Водила для Вадима

— Прошу уволить меня по собственному же-ла-ни-ю… — Илья проговорил то, что выводил на бумаге и, поставив под текстом заявления нарочито размашистую подпись, протянул листок начальнице отдела кадров. Утром, дав себе поспать чуть дольше положенного и натянув привычно драные джинсы и любимую кожанку, для которой уже, правда, было довольно прохладно, он первым делом отправился выполнять приказ своего уже почти бывшего шефа. — Нужно визу руководителя поставить, — не глянув на протянутую бумагу, скучающе протянула кадровичка, даже не подумав отвлечься от прокручивания ленты социальной сети в телефоне. — Сходи к Вадим Андреевичу, пусть подпишет, потом мне занесешь. Дорогу сам найдешь? — Не заблужусь, — фыркнул Илья. Появляться в кабинете Вадима этим утром на самом деле не входило в его планы. После того стремительного изменения температуры отношений между ними иррационально хотелось выдержать некоторую дистанцию. Накануне Вадим соловьем разливался о том, что им с Ильей необходимо дать хотя бы маленький шанс тому, что между ними происходит, но бессонная ночь породила слишком много сомнений. И если с мыслью о том, что им хорошо вместе, Илья как-то примирился, то тот факт, что он станет частью жизни Вадима, немного пугал. А потянет ли? Маргарита Николаевна встретила Илью на своем привычном месте и, услышав о цели визита, искренне расстроилась, посетовав на шефа, который своими кривыми руками не удержал такой ценный кадр. — Я вас слышу, Маргарита Николаевна, — донесся из-за приоткрытой двери голос Вадима. — Слушайте внимательнее, может, умнее станете, — ворчливо отозвалась секретарша и кивнула Илье, чтобы проходил внутрь. — Вот же… пригрел на груди. — Вадим покачал головой и откинулся на спинку кресла, внимательно следя за Ильей, который молча проскользнул в кабинет, прикрыл на всякий случай дверь и подошел к столу, протягивая заявление. — Нужна ваша подпись, — коротко пояснил он, когда Вадим взял бумагу и, пробежавшись глазами по тексту, не сдержал улыбки. — Как ощущения? Уже чувствуешь дух свободы? — Он черканул пару завитков внизу листка и положил его на стол. — А вы? — вернул Илья вопрос и, понимая, что быстро закончить разговор не получится, упал в кресло напротив стола шефа, закидывая ногу на ногу. — Мы снова на «вы»? Я надеялся, что мы теперь не скованы рамками субординации, — усмехнулся Вадим, прикипая взглядом к прорехам в джинсах Ильи, как и в первый их приватный разговор. — Субординация не мешала вам… то есть тебе пихать мне вчера язык в рот, — фыркнул Илья негромко и глянул на дверь, точно ли та плотно притянута: посвящать Маргариту Николаевну в происходящее казалось лишним. Ей и так достался шеф с непростым характером. — Как насчет того, чтобы провести вечер не как начальник и подчиненный? Найдешь для меня пару свободных часов? — спросил Вадим, пропуская очередную шпильку мимо ушей, но Илья, вновь повернувшись к нему, лишь опустил глаза и неопределенно пожал плечами, не спеша с ответом. Визит Ильи оставил горькое послевкусие, как будто не было тех последних дней в командировке и теплого прощания накануне, будто Илья сам для себя что-то решил, не посвятив в это Вадима. Можно было бы закрыть на это глаза. В конце концов, они оба добились того, чего хотели, изначальные договоренности об увольнении были достигнуты, осталось оповестить Валеру, что они с его племянником не сработались, и жить дальше. Возможно, Валера из-за чувства вины, что подогнанный им кадр оказался не у дел, даже выйдет еще немного поработать, но это не дарило и капли радости. Илья так и не дал однозначного ответа, сходит ли с Вадимом на свидание. Возможно, они и начали не с того, но ведь никогда не поздно переиграть? *** Вадим не сразу осознал, что Илья его избегает. Понимание пришло после пары десятков отправленных сообщений, лишь половина из которых получили ответ. Вадим злился, но продолжал писать, старательно избегая вопросов о том, какого черта вообще происходит, ведь все было нормально. Ну, в его понимании, по крайней мере. — Сегодня нужно будет выехать за город вечером. — Нового водителя нашли на удивление быстро. На фоне того раздрая, что происходил у Вадима в личной жизни, переборчивость в кадрах сошла на нет. Новый шофер был молчаливым, безупречно исполнительным и напрочь лишенным любопытства. Вот и теперь он только коротко кивнул и лишь уточнил адрес. Это в первую очередь планировалось как визит вежливости. Утром Вадим поздравил Валеру с юбилеем и, получив, скорее всего, формальное приглашение присоединиться к семейному празднованию, неожиданно для себя согласился приехать. По секундному замешательству бывшего водителя стало понятно, что неожиданностью это стало не только для него. Убеждать себя в том, что это только желание поздравить лично сотрудника, который верой и правдой служил ему много лет, удавалось вплоть до въезда на территорию дачного кооператива. Мысли о том, что там, скорее всего, будет Илья, все же одержали верх, и Вадим сдался. Да, ход глупый и низкий, словно он неудачливый экс-бойфренд, подкарауливающий бывшего парня ради разговора, но чем черт не шутит. На подъездной дорожке нужного дома уже стояло несколько автомобилей, пришлось оставить собственное авто с водителем чуть поодаль и пройтись пешком. Масштаб празднования поражал. Кто бы мог подумать, что у Валеры столько родственников. Стоило войти во двор, спрятанный за высоким забором, как Вадим еле избежал столкновения с двумя мальчишками, вихрем промчавшимися мимо него. Он хотел было, как положено, взойти по ступенькам коттеджа, который Валера строил столько долгих лет, и позвонить в дверь, но его увидели раньше и сразу же отвели в беседку на заднем дворе, где и нашелся именинник, который уже изрядно захмелел. Круговорот лиц не прекращался: жены, сестры, братья, сватья, деверья и прочие страшные слова, которыми сыпали незнакомые люди, обозначая свое родство, когда представлялись. Вадим здоровался, пожимал руки, опрокинул рюмку за здоровье юбиляра и все пытался глазами выцепить того, ради кого приехал на самом деле, но Ильи то ли вообще не было среди гостей, то ли он старательно скрывался. — Покурим пошли, — предложил негромко Валера, когда Вадим, уже разочаровавшись в своей затее, написал водителю, чтобы готовился выезжать минут через пятнадцать. Они обогнули дом и взошли на веранду, где стояла пара потертых кресел и низкий столик с пепельницей. Валера молча прикурил и, затянувшись, рухнул в кресло, кивая Вадиму на соседнее. — Лица на тебе нет, Вадим Андреич, — хмыкнул он, когда Вадим устроился по соседству. — Иногда вот думаю: и чего тебе с бабами не жилось? А потом как начнет меня моя пилить — уже и понимание наступает. Мужик мужику разве будет мозги ебсти? — Если есть за что, будет, — ухмыльнулся Вадим невесело, доставая сигарету и закуривая. — От человека же зависит, не от пола. — Верно, — согласился Валера и, подумав, добавил: — Не знаю, чем думал, когда Илюху своего к тебе отправлял. Что у вас там произошло — знать не хочу, но он убедил, что ты его не обижал. Просто не вышло ничего. — Не вышло, — согласился Вадим коротко. Комментировать, а тем более посвящать Валеру в то, что между ними произошло, он не собирался. — В доме он, — смилостивился Валера, кивнув на дверь. — Как узнал, что заглянешь, сказал, что видеть его не захочешь, и спрятался. А ты ж, сукин сын, за десять лет моей работы ни разу ко мне на день рождения не приезжал! — Одиннадцать, — поправил Вадим, качнув головой, и затянулся, еле сдерживая себя, чтобы не глянуть на дверь дома, будто именно за ней Илья от него и прятался. — Хуинадцать, — крякнул Валера, ткнув успевшую истлеть сигарету в блюдце пепельницы. — Совести бы тебе, — махнул он рукой. — Тогда бы денег столько не зарабатывал. — Он помолчал немного и поднялся на ноги. — Скажу ему, чтобы вышел, ждать будешь? — Буду. — Вадим затянулся в последний раз и затушил окурок, опуская глаза и доставая телефон, который пиликнул коротким «Принято» от нового водителя. — Но дольше пятнадцати минут ждать не стану. Либо пусть выходит, либо все. — Вот же, — покачал головой Валера и скрылся в доме, скрипнув напоследок дверью. Конечно, Вадим не засекал, но не смотреть на цифры на часах, медленно сменяющие друг друга, было просто выше его сил. Он поднялся на ноги, прошелся по веранде, обшитой мягким тонированным пластиком, чтобы ветер не задувал, решил покурить еще, но так и не донес зажигалку до сигареты. В голове вертелся только один вопрос: «Выйдет или нет?» Когда за спиной снова скрипнула входная дверь, он подумал было, что ждать больше нечего — Валера вышел, чтобы сказать, что Илья своего укрытия не покинет. — С ним невозможно спорить, — донеслось из-за спины тихое, и Вадим замер, не понимая, может ли рюмка домашнего самогона давать слуховые галлюцинации. — То на работу против воли устраивает, то… — Илья осекся, стоило Вадиму обернуться и встретиться с ним взглядом. — То не дает исчезнуть из моей жизни? — подсказал он, и Илья поджал губы. Помялся с ноги на ногу и, решившись, подошел ближе, вставая к перилам и доставая из кармана свою вечную парилку. — Купидон херов, — фыркнул он, затягиваясь и выдыхая плотное облако пара. — А тебе не все равно? — Если бы ты отвечал на мои сообщения, то понял бы, что нет. — Вадим смотрел на Илью и пытался понять, что изменилось. Тот выглядел привычно расслабленным, но воздух вокруг словно стал наэлектризованным, одно неловкое движение — и бахнет током так, что никакое заземление не поможет. — Послушай, давай честно. — Илья вздохнул, будто слова давались ему с трудом. — Это просто не сработает, понимаешь? — Нет, — категорично качнув головой, бросил Вадим. — Это ты боишься, что это не сработает. — Ты привык к людям, которые идеально вписываются в твою жизнь, это не про меня… — Илья снова затянулся, руки его подрагивали. Где-то вдалеке подняли шумный тост за именинника, и Вадиму это показалось злой иронией. На закрытой веранде никто из гостей их увидеть не мог, но наедине они не были. — Мне страшно, потому что это будет не просто интрижка. Для меня не будет. Это может мне жизнь в хлам разъебать. — А если я хочу остаться в этой твоей жизни? — Вадим шагнул ближе, и Илья не двинулся с места, но глаза на него так и не поднял. — Ты уже в ней есть, Вадим, — произнес он негромко, — проблема в том, что я не понимаю, как с этим жить. — Если бы я хотел кого-то, кто идеально вписывается, то давно бы нашел его. — Еще шаг, чтобы быть ближе, чтобы рассмотреть вихрастую темную макушку, блеклый нездоровый румянец на щеках и подрагивающие ресницы. — Это что, из какого-то сериала по «России 1»? — ухмыльнулся Илья привычно. — Вы, старперы, такое любите. — Я тоже не железный, Илюш. — Вадим поднял руку и ухватился за шнурок от капюшона толстовки Ильи, будто пытаясь найти якорь. — Не смогу я вечно за тобой бегать, возраст уже реально не тот. Если ты уверен, что нет, то на этом закончим. — Илья только шумно вздохнул в ответ. — Только дай напоследок… — Его ладонь перекочевала на щеку Ильи, заставляя поднять голову и встретиться наконец взглядом. Большой палец пригладил скулу. Глаза в глаза. У него на лице все было написано. Страх, неуверенность, даже злость и, наверное, надежда. За нее Вадим и зацепился, подавшись вперед и прижимаясь губами к чужим. Прощание. Нежное, тягучее. Илья поддался, расслабился, прикрыв глаза, и Вадима унесло от этой неожиданной покорности. Макс сидел за рулем и, поглядывая на время, терпеливо ждал. Шеф еще двадцать минут назад написал, что они скоро поедут, но все никак не появлялся в поле зрения. Неожиданно от забора напротив отделились две фигуры и направились к машине. В одной из них Макс узнал Вадима, а вот парень, подошедший к водительской двери и распахнувший ее, был ему незнаком. — Привет. — Илья облизал раскрасневшиеся губы и, пожав обескураженному Максу ладонь, кивнул на заднее сидение. — Пересядь, я поведу. Макс, да? Далеко живешь? — Да не очень, — пробормотал Макс, глянув на начальство, которое неожиданно село на переднее пассажирское, и перебрался назад. — Вадим Андреевич, а как же… — Премию, Максимка, тебе, огромную. — Илья сел за руль, огладив любовно кожаную обшивку, и принялся поправлять сиденье под себя. — И пару выходных. Но это если помолчишь. Да, Вадим Андреевич? — Макс, на сегодня свободен, закинем тебя домой, потом пару дней мне не понадобишься, — подтвердил Вадим. Максим дураком не был и коротко кивнул, замолкая и только искоса поглядывая на взлохмаченного парня на водительском сиденье. — Тебе с начальством очень повезло, Макс, — хмыкнул Илья, встречаясь с ним взглядом в зеркале заднего вида. — Я знаю, о чем говорю. *** — Это точно твой дом, а не съемный траходром с «Авито»? — первое, что спросил Илья, оказавшись в квартире Вадима. Пока они пробирались по вечернему городу, чтобы завезти Максима, а потом толкались в пробках до конечной точки назначения, совсем стемнело. В машине Илья был молчалив, будто примирялся со своим решением, и Вадим понял, что эта тишина им обоим пойдет на пользу. Слишком много они уже сказали друг другу на той веранде. — Насчет съемного точно нет, — пожал он плечами и сам будто впервые осмотрелся: в последнее время Вадим появлялся у себя, только чтобы поспать, проводя большую часть дня на работе. Клининг исправно натирал все до блеска, и жилище выглядело каким-то ненормально стерильным, нежилым. Много метров, дизайнерский ремонт, но абсолютное отсутствие души. Наверное, поэтому домой толком и не тянуло. — А ты что-то имеешь против траходромов? — Какая звенящая пошлость, Вадим Андреевич, — фыркнул Илья и, скинув кроссовки у порога, прошел вглубь квартиры, с интересом осматриваясь. — Можно же не так в лоб? И так понятно, что мы тут, чтобы консумировать наши отношения. — А это не в лоб? — рассмеялся Вадим, шагая следом и наблюдая за Ильей, который за сарказмом явно пытался спрятать нарастающее волнение. — Консумировать… А из нас двоих точно я старпер? — Точно, — отмахнулся Илья, подходя к окну и упираясь взглядом в простирающийся под ногами проспект со всполохами огней от фар пролетающих по нему автомобилей. — Я все думал, как оно будет, когда окажусь у тебя, — протянул он задумчиво. — И как оно? — спросил Вадим негромко и, поняв, что парень не торопится с ответом, отошел на кухню, доставая из личных запасов бутылку какого-то безобразно дорогого вина, подаренного кем-то из партнеров, пару бокалов и со всем этим возвращаясь в гостиную. Илья, который так и не сдвинулся с места, глянул на него искоса и робко улыбнулся. И у Вадима от этой непривычной улыбки защемило где-то глубоко в груди. — Мне тебя правда очень не хватало, — признался он негромко и, разлив вино по бокалам, подошел ближе, протягивая один из них парню. — Ты даже не представляешь… — Я представляю, — перебил его Илья и, ухватившись за бокал, сделал сразу несколько размашистых глотков, тут же морщась. — А оно должно быть таким кислым? — Это благородные нотки муската, красных ягод и табака. — Вадим удивленно поднял брови и тоже отпил из бокала, замирая и не сумев выдержать многозначительной паузы, тоже морщась. — Какая же гадость! — Илья в ответ сначала хмыкнул, а потом и вовсе рассмеялся, качая головой. — В следующий раз алкоголь на вечер выбираю я, — заявил он, отсмеявшись и забирая у Вадима злосчастный напиток, оставляя его вместе со своим на низком столике у окна. — Следующий раз меня вполне устраивает, — согласился Вадим и обнял парня, который, наконец, сократил расстояние между ними до минимального. Илья идеально подходил для объятий. Не для каких-то формальных обжиманий, не для прелюдии или чтобы полапать, а для реальных объятий. Таких, когда хочется закрыть от всего плохого в этом мире, таких, от которых социальная батарейка, разряженная до нуля, начинает восполнять заряд. Его губы все еще хранили вкус вина, и только в таком варианте Вадим готов был его принимать и просить еще снова и снова. Наконец они были наедине, и ничто не могло отвлечь их друг от друга. Вадим влажно вылизывал чужой рот, обнимал ладонями раскрасневшиеся щеки и все больше терял себя. Поцелуи становились жарче, более рваными и кусачими. Илья буквально висел на нем, так что оттащить его до спальни и уложить на постель труда не составило. Голову кружило, уши закладывало, словно оба они находились в летящем к Земле на нереальной скорости космическом шаттле. Кораблекрушение через три, два, один… Илья неожиданно забился под Вадимом и, ловко извернувшись, откатился в сторону. Раскрасневшийся, с горящими глазами, он тяжело дышал и жмурился, будто перекрытый кислород никак не желал вновь поступать в легкие. — Где ванная? — выпалил он на одном дыхании, и Вадим, такой же пришибленный гравитацией, указал на неприметную дверь прямо в спальне. — Пользуйся всем, чем захочешь, полотенца чистые в шкафу. Я пока в гостевую схожу. — Его и самого вело, нужно было немного сбить градус напряжения. — У тебя их сколько? — скептически изогнул бровь Илья, немного придя в себя, поднимаясь на ноги и неровным шагом отправляясь в указанном направлении. — Достаточно, — рассмеялся Вадим и, подождав, пока Илья скроется за дверью, пошел в душ. Вода помогла немного освежить голову. Быстро сполоснувшись и обернув бедра полотенцем, Вадим вернулся в спальню и завис у окна, разглядывая вид, который привлек Илью в гостиной. Он никогда не заострял на этом внимания, купил квартиру, потому что хороший район и расположение удачное, но как, оказывается, красиво жил ночной город. Может, красота все же в глазах смотрящего? — Текстиль у тебя точно лучше, чем в том мотеле, — пробормотал Илья, который провозился чуть дольше, но застал Вадима так и стоящим у окна. — А мне кажется, простыни в цветочек были довольно милыми. — Он улыбнулся, оборачиваясь, протягивая парню руку, заставляя подойти ближе и заслонить собой вид, не имея, впрочем, по этому поводу ни единого сожаления. Смотреть на Илью, бедра которого так же скрывало одно только полотенце, было куда приятнее. В полумраке комнаты, освещенной только светом, поднимающимся с улицы, татуировки на его бледной коже выглядели контрастнее, притягивали взгляд. — Нравится вид? — с тенью смущения улыбнулся парень и закинул руки на шею Вадима, от чего влажное полотенце с его бедер тяжело упало к ногам. — На мою задницу сейчас ведь не пялится весь проспект? — добавил он и спрятал лицо с порозовевшими щеками на груди мужчины. — Нет, но я все равно ревную. — Вадим глянул в отражение Ильи в стекле. Прямая спина, разворот плеч, трогательно торчащие лопатки, тонкая талия и точно гибкая поясница, он помнит. Еще не мужчина, но уже не мальчик. Красивый. Каким он будет через два года, пять, десять лет? Будет ли он так же прижиматься к нему? Будет ли он рядом? Не станет ли разница в возрасте пропастью между ними? — Не думай, — выдохнул вдруг Илья, будто прочитав его мысли и отвлекая короткими теплыми поцелуями везде, где мог дотянуться, — ключицы Вадима, солнечное сплетение, место, где бьется яремная вена. — Хватит нам моих загонов. — Хватит, — согласился Вадим, смиряясь, прикрывая глаза и откидывая голову, чтобы открыть шею. — У тебя хорошо получается переключать мое внимание. Пошли в кровать, ты начинаешь замерзать. Прохладные простыни на контрасте со все еще горячей после душа кожей вызвали мурашки. Илья поежился было, но Вадим, уложив его на постель, тут же навис сверху, согревая своим теплом. Он изучал его. Губами, языком и подушечками пальцев, словно боясь спугнуть. С десяток поцелуев было оставлено на шее, еще больше на груди. Соски, измученные ласками, потемнели и затвердели, как и то, что ждало его внизу. Илья потерялся в ощущениях. Щекотно в низу живота, когда по коже проходится горячий язык, немного неловко, когда руки уверенными движениями разводят ноги, до дрожи приятно, когда зубы несильно, но ощутимо прихватывают кожу на внутренней стороне бедра. Вадим честно старался не оставлять следов, но на молочно-белом Илье карта его пути смотрелась невероятно красиво. — Потише, — выдохнул Илья хрипло, когда Вадим обхватил пальцами его член и слизал каплю выступившего секрета. — А то все закончится раньше, чем хотелось бы. — Я никуда не тороплюсь, — возразил Вадим и, обхватив губами влажную головку, втянул ее за щеку. Пальцами он продолжал ласкать Илью, прошелся от груди до тазовых косточек, спустился к мошонке, помяв яйца, и ниже к пока еще зажатому и неожиданно влажному кольцу мышц. Немой вопрос в его глазах заставил Илью отвести взгляд. — Я копался в твоих шкафах, — признался тот, вздрагивая от прикосновений. Вадим пока не пытался проникнуть, растирая и надавливая совсем не сильно, просто чтобы обозначить свое присутствие. — Ты же сказал, могу пользоваться всем, чем захочу. — Не услышав ничего в ответ, но, почувствовав, что Вадим улыбнулся, Илья отнял голову от подушки, глянув на распластанного в ногах мужчину. Картинка оказалась еще более горячей, чем рисовало ее воображение. Вадим с удовольствием позволял толкаться членом в его рот, пуская почти до горла, творил что-то восхитительно похабное с его задницей и при этом смотрел неотрывно за реакцией такими горящими глазами, словно Илья был самым рейтинговым роликом на порнохабе. Тот самый Вадим, вертящий миллионами и большой фирмой, водящий гелик и наверняка имеющий собственный самолет — в последнем Илья не был уверен, но решил, что может легко себе это представить. Вадим, который еще недавно был его холодным и отстраненным шефом, который казался таким недосягаемым при первой встрече. — Су… кха… — он протяжно застонал, откидываясь на подушку и горячо и неожиданно изливаясь в рот Вадима, пока тот, вжавшись носом в его пах, замер, принимал все до капли. Дождавшись, пока Илью перестанет бить мелкая дрожь, он выпрямился и вытер рот тыльной стороной ладони. — Вкуснее твоего дорогущего вина? — рвано дыша выпалил Илья, ерзая и кое-как садясь прямо. Он то и дело облизывал пересохшие от частого дыхания губы и выглядел смущенным. — Намного, — рассмеялся Вадим. Кто знал, что в его возрасте чужой оргазм может довести почти до пика. Илье точно знать не стоило. — Конечно, я же как минимум вдвое его моложе, — заявил тот, и Вадим уже хотел было возразить, но притих, когда Илья, встав на колени, опустился перед ним и обнял ладонью крепко стоящий ствол, с ходу надеваясь на него ртом и пропуская его в самую глубь. Надо было отдать должное. После слов Ильи о небольшом опыте или вообще его отсутствии Вадим не ждал такого качественного исполнения, это могло сломать к чертям всю его выдержку и пустить под откос все планы на ночь. Илья с влажными, совершенно пошлыми звуками втягивал в себя его член, языком кружил по коже, будто изучая рельеф вен, щекотал уздечку и даже нырнул ладонью к мошонке, прежде чем Вадим, вплетая пальцы в его волосы, мягко не остановил и не попросил улечься на живот. Похоже, новое возбуждение совсем вскружило Илье голову, потому что просьбу он выполнил беспрекословно, не размениваясь на комментарии и подъебки. Вадим огладил его поясницу, приподнял бедра и подпихнул под них одну из подушек. Клинингу придется хорошенько поработать с постельным бельем, потому что капли предэякулята с члена Ильи темными пятнами оседали на ткани везде, где он им елозил. Под подушкой оказалась спрятана смазка, не самая подходящая для анального секса, ведь ожидания, на счастье, разошлись с реальностью, но и этого хватило, чтобы начать разрабатывать разомлевшего парня. Пока Вадим целовал его холку и выступающие позвонки, к первому вошедшему почти без сопротивления пальцу прибавился второй. На третьем Илья взволнованно вздрогнул и на несколько мгновений будто испуганно сжался. — Расслабься, — попросил Вадим настолько осторожно, насколько хватало выдержки, и Илья, сделав несколько успокоительных вдохов, выше приподнял бедра, пуская глубже. Внутри было влажно и жарко. Смазка, которой Вадим не пожалел, тяжелыми каплями падала на постель. Пальцы мужчины то кружили по разбухшему краю входа, то снова и снова погружались внутрь, гладили стенки, раздвигали их, растягивали, толкались, въезжая до самых костяшек. — Вставь уже, не могу, — прохрипел Илья, отворачивая ставшее пунцовым лицо и пряча его в подушке. На его спине поблескивали капли пота, грудная клетка рвано вздымалась от сбитого дыхания, бедра, скользкие от смазки, подрагивали. Вадим выпрямился и потянулся к тумбе, где было спрятано несколько презервативов, коря себя за промедление. Заставлять ждать разомлевшего, подготовленного Илью казалось преступлением. Пристроив головку, обтянутую латексом, к разработанному сфинктеру, он положил свободную ладонь на бедро Ильи и, мягко двинувшись, протолкнулся внутрь, замирая и давая себе несколько спасительных секунд, чтобы не спустить сразу. Очень хотелось одновременно плавно, тягуче и вместе с тем быстро и размашисто. Но приходилось медлить, пережидая, пока мышцы, переживающие вторжение, чуть ослабят хватку и позволят толкнуться снова, но уже глубже. Постепенно, сантиметр за сантиметром, пока голова не закружится от гула в ушах, перекрываемого только звуком шлепков бедер о чужие ягодицы. Почему-то Вадиму казалось, что в постели Илья будет шумным, но тот лишь рвано вздыхал при каждом толчке, и только по подмахивающим навстречу бедрам, по тому, как он комкал в ладонях простынь, жмурил глаза и кусал губы, было понятно, как ему хорошо. Все быстрее, все глубже, до головокружения, до всполохов перед глазами и полной капитуляции. Вадим въезжал в Илью до самых яиц, стискивал в пальцах кожу на талии и только на пике, когда разрядка вот-вот должна была обрушить мир в хаос, упал на его спину, прижимаясь губами к влажному затылку и чувствуя, как член, пульсирующий в оргазме, выдаивает досуха вздрагивающий Илья, под которым неровным пятном расползались капли извергнутого семени. *** — Теперь я чаще буду за рулем, — улыбнулся Вадим. Он лежал на спине, а Илья удобно устроился на его вытянутой руке. Та пока даже не начала затекать. — Вот еще, — фыркнул Илья. После пары оргазмов и душа, куда Вадим отнес его практически на руках, двигаться не хотелось. — Ты же не соглашался быть снова моим водителем, — поддел его Вадим, зарываясь носом во влажных темных волосах. Илья пах его шампунем и еще немного сексом, будто бы Вадим, войдя в него, навсегда оставил свою метку на его теле. — Зато я согласился быть твоим… кем там? — Илья спрятал робкую улыбку за нахальной усмешкой, но Вадим понял, что тот ждет подсказки. — Моим, — подсказал он.