Чистый брак

      Регулус нашел её в библиотеке, после того, как не нашел в своей спальне утром. Волнение подкрадывалось все ближе, когда он думал о предстоящем разговоре. Корил себя, что так по-детски повел себя в ту ночь. Хотелось объяснить все, как есть, поговорить. Зайдя в библиотеку, Блэк сразу увидел светлую макушку за дальним столиком, которая пару часов назад улизнула из спальни Слизерина. Поздоровавшись с мадам Пинс, он прошел дальше. С каждым шагом желание развернутся и уйти становилось все сильнее, держался из всех сил. Сердце дико колотилось, отбивая удары в такт шагам. Девушка заметила его не сразу, слишком была увлечена огромной кучей книг и фолиантов. Вивьен выписывала что-то из каждой страницы, вчитывалась, изучала, а когда заметила Блэка, тут же убрала лист в книгу, громко захлопнув её. Не доверяла. Не знала, можно ли доверять ему такие вещи.       — Регулус?       — Поговорить пришел. — сел рядом. — Объяснится. Снова задвинула книгу с пергаментом подальше.       — Говори. — откинулась на спинку стула Вивьен. Она казалась расслабленной, но глаза выдавали Вивьен с головой. Она что-то скрывала. Вдохнув в легкие побольше воздуха, сложил руки в замок, стараясь унять бьющую дрожь по телу. Какую реакцию от нее ждать, Регулус понятия не имел.       — То, что я сказал тебе тогда, сущая правда. — сказал. Пол дела сделано. — Когда я увидел вас с Сириусом, разозлился ужасно, наговорил глупостей. Прости меня. Последние слова дались тяжелее всего. Вивьен неотрывно смотрела на него минуту, обдумывая все, что он сказал. Вчера ей было хорошо с ним, спала тоже замечательно. Только с ним ей не снились кошмары. Но она все еще ему не доверяла. Ни ему, ни Рабастану. Она вообще не доверяла Пожирателям смерти, после того, что устроил Крауч в замке. Вдруг рано или поздно у Регулуса и Лестрейнджа так же сорвет крышу? Действие метки до конца она не понимала, но сомнений не было, она влияет на разум. Очень сильно. К тому же, Регулус с самого детства мечтал стать одним из Пожирателей, восхищался, дразнил маглорожденных, презирал все, что не связано с магией. И увлечение темными искусствами со счетов сбрасывать тоже было нельзя. Рабастан вчера хорошо проводил время, общался с маглорожденными, но ей все еще помнились слова Барти. Вдруг, они все просто шпионят, отсюда такое «дружелюбие»? Не хотелось верить, но страх подсознательно был.       — Извинения приняты, но… — Вивьен замялась, не решаясь сказать. — Вместе мы не будем, просто я…       — Просто ты меня не любишь. Я знаю. — горько усмехнулся Регулус. — Мне достаточно просто быть рядом. И все. По сердцу резануло, когда она заглянула в его серые глаза. Ему было больно. Не одному ему. Вивьен запуталась. Она часто думала о Сириусе, переживала за него, боялась не найти глазами в толпе, старалась не думать, что с ним могут сделать Пожиратели. Нападения начались даже на «предателей крови». Мысли о Регулусе посещали её намного чаще, чем о его брате. Она все время думала, следит за ней он, шпионит, выискивает информацию и сливает её Лорду, или действительно хочет быть рядом. Блэк стал частью её жизни, частью её самой, крупицей света, в пучине мрака. Но он затянул Вивьен в это сам. Лорд ей не доверял, однозначно, но доверял ли он Регулусу?       — Хорошо. — выдохнула она. — Я не злюсь, честно. Она попыталась улыбнуться ему, прижимая книгу с пергаментом внутри сильнее к груди. Там не было ничего важного и особо полезного для её «расследования», но попади пергамент в руки не того человека, он сразу все поймет. Сдал бы её Регулус? Ответа не было.       — Что читаешь хоть? — прервал неловкую тишину Блэк.       — Готовлю доклад на завтра. Регулус приподнял уголки губ. Врать она не умела совершенно, да и вела себя странно. Вчера ночью она была поразговорчивее. Блэк видел, как нервно она поправляет волосы, ведет бровью и цепляется взглядом за книгу в своих руках. В которую засунула пергамент.       — Не хочешь говорить, не говори. — улыбнулся он. Вивьен хотела сказать еще что-то, убедить Регулуса, что говорит правду, но прервалась, услышав гневные крики в коридоре. Женские голоса, сменялись криками парней, отборным матом и звуком пощечины. Схватив в охапку книгу с листком, Вивьен быстрой походкой вылетела из библиотеки. Картина была не полной, Рабастан закрывал собой держащуюся за губу Иветту, Розье гневно пыхтела рядом с близнецами Кэрроу, и Мародеры стоящие рядом, переводили глаза друг на друга.       — Что происходит? — спросила Вивьен.       — Гринграсс не умеет следить за языком, я помогла ей закрыть рот. — усмехнулась Розье. — Идем, друзья мои, нечего стоять с ними. Близнецы Кэрроу, смеясь и плюясь ядом, пошли вслед за Розье. Словно она была их предводителем. Откуда взялась такая теплая дружба между ними, никто не знал, кроме Иветты. Рабастан все еще смотрел вслед своей возлюбленной, закрывая Гринграсс спиной. Сириус и Джеймс, сморщив губы, провожали взглядом близнецов, изредка оборачиваясь на Иветту.       — Баст, что тут было?! — подошла к Гринграсс Вивьен.       — Ничего особенного, Ви. Просто Розье решила, что кидаться на маглорожденных детей — весело. — хмыкнула Иветта, вытирая кровь с губы.       — Гринграсс, ты была неотразима. — похлопал в ладоши Джеймс. — Не думал, что скажу это. Рабастан молчал еще две минуты, даже тогда, когда Элизабет уже не было в поле его зрения. Она только что, задирала и издевалась над маглорожденным первокурсником, внушая ему, что он не волшебник, а вся его семья вымрет. Иветта просто проходила мимо, услышав такие высказывания, заступилась за ребенка. Когда Розье первой дала ей пощечину, завязалась драка, в которой Гринграсс сдавала позиции. Она была хрупкой, словно статуэтка. Никогда не дралась, не знала даже, как это делать, но упорно отвечала на удары противницы, пока не подоспели парни. Лестрейндж разочаровался окончательно. Последняя капля. Не сказав ни слова, он схватил Регулуса за рукав, уводя в сторону внутреннего двора, оставляя Мародеров и девушек позади.       — Идем, я отведу тебя в больничное крыло. — обняла за плечи Вивьен брюнетку. — Нужно обработать губу. Иветта мягко кивнула, следуя за блондинкой. В лазарете их встретила мадам Помфри, охнув, она наказала Вивьен ждать, а сама увела Иветту за собой, приговаривая: «Как же вы так неаккуратно, мисс Гринграсс». Больер осмотрелась. Людей в лазарете совсем не было, кроме одной больничной койки. На ней посапывал человек, который вчера днем пытался взять её силой. Тварь, которую они грели у себя на груди. Обезумевший монстр, который жаждал крови и смерти. Убийца. Скривив губы, Вивьен тихо подошла к нему, осматривая лицо мерзавца. Куча синяков, ссадин, разбитые губы, сломанный кривой нос, вспотевший лоб. Крауч спал, с таким видом, будто он жертва нападения. Не удивительно, что его не вычислили. С такими внешними данными, он выглядел точно как ангел, побитый каким-то негодяем. Разве стал бы Регулус бить своего соратника, если бы желал плохого для Вивьен? Вдруг они спланировали это? Куча вопросов, на которые не было ответа. Было только желание. Желание отомстить.       — Силенцио. — тихо шепнула Вивьен, взмахнув палочкой. Крауч сразу широко распахнул глаза, уставившись на блондинку перед собой. Вивьен не была жесткой, по отношению к друзьям, к близким людям. Но с такими, как Барти Крауч по-другому было нельзя. Она платила той же монетой. Решила сделать ему больно и опорочить на всю жизнь. Стол, на котором лежали различные инструменты мадам Помфри, стоял в двух шагах. Вивьен взяла одно из лезвий лежавших там. Снова пошла к Краучу. Мерзавец бегло мотал головой, взгляд метался в разные стороны, а немой крик никто не слышал. И не услышит. Зарезать его прямо сейчас не представлялось возможным, но поставить ему второе клеймо, было можно. Но хотелось зарезать. Убить, растоптать, вдавить в грязь. От одного упоминания, того, что он хотел с ней сделать, бросало в дрожь. Никто её не тронет. Не позволит. Клялась сама себе.       — Ты помнишь, Барти Крауч-младший, как я спасла тебе жизнь? — насмешливо покрутила лезвие в руках. — И чем ты мне отплатил? М? Молчит, усмехается, беззвучно смеется.       — Око за око, Крауч. — склонилась над ним. Схватив его правое предплечье, Вивьен стала медленно, изнурительно, упиваясь, вырезать слово, которое полностью описывало всю его сущность.

Мерзавец.

Кровь капала ей на руки, на пол, пока Вивьен вдавливала лезвие, выводила каждую букву. Крауч ворочался, брыкался, безмолвно орал от боли, а она продолжала резать. Закончив с последней буквой, она поднесла окровавленное лезвие к горлу подонка, прямо в лицо прошептав:       — Расскажешь кому-нибудь и я перережу тебе глотку во сне. — на его глазах выступили слезы. — Рыдай, сука. Ты заслужил. Почистив следы крови с помощью палочки, Вивьен вежливо постучала в кабинет где Помфри держала Гринграсс. Женщина заботливо обрабатывала все раны на теле Иветты, какие только могла найти.       — Ветс, я пойду, найдешь меня позже? Мне к Слизнорту забежать нужно еще.       — Да, конечно, беги. — ответила девушка.       — До свидания, мадам Помфри.

***

План найти Слизнорта и расспросить у него о родителях, пришел в голову Больер еще утром. Если Темный Лорд являлся волшебником, значит он учился в Хогвартсе, но кто он, оставалось загадкой. Кто он и как добился такой силы? Борется за чистую кровь? Значит чистокровный фанатик. Хитрый и продуманный? Вероятнее всего, учился на Слизерине. На слишком старого человека он не тянул, значит, если догадка верна, учился примерно в одно время с родителями Вивьен. Она складывала догадки в одну большую, но везде была, та или иная, недостающая часть. Как пазл, который никак не хотел собираться воедино. Постучав, двери ей открыл декан. Слизнорт странно смотрел на студентку, был ведь выходной.       — Мисс Больер? Чем могу помочь?       — Добрый день, сэр. — приветливо кивнула Ви. — Мне нужна ваша помощь. Вернее, кое-что спросить.       — Оу, разумеется. Проходите, милая моя. — пропустил её во внутрь Гораций. — Спрашивайте. Чаю? Может пряники или печенье? Слизнорт всегда был добряком, готовым помочь, рассказать всё, что знал сам. Суетился, наливал чай по чашкам, ставил печенье на стол. Вивьен присела за стул, думая, о чем спросить и как завязать разговор.       — Сэр, вы учили моих родителей? Верно? — неуверенно начала Ви. — Расскажите мне о них, кем они были, с кем дружили. Хочется узнать о своей семье. Слизнорт загорелся, углубляясь в ностальгию ушедших годов. Кивнув, он подошел к шкафу, доставая оттуда пыльный фотоальбом. По корочке альбома, не сложно было догадаться, что он гораздо старше самой Вивьен.       — Я хорошо знал ваших родителей, моя дорогая. — достал первый снимок Гораций. — Это ваша мама. Ванесса Шольцман, прекрасная девушка, она была одной из моих лучших учениц. На снимке Вивьен видела будто саму себя. Блондинка, с чистыми, пронзительными глазами цвета моря. Когтевранская форма, ободок, едва заметная полуулыбка на губах. Больер раньше не видела фото матери в юности. Она вообще не видела родителей молодыми, слышала только рассказы.       — А кто с ней? — спросила Ви, заметив на снимке светловолосую девушку.       — Мелинция Селвин. Они очень тепло дружили, до определенного момента… Мелинция Селвин… Очень знакомое имя. Девушка на снимке напоминала ей Эвана. Те же волосы, губы, только нос был другой, а глаза у парня зеленые, а не миндальные, как у девушки. Мелинция Розье. Мать Эвана и Элизабет. Вивьен даже не знала, что их матери дружили и были близки в школьные годы. Но что случилось?       — Что произошло между ними? — озвучила свой вопрос.       — Этого нельзя сказать наверняка, мисс. — пожал плечами профессор. — Это произошло уже спустя много лет, насколько мне известно уже родились вы. В школьные годы Мелинция была влюблена в вашего отца, возможно это сыграло значимую роль в их судьбах. Вот этого Вивьен не ожидала никак. Мать Розье была влюблена в Раймонда? Может поэтому Ванесса так недолюбливала Элизабет и дело было вовсе не бунтарском нраве девушки? Профессор вытянул следующий снимок протягивая его Вивьен. Красивый, статный, молодой парень, зеленые глаза, надменный взгляд. Без единого сомнения узнала.       — Это мой отец, верно? Слизнорт кивнул.       — Раймонд был лучшим. Староста, великолепный ум, хитрость. Вам передались его навыки, вы очень способная. Внимательно осмотрев снимок, Вивьен так же узнала черты лица Родольфуса Лестрейнджа, который был копией своего отца, Джеральд Лестрейндж находился на фото рядом с отцом. Рядом — Абраксас Малфой, его тоже сложно было не узнать, а во главе сидел загадочный парнишка, надменно посматривая на всех вокруг. Она прежде не видела его, но черты лица показались смутно знакомыми.       — Кто он, сэр? — указала пальцем на странного юношу. Нельзя было не заметить, как Слизнорт поменялся в лице. Будто испугался чего-то.       — Том Реддл. — сглотнул Гораций. — Умный, одаренный, талантливый, дружил с вашим отцом. Лучший ученик, не смотря на то, что сирота. Больше Слизнорт не говорил о мальчике из фотографии, но он плотно засел в голове девушки. Родители говорили о нем, не иначе, как о боге. Восхищались, гордо рассказывали, как общались с ним, наблюдали… Но откуда такое отношение к худощавому, странному парнишке из снимка? Чем он так цеплял? Решение пришло само собой. Школьный архив, находящийся в запретной секции. Там была информация о каждом студенте по годам.       — Простите, сэр, я могу попросить у вас кое-что?       — Разумеется.       — Вы не могли бы дать мне пропуск в запретную секцию? В научных интересах, разумеется.

***

      — Да что б тебя! — психовала Вивьен. Она уже полтора часа сидела в архиве, выискивая имя студента с фотографии. Слизнорт до последнего отказывался давать пропуск, выглядел испуганно, но все же сдался, вручив пергамент. Но все бестолку. Информация о Томе Реддле будто испарилась из этих стен. Словно его не существовало. Но должно же быть хотя бы что-то. Все, что она знала, это то, что парень сирота и учился он на Слизерине. Вытащив очередную папку, Вивьен уже и не надеялась на успех, но указанные, полу-стертые инициалы Т.М.Р, не дали ей сдаться. Она крепко сжала затхлые, старые бумаги, присаживаясь на одинокий стул. Надеялась, что это нужная папка. Открыв документ, она не поверила своим глазам и своей удаче. Том Марволо Реддл (1926г.) — гласило оглавление. Родился в приюте Вула, родители не известны, только информация о том, что он был полукровкой. Что? Вивьен сощурила глаза, пальцами потерев переносицу. Она совсем перестала что-то понимать. Отец никогда не стал бы общаться с полукровкой, уж тем более, боготворить. Но он это делал. Том Реддл не мог быть Волан-Де-Мортом. Полукровка против маглорожденных и полукровных? Смешно. Но его лицо не давало покоя. Она точно его видела, точно знала. Но где? Это и был самый основной вопрос. Кто он такой? Мадам Пинс поторопила Вивьен, заставив девушку вздрогнуть. Сложив все папки на место, она вышла, спрятав одну из них в сумку. Папку с фамилией Реддл. Она что-то упускала, что-то очень важное, но никак не могла понять что именно.

Уже на выходе из библиотеки, её остановил Регулус, схватив за предплечье. Вивьен на автомате схватилась за сумку, в которой лежали документы.       — Что ты делала в архиве? — улыбался Регулус. Вивьен бросило в дрожь.       — Я просто сидела в библиотеке. С чего ты взял, что я была в архиве? — нервно дернула губой.       — У тебя уши краснеют, когда ты врешь. — Вивьен закатила глаза, машинально взявшись за ухо. — Я тоже там был, видел тебя. Или ты думаешь, что папка в твоей сумке сама себя нашла?       — Но как…       — Дезиллюминационные чары. — кивнул Блэк. — Нашла, что искала?       — Ты следил за мной? — попятилась назад, прижимая сумку ближе. Вместо ответа, Регулус хмыкнул, протягивая ей листок пергамента. Тот самый, на котором был расписан план и информация о темных заклинаниях. Он все знает. Но не сдал ведь. Или уже сдал?       — Больше не теряй. — увидел страх и не доверие в глазах, сменив голос на шепот. — Я на твоей стороне, Вивьен. И хочу помочь. Как же ей хотелось поверить ему. Одна она не справится, нужен был кто-то еще. Подумав еще минуту, она решила рискнуть. Схватив Блэка за руку, она повела его в свою комнату, все еще зажимая сумку рукой. Это было единственное, что она нашла. Если Том Реддл действительно являлся Лордом, то получается, что он был полукровкой. А это хороший аргумент его власти. Бил по своим. Затащив парня в комнату, Вивьен вынула папку из сумки, показывая Блэку.       — Кто это? — покрутил в руках бумаги парень.       — Однокурсник моего отца.       — И что?       — Этот Том полукровка. Мой отец быстрее бы подох, чем общался с таким. — развела руками Вивьен. — Он буквально боготворит его, как ты думаешь почему? Регулус вдруг нахмурился, пытаясь понять, о чем думает девушка. Это и правда было странно, Раймонд никогда рядом даже не встал бы с полукровкой. Может он не знал? Или…       — Ты думаешь, что этот Том Реддл и Тёмный Лорд связаны? — встал Блэк. Вивьен мерила шагами комнату, скрестив руки на груди. Она не уверена уже ни в чем.       — Что-то я упускаю. Слизнорт словно испугался, от упоминания этого Реддла. — остановилась Ви. — Я пыталась понять, кто он такой, но все бестолку. Посмотри, о нем ничего не написано, как о других. Регулус внимательно изучал бумаги, вчитывался в каждую строчку. Информации о загадочном парне действительно было не много. Только то, что он являлся лидером, был полукровкой, почти не водил общения, отлично учился и был сиротой. Родился и вырос в магловском приюте. Что-то с ним было не так. Стук в дверь заставил парня хаотично спрятать документы под подушку. Не хватало еще, что бы их вычислил кто-нибудь.       — Кто там? — испуганно крикнула Вивьен, прыгая к Регулусу под бок, закрывая бумаги полностью. Дверь распахнулась, на пороге оказался Римус, странно косясь на парочку. Они сели через чур близко.       — Ви, хорошо, что вы вдвоем. — кивнул Римус. — Вас искал Дамблдор, твой отец и мать здесь. Сказал это очень срочно. Ви и Редж переглянулись. Парень интуитивно сжал её ладонь в знак поддержки, он прекрасно помнил её выходку перед отцом, но знал, что Раймонд не мог отказаться от дочери, как например, сделал Орион Блэк. Дочь у него была одна, в целом, ребенок был один. А это ценный мешочек с деньгами. Все еще держась за руки, они дошли до кабинета директора, где их уже ждал расстроенный Слизнорт. Он как-то с плохо скрываемой скорбью посмотрел на Регулуса, переведя взгляд на Вивьен, но едва улыбнулся, заметив сцепленные руки.       — Проходите за мной, друзья мои. — двинулся Слизнорт. В кабинете Альбуса, к щекам Регулуса сразу припала Ванесса, прижимая парня к себе. Вивьен нахмурила брови, глядя на эту картину.       — Регулус, мальчик мой, мне так жаль… — щебетала Ванесса. Блэк вдруг побелел, сильнее сжав руку Вивьен. Искал поддержки, пытался гнать дурную мысль, но выходило отвратительно. Казалось, что он сейчас рухнет на пол.       — Что случилось? — спросила Вивьен. Директор молчал, Слизнорт опустил глаза в пол, Ванесса плакала, лишь один Раймонд сверкал зелеными глазами, сцепив руки в замок. Дамблдор махнул рукой Раймонду и тот слабо кивнув, стал говорить:       — Вы досрочно завершите школу, сдадите экзамены и через неделю отправитесь на «Гриммо, 12». — холодный голос резанул слух. — Мистер Орион Блэк испустил свой последний вздох вчера ночью. Вас необходимо женить как можно скорее.