Таков путь перерожденного лорда и величайшего бедствия

      Бродяжка сидел под старым разваливающимся вишневым деревом уже пятый час. Ребенок задавался вопросом, почему его до сих пор не срубили и не выкорчевали с корнями, но ему было велено сидеть здесь, и он сидел. Не то, чтобы это было сложнее, чем помогать в магазинчике тетушки, что в благодарность кормила его, но это было достаточно скучно. Скорее всего учитель рассчитывал, что ненавистный ученик получит тепловой удар и обрадует его своей смертью? Вот только бродяжка обладал крепким здоровьем, поэтому до сир пор и выживал в одиночку. Но мальчик не слишком страдал по этому поводу, и вполне с комфортом ожидал окончания наказания, раздумывая о бессмысленной жизни сухого дерева.       - Ох! – этот возмущенный и отчаянный возглас был слишком громким, чтобы скучающий бедствие не обратил на него внимание.       Лениво подняв взгляд, он увидел юношу старше него, с раздосадованным выражением лица. Его черные волосы были подобраны простой деревянной шпилькой, а одежда принадлежала ученикам третьего лорда. Бродяжка был учеником второго лорда, а третьим был некий Хэн Чуньюй, что держал при себе лишь одного ученика, но за несколько месяцев бедствию не довелось его ни разу встретить. Тем временем юноша опустился на одно колено, и тогда бродяжка понял, что заставило того воскликнуть. Белоснежный сапог был полностью запачкан упавшей на пол разбавленной тушью. Скорее всего юноша развел ее слишком много на уроке и не хотел растрачивать ту впустую, поэтому взял с собой. Но иронично, что именно по дороге он не только ее уронил и разлил, но еще и испачкал достаточно дорогую одежду. Бродяжка даже представить себе не мог, чем можно отстирать такое пятно, при том что сам он обстирал половину школы, в следствие издевательств старших и наставника. Правда, заставляя стирать, никто не подумал о его способностях к этому делу, поэтому и ходили первое время с пятнами как гепарды. Нравится не нравится, а голышом тоже не походишь.       - Это полный провал, - озвучил свои мысли бродяжка, - даже не представляю, как ты будешь это отстирывать.       Юноша обернулся к нему, на лице уже было спокойное и мягкое выражение лица, хотя еще секунду назад он злился.       - Я тоже, - печально произнес он, - учитель настаивает на опрятности внешнего вида. С такими пятнами меня и на порог не пустят.       - Посиди за дверью, - пожал плечами бродяжка, - они на своих уроках так верещат, что слышно на другом конце пика.       - Что ты? – возмутился юноша, но не договорив «говоришь» замолчал, припомнив лицо собеседника.       - Ну я частенько так делаю. Хочешь слушай, хочешь спи, за дверью все равно никто не увидит.       - Тебя опять наказали? – тем временем сочувствующе спросил юноша и сделал несколько шагов к бедствию, чтобы присесть рядом с деревом тоже.       - Снова, - усмехнулся бродяжка, - но сегодня какая-то скучная форма. Я бы лучше пробежал несколько лишних кругов.       - Тебя так часто наказывают, неужели ты совершенно не чтишь правила? – скорее из-за любопытства спросил юноша, поэтому его тон был как прохладный бриз.       - Ха, меня наказывают как раз за то, что я их чту, - при этом он гордо вскинул нос и заулыбался.       Новый знакомый тоже засмеялся, но его смех был тихим как шелест листьев. В этот момент они вдвоем увидели, как двое учеников главы направляются к дому первого лорда, но оба знали, что тот все еще отсутствует, а там живет лишь его единственный ученик. По правде говоря, за все это время бродяжка так же видел его всего один раз. Видимо, у этих двоих был какой-то особый способ совершенствования, который заставлял избегать людей.       - О, - вдруг с легким удивление произнес юноша, - кажется Тао Донг вышел из уединения.       - Тао Донг? - переспросил бродяжка.       - Ученик первого лорда, - пояснил юноша, - каждый раз стоит ему только выйти из уединения, как ученики главы уже встречают его на пороге и ведут к нему.       - Видать важная птица? – фыркнул бродяжка, с ноткой веселья, точно его описание было издевкой.       - На самом деле, - неожиданно произнес юноша, - он почему-то мне больше напоминает пленника.       Бродяжка искренне удивился такому ответу, но в этот момент увидел, как тот самый молодой человек в серых одеяниях, в сопровождении двух учеников, не выказывающих и капли почтения, направлялся в сторону дома главы школы. Его выражение лица было все так же холодно и отстраненно, а осанка пряма как клинок меча. Он появился всего на пару мгновений, но атмосфера вокруг тут же переменилась, став более загадочной. Это был второй раз, когда бедствие увидел будущего лорда.       «И правда, идет как под конвоем»: задумался ребенок, но очень быстро откинул лишние мысли.       - А мне вот все покоя не дает, - начал он, - это дерево уже трухлявее моего наставника, так почему его до сих пор не срубят?       Юноша на мгновение опешил от такого обращения к наставнику, но поспешно сделал вывод, что уставший от наказания ребенок, просто излил свою обиду в словах, поэтому ответил на вопрос.       - На десятый день освоения школы пришел демон, и тамошний глава школы вбил его в дерево, после чего оно сразу же потеряло свою жизнь. С тех пор дерево считается священным, и остается с тех давних времен.       - Дерево в котором заточен демон стали называть священным? Какой дурак это придумал? – с саркастичным выражением лица поинтересовался мальчик, но он не ждал ответа на свой вопрос.       Юноша вновь потерялся в рассуждениях, а бродяжка задумался на тем, как сильно будет раздражен наставник, если он ночью срубит этот старый куст? Но решив, что за такое его и вовсе могут выгнать из школы, придержал свои идеи при себе.       - Так как, говоришь, тебя зовут? – наконец обратился он к молодому человеку, и тот отвлекся от своих долгих рассуждений.       - Цзинь Ши, - мягко, но учтиво, произнес юноша, - а тебя?       Бродяжка довольно улыбнулся и поспешил ответить.              

***

      Утром Чи Лао обнаружил, что хорошо выспался, несмотря на нахлынувшие воспоминания и боль в теле после небольшой драки с дедом. Когда он привел себя в порядок и вышел, то сразу увидел Тао Донга без предсмертных признаков и Фэй Мо, который наконец-то полностью пришел в себя и даже накрыл на стол, при всем этом успевая беседовать со своим господином. А вот дед напротив выглядел не слишком хорошо, с позеленевшим лицом.       - Я сделаю для вас легкий бульон, - услышал слова Фэй Мо бедствие, когда прошел в помещение.       - Вы решили поменяться ролями и теперь помирает дед? Если ты попытаешься обвинить нас в том, что мы тебя замучили до смерти, то у меня есть доказательства обратного.       Юн Ан лишь поднял на него недовольный взгляд, но ни слова не сказал. Точно болен.       - Старший отравился вчерашней едой в таверне, - поспешил прояснить обстоятельства Тао Донг, - похоже мясо было не свежим.       В этот момент на лице Чи Лао возникла демоническая довольная улыбка.       - Правда что ли? Какая досада! – с искренней радостью произнес молодой человек, садясь за стол, - неужели карма догнала? Ха, точно, если украдешь у бедняка последний кусок хлеба, то он тебе поперек горла встанет.       Тао Донг лишь вздохнул и качнул головой, а Фэй Мо был занят готовкой бульона. Когда Чи Лао взял со стола свою тарелку с едой, то с нарочитым наслаждением стал ее поедать, поглядывая на мужчину с зеленым лицом.       - Что такое? Нет, Вам такое сейчас нельзя. В Вашем возрасте уже нужно следить за рационом. Тц, тц, и как жестоко эта миска стоит прямо перед вашим лицом. Я просто обязан помочь старшему, - после этих слов молодой человек притянул к себе чужую тарелку и под крайне печальный взгляд Юн Ана принялся и за нее.       - Чи Лао, хватит издеваться, - строго произнес Тао Донг.       - А то глядишь понос пробьет, - не сдержался мужчина, ответив обидчику.       Тао Донг лишь вновь тяжело вздохнул. Эти двое не могли находится подле друг друга более двух минут. Тем временем Фэй Мо уже подал бульон, поставив миску прямо перед Юн Аном. Внешний вид заставлял желать лучшего, ведь к нему нечего было добавить, но запах был таким восхитительным, что даже Чи Лао бы от него не отказался. Но сейчас он съел целых две миски в качестве мести и был не готов отбирать последнюю радость.       - Сегодня отправимся в дорогу, - объявил Тао Донг, - Ваше послание, Старший, мы обязательно доставим, поэтому направимся первым делом в указанный клан. Но мы сразу уйдем, чтобы не давать ложных новостей миру совершенствующихся.       - Еще упрямишься? – спросил Юн Ан, - хорошо быть упорным и верным слову, но плохо быть слепым упрямцем. Ты еще юн, и тебе простительны ошибки горячего сердца. Но упрямство не праведный путь и приведет лишь к бездне.       Тао Донг не торопился отвечать, был слышен лишь стук деревянных палочек по миске, но длилось это не долго. В конечном итоге молодой человек произнес:       - Я запомню Ваши наставления, старший.