Основной инстинкт

      Чтобы добраться до кофейни Итачи потребовалось меньше получаса. Саске услышал свист тормозов его машины и как брат бежит по ступенькам, раньше, чем звякнул колокольчик над дверью. Взмыленный, с темными кругами под глазами, альфа ворвался в помещение.       — Дверь закрой! — Нагато, протиравший чашки за стойкой, едва удостоил вошедшего взглядом.       Итачи растерянно кивнул и послушно толкнул дверь, подгоняя медлительный доводчик, но под порогом все равно успела скопиться вода. Безумным и отчаянным взглядом он обвел зал, пока не нашел Саске в дальнем углу, отгородившегося от брата столом, как хлипкой, но баррикадой. Когда их взгляды встретились, альфа выдохнул облегченно и расслабился на мгновение — его плечи опустились, а жесткая осанка смягчилась, словно из его позвоночника вытащили стальной стержень — но в следующую секунду он взял себя в руки, и его взгляд наполнился холодной сконцентрированной яростью. Он сделал шаг вперед, и Саске инстинктивно вжался в стену.       — Тебя где черти носили, Саске?! Две недели! Две недели ты не выходил на связь! Мы места себе не находили!       — Шшшш… Не ори. — Яхико поднялся со своего места, поднимая руки в успокаивающем жесте. — А то спугнешь своего олененка, и он опять убежит.       Итачи лишь отмахнулся от беты, не сводя глаз с брата.       — Ты хоть понимаешь, что натворил? — Итачи медленно наступал, его голос был низким и не сулил ничего хорошего.       — Хей… — Конан поднялась со своего места и ее Итачи игнорировать уже не смог. — Успокойся.       — Ты… — Его глаза нехорошо сузились, когда он обернулся. — Какого хрена, Конан? Почему ты мне ничего не сказала, хотя знала, что я ищу его?       — Это не мое дело. Сам же говорил. — Девушка ухмыльнулась, легко выдерживая его агрессию.       — Вы знакомы? — Наруто переводил взгляд с одной альфы на другого.       — Пересекались в универе. — Конан кивнула. — А минувшим летом он внезапно вспомнил обо мне и мы встречались пару раз, чтобы я помогла ему разобраться в кое-каких вопросах. — Она многозначительно посмотрела на Наруто и Саске, а затем повернулась снова к Итачи. — В любом случае, веди себя адекватно, иначе нам придется тебя вышвырнуть.       Итачи фыркнул, восстановил дыхание и вновь перевел взгляд на Саске. В комнате повисло тревожное молчание, и чем дольше оно тянулось, тем тяжелее было омеге. Злость брата давила на него физически, хотя он и не прибегал к феромонам — все, что в нем кипело: его глубокое разочарование в поведении Саске и ярость из-за своевольного побега — легко читалось в его взгляде.       Вслепую поведя рукой в воздухе Саске нащупал горячую ладонь Наруто и сжал ее с непривычной силой, черпая в его поддержке уверенность и стойкость.       Итачи дрогнул. Еще несколько секунд и он отвел взгляд, выдвинул для себя стул, медленно сел и сжал виски пальцами, собираясь с силами.       Из-за стойки вышел Нагато и поставил перед Итачи чашку с кофе. Горячий напиток пах чем-то сладким и фруктовым, с насыщенным послевкусием. Альфа часто заморгал и удивленно принюхался.       — Спасибо.       — Не за что. А теперь — спокойно. — Нагато махнул рукой в сторону Саске.       Итачи сделал большой глоток. Выдохнул и кивком указал на стул напротив.       Саске медленно приблизился и сел. Наруто замер за его спиной, как верный рыцарь, положив руки на плечи омеги, и от его немого присутствия стало легче, Саске словно черпал силы в этом прикосновении.       — Итачи… У меня есть к тебе несколько вопросов.       — И все? Никаких «Прости меня, братик, я поступил как падла, сбежав из дома и ни слова тебе не сказав»?       — Прости меня, братик, я поступил, как падла, сбежав из дома и ни слова тебе не сказав. — У Итачи дернулось веко, губы Саске изогнулись в саркастичной улыбке, в которой не было ни капли раскаяния. — А теперь к делу. Расскажи мне об Учихе Обито.       На секунду пальцы Итачи судорожно вцепились в чашку. Он сжал челюсти так, что на щеках буграми выступили мышцы и поднял на Саске шокированный взгляд.       — Откуда ты знаешь это имя?.. — Его голос сорвался, стал хриплым, и брат был вынужден прокашляться, чтобы вернуть ему чистоту и твердость.       — Неважно. Расскажи мне о нем.       — Обито… Наш дядя. Он младший брат нашего отца…       — Это я знаю. Как и то, что он — омега. Его отправили заграницу, так же, как планировали меня?       — Да. Не совсем. Это… Другое. — Итачи устало выдохнул и поджал губы, долго выбирая слова. — Ему тогда было четырнадцать. Наш дед — Учиха Сецуна — был очень консервативным человеком, жестоким и властным. На свое счастье ты не застал времена, когда он был во главе семьи, но я его помню и это был один из худших людей, кого мне довелось знать. Для него, как и для многих наших предков, сын-омега был позорным пятном на репутации. — Он сделал паузу. — Раньше такие дети просто исчезали из семьи — их предавали под опеку другим людям, отправляли за границу, обеспечивали до совершеннолетия и благополучно вычеркивали из семейного древа и забывали. Одним больше — одним меньше, в те годы никто не заботился об омегах и общество мало волновала их судьба. Но Обито был первым омегой, родившимся в семье после принятия закона о равноправии. Это стало проблемой. Он, воспитанный в новом мире, не был послушным и покладистым и на его стороне был отец. Но Сецуна все равно настоял на своем. Ему дали другое имя и отправили заграницу учиться. Несколько лет спустя Обито попытался вернуться — бабушка умирала, а он был к ней сильно привязан. Сецуна позволил ему это сделать при условии, что тот изменит внешность и скроет свое истинное происхождение. Обито согласился. Но он слишком торопился и обратился к непроверенным врачам, не прошел нужные обследования, и, ожидаемо, операция пошла не по плану. — Внутри у Саске что-то дрогнуло. — После этого Обито исчез на долгие годы. Когда Сецуна умер, отец потратил состояние и несколько лет, чтобы разыскать и вернуть брата домой. Он хотел, чтобы тот был рядом с ним, работал в одной из наших компаний…       — Оружейных компаний? — Голос Саске прозвучал тихо, но четко.       Он почти услышал, как в его голове с щелчком встает на место последняя деталька паззла. Все сошлось. Такой очевидный и, одновременной, невероятный, ответ. Человек у которого был и личный мотив, и способы осуществить свою месть… И они бы никогда не догадались, что ребенок на фото и изуродованный мужчина в команде Минато — один и тот же человек, если бы не знали подлую тайну фамилии Доу. Никогда бы не связали одно с другим, если бы сам Саске не должен был пройти тот же путь. И этого не смог сделать никто другой.       Итачи вздрогнул.       — Да. Но Обито это было не интересно. Несколько лет он изучал дела семьи, а потом, кажется, нашел то, чем он действительно загорелся. Он присоединился к команде Намикадзе Минато. — Итачи поднял глаза на Наруто. — Но, по какой-то причине, не прижился и ушел всего через год. Тогда же он окончательно покинул семью.       Саске повел плечами, прогоняя липкое и тревожное ощущение, но смутный страх все равно успел пробраться ледяными пальцами под кожу. В помещении стало неуютно — темнее и тише и температура будто упала на несколько градусов. Все слушатели ушли в свои мысли, обдумывая слова Итачи: Нагато стоял спиной к залу за стойкой, облокотившись на нее и внимательно рассматривая свои руки, Яхико и Конан, склонившись друг к другу, почти соприкасаясь лбами, руки Наруто, лежащие на плечах Саске, мелко дрожали.       — Где он сейчас? Что с ним?       Итачи прикусил нижнюю губу.       — Я не знаю. Никто не знает. Иногда он выходит на связь с отцом и снова исчезает. Нам ни разу не удалось его выследить.       — А вы пытались?       — Я — Итачи сделал особый акцент голосом. — Пытался.       Снова пауза. Тяжелая, пугающая.       — То, что ты пытался его найти… Это связано с твоим интересом к Намикадзе Минато и его работе? — Саске смотрел в лицо брату, улавливая любое изменение в его выражении, каждую деталь, то, как бегали из стороны в сторону его глаза, растущую напряженность в складке между бровями, как белели сжатые в нить губы.       — Да.       — Он — убийца? — В горле пересохло. Он был уверен, что Итачи знает ответ, так же, как и был уверен в правоте своих догадок. Брату оставалось только подтвердить. И, тем не менее, в глубине своей души, отвергая логику, Саске надеялся, что Итачи солжет. Что скажет, что все это глупости, что такие совпадения бывают только в дешевых детективах. Что тот выстрел сделал неизвестный и очень опасный киллер, что его нанял кто-то очень влиятельный. Что не его отец создал это оружие, что не он дал к нему доступ своему брату, что это не их семья никогда не отмоется от крови родителей его самого дорогого человека.       Саске почувствовал, как до боли сжимаются пальцы Наруто на его плечах. Альфа перестал дышать, словно боялся пропустить ответ за шумным вдохом.       — Да.       Правда обрушилась на Наруто, как лавина, ложась на грудь невыносимым грузом. Резкое, болезненное осознание — страшная и простая правда. Он ощутил слабость в ногах и оперся на Саске, чтобы не упасть. Омега взволнованно оглянулся, накрыл его ладонь своей и сжал пальцы, почувствовав, как потяжелело его дыхание, пока внутренности сковывал холод.       — Как давно ты знаешь? — Голос Саске доносился словно через подушку.       — Полгода. Отец хранил эту тайну десять лет и посвятил меня в детали только после твоего первого побега.       — Отец был тем, кто повлиял на закрытие дела?       — Да. — Короткое слово прозвучало выстрелом в голову.       Вот так просто. Чьи-то грязные семейные тайны оказались важнее справедливости. Важнее жизней его родителей. Важнее суда над убийцей. Желудок Наруто сжался в тошнотворном приступе, к горлу подкатила желчь. Кровь тяжело пульсировала в ушах, альфа чувствовал, что постепенно теряет связь с реальностью — все плыло, как в дурном сне.       — Почему он так поступил?.. — Саске говорил через силу, пытаясь справиться одновременно и со своими эмоциями и с эмоциями Наруто, больно давящими на него.       — По той же причине… — Итачи протянул руку и нежным жестом убрал челку с лица брата. — По которой я не смог бы отвернуться от тебя. Обито — его брат. И отец все еще пытается защитить его…       Саске отшатнулся, словно обожженный прикосновением брата, и вскочил на ноги, спиной прижимаясь к оцепеневшему Наруто.       — Как он мог? Они же были друзьями!       — Какими бы близкими они ни были, Обито — часть семьи. А Минато — нет. — Итачи смотрел на брата холодно и спокойно, его лицо не выражало никаких эмоций. Он оставил на столе крупную купюру и поднялся. — Надеюсь, я смог удовлетворить ваше любопытство. А теперь хватит игр в детективов, Саске. Нам пора домой.       — Нет. — Саске покачал головой, с злостью, близкой к ненависти, глядя на брата. — Я не вернусь домой. Никогда. И, если ты продолжишь настаивать, я приложу все усилия, чтобы эта наша встреча стала последней.       — Саске… — Итачи сжал спинку стула так сильно, что у него побелели костяшки и дерево тихо заскрипело. — Не начинай.       — Хватит! Ты не можешь вечно контролировать мою жизнь! Ни ты, ни отец!       — Саске, я не хочу… — Итачи протянул к брату руку.       — Хочешь! — Саске увернулся, увеличивая дистанцию между ними. — Не ври! Ты не лучше, чем отец. Ты, точно также как и он, готов применить силу, как только я делаю что-то, что тебе не нравится!              — Если бы ты не сбегал, мне не пришлось бы применять силу! — Брат поднял голос.       — Если бы вы меня не удерживали, мне не пришлось бы сбегать!       Итачи смотрел ему в глаза с каким-то неясным отчаянием.       — Что с тобой произошло за последний год, Саске? Когда ты стал таким? Почему? Ты всегда был ответственным и понимающим, с тобой можно было договориться…       — Я был удобным. — Саске выплевывал слова с незнакомой, чуждой ему до сих пор, яростью. — А теперь перестал. И тебя это злит.       — Да нет же… — Брат тяжело выдохнул, собрался и резко схватил Саске за запястье, утягивая его за собой, несмотря на болезненный вскрик омеги. В воздухе потянуло табаком и вишней, запах медленно концентрировался вокруг сопротивляющегося Саске, пытаясь повлиять на него. — Мы едем домой. Сейчас же. И ты улетаешь первым доступным рейсом!       В эту секунду Наруто ударил Итачи по руке и встал между ним и Саске. Ослепляющий, первобытный гнев захватил его существо. Никто не имеет права так прикасаться к Саске. Никто даже в фантазиях своих, не посмеет сделать ему больно или подчинить его, пока Наруто жив. Никто. И особенно — этот человек. Ублюдок, прикрывавший убийцу его родителей.       Голова закружилась. Перед глазами поплыли кроваво-алые пятна, и в этом багровом тумане остался только Итачи. Фокус сам сместился на его горло, которое Наруто намеревался разорвать голыми руками. Воля пошла трещинами.       Тишина до тонкого звона давила на уши. Он уже не мог удержать свои феромоны — запах стал насыщенным и густым, почти осязаемым в тесной кофейне. Удар прибоя о гранитный пирс, вода, взбитая гневом в пену, соль резала ноздри подобно лезвию. Тяжелый дух разъяренного подводного божества — сырая мощь и сладковато-горький глубинный аромат — заставлял легкие спазмировать и словно гнить заживо. Воздух пропитался металлической тяжестью — волны смалывали чужую защиту и волю в пыль, пробуждая древние инстинкты, забытые сознанием. Ужас перед неукротимой стихией, которой стал Наруто.       Нагато за стойкой тяжело пошатнулся и упал на колени, Яхико и Конан бросились к нему.       — Успокой его, Саске! — Крикнула девушка, и в её голосе слышалось отчаяние, граничащее с паникой.       Саске повис на руке Наруто, но тот не среагировал, он почти не чувствовал вес его тела, в кислящем страхом запахе омеги он лишь черпал силу и становился как будто выше, массивнее и неумолимее. Он наступал медленно, не слыша криков Саске, не видя ничего, кроме цели.       Итачи напрягся. Вздернул губу, обнажая зубы, зарычал низко и утробно. Он смотрел на Наруто с ответной яростью, вкладывая всего себя в тяжелый и липкий вишневый запах, почти кровавый — забродившая ягода, что вобрала в себя полную меру удушающего зноя, обратившись ядом на губах. От табачной сухости — дымной, с нотами жженой бумаги и едкой смолы — в горле першило, а глаза слезились. Невыносимый дуэт, тяжелый, как ночная ссора, где каждое слово подобно пуле.       Чужие феромоны давили на голову, как сжимающийся стальной обруч, в висках нарастала ослепляющая боль, Саске почувствовал, как под черепом что-то медленно начинает пульсировать, в ушах раздался колкий звон, словно внутри него одна за другой лопались невидимые струны. Психика не выдерживала. Оказавшись между молотом и наковальней, он понял, что следующий удар убьет его.       И в эту секунду давление спало.       Саске оглянулся на брата и впервые в жизни увидел, как он проигрывает. Итачи сделал короткий шаг назад, теряя дыхание. Согнулся на секунду и тут же попытался выпрямиться, но сломался на вдохе, захрипел тяжело и закашлялся, прижав ладонь ко рту. Между пальцами заструилась алая кровь.       Ужас происходящего был невыносим.       Саске выскочил перед Наруто, раскинув руки в стороны и закрывая собой брата.       — Хватит! Успокойся, пожалуйста! — Он смотрел на альфу сквозь белесые слезы и ему не хватало сил заглушить хоть чей-то запах, мятно-коричные ноты терялись в тяжелой сладко-соленой смеси, но достаточно было лишь коснуться его на вдохе. Только бы дотянуться.       Наруто моргнул, словно приходя в себя. Отшатнулся, резко осознавая масштабы того, что натворил. Саске бросился к нему, но он лишь коротко покачал головой и отступил к стене, тяжело опираясь на нее спиной.       Саске повернулся к брату, вытиравшему уголок окровавленных губ салфеткой.       — Уходи, Итачи. Я не вернусь домой.       Альфа посмотрел на младшего с невыразимой болью.       — Саске… — Он хрипел. — Пожалуйста…       — Нет.       За Итачи не успела закрыться дверь, как началась суета.       — Открой окна! — Голос Конан прорезал тишину, но Яхико уже предсказал ее команду, возясь с тугими ручками на узких рамах.       Девушка взвалила Нагато на спину и бросилась к двери, вытаскивая бессознательного парня на свежий воздух. Тяжелая дверь глухо ударилась о стену, доводчик послушно замер, удерживая ее открытой. Сырой, холодный ветер засквозил в помещении, с воем забирая уютное тепло, запахи кофе, выпечки и специй и тяжесть феромонов.       По узкому порожку медленно стекала вода.

***

       Ино влетела в комнату, небрежно бросила школьную сумку на пол недалеко от входа, сняла сапоги на высоких каблуках, не глядя оставив их где-то позади себя и со стоном упала на диван, подгребая под живот подушку. Сай, дружелюбно кивнувший Саске, собрал ее вещи вместе, поставил сапоги аккуратно и прошел следом.       — Мы принесли сок. И пирожные из кондитерской у станции.       — Здорово. — Саске достал из шкафчика три высоких стакана, но только два блюдца.       — Нет-нет! — Ино встрепенулась и резко села. — Я знаю, что ты не любишь сладкое, но это потому что в твоей жизни еще не было этих пирожных! Попробуй хотя бы! Мы за ними полчаса в очереди стояли!       Саске вздохнул, послушно достал третье блюдце и приборы и перенес посуду на кофейный столик перед камином.       — Мы точно вам не помешаем? — Сай, устроившийся в кресле напротив, закинул ногу на ногу. — Наруто не явится внезапно и не начнет срывать с тебя одежду на пороге?       — Нет. Он не часто заходит.       Саске взволнованно сглотнул и оглянулся на дверь. С момента разговора с Итачи прошла уже неделя, и с тех пор Наруто заехал лишь однажды — оставил небольшую сумму денег, поужинал и поболтал о школе и друзьях, но на ночь, как обычно, не остался. Стоило только стемнеть за окном, он словно оробел, нашёл какой-то натянутый предлог и сбежал. Когда они были рядом, все казалось почти прежним, словно ничего не изменилось с лета, с тех времен, когда они были друзьями — они могли разговаривать о чем угодно, шутили, смотрели фильмы вместе и слушали музыку. Но на расстоянии… Перерывы между его посещениями становились все длиннее. Он редко отвечал на сообщения, иногда они висели не просмотренными по нескольку часов, хотя альфа точно бывал онлайн. Незримая трещина — переплетение недомолвок и сомнений — между ними росла и расширялась, превращаясь в пропасть, а вместе с ней росла и тревога Саске. И все чаще внутри себя омега ощущал чужую, неясную тоску, словно это в его собственной груди ныло разбитое сердце.       — Эй… — Ино протянула к нему руку, накрывая его ладонь. — У вас все хорошо?..       Саске застыл каждым нервом. Такой простой вопрос и такой сложный ответ.       — Я не знаю. — Его плечи опустились. — Все так запутанно. Он как будто меня избегает.       — Ссыкло! — Ино гневно воткнула ложечку в свое пирожное, словно кремовый завиток был сердцем альфы. — Никогда не думала, что Наруто такой трус. Он сто процентов испугался своих чувств!       — А ты не думала, что никаких чувств нет?.. — Сай задумчиво болтал трубочкой в стакане с соком.       Внутри у Саске все похолодело.       — В смысле? Они — истинные. Он не может его не любить. В этом весь смысл. — Девушка отправила в рот кусочек пирожного и довольно зажмурилась.       — Любовь и желание — вещи не связанные, хотя и очень часто идут комплектом. А истинность — это вообще химическая реакция, идеальный мэтч феромонов, что-то на биологическом уровне и к чувствам она отношения не имеет.       — Ты не романтик! — Ино картинно взмахнула волосами.       — Я в эту фигню вообще не верил, пока своими глазами не увидел, как эти двое дышат в унисон! Но… — Сай поднял глаза на Саске и ободряюще улыбнулся. — Любовь всегда можно завоевать. А в таких условиях — тем более. Вы когда последний раз сексом занимались?       — Сай! — Ино стукнула парня по лбу ложечкой.       — Это важный вопрос!       — Три… — Саске отвел глаза смущенно и сглотнул. — Три месяца назад. В мою последнюю течку. Потом… Сам понимаешь. А после моего побега он сказал, что ему нужно время после разрыва с партнером…       Сай что-то прикинул в уме.       — Новая должна начаться на днях?       — Да… — Он поежился, бросая непроизвольный взгляд на двери детской, где, в сумке, которую он так и не разобрал почему-то, лежал блистер с таблетками. Оставалось всего три. Три дня. А потом день-другой — и снова пытка. Но этот раз будет последним.       — И циклы у вас совпадают… — Сай откинулся на спинку кресла. — Тогда возьми от этого раза все. Напомни ему, почему именно ты — его идеальный партнер. Заставь его потерять голову — у тебя это хорошо получается, судя по новогодней ночи. — Ироничная улыбка исказила его губы.       — Я не думаю, что у меня получится. — Саске смотрел в стакан с соком так, словно на его ярко-оранжевой поверхности транслировали интересный фильм.       Ино встрепенулась.       — Сай, ты же знаешь его с самого детства. Что ему нравится?       Парень задумчиво приложил кончики пальцев к губам.       — Наруто любит глазами. Когда много открытой кожи и одежда обтягивает. Кружево, ремешки, чулки, яркий макияж, раскованное поведение — у него не то чтобы изысканный вкус.       Саске ощутил прилив жара к щекам. Нет, это точно не его путь. Или?.. Он вспомнил жаркий летний день и двух ребят-омег, на которых Наруто пялился откровенно. То, как взгляд альфы довольно скользил по изгибам бедер и ягодиц, обтянутых короткими шортами, по ключицам и плечам, подчеркнутым тонкими бретельками маек. Тогда он невольно представлял себя в чем-то подобном, мечтая привлечь внимание. Может, стоит попробовать?       — У меня нет ничего подходящего…       Ино хитро улыбнулась.