Ⅸ. Безумие
9 декабря 2024 г., 13:28
Бесшумно ступая по пустым коридорам академии, омега в предвкушении улыбается. Чёрт возьми, как же ему нравится чувствовать бурлящую в крови мощь, готовую вырваться из тела в любой момент. Он ощущает себя королём мира, используя податливую магию, чтобы сделать простые вещи: открыть дверь, взлететь, ускориться или кого-то ударить.
Чонгук откидывает капюшон, выглядывая из-за угла, и улыбка на его губах становится ещё более ядовитой. Пак Джихун, который, как говорят, сохнет по Тэхёну, бесстрашно обжимается с каким-то альфой прямо в холле академии, куда может зайти любой студент. От громко целующейся, едва ли не трахающейся парочки за версту несёт феромонами, из-за чего Чонгук морщится, старательно сдерживая чихание. Джихун развязно стонет, откидывая голову назад из-за звонких поцелуев в шею, и Чон мысленно передразнивает его, радуясь, что этот омега не достался Тэхёну.
Не в силах больше выносить раздражающие звуки, Чонгук становится невидимым и тихо подходит к паре, с отвращением разглядывая высвобожденный из ширинки член альфы. Кажется, они действительно собрались здесь заняться сексом. Усмехнувшись, омега вытягивает руку вперёд, отталкивая возбуждённого альфу в сторону. С хриплым стоном он впечатывается в стену, опрокидывает картину и мешком валится на пол. Чонгук раздражённо фыркает. Академия снова поднимет шум, как в случае с Уджином, который получил выговор. Как же Чонгук тогда ликовал, разглядывая поникшего, ничего не понимающего альфу с перевязанной рукой и синяками на шее.
Джихун визжит, подбегая к бессознательному альфе, зовёт на помощь, и Чонгук услужливо её оказывает, одним щелчком перебрасывая альфу к крыльцу общежития. Омега испуганно замирает, всхлипывает и судорожно качает головой, умоляя невидимого мага оставить её в покое. Жалкий.
— Бу! — резко появившись перед парнем, Чонгук заливисто смеётся, упиваясь чужим страхом. Джихун кричит, хватаясь за грудную клетку, где сердце бьётся слишком быстро. — Привет, Пак Джихун, — отсмеявшись, елейно произносит омега.
— Ты!.. — Пак отходит от парня с горящими местью глазами, но спотыкается и падает на свою задницу, тут же взвывая от боли.
— Я, — подтверждает Чонгук. — Боишься? — шаг вперёд. — Правильно делаешь, — резко хватает Джихуна за локоть, легко поднимая его на ноги.
— Сумасшедший! Отпусти меня! — вырывается омега. — Помогите! — кричит, вынуждая Чона закатить глаза и отвесить парню отрезвляющую пощёчину, отчего глаза у Джихуна расширяются, а поток звуков изо рта прекращается. — Ты… ударил меня? — спустя долгую минуту, неверяще шепчет Пак.
— Ты же смог меня ранить исподтишка, — хмыкает Чонгук. — Так трусливо, Джихун, — морщится омега. — Боялся, что лицом к лицу я буду сильнее? — улыбается, зарываясь пальцами в чужие волосы и сжимая их у корней. — Ответ «да», — шепчет, запрокидывая чужую голову назад.
— Больной ублюдок, — кряхтит Пак. — Жаль, что я тебя не убил, чёртова мразь. Пусть бы меня посадили в тюрьму или лишили магии навсегда, но ты бы не ходил по этой земле, мозоля всем глаза. Все в академии бы считали меня героем, — улыбается Джихун, после чего резко впечатывает кулак в живот омеги.
Чонгук на пару секунд теряется, задыхаясь от боли, выпускает из хватки волосы Джихуна, который времени зря не теряет, собираясь бежать. Вот и все его слезливые просьбы простить за ужасный поступок. Лишь для остальных этот парень дико корит себя, но на самом деле сожалеет, что не добил Чонгука. Шипя сквозь зубы, Чон оплетает магическими путами чужие ноги, не позволяя омеге, который с визгом падает на пол, сбежать. Чёрта с два он сегодня отделается лёгким испугом.
— Как банально, — пыхтит Джихун, пытаясь разрушить сковывающие ноги путы. — Чон Чонгук пришёл мстить, — устало выдыхает, впиваясь ненавистным взглядом в медленно приближающегося парня. — И что ты мне сделаешь? Что?! Тоже ударишь ножом в бок? Думаешь, руководство не узнает?
— Я убью тебя, — отрезает Чонгук.
Джихун громко смеётся, хлопая себя по животу, и это разжигает внутри Чонгука сильное раздражение. Насколько нужно быть глупым, чтобы не воспринимать Чона всерьёз? Джихун закапывает себя ещё глубже, так и напрашивается на грубость, просит более мучительную смерть, думая, что всё слова мага — шутка.
— А силёнок хватит? — вызывающе спрашивает Пак.
— Хватит, — морщится Чонгук. — Иначе бы я не создал эти путы, поглощающие твою магию. Как ощущения? Уже чувствуешь слабость? — участливо интересуется, потирая свой ноющий живот. А рука у этого парня тяжёлая, чёрт возьми.
— Ты… что? — перестаёт улыбаться омега, принимаясь ещё более активно высвобождаться.
— Не старайся, — хмыкает Чон. — Чем сильнее ты сопротивляешься, тем быстрее магия вытекает из тебя, — подмигивает, присаживаясь на корточки рядом со снова испуганным парнем.
— Ублюдок… — бубнит Джихун, действительно чувствуя недостаток не только магических, но и физических сил. — Выпусти меня сейчас же! Ну, хочешь, я извинюсь? Чёрт!
— Думаешь, — усмехается омега, — твои неискренние извинения спасут тебя? — смеётся, не веря в наивность этого дурака.
— У тебя последний шанс, Чон, — рычит Джихун. — Ты хоть знаешь, кто мой отец? Отпусти, или твоей спокойной жизни придёт конец, — дёргается, облегчённо улыбаясь, когда магические путы пропадают. — Молодец.
— Мою жизнь сложно назвать спокойной из-за таких, как ты, — поднимаясь вместе с омегой, цедит Чонгук. — И я тебя не отпускал. У нас будет бой.
Джихун раздражённо закатывает глаза и, фыркнув, выпускает яркий шар фиолетового цвета в Чона, который с довольной улыбкой отбивает его. Может, не будь у него сила Тэхёна, он бы и не смог защититься. Возможно, пострадал бы, получил ожог, но точно не в этот раз. Из них двоих в данный момент слаб лишь Джихун, который выпускает череду водных щупалец, предназначенных для шеи Чонгука. Омега позволяет Паку поиграть, но совсем скоро ему это надоедает. Точным ударом в грудь Чонгук выбивает весь воздух из лёгких парня, отряхивает руки, смотря на чужие попытки начать дышать, и лёгким движением валит Джихуна спиной на пол. Омега мотает головой, умоляя дать передышку, однако Чонгук не обращает на это внимание, сдавливая покрытую засосами шею магическими путами. Удовольствие наполняет каждую клеточку тела омеги. Он громко смеётся, слыша тихие хрипы, достаёт острый кинжал и наклоняется к уху бледного парня.
— Встретимся в преисподней, — шипит, вонзая кинжал в бок Джихуна.
Резкий порыв ветра сносит Чонгука с ног, заставляя отпустить рыдающего и истекающего кровью Джихуна. Омега больно впечатывается в стену, случайно прокусывая свою губу, и, обернувшись, видит Тэхёна. Злого, но до ужаса сексуального. Кислый феромон альфы проникает под кожу, выжигая все внутренности и слизистые. Дикий взгляд почти чёрных глаз съедает заживо, выкручивает все кости. Чонгук стирает капли крови со своей губы и недовольно смотрит, как Тэхён прижигает чужую рану, аккуратно доставая кинжал.
— Опять ты мне мешаешь, — цедит омега, чувствуя жирную, раздражающую ревность.
— Заткнись, Чонгук, или я тебя прибью нахрен, — шипит Тэхён, поднимая бессознательного Джихуна на руки. — Ты не убийца!
Чонгуку так много хочется сказать, спровоцировать ссору, доказать, что он плохой, просто накричать за то, что Тэхён вечно куда-то влезает, но он почему-то молчит. Слова стоят в горле, однако рот не открывается. Чонгук вдруг чувствует себя ужасно. Его разрывает от желания закончить начатое и одновременно с этим извиниться перед Джихуном, спокойно поговорить с ним и решить конфликт. Кажется, полученная рана Пака оказалась довольно глубокой. Хуже, чем у Чона. Но… так и надо же ему? Он ведь заслужил? Полный гнева взгляд Тэхёна говорит об обратном. Чонгук чувствует липкую неприязнь к себе и осуждение в глазах напротив.
Альфа исчезает вместе с Джихуном, а Чон в этой оглушающей тишине падает на колени, оттягивая свои волосы у корней. Паника охватывает горло, руки дрожат, а глаза начинают слезиться. Почему он чувствует вину? Почему слышит голос совести, шепчущий, что отныне он самый ужасный человек в мире. Теперь Тэхён и пальцем не притронется к нему. Тэхён снова ненавидит его. Чонгук ясно видел это в его взгляде. Чонгук — слабак, бесхребетное существо, которое даже с чужой магией в венах остаётся незаметным, глупым, пустым. Больше всего в этом мире Чонгук ненавидит себя.
Переместившись в лес недалеко от академии омега надрывно кричит, вонзая свои ногти в плечи. Он раздирает свою кожу до крови, будто пытаясь снять всю грязь, бездумно разрушает деревья и себя, срывает голос, бьёт себя по лицу. То плачет, то резко перестаёт. Успокаивается и снова впадает в истерику. Впечатывается головой в острую кору дуба, жалеет себя, потом снова делает больно, пока его не скручивают и не прижимают к горячему телу сзади.
— Что ты творишь? — голос Тэхёна бьёт по перепонкам, заставляя дёрнуться, но его держат так крепко, что вырваться можно, только сломав себе конечности.
— Не трогай меня! — сиплым голосом кричит Чонгук, ударяя альфу ногой в колено.
Тэхён стонет от боли, но не ослабляет хватку. Он прижимает омегу спиной к дереву, сжимает пальцы одной руки на тонкой талии и аккуратно касается кровоточащей раны на чужом лбу. Какой же дурак…
— Я правда очень зол на тебя за то, что, получив магию, ты сбежал от меня, пока я был в душе, но я не собирался тебя ругать или как-то наказывать, — терпя удары по груди, обнимает Чонгука, который вскоре сдаётся, обессиленно повиснув на маге. — Тебе нужно обратиться к целителям, — осторожно начинает Тэхён.
— Мой лоб скоро…
— Я про тех, кто поможет тебе восстановить моральное здоровье, — перебивает, видя в глазах напротив опасные языки пламени. — Чонгук…
— Стать нормальным?! — оттолкнув альфу с помощью магии, рычит Чон. — Ты это имел в виду?
— Нет, Чонгу… — договорить не позволяет мощный удар в голову, от которого в ушах громко звенит, а зрение пропадает.
Дыхание сбивается. Делиться таким большим количеством силы с парнем было опасно. Он бы и впрямь разрушил весь мир, если бы был сильным магом. Но… отказаться от омеги Тэхён теперь не может. Потому что любит даже такого: злого, с безумным блеском в глазах и обжигающими силой руками.
Тэхёну требуется минут десять, чтобы встать на ноги и твёрдым взглядом посмотреть на бледного, напуганного до дрожи парня. Только в этот раз виноватый взгляд не вызывает жалости, чужие слёзы не успокаивают злость. Самообладание трескается, и, в секунду оказавшись рядом с омегой, Тэхён змеёй впивается в искусанные губы, съедает их, разрывает до крови, забирая свою магию. Это оказывается сложнее, тела обоих скручивает надоедливая боль, Чонгук ёрзает, пытаясь выбраться из приносящих муки объятий, мычит и стонет, сгорая от ненависти к альфе, пока всё неожиданно не заканчивается.
Чонгук, не чувствуя опоры, падает на твёрдую землю и медленно поднимает мокрые глаза на бесстрастное лицо Тэхёна. Холодное, так похожее на его отца. Такое же, как раньше, когда они не любили и задевали друг друга, дрались.
— Подумай над своим поведением, — Тэхён разворачивается, собираясь уйти и оставить парня одного среди разрушенных деревьев, но чёртов всхлип, от которого омега задыхается, заставляет остановиться.
Блять. Пальцы сжимаются в кулаки, а губы поджимаются в тонкую полоску. Не может. Как бы Тэхён ни хотел проучить омегу за жестокость, он не может оставить его в холодном лесу.
Они ведь обещали друг другу, что постараются не ссориться, разговаривать и решать проблемы. И Тэхён хотел следовать их уговору, подавлял злость за плохой поступок Чонгука, зная, что этому есть объяснение. Часто наши ожидания отличаются от реальности, и омега, дорвавшись до большой силы, теперь растерян. Он не знает, за что взяться, где стоит подождать, из-за чего у него всё идёт наперекосяк. Прежде всего Чонгук самому себе пытается доказать, что чего-то стоит. Он тоже хочет любви и друзей, а не издевательств и насмешек. Только своим поведением ещё больше отталкивает людей, заставляя себя ненавидеть.
— Прости, мой хороший, — кинувшись обратно к задыхающемуся из-за истерики парню, Тэхён обнимает его, поднимая на руки с холодной земли.
Чонгук бьётся в конвульсиях, прижимается всем телом к альфе, пытаясь найти тепло, рыдает навзрыд, до потемнения в глазах. Боль своей горячей ладонью сдавливает израненное сердце, оставляя очередной след. Чонгук хочет сбежать. Снова. Так далеко, чтобы его никто не нашёл. И в груди вспыхивает уверенность. Так будет лучше для всех. Плевать, что он не добьётся своих целей. Плевать на всё. Он просто хочет спокойствия и умиротворения. Возможно, Тэхён прав, и ему стоит полечиться у целителей, чтобы не кидаться в омут эмоций с головой, стать… нормальным человеком без маниакального желания сделать плохо всем ужасным людям.
— Всё будет хорошо, — телепортируясь в свою комнату, шепчет Тэхён. Губы безостановочно касаются мокрого лица и кудрявых волос. — Всё будет хорошо.
Чонгук в исцеляющих объятиях почему-то верит.
. ✶˚
Тэхён, который за всю ночь так и не сомкнул глаз, подрывается со стула, когда Джихун со стоном открывает глаза, хватаясь за голову и бок. Омега в недоумении смотрит на альфу и, шипя, привстаёт, опираясь спиной на подушку. Тэхён мягко улыбается, поправляя сползающее одеяло Пака, и садится обратно на стул, двигаясь ближе. — Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? — интересуется, пока Джихун оглядывается, видимо, восстанавливая в памяти последние события. — Что… — в горле першит из-за сухости, омега кашляет, сходя с ума от боли в боку и принимая протянутый стакан воды. — Какого хера ты тут делаешь? — выпив всё до дна, морщится Джихун. — Пришёл поговорить, — пожимает плечами альфа, складывая руки на груди. — Твой парень получит по заслугам, Ким, так что можешь не просить за него прощения. Это будет бессмысленно, — хмыкает омега, рассматривая едва заметную щетину на лице мага. — Джихун, он сделал это не просто так, и ты это знаешь, — устало вздыхает Тэхён. — Не нужно было его трогать. — Мне плевать. Мой отец его уроет, — рычит Джихун, от злости сжимая пальцы на одеяле. Чёртов Чонгук умудряется даже здесь портить его настроение. — Перестань. У него и так жизнь не сахар, — поджимает губы, видя железную решительность в чужом взгляде. Дерьмо… — Да и кто тебе поверит? Как омега с минимальным уровнем магии мог так хорошо отделать тебя? — нападает, понимая, что по-хорошему не получится. — Ну расскажешь ты отцу о случившемся, начнётся расследование, все будут обсуждать эту новость, у вас с Чонгуком проверят уровень магии. Я же скажу, что ты был слишком пьян, чтобы здраво мыслить, и, кстати говоря, не солгу. Только людей лишний раз поднимешь, но ничего не добьёшься. Глупо, да? — усмехается, разглядывая искажающееся из-за каждого нового слова лицо парня. — Ты совсем, что ли?! — кричит омега. — Как ты смеешь прикрывать этого… этого выскочку?! — Целителям я сказал, что нашёл тебя без сознания и с раной за пределами академии, после чего сразу же доставил сюда. На улицах ведь так часто нападают на красивых омег, — вздыхает, задумчиво потирая подбородок. — В общем, грустная история получилась. Желаю быстрее восстановиться, отдыхай, — щёлкнув пальцами, убирает стул к стене, направляясь к выходу. — Зачем ты отдаёшь ему свою магию? — совершенно спокойным тоном спрашивает Джихун, когда альфа почти подходит к двери. — Что? — Тэхён оборачивается с нахальной улыбкой. — Никогда не слышал о таком, — строит дурака, выходя из палаты. Улыбка тут же пропадает. Тэхён надеется, что нигде не просчитался, и Чонгук никак не пострадает. Он заставит всех вокруг поверить, что омега не способен кому-либо причинить весомый вред. Сожжёт все следы причастности Чона, лишь бы защитить его. Исчезнув прямо посреди коридора, альфа оказывается в своей комнате, где он оставил спящего Чонгука. Только вот того в кровати не оказывается. Тэхён сбрасывает одеяло на пол, не желая верить своим глазам, забегает в ванную, потом в гостиную, где тоже не находит парня. Волнение перемешивается со злостью. Впечатав кулак в стену, на которой остаётся вмятина, Ким телепортируется в комнату Чонгука, но и там оказывается пусто. Тэхён оббегает всю академию с поисковым заклинанием, пока не понимает, что Чонгук сбежал.. ✶˚
Неприветливый город вызывает тошноту, холодный ветер морозит пальцы до несгибаемого состояния, а долгая ходьба утяжеляет ноги. Чонгук кутается в свою старую куртку, точно не подходящую для нынешней погоды, и ещё сильнее сжимается, походя на какую-то старушку. От мороза тело парня пробивает дрожь, но порой омеге становится так тепло, что хочется по-детски рассмеяться от такой радости, однако это быстро проходит. Мысли путаются. Чонгук то корит себя за трусливый побег, то хвалит, гордясь своей смелостью. Стуча зубами, омега останавливается напротив единственного ещё работающего кафе, шмыгает носом и заходит внутрь, решив попросить владельцев чуть-чуть погреться. Ночью погода здорово портится, поэтому ему нужно хоть немного посидеть в тепле и подумать, где переночевать. Игрушечный тролль на входе, видимо, специально подпитанный магией, оповещает хозяев о приходе гостя, заставляя Чонгука поморщиться. Он до последнего хотел остаться незаметным. — Добрый вечер, — из помещения для персонала выходит красивая девушка с длинными волосами. — Простите, но мы закрываемся через десять минут. Могу оформить заказ только навынос, — улыбается, подходя к кассе. — Нет, — голос хрипит, из-за чего Чонгук смущается. — Можно я просто… посижу здесь до закрытия? — растирая ладони, просит он. — Конечно, — девушка замечает потрёпанный и усталый вид омеги и, оглянувшись, тяжело вздыхает. — Я сделаю вам кофе за свой счёт, — решает, заранее отмахиваясь от всех отказов парня. Чувствуя огромную неловкость, Чонгук садится за столик, прижимает ладони ко рту, пытаясь согреть их своим дыханием, и периодически крупно вздрагивает. Тепло медленно пробирается под куртку, которую маг не снял, из-за чего глаза Чона начинают слипаться. Становится так хорошо, что Чонгук позволяет себе прикрыть веки и совсем немного отдохнуть от тревожных мыслей. Почему он такой неудачливый человек? Без родных родителей, по которым сердце тоскует, бессильный и с сотней проблем. Ладно, плевать на уровень магии. Ему хотя бы понежиться в тёплых руках отца, поделиться своими мыслями с ним. Он так хочет вернуться в прошлое, где его любили. Но если опустить и это, то он был бы счастлив даже в новой семье, где о нём хоть немного бы заботились. Разве это было так сложно? Просто приласкать его, выслушать и подарить ласковую улыбку? — Вы в порядке? — в таком уязвимом состоянии его застаёт всё та же девушка, которая ставит стаканчик с ароматным кофе на стол. — Нет, — Чонгук открывает слезящиеся глаза. — Я… — нижняя губа дрожит, а голос окончательно пропадает. Так хочется к Тэхёну, который согреет его нежными объятиями и ласковыми поцелуями, поругает за побег, а потом сделает горячую ванну. Тэхён единственный, кто его понимает. Альфа его… любит. Вот такого косячного и ненормального, глупого, слабого. А он только делает, что заставляет его волноваться и помогать. Будто… некрасиво использует Кима, чтобы тот вовремя прикрыл его и подставил плечо. Чёрт, от самого себя становится противно. — Мне так жаль… Чем я могу вам помочь? — девушка садится рядом с парнем, аккуратно обнимая его одной рукой. Весь вид омеги говорит о том, что тот дико устал от жизни, и девушка слишком хорошо его понимает, вспоминая свои трудные времена. — П-простите, — мотает головой Чонгук, — за это, — стирает слёзы с опухших глаз, облизывая сухие, почти белые губы. — Выпейте кофе, пожалуйста, — омега с доброй улыбкой двигает стаканчик кофе ближе. — А потом решим, что будем делать, — кивает, когда Чонгук, немного помявшись, делает маленький глоток тёплого кофе. Тот грозится выйти наружу, но Чон не хочет обижать девушку, продолжая пить и греться. Десять минут уже, наверное, прошло… Он задерживает омегу, которая наверняка хочет отдохнуть после долгого дня, а не успокаивать какого-то незнакомца. Выпив половину кофе, Чонгук поднимается на ватные ноги и благодарно тянет уголки губ вверх. Он так и не придумал, где переночует или как вернётся в академию, чтобы умолять Тэхёна о прощении. Жаль, что у омеги ничтожно мало сил, чтобы в сию минуту оказаться рядом с альфой. — Ты почему ещё не закрылась? — из всё того же помещения для персонала выходит женщина, и от одного взгляда на неё Чонгук застывает. — Чонгук?! — Харин, с ужасом рассматривая измотанного парня, хватается за сердце и подбегает ближе, цокая своими каблуками. — Милый, что с тобой произошло? — обхватывает плечи парня, который обессиленно садится обратно за стол. — Госпожа Ким, вы его знаете? — удивляется девушка. — Да, — прижав голову Чона к своей груди, выдыхает женщина. — Ты свободна, Ури. Я разберусь здесь, — ласково хлопает поклонившуюся девушку по плечу, присаживаясь на корточки перед Чонгуком. — Ты поссорился с Тэ? — когда Ури уходит, тихо спрашивает Ким. Чонгук мотает головой, стягивая куртку, в которой резко стало жарко. Он нервно крутит пальцы, вызывая их хруст, кусает нижнюю губу, пока Харин не шикает, накрыв слегка дрожащие ладони младшего своими. Отправив стакан кофе в мусорное ведро, женщина выключает во всём помещении свет и щёлкает пальцами, перемещая их к общежитию. Вот так легко и быстро, из-за чего Чонгук чувствует себя паршиво. — Простите за беспокойство… я не знал, что это ваше кафе, я… — пытается собрать мысли Чонгук, с трудом отгоняя сонливость. — Милый, послушай, — Харин приглаживает кудрявые волосы омеги, останавливая ладонь на тёплой щеке. — Я всегда буду рада тебе помочь, так что не извиняйся. Увы, но Бэкхён сейчас дома, поэтому, чтобы лишний раз тебя не подвергать стрессу, я перенесла нас сюда. Если ты всё-таки поссорился с моим сыном, то просто не иди к нему, но если у вас всё хорошо, то покажись ему. Он наверняка места себе не находит, с ума сходит от волнения. Чонгук, ты можешь рассказать мне, что произошло. Я обещаю, что поддержу тебя, — ласково целует в щёку, заставляя омегу всхлипнуть. — Я совершил огромную ошибку, — принимая салфетку от омеги, Чонгук высмаркивается. — А потом трусливо сбежал вместо того, чтобы решить проблему, но я так устал, — гнусавит, судорожно выдыхая всё напряжение, из-за чего ноги неприятно подгибаются. — Главное, что ты понимаешь, где ошибся, — улыбается Харин. — Поверь, Чонгук, исправить можно всё, кроме смерти, — задумчиво смотрит вниз. — Думаю, ты и это понимаешь, — зная общую историю про родителей парня, тянет она. — О, а вот и мой сын. Чонгук резко оборачивается, расширяя глаза, и видит бегущего к ним Тэхёна. Тяжело вздохнув, омега крепко обнимает маму альфы и тихо благодарит. За всё. — Боже, мама, я твой должник, — оказавшись рядом с омегами, произносит Тэхён, прижимая ладонь к груди, где слишком быстро бьётся сердце. Харин тихо смеётся, целует альфу в щёку, что-то шепчет ему на ухо и, напоследок обняв Чонгука, смахивает ресницу с его щёки, после чего исчезает, желая удачи. Омега прячет взгляд, лишь бы не видеть осуждения в глазах Тэхёна, неловко ковыряет пяткой землю и, хрипло выдыхает, когда Ким набрасывается на него с объятиями, от которых рёбра парня едва не ломаются. — Куда же ты пропал? — в голосе столько горечи, что Чонгук чувствует себя виноватым в сто крат больше. — Прости меня, — потираясь носом о грудь альфы, просит омега. — На эмоциях я подумал, что… что мне стоит исчезнуть, — шепчет, слыша скрип зубов Тэхёна. — Прости, я больше так не поступлю, — обвивает шею мага, робко прикасаясь своими губами к чужим. Тэхён тут же отвечает, с нотками злости сминая сладкие губы, зарывается пальцами в мягкие волосы, запуская свой язык в горячий рот, и тихо порыкивает. Чонгук сводит его с ума своим мычанием и послушанием. Тэхён крепко сжимает тонкую талию сквозь лёгкую куртку и перемещает их к себе в комнату, где они продолжают жадно целоваться уже на кровати. Страсть захватывает их тела, одежда парня летит на пол, и совсем скоро Чонгук остаётся в одних лишь трусах. На коже виднеются мурашки, но вовсе не от холода. Омега взъерошивает платиновые волосы альфы, с намёком дёргая край футболки Кима, который тут же избавляется от ненужной вещицы. — Ещё раз так сделаешь, — оторвавшись от красных губ, тяжело выдыхает Тэхён, — я тебя найду и намертво привяжу к себе, — рычащие нотки ещё больше возбуждают полыхающее тело. Чонгук звонко стонет, выгибаясь в пояснице, и получает мокрый поцелуй в плоский живот. — Нравятся угрозы? — усмехается Ким, оставляя на молочной шее яркий засос. Все замки, убеждения и принципы трескаются по швам, когда омега, так и не ответив, снимает штаны альфы, восхищённо проводя кончиками пальцев по мышцам живота Тэхёна. Чонгук видит выпирающий член, который тонкая ткань трусов слишком красиво выделяет, и гулко сглатывает. Поистине прекрасная картина. Схватившись за резинку трусов, Чон тянет их вниз, откровенно удивляя мага. — Скажи мне, — подняв голову парня за подбородок, выдыхает Тэхён, — зачем ты раздел меня? — от голода в прекрасных глазах с голубым пятнышком ведёт не по-детски. — Чтобы… — Чонгук облизывает губы, медленно обхватывая подрагивающей ладонью твёрдый орган, — извиниться, — опускает глаза, не в силах выносить темнеющий взгляд. — Ты же устал и замёрз, — Тэхён с трудом убирает ладонь парня. — Ты не обязан… — Тогда согрей меня, — задыхаясь, шепчет омега, прижимаясь к сильному телу. — Я хочу этого, мой платиновый слиток. Минута молчания и бездействия, после которой Тэхён вгрызается в мягкие губы, отодвигая ткань трусов омеги в сторону. Пальцы быстро находят мокрый сфинктер, так и умоляющий длинные пальцы войти внутрь. Тэхён глухо стонет, мучительно медленно кружа двумя пальцами вокруг дырочки, пока Чонгук начинает гореть в умелых руках. Возбуждение скручивает низ живота и пах, омега тихо мычит, когда в него неожиданно проникает один палец, и сжимает чужие волосы, прикусывая губу. — Не бойся, — резко переместив их на пол возле кровати, шепчет Тэхён. — Что ты… — не понимая, что происходит, начинает Чон, но замолкает при виде рухнувшего на колени альфы. — Т-тэхён? — Не бойся, — повторяет Ким, притягивая парня к себе за бёдра. Чонгук несмело кивает, вздрагивая из-за поцелуя в бедро. Тэхён аккуратно поднимает одну ногу парня и с широкой улыбкой кладёт её на своё плечо, придержав пошатнувшегося мага за талию. Чонгук, следуя просьбе альфы, не боится и верит ему, расслабляется. Тэхён звучно целует бёдра омеги, медленно подбираясь к самой чувствительной зоне, оставляет мокрые дорожки слюны, вызывающие мурашки, и, оказавшись лицом прямо у промежности растерянного Чона, затяжно проходится языком по анусу. По всей комнате проносится громкий стон. Чонгук невольно сжимает края сфинктера, не ожидая, что это… так возбуждающе. Тэхён крепко фиксирует бёдра парня, принимаясь вылизывать его с пошлыми чмоками и тихими стонами. Горячий язык, оставляющий ожоги, то проникает внутрь, то блуждает возле дырочки, вынуждая течь ещё сильнее. Если бы не сильные руки, Чонгук давно бы уже упал — так сильно у него дрожит всё тело и немеют ноги. Тэхён присасывается к покрасневшему анусу, чувствуя, как пальцы омеги сжимают его волосы ещё крепче. Альфе дико нравится вкус Чонгука, его стоны с разными оттенками чувств, отзывчивое тело. Ким скользит языком к мошонке, после чего обхватывает губами головку члена, пальцами проникая в разогретое отверстие. Чонгук вскрикивает, дёргаясь в чужих руках. У него член пульсирует, горит настоящим огнём. Язык Тэхёна приятно обводит головку, из-за чего омега даже не замечает, как принимает в отверстие три пальца. Эмоции выливаются через край, воздуха не хватает, сердце в грудной клетке грозится остановиться. В глазах опасно темнеет, когда пальцы Кима беспрерывно стимулируют простату, а щёки сильно втягиваются. Чонгук бурно кончает, вытягивая кончики пальцев ног и коротко, но часто выстанывая. Всё тело становится лёгким и одновременно с этим тяжёлым. Тэхён поднимает всё ещё плавающего где-то далеко парня на руки и переносит его на кровать, слишком самодовольно улыбаясь. Он никогда не старался доставить настолько огромное удовольствие омегам, но с Чонгуком всё по-другому. Его хочется ласкать, нежить и любить до вот такого состояния. Баловать. — Отдохни, — посмотрев на ладонь, оказавшуюся на его груди, шепчет Тэхён. — Ты… — хрипит Чонгук, — чёртов упёртый баран… — громко сглатывает, поднимая тяжёлые веки, — снова забыл о себе. Давай займёмся сексом. Я хочу, чтобы и тебе было так же хорошо. — Конечно, Чонгук, — наклонившись к чужому уху, шепчет Ким. — Мы обязательно займёмся сексом. Я сейчас взорвусь, блять, от желания. Хочу брать тебя быстро и медленно, грубо, ласково, только в постели доводить тебя до слёз, — наслаждаясь мурашками и учащённым дыханием омеги, продолжает возбуждать альфа. — Сегодня мы опробуем все поверхности этой комнаты. Хочешь? — облизывает раковину, напоследок кусая мягкую мочку уха. — Да… — чувствуя, как его член снова поднимается, мычит омега. В любое другое время Чонгук бы в презрении скривился от таких пошлых словечек, но слышать их именно от Тэхёна так возбуждающе и хорошо. Ощущение, словно он становится центром вселенной для этого мага. И это чувство заставляет довольно заулыбаться. Тэхён, оставив поцелуй на остром плече, уходит на поиски презервативов, пока Чонгук пытается собрать все свои силы в кулак, чтобы не менее активно участвовать в сексе. От одной мысли о том, что совсем скоро Тэхён будет в нём, омега вздрагивает и томно мычит, сжимая свой твёрдый член. Чёрт, это сильное желание просто невыносимо. — Быстрее, — хрипит Чонгук, жадно вдыхая феромон альфы, который, опрокинув что-то со стола, забирается обратно на кровать, нависая над парнем. — Такой нетерпеливый, — мурчит Ким, водя носом по шее омеги. — Как тебе он? Маленький? — надевает презерватив на свой колом стоящий член, припоминая слова Чонгука. — Я, чёрт возьми, одними пальцами и языком довёл тебя до оргазма. Как думаешь, мой член справится хуже? — Вот и проверим, — шипит Чонгук, больно кусая нижнюю губу альфы. Признаться честно, член у Тэхёна оказался немаленький, и Чонгук впервые в жизни рад, что сильно ошибался. Его трясёт, но не от страха, а от приятного предвкушения. Слишком интересно узнать, какими будут ощущения, когда Тэхён окажется внутри. — Расслабься и наслаждайся, — шепчет Тэхён, собирая смазку омеги и нанося её на свой член. Чонгук прикусывает губу, когда чувствует головку, упирающуюся в сфинктер, несмело обвивает шею альфы и заглядывает в глаза, утопая в нежности. Так, не отрывая взглядов друг от друга, они сливаются в единое целое. Тэхён внимательно следит за эмоциями на лице парня, аккуратно проталкиваясь в горячую, сжимающую его узость. Чонгук распахивает рот, сводя брови, жадно вдыхает кислород, чувствуя, как Тэхён оказывается всё глубже, и тихо выстанывает, когда альфа входит до конца. Чонгука разрывает на части от большого количества эмоций. Ему одновременно хорошо и плохо из-за гулко стучащего в груди сердца. У него внутренности горят, лёгкие сжимаются, из-за чего начинает кружиться голова. Из уголков глаз стекает несколько слезинок от того, как сильно ему нравится чувствовать Тэхёна внутри. Этот альфа забрал его первый поцелуй и первый раз, который ещё осенью Чонгук не собирался ему отдавать, однако… сейчас он рад, что это сделал именно Тэхён. Так аккуратно и бережно… безболезненно. — Всё хорошо? — стирая влагу с висков парня, спрашивает Тэхён, с волнением бегая глазами по лицу омеги. — Всё прекрасно, — выдыхает Чонгук, приподнимая бёдра. — Двигайся, — сжимает чужое плечо, захлёбываясь слюной из-за первого толчка. Тэхён постепенно ускоряется, наслаждаясь льющимися стонами парня. Пальцы судорожно оглаживают нежную кожу. Скользят от шейных позвонков к мягким бёдрам. Чонгук впивается ногтями в спину альфы во время особо глубоких толчков, откидывает голову, сходя с ума от поцелуев в шею, и порой сжимает член мага в себе, выбивая из Тэхёна глухие стоны. Происходит безумие. Ким переплетает свои пальцы с тонкими пальцами омеги, который охает от резкого прилива магии. Секс приобретает новые краски. Если во время поцелуев процесс передачи магии был очень и очень приятным, то сейчас он оказывается ещё более сладостным. Чонгук дрожит, чувствуя, что ему осталось чуть-чуть, активно подмахивает, желая нырнуть в желанное удовольствие. Однако Тэхён вдруг резко выходит из омеги и пережимает его член у основания, ухмыляясь из-за жалобного хныканья. — Ещё немного, — альфа опаляет своим дыханием красное ухо, легко переворачивая парня на живот. — И кончим вместе, — отводит одну ногу Чона в сторону, наклоняется, слегка ложась грудью на спину омеги, и просовывает руку под грудь парня. — Выгнись, Чонгук-и, — томно шепчет, заставляя парня подчиниться. Член снова входит в мокрое и горячее отверстие, пока ладонь скользит вверх, несильно сжимая шею. Чонгук распахивает рот, закатывая глаза из-за ощущения лёгкого удушья, и затяжно стонет. Тэхён оставляет слабые укусы на его спине, входит глубже, заставляя смазку выделяться сильнее. Комнату заполняют шлепки, хлюпанье и два хриплых дыхания. Член приятно трётся о простынь, на которой остаётся мокрое пятно. У омеги ноги сводит от приятной грубости альфы, его уверенных движений. Тело окутывает жар, в глазах темнеет то ли из-за подходящего оргазма, то ли из-за недостатка кислорода, из уголка губ невольно течёт слюна. Чонгук чувствует себя затраханным, но довольным. Кажется, ему невероятно сильно повезло с партнёром. Тэхён жадно кусает омегу за плечо, с хриплым стоном кончая в презерватив. Чонгук умирает от этого звука и, сжав в себе член альфы, выгибается ещё сильнее, заливая постельное спермой. Именно сейчас чувствовать себя таким грязным приятно. Чонгук улыбается, пока Тэхён аккуратно выходит из него, поглаживая слегка покрасневшую из-за пальцев кожу шеи. Оставив поцелуй на плече, где остался след от его клыков, Ким снимает презерватив, выбрасывает его и уходит на поиски салфеток. Чонгук тихо смеётся, размазывая сперму на постельном белье, мечтательно улыбается и потягивается, ойкая из-за тянущей боли в пояснице. Чёрт возьми, ему так сильно понравилось, что, если бы были силы, он бы продолжил заниматься сексом с Тэхёном. Наверняка тот тоже был бы не против, но… Чонгук зевает, обнимая подушку, пахнущую магом. Он устал и хочет спать. — Как ты? — совсем неожиданно раздаётся голос Тэхёна над ухом, в которое его целуют. — Я в раю… — шепчет Чонгук, вздрагивая из-за прохладной влажной салфетки на своём бедре. — Хочу ещё, — лениво приоткрыв глаза, признаётся он, почему-то заливаясь румянцем. — Мы обязательно повторим, малыш, — чмокнув парня в нос, улыбается Тэхён. — Нужно сменить постельное, — вытерев живот Чона, маг аккуратно его поднимает, сажая на кресло. — Болит что-нибудь? Я неплохо так укусил тебя, — садится на корточки, задумчиво обводя пальцем укус на плече омеги. — Сейчас у меня всё отлично, — схватив ладонь альфы, Чонгук прижимается к его пальцам губами, счастливо прикрывая глаза. — Да и я тебя случайно поцарапал, так что мы… квиты? — пожимает плечами, наслаждаясь поглаживанием щеки. — Ты необыкновенный, Чонгук, — любуясь омегой, шепчет Тэхён. В ответ Чонгук смеётся и показывает альфе сердечко из пальцев, которые Тэхён обхватывает своими, как бы забирая его. Сердце омеги наполняется любовью. Чонгук с широкой улыбкой смотрит, как альфа меняет постельное бельё, разглядывает его идеальное тело, всё ещё не веря, что этот парень его. Его самый близкий человек, в объятиях которого Чонгук отключается за минуту. В руках Тэхёна он чувствует себя защищённым, спокойным, окрылённым и счастливым. Чонгук любит.
