А птицы поют на берегах Смородины

– Ба-а! – Визг девушки застиг Кощея врасплох: он дёрнулся от испуга и вскрикнул вслед за Любавой. Та довольно расхохоталась. – Испугался, оглобля? Кощей был рад видеть подругу, но продолжал держаться горделиво. – Чего пришла? У Любавы от гордеца задёргался глаз, она размяла свой пухлый кулачок и ударила им прямо в костлявую грудь парня. Привыкший к неожиданным избиениям от девушки, Кощей попытался увернуться, но не успел – костяшки пальцев заставили отшатнуться и застонать от резкой боли. – Я прощаю тебя. – Заявила Любава. Кощей, скорчив болезненную гримасу, потирал ушибленное место, но, услышав слова девушки, улыбнулся. Ему никогда не доставало смелости признать свою вину, и тем более, принести свои извинения первым, поэтому всякий раз радовался, когда Любава настигала его с кулаками, что говорили о её прощение. – Извини. В меня словно чёрт вселился, рассердился зазря. – Словно? Ты и есть истинный чёрт! – Обида не отпускала Любаву, поэтому девушка решила вдоволь насмеяться над другом. – Только нос слишком красивый! Да это мы быстро исправим! Девушка двумя пальцами схватила нос парня, начала сжимать и оттягивать. Кощей хохотал и отбивался. – Дурная! – Высвободив свой покрасневший нос, выпалил Кощей. – Вот именно дурная, коли простила такого мерзавца! – Надула губы Любава. – Ну-ну, не брюзжи! – Отмахнулся Кощей. – Ох и грозная ты! Кощей вспомнил о недавней прогулке с Мстиславой, о том, какая красивая она была в цвету черёмухи. Парня осенило. – Хочешь, я тебе кое-что покажу? – Хочу! – Любава поняла, что Кощей решил загладить свою вину и показать ей нечто дивное, поэтому, не раздумывая, согласилась. – Тогда закрой глаза. Кощей снял с себя кушак и обмотал им голову Любавы, закрывая ей глаза. Девушка вскинула руку перед собой, молча приказывая Кощею вести её. Парень взял ладонь Любавы и повёл в чащу, следя за дорогой и ветвями деревьев, что намеревались навредить хрупкому телу. Кощей остановился, и Любава почувствовала, как чужие пальцы развязывают узел на её затылке. Ткань спала и пред девушкой предстала высокая и прекрасная в своём величии над сёстрами черёмуха. Казалось, что зима вернулась и решила укрыть снегом дерево: на ветвях еле заметны были зелёные листочки, прорывающиеся через белые цветы. Ветер трепетал кудри черёмухи, и лепестки опадали на землю снегопадом. Любава ахнула в изумлении. Красота дерева чарами окутала разум девушки, не давая возможности отвести взгляда от великолепия черёмухи. Любава протянула руки к дереву, желая заключить в объятия пышные белые ветви. Кощей сложил руки на груди и наблюдал за восторгом девушки. – Такая красота! – Выдохнула Любава и опечалилась, ведь Мстислава наверняка из-за своей неприязни к Дремучему лесу не смогла увидеть черёмуху. Она опустила взгляд на землю и заметила движение. Коричневое тельце вальяжно передвигало своими лапками у ног Любавы. Девушка не смогла сдержать визга. – Что за беда? – Испугался Кощей. Он увидел, как Любава наклонилась к земле и тут же выпрямилась, сжимая в руках что-то крупное. Приглядевшись, Кощей понял, что девушка держала большую жабу. В глазах Любавы блестели от радости, будто противный вид жабы вмиг затмил красоту черёмухи. – Гляди, жаба! – Широко улыбаясь, показала свою находку девушка. – Вижу… – Кощей, кривясь от омерзения, стал издали осматривать жабу. Он не любил ни лягушек, ни жаб: скользкие и уродливые они раздражали Кощея своим кваканьем. – Какая славная! – Чуть не целуя мордочку жабы, проговорила Любава. Она ласково гладила бородавчатую кожу. Жаба хваталась своими мягкими лапками за пальчики, отчего девушке было щекотно. – Чудная ты! Любава злорадно посмотрела на Кощея и впихнула жабу ему прямо под нос. Парень трусливо взмахнул руками, закрываясь от мерзкой твари. – Убери её! – Заверещал не своим голосом Кощей. Парень судорожно перебирал ногами по мокрой траве, отступая от девушки, поскользнулся и не удержав равновесия, начал падать. «Погибать – так вместе!» – и Кощей схватился за запястье Любавы, увлекая её за собой. Девушка повалилась на друга, ударившись лбом о чужой подбородок. К её сожалению, жаба выскочила из её рук и ушла подобру-поздорову. Любава недовольно зыркнула на Кощея. – Эх, ты, трусишка! – Вот отыщу я паука и тебе на лоб посажу! Любава показала Кощею язык и расхохоталась. Парень приобнял подругу и засмеялся вместе с ней. Оба скучали по совместным прогулкам, по веселью и дурачествам. И сейчас они, казалось, дышат полной грудью, наслаждаясь временем друг с другом. Наконец Любава успокоилась и сквозь пелену слёз от смеха глянула на Кощея. Он смотрел в ответ. Угольные глаза блестели и щурились, словно смотрели на солнце. Две чёрные бездны заглатывали Любаву, и она почувствовала, как уши её горят. А Кощей не мог отвести взгляда. Голубые глаза девушки пугали её пустотой и безжизненностью, но сейчас в них, точно в зеркале, отражалось его лицо: покрасневшее и нежное. Чёрные брови поползли на лоб, и Кощей своевременно схватил Любаву за щёку и потянул её в сторону. – Слазей с меня! Ты тяжёлая! Вновь Кощей получил по голове, но был этому даже рад: удар привёл его чувства в порядок. Не мог он помыслить, что с такой любовью будет смотреть на Любаву, на девушку, что считал своей сестрой. Не мог он простить себе такого взгляда. Посчитал он себя настоящим изменщиком, что предал любовь свою. Любава сжимала подол сарафана и не могла поверить в произошедшее. Девушка махала головой из стороны в сторону в надежде выкинуть ужасные мысли. Как может она размышлять о непотребствах со своим названным братом, забыв своего любимого? Тьфу! Любава ущипнула себя побольнее, чтобы не повадно было и повернулась к Кощею. Друзьям было неловко смотреть друг на другу, но тут их неловкость развеял пронзительный мужской крик. Из чащи поднялась стая птиц, голося о случившейся беде. Любава вздрогнула в ужасе, а Кощей рванул в сторону крика. – Беда! Чужой! Леший! Беда! – Мимо девушки пролетел ворон Кощея и устремился к хозяину. Сковавший Любаву страх ослабил хватку, и ноги сами понесли её вглубь леса к другу. Любава бежала до того момента, пока не врезалась в спину Кощея. парень остался неподвижен, а Любава рухнула на землю, но быстро вскочила и глянула из-за Кощея на то, что заставило его остолбенеть. Они оказались на поляне, где рос папоротник. На поляне, куда не смела ступать нога чужаков, ибо им грозила скорая смерть от Лешего. Над целебными травами возвышалось сухое вытянутое тело Лешего, что сжимал в своей руке-коряге шею мужика. У ног Лешего столпились русалки. Рты их улыбались, но глаза их пылали яростью. На земле лежало обезглавленное тело девочки, а голову держала в своих руках одна из сестёр и гладила зеленоватые волосы. Мужчина отчаянно пытался выбраться из мёртвой хватки нечисти, но лишь зря ломал ногти о твёрдое дерево. Пальцы Лешего сжимались всё сильнее, впиваясь в посиневшую кожу, из который текла кровь. Смольные слёзы свисали с век Лешего и падали на землю, оставляя за собой след из тонких ниточек. Кощей успел повернуться к Любаве, и прижать её лицо к своей груди, как позади раздался громкий хруст и булькающий стон. Мёртвое тело грохнулось, а русалки зло захихикали. Кощей схватил Любаву за руку и побежал в сторону дома. Девушка боялась даже представить, во что превратился мужик, но странное чувство любопытства, как может выглядеть смерть, лёгким движением руки повернула голову Любавы на поляну. На траве лежало мёртвое тело. Голова цеплялась за шею тонкими кусочками кожи и мяса. Глаза выпали из глазниц, а рот скривился в немом крике. Над телом стоял Леший. Он смотрел на свою жертву. И вдруг глянул на Любаву. Любава прерывисто вздохнула и отвернулась, крепко сжимая руку Кощея. На глазах выступили слёзы, что потекли по щекам и застелили её взгляд. Ей было страшно. Очень страшно. Добравшись до избушки на курьих ножках, Кощей взял Любаву за плечи, желая узнать, всё ли хорошо, но увидел заплаканное лицо и сердце его пропустило удар. Он старался оградить девушку от убийств, что совершает нечисть, старался сохранять любовь Любавы к лесу, как к собственному дому, старался уберечь подругу от жестокости леса, как берёг её Алексей Иваныч и Мстислава. Но не смог. – Он бы убил нас? – С дрожью в голосе спросила Любава. Кощей не мог произнести и слова. Лишь кивнул, боясь смотреть на девушку. Любава осела на землю и не смогла сдержать рыданий. По её щекам текли слёзы, в коих смешалось облегчение от спасения и страх перед местом, которое раньше девушка считала родной обителью. Баба-Яга наблюдала за ребёнками в окно. Она видела происходящее в волшебном блюдечке и теперь только грустно вздыхала, понимая, что молодая девушка смириться с их жизнью не способна.