IV. Дальние проводы – лишние слезы
7 октября 2025 г., 19:36
Холодный, наполненный запахом сгнившей от частых дождей зелени, радовавшей глаз летом, наполнял пернатую грудь Кощея, что, не жалея сил, мчался к любимым подругам. Солнце давно скрылось за мохнатыми и лысыми макушками деревьев, уступая место тихой и ласковой ночи, в раскинувшейся темноте которой завывал свою колыбель ветер, убаюкивая людей, зверей и звёзды.
Восходящая на своё почётное место Луна, раздувшись до жёлтого цыплёнка, заприметила серебряный блеск чёрных крыльев торопливого ворона и осветила его путь.
Приблизившись к дому Воронова, Кощей призадумался, как попасть внутрь. Близилась зима, и окна стали затягивать бычьим пузырём да накрепко затворять ставнями. Ворон метался от одних искусно вырезанных ставней к другим, ища лазейку, да было без толку. Тогда Кощей решил воспользоваться своим крепким клювом: со всей силы стучал он по дереву, отбивая свой ритм словно дятел в лесу – наверняка кто-то спохватится, да и выбежит на улицу глянуть, кто решил беспокоить их на ночь глядя.
Кощей слетел к крыльцу, прижался к стенам поближе, сливаясь с глубокой темнотой тени дома и принялся ждать хозяев. Дверь растворилась на распашку и на улицу выскочил Алексей Иванович, мотая головой из стороны в сторону в поисках разбойника.
Кощей тихо прошмыгнул в тепло дома и направился к подругам.
Мстислава одиноко сидела на лавке, освещённая жёлтым светом лучины. Она, потерянная и погружённая в свои мысли, вышивала ровные стяжки на белом полотенце. Кощей смотрел на неё и в душе испытывал грусть, что придётся расстаться, но более ничего не тревожило и теплило его сердце, как бывало раньше, когда он мог подумать о Мстиславе и все тело трепетало от предвкушения встречи. Где же та любовь, что подстёгивало его сердце к девушке?
Мстислава повернула голову и встретилась с чёрными, как смоль, глазами ворона. Она вскочила и широким шагом приблизилась к птице, обхватила угольное тельце и тихо зарычала:
— Что ты здесь делаешь?! Тебя Кощей прислал?
В голосе сквозил холод и злость, отчего Кощей перепугался ни на шутку. Ему надо объясниться перед девушкой, это его последний шанс!
– Мстсилава! Я!
– Тш, не кричи. О том, что Кощей уплывает… я знаю, знаю. Но передай, что ни я, ни Любава не пойдём его провожать. Это Опасно. Да и мы с ним… впредь я вряд ли смогу назвать его своим другом. Я его люблю, но пошли мы разными дорогами и встретимся только на поле боя, где дружбе места уже не будет.
Маленькое сердце Кощея рухнуло прямиком в Навь, где его стали терзать бесы. Он взглянул на любимую другими глазами: девушка, что отреклась от него и ступила на свою тропу, назвала его своим врагом. Он понимал, что движет Мстиславой – ведь сам стал невольным слугой собственных народа и дома. Верно, сегодня был его последний шанс – последний шанс поговорить с Мстиславой как с хорошей подругой.
– Мстислава, я… – Кощей пытался выдавить из себя одно слово, что шло с ним рука об руку на протяжении многих лет, но язык, казалось, онемел, и ворон замолчал, не ведая, что мешает ему вымолвить признание в своих таящихся чувствах.
– Что еще? Улетай немедленно!
На голос Мстиславы вышла Любава. Заметив девушку, Кощей встрепенулся от радости. Он был готов прыгнуть в её объятия и спрятаться в них, пока за ним не явиться матушка.
– Любава, унеси его на улицу, пока батюшка не заметил.
Без лишних слов Любава взяла на руки птицу, накинула на плечи тёплый платок, прикрыв концам ворона и направилась к двери. Алексей Иваныч зашёл в дом, почёсывал голову и бурчал под нос.
– Куда это ты?
– Запарилась, проветриться хочу.
Мужчина ничего не заподозрил и пропустил дочь. Как только дверь захлопнулась, ворон выглянул из-под платка и выкрикнул.
– Любава!..
Девушка выпучила глаза от удивления и уставилась на птицу.
– Кощей? Ты!? Как же это ты в птицу превратился?.. И почему Мстислава тебя не признала?
И правда. Мстислава его не узнала, не узнала голос, не узнала глаза, что всегда смотрели только на неё. А Любава узнала. По одному слову узнала. Сердце Кощея встрепенулось и забилось о пернатую грудку.
– Неважно всё это. Я прилетел попрощаться с вами…
Любава застыла и глаза её заблестели от накатывающих слёз. Кощей уплывёт и было неведомо, когда вернётся да вернётся ли. Девушке не хотелось отпускать любимого друга, не хотелось терять его в дальней стороне, не хотелось отдавать своенравной Реке. Она прижала птицу к себе и жалела, что не сможет взглянуть на лицо Кощея в последний раз.
– Любава, я хотел ей сказать… признаться ей, а она… а я… – Мысли смешались, и Кощей только и мог, что выдавливать из себя слова, что чаще всего появлялись в голове. – Любава…
Кощей взглянул вверх и увидел, как слёзы катятся по щекам девушки. Печаль, словно бешенный пёс, вцепилась в грудь и стала терзать её.
– Не плачь. – С комком в горле прохрипел ворон. – Пожалуйста, не плачь.
Любава рухнула на твёрдую, замёрзшую землю и ещё сильнее обняла Кощея. Девушка не могла поверить, что сейчас они, возможно, видятся в последний раз, что впредь она не услышит его голоса, не увидит лица. Их покинула матушка, не оставив после себя ничего, кроме мимолётного эха в душе, а теперь покинет и Кощей. Любаве было больно, очень больно. Казалось. Она уже стала забывать его лик.
– Любава… – Снова прохрипел Кощей и взглянул в освещённые луной глаза.
Ночной мрак скрывал их голубизну, но парень отчётливо помнил то ясное и прекрасное небо, что скрывалось за ресницами. Никогда он так не жалел, что не может присмотреться к родным глазам, что одаривали его игривым блеском почти каждый день в былое время, но тогда он не ценил ту радость и беззаботность, что испытывал он рядом с Любавой. А сейчас понял, как жаждет лишь держать её за руку и видеть милую улыбку.
«Я люблю тебя!»
Кощей не посмел произнести это вслух и оставил плачущую Любаву, улетая к Дремучему Лесу.
Любава стояла и смотрела вслед другу. Душа её выла от обиды и грусти, но что она могла сделать? Ей оставалось лишь оставаться дома и ждать Кощея, как жёны ждут своих мужей с поля боя. Щёки девушки покраснели, и она помотала головой, вытряхивая глупые мысли из головы.
Что же это с ней? Стоит и плачется. Кто она: дочь воеводы или девка с улицы? Любава подняла голову и устремила взгляд на конюшню, где жила Ряба. Когда это запреты стали для неё препятствием? Она вольна распоряжаться собой и готова понести наказание, лишь бы проводить любимого друга в опасное путешествие!