеру-младшему стало чуточку, но легче.        Проход к Залу Трофеев скрывался за громадным гобеленом, расшитым золотыми узорами. Это было огромное помещение, сравнимое разве что с Большим Залом, где стеклянные шкафы и тумбочки, встроенные даже в поддерживающие потолок колонны, хранили в себе награды хогвартских учеников: кубки по квиддичу, почётные грамоты, отличительные значки и прочие безделушки, которые Альбусу никогда не получить.       — Глотки не перегрызите друг другу, — хмыкнула Бёрк, когда в поле зрения оказались Уизли и Кэмпбелл, явно успевшие зацепиться друг с другом языками. — Следить заодно и за вашей отработкой я не намерена.       Шарканье раздалось совсем рядом, и Филч с грохотом поставил на пол железные ведра, наполненные водой.       — Бесхребетные паршивцы, — прокаркал Аргус, едва ли не в лицо Нила бросив тряпки. — Чтобы к моему приходу пыли на полках не наблюдалось.       — Я управлюсь и до вашего ухода, — гриффиндорец состроил презрительную рожицу, доставая из заднего кармана школьных брюк волшебную палочку.       — Без магии! — гаркнул завхоз, цепкими пальцами отбирая вещь, владение которой было его давней мечтой. — Я учусь в Школе Чародейства и Волшебства не для того, чтобы по-маггловск убираться, — вяло воспротивился Кэмпбелл; палочка издевательски маячила в старческих руках сквиба. Все знали, что, стоило только какому-нибудь магическому артефакту попасть к Филчу, так он, заперевшись в своей каморке, часами мог изучать его, не отдавая законным владельцам. Лелеял несбыточные надежды.       — В ком-то чистая кровь заговорила, как я погляжу, — проглотив смешок, отозвалась Делма; Аргурус благоговейно воззрился на неё. — Жаль, что только сейчас. Поттер, тебя это тоже касается. Палочку мне, пожалуйста.       — Это нечестно, — справедливо возмутился Кэпмбелл, надувшись.       — Уж если для тебя это так важно, — закатила глаза Бёрк, а после очаровательно улыбнулась, обращаясь уже к завхозу, чья лояльность к Слизерину, да и к Делме в частности — поражала: — Уважаемый мистер Филч, могу ли я просить вас, чтобы волшебная палочка мистера Кэмпбелла находилась у старосты его факультета…        — Староста его факультета против, — с удовольствием прервала Роза, игнорируя ненавистный взгляд Нила.        — Я пыталась, — слизеринка подняла ладони. — Начинайте уже, а то так и до утра не управимся.        — Без магии уж точно, — проворчал Нил, с тяжелым вздохом опускаясь на корточки.        — У вас времени будет предостаточно, — плотоядно улыбнулся завоз, развернувшись. — Это только ваш первый заход.       — Чего?! — голос Нила отскочил от каменных свод, но ответом ему был лишь удаляющийся топот сквиба. — Заебись.        Скорпиус явно был прав, и наказание растянется на несколько незабываемых вечеров. Альбус мысленно усмехнулся, погружая руки в холодную воду. Необработанные ранки тут же защипали, из-за чего он выругался сквозь сжатые зубы; мимолётно Поттер-младший зацепил взгляд Кэмпбелла, направленный на его сбитые костяшки. Он так и не посетил Больничное Крыло, из-за чего Малфой развёл такую истерию, что аж голова разболелась. Младший сын Поттера считал непростительным убирать эти отметины, приобретшие некий символизм. Альбус дрался не за себя. И не за Скорпиуса. Он дрался за них. А Малфой будто этого не понимал.        Поттер-младший, стараясь ненароком не разбить, аккуратно раскрыл хрупкие дверцы шкафчиков. Золотые квиддичные кубки с выгравированными на них годами, инициалами капитанов и факультетами поблёскивали в тёплом свете настенных светильников. Сочетание собственной фамилии с несобственным именем тоскливо резануло по сердцу; Альбус поспешил составить все содержимое стеклянных вместилищ на пол. Где-то же здесь хранилась и награда его покойного деда, тёзки его брата. Отцовское «За заслуги перед школой», вынесенное в отдельную рамочку, он заприметил чуть ли не с порога. Все мужчины рода Поттер так или иначе оставили свой отпечаток в истории Хогвартса. Кроме Альбуса, разумеется.        Слова Малфоя о Турнире всплыли в сознании внезапно, потрясая своим наличием. Драка сконцентрировала на себе всё внимание, из-за чего Поттер-младший довольно смутно помнил, что было до. А, может, это просто последствия удара затылка об пол. У профессора Принц, видимо, была похожая ситуация, иначе объяснить её желание включить Альбуса в список участников не представлялось возможным. Её губы, зажатые в попытке скрыть раздражающее разочарование после каждого урока, Поттер-младший всё-таки не забыл.       Надо будет переспросить у Скорпиуса подробности этого разговора, если они, конечно, помирятся. Куда денутся-то. Извинятся друг перед другом, обнимутся, но оба останутся при своём мнении.       Альбус, сам не зная для чего, взял в руки кубок, присуждённый команде Гриффиндора в прошлом году. Малфой был не прав, утверждая, что у него, якобы, есть всё для счастья. Кое-чего в огромной объёме точно не доставало.       Может, пора было урвать хотя бы небольшой кусочек?