Бесконечная Меланхолия

Путь до самой ЧЗО занял у нас двенадцать часов, и был настолько скучным, что даже не заслуживает описания: с нами буквально ничего не происходило, мы просто ехали. Большая часть отряда спала, оставшиеся от безысходности смотрели в окна. О том, что нам пришлось пережить в самом Чернобыле, я расскажу кратко — подробное описание потянет на отдельный роман. После того, что произошло с нашим прошлым планом, мы коллективно приняли решение, что использовать телепорт будем только в самых крайних случаях, поэтому нам и пришлось ехать на РАФике, а в самой зоне передвигаться пешком. Мы преодолели первый кордон без особых трудностей, обосновались на базе одиночек, и собрав информацию и переведя дух, преодолели следом за первым кордоном второй. Я тогда решил, что наши проблемы закончились, и буквально через несколько часов дней мы уже будем ехать обратно. Сейчас при воспоминании об этих мыслях мне становится смешно. Если бы я тогда знал, насколько была тяжела жизнь в зоне... Бандиты, мутанты, военные — все пытались нас обобрать или убить, спасения не было нигде. Единственное светлое пятно — пара недель, проведенных на базе ученых, когда мы завербовались в поисковый отряд. Не скажу, что мы особо этого хотели, но для того, чтобы получить нужную нам информацию, пришлось пойти на компромисс. А потом мы узнали что ноосфен действительно находился под саркофагом. Что тут сказать... Если бы Юля уже не была мертва, ее бы, скорее всего убили повторно. Для меня, Ольги, и кибернетиков пришлось подыскивать дорогущие костюмы с защитой от пси излучения и радиации. Отдать за них пришлось все, что у нас было накоплено, и еще немного поработать в придачу. А после того, как мы, наконец, оказались готовы, нам пришлось пробиваться через Барьер, Мертвый город и больницу к ЧАЭС, где нас уже ждали буквально орды фанатиков. Если бы к нам в решающий момент не присоединились военные, наш путь, наверное, так бы и оборвался возле самой станции, но мотопехотная дивизия, неожиданно атаковавшая порядки оборонявшихся, позволила нашему маленькому отряду проскользнуть мимо разрозненных рядов фанатиков, защищавших саркофаг, и тайным путем пройти прямо к четвертому энергоблоку. Как оказалось, отборные силы противника совсем не ожидали увидеть нас у себя практически в штабе, и в общей неразберихе не сумели наладить качественную оборону, из-за чего и были разгромлены нашим небольшим отрядом. Нагретый летней жарой, горячий и спертый воздух обжигал легкие даже через фильтр. Соленый пот заливал глаза, и стекая по лицу, скапливался возле резиновой прокладки визора, щекоча лицо и конденсировался на пластиковом окне, стекали по нему тонкими струйками, ухудшая видимость. За спиной щелкали одиночные хлопки и слышались крики. Это Славя добивала раненых фанатиков. Мимо меня, хрип и матерясь прошли кибернетики, волоча за собой огромный металлический ящик. Я поспешил за ними. — Ты вообще думал, как мы эту срань обратно понесем? Мы же машину оставили за периметром! — Саня не выдержал, уронил свою часть шкафа на землю и тяжело выдохнул. — А что мы по-твоему сделать должны были? — устало и зло отвечал ему Шурик. -Приехать на РАФике прямо сюда? Представляю себе эту сцену: — здравствуйте, мы тут приехали забрать вашу священную реликвию. Не поможете нам загрузить ее в кузов? — Ты из меня идиота... Хм. На самом деле, если бы мы попробовали их разыграть, притворившись посланниками свыше, это могло бы и сработать. Шурик и Саня обалдело смотрели друг на друга. — Ну они же тоже не идиоты. — теперь уже Шурик пытался разубедить Саню в собственной идее, которую тот неожиданно поддержал. — Мы могли бы поспрашивать людей, получше изучить этих ребят... Под пси излучение послали бы девочек, они к нему резистентны, плюс, они реально не похожи на обычных людей. Я почувствовал как на меня накатывает паническая атака. Мы могли бы подойти сюда, не убив ни единой души. — Так, я не желаю этого слышать. — встретившись взглядами с пацанами, произнес я. — Давайте за работу, сюда с минуты на минуту придут солдаты и вот их вы точно ни в чем не сможете переубедить! Кибернетики как по команде отвернулись от меня и с максимальной вовлеченностью постарались включиться в работу, сделав вид, что разговора между нами никакого не было. Проклятье. Обогнув машинный зал, мы вышли к реактору. Мой дозиметр уже начинал сходить с ума. Из глубины развороченного реактора на меня смотрел ослепительный кусок чистой лазури. Он звал меня. Он манил меня. Он упрашивал. Не отдавая себе отчета в том, что я делаю, я направился к нему, протянув, словно ребенок, руки — Какого... — Семен! — Мать... Алиса! Алиса, иди сюда! В меня кто-то вцепился, пытаясь удержать. Зачем? Неужели они не понимают? Неужели настолько слепы? Оно не может причинить вреда, оно — свет. Для всех, для каждого из нас. Как можно отвергать его? Я потянулся к автомату и стал разворачиваться, но в этот момент раздался такой грохот, что все мы попадали. Метрах в пяти над реактором на уступе, оставшемся от наблюдательного поста, стояла Алиса. — Что за херня тут у вас... Прибежавшая на крики кибернетиков любимая, в немом молчании уставилась на своего злого двойника. — Какого хера здесь происходит?! Кто это, мать вашу, такой?! Семен, это что — я?! В мозгу что-то перещелкнуло. До меня как будто только дошла вся суть происходящего и я перевел взгляд с сиявшего куба на злую Алису. Она осмотрела нашу группу, и, заметив в ней меня, прыгнула с десятиметровой высоты прямо на крышку реактора, и, приземлившись на руки, перекатилась, продолжив движение в нашу сторону. Весь отряд, кроме меня и Алисы бросился в рассыпную. Осознав исходившую от нее угрозу, любимая тут же преградила своей версии из настоящего путь, встав между нами. Злой двойник без колебаний набросился на собственный оригинал, завязалась рубка. — Семен не стой столбом! — внезапный окрик Ольги вывел меня из болезненного ступора. — Серый, Саня! Че встали?! Берите ящик и забирайте оттуда эту срань, Ольга, Юля — прикройте их! Славя, Ульяна — ко мне! Не дожидаясь реакции, я рванулся к дерущимся, не имея ни малейшего понимания, что мне делать. Алиса из настоящего набросилась на свою копию, как дикий зверь, не думая, ни рассчитывая. Она просто выбрасывала максимально сильные и замашистые удары, один за другим, всеми силами стараясь уничтожить своего соперника. Но коса здесь нашла на камень: Алиса из прошлого ничем не уступала своему двойнику — принимая удары на глухой блок, она выжидала огреха, чтобы контратаковать. Когда Алиса из настоящего выбросила очередной левый боковой от пояса, моя любимая сбила удар движением внешней части предплечья и ответила собственным левым боковым, который сбил летевший ей в голову правый прямой. Боковой, нанесенный по всем правилам бокса, с подкрученной пяткой и поворотом всего корпуса, опрокинул нападавшую: Алиса из настоящего упала, приземлившись на пятую точку. Любимая занесла руку и замерла. Она с ужасом вглядывалась в собственное, искаженное безумием и страданиями лицо, и словно бы замерла в пространстве. Алиса из настоящего воспользовалась этим замешательством и тут же попыталась сесть. Это привело любимую в чувство, и она рванулась вперед с ударами, запоздало пытаясь добить противника, но было поздно: Алиса из настоящего сидя пригнулась, уходя от удара, и яростно вцепилась в ногу любимой. Завязалась борьба. Я стоял, и не понимал, как я должен был останавливать эту драку. Оглядевшись в поисках подсказки, я увидел стоявших рядом с собой Ульяну со Славей и тут же вспылил. — Что вы стоите, сделайте что-нибудь! — Но как? — Ульяна беспомощно переминалась с ноги на ногу. — На. Подержи. — Славя передала мне автомат и решительно двинулась к дерущимся. Не испытывая ни малейшего пиетета, она подошла к Алисе из настоящего со спины и просто и без разговоров накинула удушающий захват. В глазах Ульяны в этот момент что-то изменилось. Словно завидев пример, она подбежала к дерущимся и уверенно начала избивать пытавшуюся стащить с себя Славю, Алису. — Уходим! — крикнул Шурик, протаскивая контейнер мимо меня. — Семен, валим отсюда! Я, как завороженный, смотрел на происходящее. Славя душила Алису, Ульяна ее избивала, а моя любимая сидела в стороне, переводя дух. Какое-то странное ощущение отвращения и нереальности накрыло меня. Происходящее было омерзительно, но я не мог перестать наблюдать за ним. — Что они делают?! — в голосе Шурика, проследившего за моим взглядом, слышался ужас. Этого всего не должно было происходить. Это неправильно. Это ошибка. — В чем дело? Почему стоим, нам надо уходить! — в голосе подошедшей Юли звучало недовольство. — Останови их! — наблюдавший все это время за происходившим Саня повернулся ко мне. Его призыв вырвал меня из болезненного оцепенения. — Что они творят?! — Хватит... Пересохшее горло не слушалось, и я попытался сглотнуть, но в этот момент не выдержала уже сама Алиса. — Эй! Хорош уже! Увидев, что никто не реагирует, она двинулась к дерущимся. Алиса из настоящего сучила ногами по земле, пытаясь найти точку опоры, чтобы перевернуться на противника и разорвать замок на шее, пыталась нащупать верхнюю руку и стянуть ее, но натыкалась только на Славину голову, которой та надежно заблокировала закрывающую захват руку. Все это время хрипевшую и пытавшуюся вырваться Алису с каким-то остервенением избивала стоявшая над ней Ульяна. Один я бы ничего не смог сделать, но вместе с любимой... Я понял, что сейчас произойдет когда было уже поздно. Ульяна, очередным ударом разбила продолжавшей бороться Алисе из настоящего нос, и из него хлынула кровь. Увидев это, моя любимая изменилась в лице, и подойдя к дерущимся, просто и без предисловий врезала Ульяне, сбив ее с ног. Славя оказалась более догадливой чем я, и оттолкнув от себя Алису из настоящего, успела перекатиться, уйдя от атаки. — Остановитесь! Властный голос Ольги ударил по ушам и буквально заставил всех ее послушаться. Драка тут же остановилась. — Нам надо уходить. Слова Ольги не оставляли возможности не прислушиваться к ним, они были настолько безусловно обязательны к исполнению, что это было ясно абсолютно всем. Я подавил улыбку. Надо же. Я ведь уже почти забыл, что у нашей бывшей вожатой тоже есть суперспособности. И в этот момент в машинный зал ворвалась первая группа пехотинцев. Их командир моментально понял ситуацию и сразу же закричал: — Они забрали ноосфен! Не дайте им уйти! В ту же секунду нас накрыло огненным шквалом. Кибернетики и Юля, успевшие покинуть здание пустились бежать, а все кто был в помещении, инстинктивно попадали на пол. — Уходим, живо! Точно так же как и до этого, голос Ольги заставил подняться и бежать. Последними в строю отходили Алиса и Славя — обеим были не страшны ни пули. Поравнявшись с туннелем, через который мы заходили, я бросил последний отчаянный взгляд туда, где несколько минут назад лежала Алиса из настоящего и увидел, что ее там уже не было. На душе стало значительно легче. Покинув энергоблок, мы вырвались на прогалину: в радиусе метров трехсот не было ни то что ни единого дерева, даже куста: сзади нас возвышалась электростанция, на запад уходило железнодорожное полотно, на северо-востоке виднелось мутное, чуть поблескивавшее на солнце озеро второго охлаждающего контура. Единственным спасением был лес, который вел к госпиталю, а через него — в Мертвый Город, но до этого, чтоб его черти драли, леса, было больше километра, которые нам предстояло пробежать под огнем. Шурик с Серегой и Юля уже вырвались вперед нас, где-то метров на сто и теперь были больше похожи на размытые каракули, нацарапанные на пейзаже каким-то хулиганом. На полной скорости преодолев рабочую площадку станции, мы влетели в заброшенное поле, тянувшееся до самого леса. Сорняки были высотой до пупка и нас пришлось сбавить скорость. Со стороны станции посыпались серии разноголосых хлопков. Первая пуля звякнула, отскочив от спины Слави. Вторая чавкнула где-то под ногами, а третья прилетела Алисе в район лопатки. Любимая зарычала, подалась вперед, но я успел подхватить ее. — Алиса! — Я в норме! — одним глубоким вдохом выровняв дыхание, она взяла прежний темп и мы продолжили бежать. Ругань кибернетиков было слышно метров за двадцать. — Саня, быстрее, твою мать! — Я, блин, не могу! У меня сейчас руки отвалятся! Поравнявшись с ребятами, я сразу же сменил Саню, а Ульяна заняла место Шурика, и мы продолжили бежать. Пули зло высвистывали по всей степи, периодически противно чавкали о землю и звонко клацали по Славиной спине. Доставалось порой и Алисе и каждый раз, когда я слышал, как моя любимая вскрикивает или охает от боли, я чувствовал себя так, словно прилетает и по мне тоже. Один раз что-то особо тяжелое затянуло по Ульяниному бедру, разорвав, одежду, искусственную плоть и оставив длиннющую царапину на бронепластине. — Снайпер! — прохрипел я. Бежать, тем более с тяжелой коробкой уже не было сил: руки и ноги одеревенели, стали позорно медленными и неуклюжими, а каждое движение давалось неимоверным усилием воли. Ну же, еще немного. Тяжело было уже даже просто дышать — каждый вдох будто проходился по лёгким наждачкой. Стоило нашим ботинкам соприкоснуться с сырым и влажным торфяником, сменившим бедный, глинистый степной чернозем, как отряд практически в полном составе просто рухнул на землю. Минут десять все просто пытались отдышаться. Мне было так плохо, что я подумывал снять противогаз, но треск портативного дозиметра вовремя предупредил меня об опасности данного мероприятия. Чуть погодя, когда все уже более или менее пришли в себя, я подошел к Юле. — Думаю нам стоит углубиться в лес, а в идеале вообще выйти за границы зоны марш-броском. Мне не кажется, что вояки нас так просто отпустят. Особенно после того, как нам удалось отрубить барьер. — Я тоже так думаю. Эй, ребята! — обратилась она к кибернетикам. — Как быстро мы сможем вернуться обратно? — Сейчас. — Шурик потянул с пояса командирскую сумку, и открыв ее, вытянул секцию с картой. — Если будем выходить по трассе Р-05, то сможем оказаться за пределами зоны уже через час. — Класс, меня все устраивает. — Погоди. — Шурик поспешил остудить мой пыл. — Если мы собираемся выходить таким путем, то нам придется идти через Чернобыль. Собравшиеся вокруг нас кружком ребята приуныли. Вот тебе и простой маршрут. Любому дураку было понятно, что Чернобыль сейчас либо занят фанатиками, либо солдатами, либо там идут бои. — Плюс, если мы выходим таким образом, то наша машина остается за кордоном, и мы либо будем добираться до Артека своим ходом, либо нам ее надо забрать. — А если с Сидоровичем договориться? — внезапно предложила Ульяна. — У него куча людей, машина уже за кордоном. Пусть попросит кого-нибудь просто перегнать ее к месту нашего предполагаемого выхода. — А это мысль. — внезапно согласилась Юля. — Оль, а ты что думаешь? Оля? Оль... Я, так же как и остальные, с удивлением обнаружил, что все это время Ольги не было рядом с нами. Она сидела, прислонившись к дереву спиной, будто бы отдыхая. Только поза ее была какой-то очень уж странной, а сама она не двигалась и не производила никаких звуков, будто бы спала. Я подошел к ней и тронул за плечо. — Оля, ты в... Только приблизившись, я увидел, как по стволу дерева, за спиной Ольги стекает кровь. — Мать... Тело Ольги медленно и как-то неумолимо завалилось в бок. Чей-то отчаянный крик влупил по ушам. А я стоял и всматривался в тускло бликовавшее на солнце стекло маски, которое уже никогда не запотеет. Пуля ударила Ольгу в спину, чуть левее позвоночника, под лопатку, и попала в сердце. Все как по команде рванулись к телу: Славя повернула труп лицом вверх, сорвала маску, попыталась прощупать пульс. Ульяна кричала на кибернетиков, которые никак не могли найти в медицинской раскладке адреналин, Алиса, опустившись на колени разорвала Олин ОЗК на груди, и попыталась начать непрямой массаж сердца. Под ее огромными руками грудная клетка Ольги прогибалась как бумажный лист. Дождавшись, пока Алиса остановится, Славя попыталась сделать искусственное дыхание, но почти сразу же отскочила — рот девушки был вымазан красным. Когда Алиса, не обратившая внимание на произошедшее со Славей в очередной раз нажала на грудную клетку Ольги, из нее ударил маленький родничок крови, залив собой все вокруг. Алиса медленно поднялась. — Все, приехали. Ульяна пронзительно и как-то по-животному завыла, и только услышав ее надрывный вой я в полной мере смог осознать, что произошло.