Музыка тишины

      Schubert — Ave Maria (Arr. F. Liszt)

      

      Чонин проснулся слишком рано. Парень видел, как взошло солнце. Но солнечный шар не был причиной такого раннего подъема. Ян проснулся от того, что ему приснились события прошлого вечера и, находясь на грани сознания, он все еще чувствовал тепло объятий, в которые его заключал Хван. Однако, когда музыкант полностью проснулся, он понял, что тепло идет не от крепких рук, а от утреннего светила. Но это не помешало Чонину улыбнуться. В руках Хенджина было теплее.       Воспоминания вечера, произнесенные слова и ответные жесты не уходили из головы. Голос Хенджина звучал в ушах даже в шумных местах, а сейчас так громко резонировал, но не оглушал. Магия заключалась именно в том, что весь остальной мир умолкал и только голос старшего был слышен. Его громкий смех, торопливое бормотание, виноватый тон и тихие улыбчивые ответы. Все эти звуки доносились от одного человека и стали целым миром, в котором хотелось остаться навсегда.       Ян встал с кровати и подошел к роялю. На пюпитре была нотная тетрадь с новой композицией, которая поначалу далась парню не слишком просто, но сейчас он точно знал, как должна звучать мелодия. Невидимый нотный стан лёг перед глазами Чонина, а на нем появились музыкальные знаки, определяющие основу музыки. Ключи выстроились в ряды, а следом и сами ноты.        Ян открыл клавиши и приступил к игре. Парень начал мелодию, играл уверенно и без остановок. Его пальцы ловко перемещались по черно-белым клавишам, а взгляд внимательно следил за каждым движением. Мелодия лилась из-под его рук и приятным бризом звучала в ушах. Но вот он сыграл вступление, основной куплет, припев, подошел к концовке и понял, что чего-то не хватает. Словно конец композиции не является таковым. Чонин отпустил клавиши и долго смотрел на них в непонимании, чего же не достает. Музыкант долго думал, но так и не пришел к какому-то умозаключению, так как отвлекся на звук входящего сообщения.       Чонин встрепенулся и сразу же побежал к телефону. Он схватил его с тумбочки, но так торопился, что дважды выронил смартфон из рук и он ускользнул под кровать. Ян даже запыхался, пока доставал телефон из-под кровати, а когда, наконец, достал его, то увидел на экране сообщение от Хенджина. Парень так обрадовался, что забыл встать с пола и сразу открыл мессенджер.              H: Ты уже проснулся? Если да, то с добрым утром, Чонин-а. Хотел пожелать тебе хорошего дня. Я надеюсь, что мы сегодня увидимся. Прости, что прошу прийти тебя ко мне на работу, но я очень сильно хочу тебя увидеть.              Ян улыбнулся, как ребенок, которому принесли мороженое, и раскраснелся, как небо на заре. Мог бы он пищать, определенно сделал бы это, но вместо этого свернулся калачиком и схватился за свои рыжие волосы, ощущая непрерывный поток радости во всем теле, словно любимая музыка внезапно зазвучала. Ему понадобилось несколько минут и пара глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, а после он взял телефон дрожащими руками и напечатал ответ.              J: Доброе утро, хен. Я уже не сплю и надеюсь, что ты выспался. Я приду обязательно. Могу прийти прямо сейчас.              Через несколько секунд поступило сразу несколько сообщений от Хвана.              H: Нет!       H: Ты что, не нужно так рано!       H: А ты чего не спишь вообще в такую рань?       H: Я, конечно, буду очень рад видеть тебя, но не нужно приходить так рано. Я даже не опаздываю, а значит еще очень и очень рано.              Чонин засмеялся от всех сообщений.              J: Договорились, приду попозже. Ты хорошо спал?       H: На самом деле, да. Я так выспался, как будто спал целые сутки. Я боялся, что не смогу заснуть, но подумал о тебе и сразу заснул.              Чонин широко открыл глаза, а его лицо тут же окрасилось розовыми оттенками. Парень задрожал от новых чувств, которые волной накрыли тело. Были в этой волне и радость, и восторг, и легкое смущение, а также волнение, но приятное, словно вот-вот получит подарок. И следующее сообщение оказалось таким подарком, который превратил предыдущую волную в настоящий шторм.              H: Ты снился мне сегодня.              Чонин смотрел в экран ошарашенным взглядом, а его щеки стали вдвое ярче. Ян даже дышать быстрее начал, словно пробежал несколько километров без остановки. Он на какое то время забыл об остальном мире и думал лишь о том, что где-то есть человек, который проснулся утром рано, собрался на работу, вышел из дома и думал о сне, в котором ему приснился Ян. И этот же человек был первым, о ком Чонин подумал по пробуждении, ведь его сон так же сопровождал тот самый юноша с длинными черными волосами и маленькими родинками на лице. Сердце музыканта трепетало в ритме вальса, улыбка была радостной, а руки дрожали от того же быстрого сердцебиения, но Ян поднял телефон и напечатал ответное сообщение.              J: И что тебе снилось?       H: Мне снилось, что мы с тобой всю ночь гуляли по побережью. Когда я по чему то скучаю, то мне это снится. Я скучаю по морю. И по тебе.              Новое сообщение от старшего заставило Чонина полностью залиться красным румянцем и засмеяться. Он все еще валялся на полу и трепетал ногами от переполняющей тело и разум радости. Все эти ощущения были так непривычны, что Ян в полной мере не осознавал, что делать со всем этим торжеством. Но в том, что это было невероятно приятно и нужно, Чонин не сомневался.              J: И я по тебе скучаю. Очень сильно.       H: Жду не дождусь нашей встречи. Но не приходи сейчас, дай мне время, чтобы приготовить тебе чай.       J: Обещаю, приду попозже. Хорошего дня тебе.       H: Мой день точно будет хорошим, если я увижу тебя.              Чонин снова засмеялся, но от все той же радости.              J: Не упущу возможности сделать твой день лучше.       H: Тебе достаточно просто прийти. Ты прости, но мне уже пора бежать, а то могу опоздать. Я пытаюсь побить свой рекорд прихода на работу без опозданий. Уже три дня не опаздывал.       J: А какой у тебя предыдущий рекорд?       H: Два дня.              Мог бы Ян смеяться громко, то расхохотался бы на всю комнату. Но слышны были только тихие выдохи. Посмеявшись, парень взял телефон и написал последний ответ.              J: Очень неплохо. Иди, не хочу мешать тебе.       H: Ты никогда мне не мешаешь. Увидимся, Чонин-а, очень жду тебя.              Хенджин пропал из сети, а музыкант на время выпал из реальности. Он валялся на полу звездочкой и пялился в потолок мечтательным взглядом, словно увидел там звезды, под которыми вчера встретил Хвана. И все эти звезды с неземной скоростью унесли его дальше, чем другие планетные системы в миллионах световых лет. Ян и не думал никогда, что такое будет возможно, чтобы по нему скучал кто-то настолько красивый, добрый и сильный человек. И не думал, что сам будет скучать по нему со страшной силой.       Ян, наконец, поднялся с пола и заправил кровать. Парень принял душ и умылся, а затем зашел в гардероб и думал, что надеть. И думал долго.              «Так, и что надеть? — задумался он, разглядывая гардероб. — Надо что-то нормальное, чтобы он не думал, что я на собрание пришел. Может, красный костюм? Нет, я же не на вечеринку иду. И не на корриду. Черный? Нет, он слишком строгий, как будто в офисе работаю. Синий? Зеленый? А может, не костюм? Джинсы и рубашка, нормально же? Но это же наша первая встреча как…»              Ян нахмурился, глядя на свои вещи. Парень смотрел на все таким отрешенным взглядом, словно те звезды занесли его в неизвестную галактику и оставили одного в темноте.              «Мы же…мы же теперь вместе? — подумал Чонин. — Что если для него это не так серьезно, как для меня? Я всегда спешу с выводами и обычно ошибаюсь. Но он сказал, что это все не просто так, значит…значит все будет…хорошо?»              Чонин завис в своих мыслях, а в это же время его взгляд добрался до уголка в гардеробе, где на вешалках висели светлые костюмы. Ян подошел к ним и, глядя на ткани, улыбнулся.              «Он сказал, что ждет. Хочет что-то сказать? Может…может что-то о…нас?».              От этой мысли рыжеволосый улыбнулся шире и взял с вешалки один из любимых костюмов — двубортная тройка светло-голубого цвета, надел белую рубашку и темно-синий галстук, а волосы уложил на правую сторону, сделав ровный пробор. Шрамы он скрыл, чтобы не вызывать вопросов, а после покинул комнату, чтобы позавтракать с родителями.       Парень был весь в мыслях о Хенджине. Он не заметил, как спустился по лестнице и пропустил мимо внимания то, что запнулся за порог. Даже когда зашел в обеденную, то не заметил, что за столом уже сидела Миюн и читала что-то в планшете. Заметив младшего, мама улыбнулась и отложила девайс.       — Доброе утро, сынок, — сказала она.       Но Ян прошел мимо и никак не ответил. Он зашел дальше на кухню, где был Донхо и пил кофе.       — Чонин, с добрым утром, — улыбнулся старший.       Младший и на это не ответил. Ян подошел к шкафчику и взял кружку для чая, а старших так и не увидел, что было для них удивительно. Донхо и Миюн переглянулись и пожали плечами, не понимая, что же такое с младшим.       — Чонин? — позвал Ки и легонько коснулся плеча музыканта.       Последний так вздрогнул, что едва не выронил кружку, но успел поймать её в самый последний момент. Он взглянул на старшего и схватился за сердце, а дышал глубоко и тяжело.       — Прости, я не хотел пугать тебя, — сказал Донхо с виноватой улыбкой. — Все хорошо?       — Да, простите, я вас не заметил, — ответил Чонин.       — Не заметил? — удивился мужчина, а Ян кивнул. — Ну ладненько, давай свою чашку, я налью тебе чай, а ты садись за стол.       — Спасибо.       — Сынок, точно все хорошо? — спросила Миюн и погладила парня по спине. — Ты какой-то рассеянный. Что-то случилось?              «Случилось слишком много, — подумал Ян. — Но если расскажу, поймешь? Да и нужно ли тебе рассказывать?»              Чонин взглянул на маму, а она мягко улыбнулась, хоть и продолжала смотреть на сына обеспокоенным взглядом. Ян не знал, будет ли когда-нибудь удобный случай, чтобы рассказать о своем новом друге, но думал, что сейчас не самый подходящий момент. Просто потому что было обычное буднее утро, родители собирались на работу и к тому же не знали всей правды о самом музыканте. Поэтому Ян лишь улыбнулся в ответ и покачал головой.       — Нет. Со мной все хорошо. Я немного отвлекся.       — О чем-то задумался? — спросила мама.       — О музыке, ничего такого.       — Сочиняешь новую мелодию? — спросил Донхо, подав младшему кружку с чаем.       — Да, — ответил Чонин, подумав, что отчасти это правда. — Спасибо за чай.       — Не за что, — улыбнулся Ки и погладил парня по волосам. — Приятного аппетита, семья.       — Спасибо.       — Спасибо, дорогой, — улыбнулась Миюн. — Чонин, а ты куда-то собираешься? Прекрасно выглядишь, идешь на встречу?       Младший пил чай в этот момент и слегка подавился. Мама похлопала его по спине, а Ян быстро думал, что же ответить.              «Снова прикрываться Феликсом или прогулкой в музее? Или то и другое? — подумал Чонин. — Бедный Феликс, везде выручает меня. Надо будет угостить его чем-нибудь».              Музыкант взглянул на родителей и слабо улыбнулся, а после кивнул.       — Встречаюсь с Феликсом сегодня, — ответил младший. — Пойдем в исторический музей.       — Ты столько времени с Феликсом проводишь, что мне кажется, ты скоро жить с ним начнешь, — усмехнулась Миюн, а Чонин покраснел. — Давно бы пригласил его к нам.       — Жить? — спросил Ян с ухмылкой.       — Нет, что ты! — засмеялась мама. — Пригласил бы его к нам на ужин, я уже давно хочу увидеться с ним.       — Хорошо, я спрошу его об этом.       — Вот и отлично, а то ты с ним видишься чаще, чем с нами.       Родители приступили к завтраку, а Чонин хихикнул, хоть и прикрыл этим смешком то, что правда последних слов совсем не приносит ему радости.              «Не в обиду Феликсу, но лучше бы было наоборот» — подумал Ян.              Далее завтрак прошел спокойно. Донхо и Миюн совещались о своих делах. Чонин совсем их не слышал, так как снова поддался потоку космического ветра, а он унес его далеко-далеко, к тому человеку, который сейчас был самой яркой звездой, чей свет грел тело и душу.       Донхо и Миюн уже закончили завтрак. Родители заметили, что младший почти ничего не ест и только смотрит в одну точку, но не успели ничего спросить, так как за ними пришел водитель.       — Господин Ки, госпожа Ян, машина готова, — сказал мужчина.       — Спасибо, — ответил Донхо. — Чонин, тебя подвезти куда-нибудь?       Младший слегка вздрогнул от голоса отчима, но быстро улыбнулся и покачал головой.       — Спасибо, я пойду пешком. Хорошего дня.       — Спасибо, Чонин, тогда нам пора.       Миюн встала из-за стола, взяла свой планшет и сумочку и уже хотела выйти из комнаты, но остановилась. Женщина обернулась к своему сыну, а юноша снова завис и смотрел в одну точку. Он так ничего и не съел за завтраком и выпил пару глотков чая. Взгляд у него был отстраненным, словно парень погрузился в чертоги своего разума так глубоко, что подняться на поверхность теперь было очень трудной задачей. Миюн показалось странным такое поведение сына, ведь обычно он очень общителен и с аппетитом у него проблем нет. Она только хотела сделать шаг в сторону Яна, но к ней обратился её муж.       — Миюн, идем? — позвал Ки.       Женщина слегка вздрогнула и, взглянув на младшего еще раз, вышла из комнаты, а Чонин остался сидеть в одиночестве. Но на это он никогда не имел привычки жаловаться. В своих мыслях он не был один. И все не прекращал думать о прошлом вечере, в который сбылись заветные мечты. Думал о том, как приятно и тепло быть в объятиях Хенджина, в которых можно ничего не бояться. Вспоминал то, как сладко чувствовать его губы, которые как облака мягкие. И думал о том, как же сильно хочется услышать его вкрадчивый голос, который эхом отражал в сознании все его слова.              «Он сказал, что…что я тоже ему… — думал Чонин, а затем ярко покраснел и захихикал, словно школьник. — Неужели? Правда? Даже не верится…»              Ян продолжал краснеть и смеяться от радости. Парень глубоко дышал и почувствовал сильное сердцебиение. Он приложил ладонь к груди, а она дрожала от быстрого ритма. От всех этих чувств музыкант думал, что с ума сойдет. Они рвались наружу и удержать их было непосильной задачей, поэтому Чонин вскочил со стула, убрал со стола и вышел в прихожую. Он надел серое пальто и белый шарф, а следом покинул дом, так как побоялся, что еще одна минута вдали от старшего и правда сведет его с ума.       Ян не шел прогулочным шагом, а почти бежал трусцой. Это уже начало входить в привычку — бежать на встречу к Хвану. Он прекрасно знал дорогу до кафе, поэтому мог бы и с закрытыми глазами до туда дойти, но в данную минуту его очи были во всю открыты и сияли ясным светом. И как же сильно выдавали то самое чувство.       Добравшись до кафе, Ян остановился, чтобы отдохнуть, ведь, несмотря на ежедневные тренировки, у него сбилось дыхание. Он взглянул на себя в экран телефона и поправил волосы, которые растрепались от быстрой ходьбы, а после подошел к двери кафе, но остановился в паре шагов. В больших окнах Чонин увидел Хенджина, он рисовал мелками на стене изображения оладий, супов, горячих обедов и напитков. Все рисунки блюд были яркими и вкусными, точно настоящие, ведь так и хотелось их попробовать. Сразу можно было сказать, что художник очень хорош в своем деле. Чонин даже не знал, что сердце может биться так быстро от одного только взгляда на длинноволосого юношу, но сейчас Ян думал, что сердечный аппарат вот-вот улетит в стратосферу.              «Так, спокойно, возьми себя в руки, — подумал рыжеволосый. — Мы же не первый день знакомы, все будет хорошо. Главное не молчи. Ага, очень смешно».              Ян встряхнул головой и зашел в кафе. Утро было оживленное, посетители то и дело мелькали туда сюда, но во всей этой толпе Чонин видел только Хенджина, который пока не заметил младшего. Последний улыбнулся виду старшего — привычно растрепанные кудрявые волосы, фартук с милыми значками, очки, которые постоянно сползали на кончик носа, а парень быстро поправлял их, как и длинную челку. Хван улыбался каждому посетителю и продолжал делать свою работу, от которой зависело так много, а музыкант все думал, как ему это удается, быть таким сильным.       Чонин снял пальто и шарф и снова поправил волосы, а затем медленно ступил вперед. Пока он шел до стойки, то успел сделать несколько глубоких вдохов и вдруг задрожал. С каждым шагом парень дрожал сильнее и боялся, что в обморок упадет от повышенного давления, которое било ключом. Но в нескольких шагах от стойки старший обернулся к залу и сразу же замер, а младший, при взгляде в темные глаза, тут же почувствовал, что сердце успокоилось и руки перестали дрожать.              «Ну какой же он прекрасный, — подумал Хенджин, не отводя взгляд от парня в голубом костюме. — И правда принц. Как он может быть еще красивее даже на пределе красоты?»              Чонин стоял в паре метров от стойки, за которой находился Хван, а Хенджин с глупой улыбкой смотрел на Яна. Из его глаз словно звездочки сыпались, так как ярко сияли. На лице старшего Чонин заметил следы цветных мелков, а его ладони совсем разноцветные были, как и челка, которую парень постоянно заправлял за уши. Локоны были не только черными, но и белыми, и розовыми, и желтыми, а в очках искрились блики, придавая чужим глазам еще больше яркости.              «Не стой же столбом, — подумал Ян. — Подойди и скажи что-нибудь. М-да, обхохочешься».              Чонин глубоко вдохнул, словно собирался прыгать в воду, и шагнул вперед. Парень медленно подошел ближе к стойке и скромно улыбнулся, хоть сам хотел от радости прыгать и кричать, если бы мог последнее. А Хенджин, казалось, совсем не дышал. Старший просто стоял и смотрел на Яна, как будто увидел ожившего сказочного персонажа.       Пока они смотрели друг на друга, за спиной Чонина собрались люди, желающие купить себе завтрак. Посетители недовольно вздыхали и косились на парня с рыжими волосами, а он никого не замечал, кроме Хвана. Одной женщине не хотелось так долго ждать, поэтому она, громко вздохнув, топнула ногой и подошла к Яну.       — Молодой человек, купите уже что-нибудь и идите по делам! — возмущенным тоном произнесла женщина, размахивая рукой. — Мы не можем весь день ждать, пока вы тут болтаете!       Чонин вздрогнул, как и Хенджин, и виновато улыбнулся. Он поклонился и отошел, чтобы все собравшиеся смогли сделать заказ. Хван быстро вытер руки и вернулся к работе, а младший наблюдал за каждым его шагом, так как не мог отвести взгляд от длинноволосого, уж очень сильным было его притяжение.       Когда Хенджин закончил с посетителями, то обернулся к Яну, а он подошел ближе. Старший улыбнулся и не прекращал смотреть на музыканта, пока тот смотрел в ответ.       — Прости, я же говорил, когда ты рядом я обо всем забываю и о работе в первую очередь, — сказал Хенджин.       Ян усмехнулся и опустил голову, чтобы скрыть свои красные щеки.        — И привет, кстати, — добавил старший.       — Привет, — ответил младший. — Я очень рад видеть тебя.       — А я то как рад. Давай, садись сюда, а я пока принесу тебе чай.       Хенджин указал на стул перед стойкой, а сам убежал к чайникам. Парень вернулся к Яну с блюдцем и чашкой молочного чая и добавил к этому кусочек вишневого пирога.       — Вот, угощайся, — сказал старший, подав Чонину вилку.       — Спасибо.       — Кушай на здоровье. Ты так и не пробовал этот пирог, а он очень вкусный.       — Я уверен в этом.       Ян взял вилку и хотел съесть кусочек, но заметил пристальный взгляд на себе. Он осторожно поднял голову и увидел Хенджина, такого дрожащего и взволнованного, словно от того, понравится ли младшему пирог, зависела его жизнь. Но вид парня с взъерошенными волосами, которые были испачканы мелками, не мог не вызвать у Чонина улыбку и смех. Музыкант прикрыл губы руками, но, взглянув на старшего, снова засмеялся.       — Что? — улыбнувшись, спросил Хван. — Я такой смешной?       Ян покачал головой и сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Но снова его одолел смех, стоило ему посмотреть на темноволосого.       — Да что же? — усмехнулся Хенджин. — У меня же нет красного носа, чем я тебя так рассмешил?       Ян засмеялся ярче, а затем неосознанно потянулся к лицу Хвана и коснулся его челки, но сразу замер, как и старший. Чонин держал ладонь в сантиметре от чужой щеки и чувствовал щекотку мягких волос на пальцах. Парень смотрел в темные глаза Хенджина, а последний боялся пошевелиться. Младший ощутил тепло от кожи, но дотронуться не решился все от того же страха.              «Вдруг он не хочет, чтобы я трогал его волосы? — подумал Ян. — Чего я вообще полез? Мог же просто объяснить. Но у него такие красивые волосы…»              Младший резко убрал руку и отвел взгляд, а Хенджин вздрогнул. Ян кинул быстрый взгляд и так же быстро передал жестом слова.       — У тебя на лице мел, — передал младший.       — Что? — спросил Хван. — Прости, что на лице? Я…не понял.       Чонин забегал глазами в поисках названного предмета, а затем указал рукой на коробку с мелками.       — А, мел, — произнес длинноволосый и схватил телефон, а когда увидел свое отражение, то широко раскрыл глаза. — Ох, боже! Теперь понятно, почему ты так смеялся, я же как раскраска.       Младший усмехнулся, а Хван убрал все мелки на место и развернулся к нему.       — Я схожу умоюсь, хорошо? — сказал старший, а Ян кивнул. — Я быстро.       Хенджин только сделал шаг в сторону, но остановился. Он посмотрел на Чонина, а затем по сторонам. Младший слегка нахмурил брови и хотел развернуться, чтобы понять, что увидел старший, но последний аккуратно подхватил его за подбородок и приблизился к лицу. Чонин выпучил глаза, а Хван мягко поцеловал его губы. Хенджин отпрянул и, улыбаясь, убежал в помещение для персонала, оставив Яна со смущенной улыбкой до ушей, которые ярко покраснели.       Старший вернулся через пару минут с чистым лицом и волосами, а младший сразу отвел взгляд. Хван медленно к нему подошел и взял одну его ладонь в свои. Хенджин с улыбкой смотрел на парня, ожидая, пока он посмотрит в ответ.       — Я не удержался, — тихо сказал старший, поглаживая худощавую ладонь пианиста.       Чонин смотрел на то, как чужие руки сжимают собственную, и чувствовал пряное тепло. Такое мягкое, словно летний ветерок на закате дня. От этого тепла внутри распускались все цветы и таяла любая зима. Ян крепче сжал ладонь парня и медленно поднял взгляд, а следом встретил самую красивую улыбку в своей жизни. Такую добрую, ласковую, нужную. Музыкант не смог не улыбнуться Хвану, а последний поднял его ладонь и легонько её поцеловал.       — Я скучал по тебе, — прошептал старший, поглаживая мягкую руку Яна.       — И я скучал по тебе, — махнул младший свободной рукой.       — Я так торопился сегодня на работу, бегом прибежал. Даже пришлось ждать менеджера, чтобы он открыл кафе.       Чонин усмехнулся.       — Ты пришел слишком рано.       — Я просто хотел поскорее увидеть тебя.       Ян не отпускал рук Хвана, а последний наблюдал как чужие щеки становятся багряными, словно кленовые листья осенью. И такими же были чужие волосы, аккуратно уложенные на левую сторону. Их цвет так сильно отпечатался в сознании, словно яркий огонек в кромешной тьме. И такой же прекрасный. Младший осмелился поднять взгляд, чем вызвал у брюнета новую улыбку.       — Я хотел увидеть тебя так же сильно.       Хенджин смотрел на ладонь Яна и улыбался только ярче, но глубоко вдохнул, словно что-то его беспокоит. Он взглянул младшему в глаза, а тот почувствовал, что его руки слегка дрогнули.       — Знаешь, у меня было время подумать обо всем, что между нами вчера произошло, — начал Хван, сжимая ладонь Чонина, — и вообще обо всем, начиная с нашей первой встречи.       Музыкант кивнул и старался дышать спокойно, но по его телу все равно пробежал холодок, словно то ясное лето, которое принес Хенджин, затянуло темными тучами.       — Ты хочешь что-то сказать? — спросил младший.       — Да, я хочу сказать тебе, что…       — Здравствуйте, можно латте, три сахара, пожалуйста, — вдруг произнесла девушка, которая подошла к стойке.       Хван вздрогнул и сразу отпустил чужую руку, а Ян спрятал её под столом.       — Да, конечно, — с улыбкой ответил Хенджин. — Желаете что-нибудь к кофе?       — Нет, спасибо.       — Хорошо, минуту, пожалуйста.       Брюнет быстро взглянул на младшего, а он скромно улыбнулся. Хенджин отошел приготовить кофе, пока Чонин сжимал свои ладони и думал о том, как же холодно без теплых рук Хвана.              «Так…пусто, — подумал музыкант, глядя на свои ладони. — Так…ужасно. Я…я не хочу так. Не хочу без него. Сказать ему об этом?»              Брюнет в это время отдал стаканчик девушке и вернулся к Чонину. Последний слегка дрожал, но Хван все равно это заметил. Он коснулся чужого плеча, а младший сразу на него посмотрел испуганным взглядом.       — Что ты хотел сказать? — сразу спросил Ян.       — Я хотел…       Но тут к стойке подошло еще несколько покупателей. Хенджин тяжко вздохнул и виновато улыбнулся. Он отошел к покупателям, а младший все больше содрогался от своих мыслей за все эти минуты. Парень завис так сильно, что не заметил, как перед ним снова оказался Хван. Последний наклонился и заглянул в чужие глаза, а музыкант снова вздрогнул. Старший улыбнулся ему и уже потянулся к его рукам, но остановился и спрятал их за спиной.       — Не стоило просить тебя приходить ко мне на работу, — произнес Хенджин.       — Нет, все в порядке, — махнул Чонин. — Что ты хотел сказать?       — А, да, точно, — затараторил Хван. — Сейчас, я сформулирую мысль, не хочу показаться мямлей.       Хенджин глубоко дышал с задумчивым видом, а младшему это показалось весьма милым, хоть и вызывало легкую дрожь. Старший еще несколько секунд обдумывал слова, а затем взглянул на Яна.       — Я…я хотел сказать тебе, что ты…очень нравишься мне, — произнес Хван, глядя ровно в глаза напротив. — Ты так внезапно появился в моей жизни и…я не хочу, чтобы ты исчезал. Поэтому…станешь ли ты моей парой? Знаю, очень старомодно звучит, как будто девятнадцатый век на дворе, но…ты заслуживаешь гораздо больше, чем простое и банальное «Давай встречаться».       Чонин смотрел на Хенджина широко открытыми глазами. В голове посыпались все ноты в одну кучу и мелодия была совсем неразборчивой. Сердце у парня билось неровным ритмом и он потянулся ладонью к груди. Ян чувствовал как сильно бьется сердце от услышанных слов, а его стук громом раздавался в ушах. Но звук произнесенных слов отразился самой прекрасной музыкой. Однако Хван слегка нахмурился, глядя на то, как младший тяжело дышит и потирает место над сердцем.              «Боже, я же не довел его до сердечного приступа?» — подумал Хенджин, разинув от испуга глаза.              — Ам…все хорошо? — спросил старший.       Чонин сразу очнулся и кивнул. Он опустил руки и взгляд, а сам думал, что попал в сон. Услышать подобное предложение от этого человека казалось чем-то нереальным. Но его теплое аккуратное касание к собственным пальцам дало музыканту понять, что он не спит. Ян взглянул на Хвана и сразу же улыбнулся.       — Я буду невероятно рад стать тебе парой, — ответил младший.       Хенджин широко улыбнулся от последних жестов и раскраснелся так же ярко, как и Чонин. Хван подошел к парню ближе и взял его ладонь в свою, а Ян крепко за нее схватился. Старший смотрел в черные глаза и видел танцующие огоньки, которые так сильно гипнотизировали сознание.       — Я бы тебя обнял, но не хочу, чтобы на нас смотрели все посетители кафе, — сказал Хенджин. — Жаль, что обнимать тебя не главная задача на моей работе.       Чонин тихо усмехнулся.       — Если бы я работал на работе, на которой нужно обнимать тебя, мой рабочий день никогда бы не закончился.       Хван засмеялся.       — Я бы никогда не уволился с такой работы.       — Я тоже.       Парни засмеялись. Хенджин гладил ладонь младшего, смотрел ему в глаза и медленно приближался к парню, хоть и не осознавал этого, а Ян заметил это, поэтому не шевелился. Хван улыбнулся ему уголками губ и перевел взгляд на его уста. Притяжение к ним было невероятно сильным, но вдруг к стойке подошла девушка и рассматривала нарисованное меню. Старший тяжко вздохнул и отстранился от парня.       — Прости, ужасно несправедливая работа без твоих объятий зовет, — улыбнувшись, прошептал Хенджин. — Пей чай, а то остыл уже.       — Подожди, — быстро махнул Чонин.       — Да?       Ян краем глаза взглянул на девушку, а она все еще увлеченно рассматривала меню, думая, что же выбрать из еды. Младший ладонью подозвал к себе Хвана, а он слегка прищурился.       — Хочешь что-то сказать? — спросил старший, подойдя ближе.       Чонин усмехнулся, но снова махнул Хенджину. Когда последний оказался рядом, Ян приподнялся и быстро поцеловал парня в щеку. Поцелуй был совсем легким, как пушинка одуванчика, но теплым, как лето, в котором вырос этот цветок. Чонин вернулся на свое место, а Хван от этого внезапного солнечного касания покрылся красным румянцем. Парень глупо улыбнулся и накрыл щеку рукой, потирая то место, на котором все еще чувствовал чужие губы. Хенджин шаркал ногами, пока шел до девушки, не отпускал щеку и продолжал довольно улыбаться, а Чонин тихо смеялся, глядя на такого летящего старшего.       — Здравствуйте, что для вас поцеловать? — сиплым голосом спросил Хван, потирая поцелованную щеку, а Ян только ярче засмеялся. Парень встрепенулся, когда понял свою ошибку, и виновато улыбнулся. — Ой…что для вас подать?       Девушка взяла суп и чай, а когда ушла, Хенджин сразу же вернулся к младшему. Он буквально подлетел к нему и оставил ответный поцелуй у него на лбу. Чонин вздрогнул и покраснел, но улыбнулся.       — Ты напугал меня.       — А вот, сам виноват, — сказал Хван и взял музыканта за руку. — Хитрый какой, думал, тебе все сойдет с рук?       — Я не надеялся на прощение.       Старший засмеялся.       — Останешься здесь? — спросил Хенджин. — Конечно, странно просить тебя остаться у меня на работе, но я…не хочу проводить день без тебя.       — Я никуда не уйду, потому что…тоже не хочу проводить день без тебя, — ответил Чонин, покраснев чуть ярче. — Это не странно.       — Но немного…некрасиво.       Чонин покачал головой и улыбнулся.       — Все хорошо, — махнул он одной рукой. — Мне нравится быть с тобой. Мне нравится быть здесь. Мне нравится быть с тобой везде. Я могу помочь тебе, но ты не разрешаешь.       Хван засмеялся.       — Ну, у тебя слишком красивый костюм для обычного бариста.       — Спасибо, но это не повод не помочь тебе.       — Ты уже очень мне помог. Правда, я так и не поблагодарил тебя нормально, только наорал. Дурак я, что уж поделать.       — Ты не дурак, — возразил Ян и слегка нахмурился. — Не называй себя так.       — Тогда глупый. Взял и накричал на тебя, напугал только. А мне самому не хватило мозгов, чтобы понять, что ты сделал этого от чистого сердца. Просто я…не привык к такому. Я…не встречал таких людей, которые бы хотели помочь мне просто так.       Чонин улыбался старшему и накрыл его руки второй ладонью. Парень гладил теплые руки, легонько постукивал по коже, как по клавишам рояля, а затем поднял одну ладонь, чтобы передать слова.       — Я не злюсь на тебя. Мне правда не нужно ничего взамен. Я был очень рад помочь тебе и твоей бабушке. Я надеюсь, с ней все будет хорошо.       — Спасибо, что веришь в это.       — Не перестану верить.       Хенджин широко улыбнулся и поднял ладонь Яна, а следом поцеловал несколько раз.       — Эй, я вечером свободен, не хочешь прогуляться? — спросил старший. — Просто погуляем и поболтаем. То есть…ну, ты понял.       Чонин засмеялся.       — Согласен. Болтать моя лучшая черта.       Парни засмеялись. К стойке снова подошли посетители и Хенджин отпустил младшего. Он подвинул к нему тарелку с пирогом и отошел к людям. Ян наблюдал за ним, его движениями, словами, вслушивался в его голос и не переставал улыбаться от мелодии, которую ему напоминал звук чужого голоса.                     Пока Хван и Чонин хватали свободные минуты в кафе, Бан Кристофер Чан спешил по дороге в общественный центр. И парень думал, что торопился туда с конкретной целью, но, на самом деле, не имел никаких намерений. Ему просто ужасно сильно хотелось увидеть Ли Феликса.       Эти несколько дней без него показались Чану непрекращающимся сном, в котором ему пришлось бежать в одиночестве неизвестно куда. Парень спешил на тренировки, монтировал видео по заказам, а потом снова мчался на тренировки, где гонял мяч по полю. Но блондин не покидал мысли темноволосого спортсмена, отчего он частенько зависал и пялился в одну точку взглядом полным самых разных чувств.       И вот Чан оказался около входа в центр, но вдруг остановился. Он смотрел на дверь и снова завис, прогоняя в голове множество вопросов.              «А что я ему скажу? — подумал Бан. — То есть, кроме «Привет»? А что я тут делаю и почему его ищу, как объяснить? Если он не хочет меня видеть? А если сильно занят? Так, ладно, всегда можно податься в волонтеры, вот и причина визита».              Чан кивнул сам себе и, сделав глубокий вдох, открыл дверь и зашел внутрь. Парень прошел холл и коридор, но Феликса не видел. В разных офисах люди были заняты своими делами, но и среди них Бан не видел веснушчатого блондина и не слышал его голоса, который так сильно хотел услышать. И слушать этот голос хотелось как можно чаще.       Крис остановился и прислушался, надеясь, все же, услышать такой нужный звук. Низкий, спокойный, настолько приятный тон, что слушать его одно удовольствие. Для парня такое ощущение было непривычным, но оттого и приятным. Голос блондина не был похож ни на один из знакомых ему и от этого звука сразу же становилось тепло и безмятежно, словно больше в мире ничего не существует.       Чан тяжело вздохнул, так как не услышал поблизости ничего. Он прошел еще один коридор, продолжая смотреть по сторонам. Бан так старался слушать чужие голоса, что совсем не заметил, как из следующего кабинета вышел парень. Кристофер столкнулся с ним и парень едва не упал, но Бан успел подхватить его за руку.       — Ой, простите! — воскликнул Чан. — Извините, я вас не заметил.       — Ничего, все в порядке, — улыбнулся парень, но слегка нахмурился. — Погодите, а мы раньше не встречались?       Бан прищурился, стараясь вспомнить, видел ли он этого юношу.       — Ам…не знаю.       — Мне кажется, я вас где-то видел… А! Точно! Вы из национального универа, так ведь?       — Да, все верно, — ответил Чан, усиленно стараясь вспомнить, откуда парню известна эта информация.       — Я из университета гуманитарных наук, мы недавно к вам приходили и украшали спортзал. Ну, зал то Феликс украсил, а мы наградами занимались.       — А, точно! — наконец, вспомнил Бан. — Простите, не узнал вас сразу.       — Да ничего. А вы какими судьбами здесь?       Крис вдохнул, чтобы ответить, но не знал, что сказать, ведь сам не до конца понимал, что он тут делает. Очевидно — ищет Ли Феликса, но зачем? Чан не придумал ничего путного, поэтому решил ответить тем, что есть, надеясь, что подробностей парень не спросит.       — Я ищу Феликса, вы его не видели? — произнес темноволосый.       — Нет, его сегодня здесь нет, — ответил юноша. — У него дела в семье, поэтому он не приходил.       — А, понятно… — протянул Бан Чан и почувствовал, что внутри все замерло, словно наступила холодная ночь и все цветы завяли. — Не знаете, когда он будет здесь?       — Пока не знаю, он говорил, что несколько дней будет занят.       — Что ж, тогда пойду, спасибо.       — Не за что.       Парень улыбнулся и ушел по делам, а Крис остался все с тем же холодным чувством пустоты. Свет так и не возвращался и цветы тлели все сильнее.              «Может, с племянницей сидит? — подумал Бан. — Ха, даже завидно ей».              Чан улыбнулся и отправился к выходу. Из дел у него на сегодня была еще тренировка, так как соревнования по футболу намечались через пару дней, поэтому парень дошел до остановки и сел в автобус до универа.       Бан Чан добрался до университета и прошел в спортзал. Там уже были ребята, которые разогревали мышцы и болтали между собой. Из-за того, что Хенджин сейчас работал, команде не хватало игрока, а запасные игроки хоть и были хороши, но до уровня Хвана не дотягивали. И Чан прекрасно это знал, ведь они с Хенджином столько матчей отыграли, что на поле едва ли не читали мысли друг друга, поэтому завершали игру победой в девяти случаях из десяти. Но сейчас Бан не досчитался еще одного игрока. Он подошел к парням и улыбнулся.       — Джисон, привет, а где Субин? — спросил Чан.       — Привет, хен, — ответил парень с темными волнистыми волосами по имени Хан Джисон. — Он еще не пришел.       — Странно, никогда не опаздывает.       — Может, задержался дома. Придет скоро, не волнуйся.       — Ладно, давайте пока начнем, а он нас догонит.       Парни пробежали несколько кругов по залу, размяли суставы и разогрели мышцы и начали упражнения. Футбол требовал немало энергии и координации, но Чан, как хороший капитан, точно знал в чем хорош тот или иной игрок, поэтому распределял обязанности с умом. Самых ловких поставил вратарями, крупных — защитниками, выносливых — полузащитниками, а уж самых быстрых — нападающими. Хван был в этой роли, но на его место встал Субин, которого Крис так и не наблюдал даже по прошествии полутора часов. Чан пару раз позвонил парню, но тот не ответил, чем заставил капитана волноваться.       Уже близился вечер. Ребята устали от тренировки, поэтому Бан решил всех отпустить. Чан принял душ и переоделся, а в это время ему поступил звонок от того, кто пропустил тренировку.       — Привет, Субин, — ответил Крис. — Ты где пропадаешь? Тренировку пропустил и на звонки не отвечаешь.       — Привет, хен, — протянул Субин виноватым голосом. — Прости, что не пришел, но у меня была на то причина.       — Что-то случилось?       — Я тут это…кхм…я ногу сломал, хен.       — Что?! — выкрикнул старший, чем напугал всех парней в комнате. — Как так?! Что случилось?       — Не поверишь, бежал на тренировку, поскользнулся, упал, очнулся и уже в гипсе. Поэтому на матче бегать не смогу, разве что все остальные тоже на костылях будут. Извини, что так получилось.       — Да ничего, выздоравливай давай. Мы потом заглянем к тебе.       — Ну, на игру то я приду, поболею за вас.       — И так уже болеешь.       — Одно другому не мешает. Извини, хен, я сам не понял, как так упал, что ногу сломал. Не хотел подводить команду.       — Да ты что, не извиняйся. Придумаем что-нибудь, не волнуйся.       — Спасибо, хен. Хорошего вечера.       — И тебе, отдыхай.       Парень убрал телефон в карман и тяжело вздохнул, а ребята смотрели на него и ничего не понимали. Кудрявый парень подошел к Бану и похлопал его по плечу, заметив его опустошенный взгляд.       — Эй, хен, что случилось? — спросил Джисон.       — А…Субин ногу сломал, мы без главного нападающего, — быстро ответил Чан.       Остальные парни широко раскрыли глаза. Около минуты была полная тишина, а после послышались огорченные вздохи. Крис и сам не знал, как быть в такой ситуации, потому что не все запасные игроки были так хороши в нападении, а выиграть уж очень хотелось. Отчасти из-за перфекционизма, а в остальном из-за того, что прошлые два матча закончились проигрышем.       — И что делать будем? — спросил Хан. — Соревнования уже послезавтра, а нападающего нет. Все либо дома на каникулах, либо играют как дети.       — Может, с младших курсов кого-нибудь возьмем? — спросил один из парней.       — Ты не услышал, что они как дети играют? — прошипел Джисон.       — Ой, прости, у тебя есть идея получше? — отозвался парень с хмурым видом. — Может, хорошие футболисты теперь на деревьях растут?       — Может и растут, только зима на дворе, ничего не растет сейчас.       — Так, ладно, не начинайте, — вмешался Чан. — Идите по домам, отдохните, я что-нибудь придумаю.       — Только не додумайся снова за двоих играть, в прошлый раз из-за этого пришлось везти тебя в больницу, — сказал Джисон.       Крис усмехнулся и кивнул. Парни попрощались и покинули комнату отдыха, а старший сел на пол и вытянул ноги, думая, как быть в этой ситуации.              «Если бы на деревьях и росли футболисты, то все равно не обогнали бы Хенджина», — подумал парень.              Бан прищурился и прикусил губу. Он теребил рукава своей черной кофты, а из головы никак не уходила мысль о том, что лучшего нападающего ему не найти, тем более за два дня. Конечно, Хван пропустил все тренировки, но он и без них был лучшим игроком в команде.              «Может, он согласится?»              Чан еще пару секунд сидел на полу, а затем вскочил на ноги, схватил куртку, шарф и рюкзак и побежал к выходу. Старший обогнал своих товарищей и выбежал из университета, а по пути на остановку набрал номер лучшего друга.       — Алло? — ответил Хван.       — О, Хенджин, привет! — крикнул Чан и остановился, чтобы перевести дух от резкого бега.       — И тебе привет, но зачем так орать?       — Просто рад тебя слышать.       — Сомнительно как-то, — тихо произнес младший. — Чего хотел то?       — Ты сегодня работаешь?       — Да, а что?       — А где ты работаешь?       — В кафе, а ты ответишь на мои вопросы?       — Я сейчас приду и отвечу, окей?       — Ладно, но давай быстрее, моя смена скоро закончится, а я собирался погулять.       — Уже бегу!       Бан Чан поймал такси и прыгнул на заднее сиденье. По дороге в кафе он все думал, согласится ли Хенджин. Помня о его занятости ради бабушки, парень не хотел заставлять друга бросать свои дела и бежать на футбол, но не видел другого выхода. Хван всегда был талисманом команды и одно его присутствие уже помогало ребятам поверить в выигрыш, а его соревновательный дух никогда не угасал и приносил им победу. Кристофер решил хотя бы попробовать, а там будь что будет.       Через некоторое время Чан подъехал к кафе, где работал Хенджин. Уже было чуть больше шести и темноволосый боялся, что Хван ушел гулять. Но в то же время, когда Чан вышел из машины, двери кафе открылись и из них вышел Хенджин, а за ним Чонин, держась за его локоть. Старший весьма удивился, глядя на эту картину, но улыбнулся.              «Неужели ему хватило смелости признаться?» — подумал Крис.              Темноволосый глубоко вздохнул и прошел вперед, пока Ян что-то показывал Хвану, а тот улыбался. Чан подошел чуть ближе, а Чонин его заметил и указал рукой в его сторону, чтобы Хенджин обернулся.       — Привет, ребята, — сказал старший.       — Привет, хен, — отозвался Хван. — Ты чего так долго? Мы уже уходить собирались.       — А чего вы под ручку ходите?       Оба сразу покраснели. Они переглянулись и у обоих появилась улыбка. Длинноволосый взял младшего за руку и взглянул на друга.       — Мы теперь вместе, — ответил он. — Поэтому и ходим под ручку.       — О, так ты наконец-то признался ему? — с ухмылкой произнес старший. — Поздравляю. Вы очень мило смотритесь вместе.       — Наконец-то? — спросил Чонин у Хвана.       — Ам…о чем ты поговорить хотел? — Хенджин решил съехать с этой темы, и, чтобы не выдавать свои ярко-красные щеки Яну, посмотрел на Чана. — Что такого у тебя случилось?       Чонин вопросительно посмотрел на Криса, а тот усмехнулся, но устало вздохнул.       — Да, есть разговор, — сказал старший. — Ты нужен нам в команде.       — Хен, я же говорил, что не могу сейчас ходить на тренировки.       — Да, я помню, но Субин ногу сломал, другого нападающего нет вообще, а матч уже послезавтра. Пожалуйста, можешь прийти всего на одну игру?       — Но какой в этом толк? Я пропустил все тренировки и бегаю разве что на работу, когда опаздываю.       — И я готов поспорить, успеваешь прибежать вовремя.       Хенджин усмехнулся.       — Может быть, но мяч я при этом не гоняю, — сказал он. — Я уже давно не играл и к тому же ты наверняка придумал какую-нибудь новую стратегию, в которой я ничего не понимаю.       — Тебе достаточно один раз услышать, чтобы идеально сыграть на поле, — ответил старший.       — Но я работаю послезавтра, у меня смена в магазине на весь день.       — Хенджин, я понимаю это, но, пожалуйста, выручи всего раз, — сказал Крис и сложил ладони в умоляющем жесте. — Мы и так продули две последние игры, а если и эту проиграем, то все, не видать нам соревнований летом, а ты знаешь, как много они значат для универа.       — Да, знаю, — ответил Хван и виновато опустил взгляд на руку Яна на своем предплечье. — Но, хен, я…я не могу смену отдать.       — Хочешь, я тебе заплачу?       — Еще чего! — выкрикнул парень, а Ян и Чан вздрогнули от громкого звука. — Не нужно мне платить за футбол!       — Но ты буквально моя последняя надежда, — сказал старший, продолжая умолять друга взглядом. — Без тебя команда вообще не та. Парни вечно ссорятся и спорят и постоянно о тебе вспоминают. Ты же наш лучший игрок. Пожалуйста, Хенджин, всего одна игра. Я что угодно сделаю, только прошу, выручи нас.       Хван тяжело вздыхал и поджимал от неуверенности губы. Он опустил взгляд и увидел, как Ян цепляется за его куртку. Его ладонь была неспокойна, он то и дело сжимал и разжимал пальцы, и Хенджин почувствовал то же волнение в словах старшего. Такое же переживание, только безмолвное. Удивительно, как много можно передать без слов.       Хван поднял голову и взглянул на Кристофера, а он грустными глазами смотрел в ответ. Длинноволосый не смог устоять перед этим щенячьим взглядом и кивнул, пусть и нерешительно.       — Ладно, я приду, — сказал Хенджин.       — Что? Серьезно?! — воскликнул Чан.       — Да, серьезнее некуда, — улыбнулся Хван. — Приду я на матч.       — Боже, Хенджин, спасибо тебе!       Бан Чан от радости кинулся парню на плечи и крепко его обнял. Хван тихо засмеялся и обнял друга, похлопав его по спине, а старший обнимал его до хруста костей.       — Спасибо-спасибо-спасибо тебе! — все еще кричал Бан. — Большое тебе спасибо!       — Да не за что и пусти уже меня, задушишь, — прохрипел Хенджин из-за тесных объятий. — Не тебе меня так обнимать.       Чан засмеялся и отпустил друга, а Хван взглянул на Яна и подметил его смущенную улыбку. Хенджин улыбнулся ему и накрыл одну его ладонь своей, сжимая мягко пальцы.       — Когда будет матч? — спросил Чонин.       — Когда будет игра? — передал Хван. — Во сколько начнется?       — Послезавтра в шесть вечера, — ответил Бан. — Играем на нашем поле.       — Я приду поддержать вашу команду.       — Правда? — с милой улыбкой спросил длинноволосый. — Спасибо. Чонин сказал, что придет поддержать нас.       — О, правда придешь? — повторил Чан и вдруг подумал о том, что, наконец, есть шанс связаться с человеком, которого искал весь день. — А ты…ты мог бы…позвать и Феликса?       Чонин приподнял одну бровь, почувствовав, что этот вопрос у парня появился неспроста.       — Я могу, но зачем?       — Чонин сказал, что может, но зачем? — передал Хенджин. — И правда, зачем? То есть, я буду рад с ним встретиться, но с чего вдруг тебе так внезапно понадобилось звать его? Вы же один раз виделись.       — Ну…на самом деле…мы встречались несколько раз, — тихо ответил Кристофер, опустив взгляд.       — Да? — удивленно произнес Хван и уставился на друга большими глазами. — И когда это? И главное, почему не рассказал?       — Ам…давай потом об этом поговорим, окей? — смутившись, сказал Чан и посмотрел на рыжеволосого. — В общем, Чонин, я буду очень признателен, если ты пригласишь Феликса. Эта игра, она…очень важна и…я был бы рад его видеть.       Ян смотрел в глаза Бану и заметил, что они слегка дрожат. От неуверенности, переживаний и еще от чего-то, что младший замечал и в собственных глазах, когда думал о Хване. И вдруг понял, что видел у Хенджина такой взгляд уже не раз. Такой же взволнованный, но искренний и отражающий так много эмоций, что перечислить их почти невозможно. Младший робко взглянул на Хвана, а он ему улыбнулся, но не только губы сияли радостью, глаза горели ярче. Ян от этого взгляда почувствовал себя объятым летним теплом и ласковым бризом. Парень улыбнулся в ответ и поднял ладонь.       — Я обязательно приглашу его, — рукой махнул младший.       — Чонин сказал, что обязательно пригласит Феликса, — передал Хенджин.       — О, спасибо тебе! — Чан ярко улыбнулся и подхватил рыжеволосого за свободную ладонь своими двумя. — Большое спасибо! Не знаю, как еще благодарить тебя!       Чонин смущенно улыбнулся, пожал чужую руку и поклонился.       — Не за что, — махнул он второй ладонью.       — Чонин сказал не за что, — добавил Хенджин. — А теперь, если ты не против, мы пойдем. Мы хотели погулять немного.       — Да, конечно, — ответил Крис и отпустил младшего. — Идите, а я домой пойду. Еще раз спасибо, Чонин. Хенджин, игра в шесть.       — Да запомнил я, не опоздаю, не переживай, — ответил длинноволосый и закатил глаза.       — Я даже не говорил об этом!       — Ты всегда напоминаешь о времени, когда не хочешь, чтобы я опоздал.       — Ладно, извини.       — Да-да, — устало вздохнул Хенджин. — Но если мы проиграем, меня потом не обвиняй.       — С тобой мы точно не проиграем, — улыбнулся старший. — Пойду я, хорошего вечера.       Ян поклонился Чану, а он ответил тем же и ушел по дороге домой. Чонин взглянул на Хвана, а он слегка прищурился, глядя вслед уходящему другу.       — Странный он какой-то, — произнес Хенджин.       — Почему?       — Слишком добрый. Даже чересчур.       — Он рад, ты вернешься в команду.       — Ну, может быть. Ладно, пойдем уже погуляем. Потом подумаю, с чего вдруг он так изменился.       Ян кивнул и взял старшего под руку, но и его не отпускала мысль о том, что не только друг Хвана изменился.              «В последнее время мы с Феликсом не так часто общались, — подумал Чонин. — Хоть я и вру постоянно о нем, его самого не вижу. Надо бы поговорить с ним».              Младший так задумался, что не услышал слов Хвана, а он, заметив его отстраненный взгляд, слегка нахмурился и погладил его ладонь.       — Чонин-а? — позвал старший.       Ян вздрогнул и взглянул на Хенджина с улыбкой.       — Все хорошо? — спросил брюнет. — Я предложил прогуляться до парка, а ты не ответил.       — Прости, я задумался.       — Расскажешь? Если, конечно, это не секрет.       — Не секрет, — улыбнулся музыкант. — Я подумал о Феликсе. Надо поговорить с ним.       — Но…это же может подождать? — Хван потянулся ко второй ладони Яна и нарыл своей, не желая отпускать. — Хотя бы еще часик.       Младший усмехнулся и покраснел, а затем кивнул. Он выпустил одну руку из чужой, чтобы после передать слова:       — Может подождать два часа. Или три.       Хенджин широко улыбнулся и тихо засмеялся. Старший взял руку Чонина под свою и отправился с ним в путь, но без какого-либо пункта назначения. Они просто шли рядом, наслаждались телом друг друга, прохладным вечером и разговором. И говорили много. Их разговор был приятным, веселым, беззаботным. Каждый из них на время забыл о том, что их ждет дома — у одного пустота, у другого пространство, полное всем, но только не теплом.       Парни шли по дороге и не заметили, как ушли в совершенно другой район. Прошло более двух часов и стало холоднее. Хенджин почувствовал, что Ян сильнее сжимает пальцами его куртку и легко дрожит. Парень остановился, взял тонкую ладонь в свою и ощутил, что она очень холодная.       — Ты замерз? — спросил Хван, потирая чужую руку.       — Нет, — жестом ответил младший.       — Не обманывай, — с легкой улыбкой сказал старший и, поднеся обе ладони к губам, согревал своим дыханием. — Руки ледяные. Чего раньше не сказал?       Ян лишь скромно пожал плечами, побоявшись, что Хван отпустит его руки. Его теплое дыхание было мягким, прямо как южный ветер. И такое тепло музыкант ощущал только в присутствии этого человека. Но вопреки всем усилиям Чонина не двигаться, Хенджин опустил его руки, но одну ладонь не отпускал. Старший взглянул на часы на руке и тяжко вздохнул.       — Тебе пора домой, а то снова поздно уснешь, — сказал Хван.       Ян засмеялся.       — Ради тебя могу всю ночь не спать, — махнул он, но сразу выпучил глаза и ярко покраснел. — Я хотел сказать…ничего страшного.       Хенджин усмехнулся, а младший смотрел на свои руки и усердно пытался что-то добавить, оттого не заметил, как и старший покрылся румянцем.       — Пойдем, я провожу тебя, — сказал старший.       Чонин хотел кивнуть, но вдруг остановился и заметил, что район, в котором они оказались, ему очень знаком. Мимо этих жилых домов Ян ходил, когда навещал Феликса в доме его сестры.       — Подожди, — махнул Чонин.       — Да? Что такое? — сразу спросил Хван.       — Ты далеко живешь отсюда?       — Ну…далековато, а что?       — Давай я тебя провожу.       — Ты? — удивился Хенджин. — Но…потом тебе придется долго до дома добираться. Я далеко отсюда живу.       – Тебе тоже долго добираться. Я не хочу, чтобы ты устал.       — Да не устану я…       Хван хотел еще что-то сказать, но Чонин опередил его взмахом ладони.       — Мне было очень приятно, когда ты провожал меня, — передал Ян. — Я хочу тебе приятно сделать.       Брюнет улыбнулся и опустил взгляд на ладонь парня, которую держал в своих руках. До дома и правда был не близкий путь и напрягать этим младшего совсем не хотел, но провести еще хоть пару минут вместе хотелось очень сильно.       — Давай компромисс, проводи меня до остановки? — предложил Хенджин.       — Этого недостаточно, — с грустными глазами передал Чонин.       — Мне этого более, чем достаточно, — улыбнулся Хван. — Правда, провести с тобой этот вечер было лучшим завершением дня.       Ян сразу широко улыбнулся, обнажив зубки, и смущенно засмеялся, а старший смотрел на его улыбку с полным самозабвением — не дышал, не моргал и не двигался. Абсолютно все из памяти пропадало, стоило увидеть этого рыжеволосого юношу.       — Можно…можно мне поцеловать тебя? — хриплым голосом спросил Хван.       Чонин слегка вздрогнул от резкого удара сердца, но почувствовал поток горячей крови во всем теле. Ян кивнул и улыбнулся, а в ответ получил яркую улыбку от Хенджина. Последний взял парня за руки и подошел к нему совсем близко. Старший услышал быстрое дыхание музыканта и почувствовал легкую дрожь его ладоней в собственных.       Хван поглаживал большими пальцами костяшки на чужих руках и медленно наклонился к аленьким губам. Парень накрыл их воздушным поцелуем и легонько оттягивал своими. Хенджин не торопился, не напирал и только мягко сжимал уста, которые за пару секунд стали горячими. Эти аккуратные поцелуи бессловесных губ были легче облака, хоть и желания в них было столько же, сколько легкости. Словно парень коснулся тончайшего шелка и отпускать его не хотел никогда.       Старший напоследок сжал губы младшего чуть сильнее и отпрянул. Оба глубоко дышали и друг друга не отпускали. Чонин взглянул на Хвана и улыбнулся ему. Парень уже хотел отпустить теплые ладони брюнета, но его ответная улыбка не позволила музыканту это сделать. Вместо этого Ян приподнялся и потянулся к пышным губам. Чонин поцеловал его так же легко несколько раз, но такое сладкое касание не оставило никого из них в покое.       Хенджин резко обхватил младшего руками и прижал к себе как можно ближе. Старший быстро припал к мягким губам Чонина и уже более жарче их сминал. Вкус этих уст был таким ярким, сладким, нежным, что Хван едва не упал в обморок от такой головокружительной сладости. И то же головокружение почувствовал младший и поспешил ухватиться за широкие плечи брюнета, дабы не упасть. Ян обнимал его за шею, гладил по голове, хватался за его шарф и куртку, а Хван крепко сжимал его талию через пальто, не смея проникать под ткань.       Хенджин прижал к себе рыжеволосого одной рукой, а вторую поднял к его лицу. Старший приложил ладонь к худой щеке и гладил пальцами, ощущая, как рука согревается сильнее. Уста Яна он не отпускал, хоть и дышал тяжело, но целовать эти губы было настоящим наслаждением. Хван провел пальцами вверх по щеке, заправил его волосы за ушко, а затем мягко опустил на подбородок. Старший осторожно потянул его вниз и ласково проник к Чонину между губ. Младший громко выдохнул, но обнял Хенджина крепче, словно стоял на краю обрыва. Хван опустил свой язык на чужой, медленно поглаживал его и обводил, ощущая, как головокружение уносит его далеко за пределы разума.       Горячий поцелуй топил холод зимнего вечера. Хван хоть и не хотел отпускать юношу, но чувствовал, что воздуха в легких нет совсем как у самого себя, так и у Яна. Сделав последний круг языком, Хенджин отпрянул и, быстро вдохнув, ласково поцеловал Чонина в уголок губ. Музыкант в спешке дышал, а Хван прижался к его лбу своим, гладил его щеки и никак не мог перестать перебирать его рыжие волосы.       — Кажется, мне никогда не хватит только одного поцелуя от тебя, — тихо произнес Хенджин.       Младший радостно улыбнулся. Он не смог открыть глаза от яркого смущения, поэтому уткнулся старшему в шею, а руками крепче обнял за плечи. Брюнет тихо усмехнулся такой реакции и гладил парня по спине. Хван держал Чонина в своих руках и вдруг почувствовал, как он тихонько постукивает и выводит пальцами на спине узоры. Легкие движения напомнили брюнету то, как музыкант пишет или играет на пианино.       — Я тоже не хочу уходить, — сказал Хенджин, прижимая Яна ближе к себе. — Но спасибо тебе за то, что провел этот день со мной.       Чонин удивленно поднял брови и слегка отстранился. Он посмотрел на Хвана все тем же изумленным взглядом и почувствовал, как сердце искрится фейерверком после каждого удара.              «Как он понял, что я хочу сказать? — подумал Ян. — Мысли что-ли читает?»              Хенджин улыбнулся виду такого задумчивого младшего, а затем легонько поцеловал его в лоб, потому как знал, что если коснется губ, то еще долго не сможет отпустить этого человека, а время уже было позднее.       — Пойдем, найдем остановку, чтобы ты смог меня проводить, — сказал Хван.       Чонин засмеялся. Они прошли пару улиц и вышли на остановку, а в это время как раз подъехал нужный Хенджину автобус. Парень распахнул глаза и уставился на Яна. Последний по взгляду понял, что нужно бежать, поэтому взял Хвана за руку и потянул за собой. Парни подбежали к автобусу, а он уже отъезжал, но старший не хотел прощаться без поцелуя. Хенджин положил ладони на чужие щеки и мягко коснулся красных губ своими, а после отпустил и забежал в автобус.       — Напиши, когда доберешься до дома! — крикнул напоследок старший.       Улыбка Чонина сияла так же ярко, как его щеки краснели. Хван сел у окна и не сводил с младшего глаз, а Ян махал ему руками. Проводив Хенджина, Чонин еще несколько минут стоял на остановке, смотрел вдаль и думал, что все происходящее ему снится. Все было слишком хорошо, как никогда не было. От этого музыка в его голове звучала громче и прекрасные ноты окутывали сердце своим станом ярких чувств.              «Я уже скучаю по нему, — подумал Ян. — Скорей бы завтра. А завтра он работает? Где, интересно. А послезавтра футбол. Так хочется увидеть его на поле. Наверное, прекрасно играет…»              Думы о спорте напомнили парню о том, что он пообещал сделать, а именно — пригласить своего друга на предстоящий матч по футболу. Чонин оглянулся, подмечая, что еще не покинул район, в котором жила сестра Феликса, а Ли вполне вероятно мог быть сегодня здесь. Ян только достал телефон, чтобы написать Феликсу, как услышал поблизости его голос.       — Чонин? — удивленно произнес низкий тон.        Младший так вздрогнул, что чуть не выронил телефон, но успел его поймать. Рыжеволосый обернулся и увидел старшего в нескольких шагах от себя, а он удивился только больше, увидев друга.       — Ты напугал меня, — махнул Ян.       — Ну извини, не к-к-каждый вечер можно увидеть тебя гуляющим в одиночку. Ты же в это время с-спишь уже.       Чонин усмехнулся.              «Это какая-то новая мода у всех? Намекать на то, что я, как школьник, ложусь спать рано».              — Привет, к-к-кстати, — произнес старший и подошел к Яну, а затем обнял.       — Привет, — ответил младший, отпустив друга.       — Что ты тут делаешь?       Чонин слегка растерялся от этого очевидного вопроса, ведь его поведению ночные прогулки и правда были несвойственны. Он смотрел на блондина и думал, что же ответить.       — Я гулял, — махнул Ян, решив начать издалека.       — Гулял? — повторил Феликс, вопросительно подняв бровь. — Один?       Младший поджал губы, стараясь быстро придумать ответ, но не видел смысла в том, чтобы скрывать что-то от друга, как от родителей, например. Ли всегда был тем, кто мог выслушать и поддержать.       — Не один.       — А с кем? С Хенджином?       Музыкант раскрыл от шока глаза и рот, не ожидая, что старший попадет в десятку с первого раза, а Феликс последовал его примеру и так же уставился на друга.       — Что, реально? — громко и с явным удивлением произнес Ли. — Я же п-просто так сказал, п-пошутить хотел. Правда с Хенджином гулял? На свидании были что-ли?       Чонин только шире открыл глаза и вдобавок ярко покраснел, а Феликс удивился еще сильнее.       — Серьезно?! — с усмешкой воскликнул старший. — Да я в ударе сегодня! Интуиция так и прёт. Может, купить лотерейный билет, вдруг выиграю чего-нибудь.       Ли усмехнулся и взглянул на своего жутко смущенного друга, который пытался прикрыть красные уши волосами и в глаза блондину не смотрел. Старший хорошо знал Чонина, поэтому сразу понял, что такая скорая догадка вызвала у Яна чувство тревоги. Младший был слишком тактичным, поэтому говорить о личном зачастую стеснялся.       — Эй, чего ты так расп-п-переживался? — спокойным голосом и с доброй улыбкой на губах спросил Феликс. — Я же не со з-з-зла.       Младший скромно улыбнулся и поднял ладони.       — Я знаю.       — Так что, на свидании были?       Чонин улыбнулся шире, вспоминая прошедший день, но не был уверен, можно ли назвать его свиданием.       — Не знаю, — пожал он плечами, опустив взгляд.       — Не знаешь? — спросил Ли. — Просто гуляли?       — Гуляли вместе.       — Вместе? То есть…как пара?       Рыжеволосый все это время смотрел себе под ноги и теребил пальцы. Моменты памяти, в которые были произнесены теплые слова, сопровождались прекрасной музыкой. И это не могло оставить его без улыбки. Ян медленно поднял взгляд и сразу же широко улыбнулся, когда увидел глаза друга, а Феликс тихо засмеялся.       — П-поздравляю, — сказал Ли, подошел к Чонину и обнял его. — А ты еще говорил, что он не твой парень.       Рыжий засмеялся и похлопал блондина по спине, а он его отпустил.       — Тогда мы были друзьями, — ответил Чонин.       — Да мне к-к-кажется, вы уже тогда были парой, только б-боялись сказать об этом друг другу.       Ян снова засмеялся.       — Как, кстати, сказали в итоге? — спросил старший, сделав шаг вперед, а младший отправился за ним. — Он проговорился или ты случайно п-показал не тот жест?       Младший усмехнулся, но задумался над тем, как описать тот чудесный вечер.       — На самом деле, в тот момент мы поссорились, — ответил музыкант.       — П-п-поссорились? — удивился блондин. — Из-за чего? Что с-случилось?       — Ничего страшного. Это была не ссора, небольшой спор. Я кое-что сделал, ему не сказал. Он немного рассердился.       — А что ты сделал?       — Я оплатил счет за лечение его бабушки.       — И дорогой был счет?       — Очень. Я хотел ему помочь, но он немного упрямый. Он сказал, должен сам все сделать. Но…я очень хотел помочь ему. Он узнал об этом и разозлился. Я не хотел обидеть его этим, только помочь. Я растерялся и сказал очень много. Я показал жесты очень быстро и сказал, он нравится мне. Я подумал, он не понял меня, но…он сказал, я тоже ему нравлюсь.       Ли рассыпался в умилительной улыбке, а Чонин ярко покраснел и закатил глаза.       — Это так мило, — произнес старший. — Вы как два котенка, б-боитесь п-п-посмотреть друг на друга, з-зато теперь вас, наверное, не растащить, п-постоянно в обнимку.       Чонин очень тихо зашипел и толкнул Феликса в плечо, а тот лишь смеялся.       — Ладно, ладно, — сказал блондин. — Я рад за тебя. За вас обоих. Хенджин хороший человек и я рад, что ты нашел такого друга. Ну, теперь уже парня.       Ян улыбнулся, но внезапно вспомнил кое что.              «Кстати о друзьях…» — подумал Чонин и коснулся плеча Ли.              Феликс взглянул на музыканта, а тот был слегка взволнован.       — Да? Что такое? — спросил Ли.       — Ты занят в субботу вечером?       — А что?       — В субботу будет футбольный матч между твоим университетом и тем, где учатся Хенджин и Бан Чан. Они будут играть. Бан Чан просил меня пригласить тебя.       — Ч-ч-что? — хриплым голосом произнес Феликс и закашлял. — М-м-меня? З-за-за-зачем?       — Он хочет, чтобы ты пришел на игру. Сказал, будет очень рад видеть тебя.       Ли застыл от последних жестов. Парень глубоко дышал и внезапно задрожал, а в голове все мысли разом подпрыгнули и разлетелись.              «Зачем ему меня звать? — подумал Феликс. — Ну, конечно, мы друзья, но что такого в том, что я приду? Что ему будет от моего присутствия? И почему вдруг он будет очень рад мне?»              Ли завис от разных мыслей, а Ян задумчиво смотрел на него. Феликс то хмурил брови, то расслаблял их от новых дум и поджимал губы, словно хотел что-то сказать, но слова терялись в его голове. Чонин осторожно коснулся его плеча, а блондин сильно вздрогнул, будто забыл, что рядом с ним кто-то есть.       — Все в порядке? — поинтересовался младший.       — А…да, да, все…все хорошо, — ответил Ли, потирая грудь ладонью. — Ам…а Чан…он не с-с-сказал, п-п-почему хочет видеть меня?       — Нет, почему спрашиваешь?       — Ну…п-просто…з-з-зачем ему п-приглашать меня?       — Я думаю, он очень хочет видеть тебя, — ответил Ян, а в голосе старшего уловил странный волнительный тон.       — П-почему?       — Мне кажется, ты ему нравишься.       — Что?! — громко выкрикинул Феликс, отчего Чонин вздрогнул и прикрыл уши руками. — С ч-ч-чего т-ты вз-з-зял?       — Когда он говорил о тебе, сильно волновался. Похоже, ты ему не безразличен. Он очень хочет, чтобы ты пришел на игру.       Блондин смотрел на младшего испуганным взглядом, переживая при этом бурю эмоций — страх, волнение, тревогу, смятение. Но во всем этом кавардаке было и еще кое что. Надежда. Маленькая крупица тепла в огромном океане льда. Она дрожала от любых сколов и была почти незаметна. Да так, что казалось её и вовсе нет. Ли все думал, как ответить, но мысль о том, что на такую надежду он даст ответ не с первой и даже не со второй попытки, перекрывала все холодом.       — Это…вряд ли, — ответил Феликс и отправился дальше по дороге, опустив голову. — Мы с ним…п-п-росто друзья.       — Он тебе нравится? — спросил Чонин, продолжая слышать в голосе друга дрожащие ноты.       — Ам… — протянул Ли, думая, что сказать, а думал слишком много.              «Нравится? Не нравится? Нравится? Не…нравится? — мысли в голове блондина менялись одна за другой, а к выводу он так и не пришел. — Нравится же? А если да, то что с того? Неважно…»              Феликс взглянул на младшего, а он внимательно смотрел в ответ, словно что-то искал в знакомых глазах и мог бы найти то же, что заметил и в глазах Бан Чана, но Ли отвернулся.       — Нет, — ответил он. — Нет, не нравится. Т-т-то есть, он хороший человек, добрый и милый, но как п-п-парень я ему т-т-точно не нравлюсь.       — Почему ты так считаешь?       — А раз-з-зве не очевидно? — удивился старший, а Ян лишь покачал головой. — Всп-п-помни, к-как меня наз-з-зывали в школе.       — Причем тут это? Твой логоневроз не помеха для отношений.       — О, п-п-поверь, это п-п-помеха, — сказал Феликс и устало выдохнул.       — Мне тоже казалось, моя немота мешает Хенджину, но он сказал, это не так.       — Это другое, Чонин. В общем…неважно. Мы с ним п-просто друзья.       Младший снова поднял ладони, чтобы что-то возразить, но передумал и кивнул.       — Ты придешь на игру?       — Ам…не з-знаю, — мешкаясь, ответил Ли. — Я должен идти в общественный центр в субботу, п-поэтому…наверное, не п-получится на игру п-п-прийти. Но…пожелай им удачи от меня.       Ян снова кивнул и слегка улыбнулся.       — Игра начинается в шесть, будет проходить в их университете, — добавил музыкант.       — Хорошо, — улыбнулся Феликс, но совсем слабо, словно все силы забрали переживания. — П-пойдем, я з-з-знаю как уехать отсюда до твоего дома.       Младший улыбнулся, а следом услышал уведомление о сообщении. Он посмотрел на экран, а послание было от мамы.              M: Чонин, ты где? Уже поздно, ты скоро вернешься домой? Где вы с Феликсом так долго гуляете?»              Ян выпучил глаза от прочитанных слов и взглянул на старшего, который слегка нахмурился. Младший думал, что ответить, и попутно вспомнил, что хотел как-то отблагодарить Ли за то, чего он не делал.              J: Мы засиделись в кафе. Уже возвращаюсь домой.              Миюн отправила, что ждет его дома, а Чонин убрал телефон и обратился к Ли.       — Ты хочешь есть? — спросил он. — Давай я угощу тебя.       — Нет, я не голодный, — пожал плечами Феликс.       — Хочешь, я оплачу такси до дома?       — Да не нужно, отсюда п-прямой автобус до моего к-кампуса.       — Хочешь, закажу тебе завтрак на утро?       — Какой еще з-з-завтрак? Чего это ты?       Младший тяжело вздохнул, но решил во всем сознаться.       — Каждый раз, когда мама спрашивает меня, куда я ухожу, я говорю, что иду на встречу к тебе, даже если мы не видимся.       — П-почему?       — Чтобы не рассказывать о Хенджине.       — А, п-понятно, — быстро бросил Феликс, но после сразу встрепенулся. — П-погоди, а она не з-з-знает, что у тебя теперь есть парень?       — Она даже не знает, что я познакомился с кем-то.       — П-почему? Ты не доверяешь ей?       — Доверяю, но…я никогда не говорил ей, — неуверенным движением руки ответил Ян.       — Чего не говорил? — спросил Ли все с тем же хмуро-вопросительным выражением.       Младший отвел взгляд и глубоко дышал. Каждый новый вдох сопровождался поднятием рук, но слов подобрать он никак не мог. Чонин посмотрел на друга, а он ничего не понимал, зато Ян понимал то, что от него уж точно нечего скрывать.       — Я никогда не говорил ей, что мне нравится парень, — ответил Ян.       — С-с-серьезно? — широко раскрыв глаза, произнес Феликс.       — Как и ты. Ты все еще не рассказал сестре о бывшем.       — Ну, там и рассказ-з-зывать нечего, это все только усложнит. Но ты же с мамой обо всем говоришь.       — Это так. Мы многим делимся, но это слишком личное. Мы никогда не обсуждали это.       — Ну, обсудите сейчас, в чем п-проблема?       — Она…все время занята, — робко ответил младший. — Она много работает, отдых проводит с отчимом и моими сводными. Я не хочу ей мешать.       Чонин опустил взор на свои ладони, а они слегка дрогнули. От ясного настроения, с каким его встретил старший, не осталось и следа. Его поникший вид заставил Феликса ощутить некую тревогу, которая таилась очень глубоко в сознании и если не знать о ней, то она и незаметна, но Ли, все же, сумел её разглядеть.       — Эй, у тебя…с сестрой и братом все так же? — осторожно спросил блондин.              «Нет, все изменилось, стало хуже», — подумал Ян, но озвучивать не собирался.              — Да, все так же, — ответил младший. — Они не понимают меня, я не понимаю их.       — Может, тебе поговорить с мамой еще и об этом?       — Честно, я не хочу. Мне уже все равно.       — Но так не должно быть…       Ян остановил старшего жестом руки и тепло улыбнулся.       — Не волнуйся, все хорошо, — передал Чонин. — Лучше позволь мне угостить тебя ужином. Мне неприятно, что я вру о тебе, поэтому дай мне загладить свою вину.       — Да ладно, ничего с-с-страшного, — ответил Ли с улыбкой. — Считай, что я т-твое убежище. Если будет что-то нужно, п-прячься.       — Спасибо.       — Ладно, п-пойдем, а то поздно уже.       — Я оплачу тебе такси.       — Ладно, если так настаиваешь, то плати.       Младший тихо захлопал в ладоши, а Ли улыбнулся. Он похлопал рыжеволосого по плечу и они отправились к остановке, чтобы поймать такси.                     Настала суббота. Хенджин отпросился с работы, чтобы прийти на утреннюю тренировку и хоть немного нагнать парней из команды. Друзья были рады Хвану. Их настрой сразу улучшился и тренировка прошла в очень хорошей атмосфере.       Чонин же ждал вечера. Он с утра написал Хенджину сообщения с пожеланием удачи и добавил, что не сомневается в их победе. Парень все утро провел за игрой на рояле, так как хотел, чтобы побыстрее наступил вечер, ведь тогда будет возможность увидеть Хвана на поле. Ян с момента, как узнал о том, что Хенджин состоит в футбольной команде, хотел увидеть это вживую. И вот, наконец, этот день настал.       Чонин дождался вечера, быстро перекусил и вернулся к себе, чтобы переодеться. Идти на футбол в костюме он не очень хотел, поэтому выбрал серые джинсы, черный свитер с высоким воротом, ботинки, белый шарф и теплую черную куртку. Никого из старших дома не было, поэтому парню не пришлось снова выдумывать историю о прогулке в новое место. Однако его убежище было занято. Чонин написал Феликсу пару раз о том, точно ли он не пойдет на матч, на что Ли ответил, что у него есть дела.       Ян доехал до университета Хенджина, а там уже собралось много народу. На парковке не было свободных мест, а на подходе к стадиону столпились люди. Чонин хотел пройти к трибунам, но вдруг услышал рингтон сообщения, а оно было от Хенджина.              H: Чонин-а, ты уже приехал?              Музыкант улыбнулся. Такое обращение к себе не прекращало вызывать в нем вспышки тепла и восторга.              J: Да, хен, я уже приехал, иду на стадион.       H: Не ходи пока туда! Зайди в универ, хочу увидеть тебя перед игрой.       J: Хорошо, а куда идти?       H: Зайди в вестибюль, поверни направо, иди до самого конца коридора и увидишь спортзал. В него не заходи, с левой стороны будет дверь в комнаты для спортсменов.       J: Вроде понял, бегу.       H: Жду.              Чонин спрятал телефон в кармане и быстрым шагом направился ко входу в университет. Ян прошел по указанному пути и дошел до спортзала, а там увидел дверь к комнатам. Перед тем как зайти, музыкант поправил волосы и шарф и глубоко вздохнул. Он осторожно потянул ручку двери, а за ней оказался в новом коридоре. Из дальней комнаты Чонин услышал голоса парней, но один сумел отличить во многообразии тонов. Ян улыбнулся, услышав смех Хенджина, и прошел дальше.       Музыкант подошел к комнате отдыха спортсменов, а там увидел юношей в черной зимней футбольной форме с белыми полосами на кофтах. Только один парень был в белой форме, вратарь, как понял Чонин. Логотипом у всех был волк, а на спине у каждого был свой номер и у парня с номером двадцать Ян узнал голос, который был для него лучшей музыкой. Хван стоял к младшему спиной и болтал о чем-то с другими ребятами, поэтому рыжеволосого не заметил. Но его заметил Бан Чан.       — Эй, Чонин, привет! — с улыбкой произнес Крис.       Ян ему помахал, а Хенджин сразу развернулся и выпучил глаза.       — Привет! — воскликнул Хван и подбежал к младшему.       Хенджин оказался рядом с Чонином буквально за секунду, а следом обхватил его за талию и прижал к себе. Младший аккуратно обнял его за плечи и похлопал по спине, выражая приветствие.       — И я рад тебя видеть, — сказал старший и отпустил парня. — Как дела?       Ян хотел ответить, но, взглянув на Хвана, слегка забылся. На парне не было очков, а его длинные волосы были собраны в колосок. Открытое лицо юноши, на которое не падала длинная челка, светилось яркой улыбкой и этот свет отмечал все его лучшие черты. Большие карие глаза с шоколадным отливом, пышные ресницы, высокие скулы и даже слишком худые щеки, на которых Чонин разглядел еще несколько родинок. Все эти темные пятнышки только сильнее притянули взгляд юного музыканта, отчего мелодия в его голове неустанно звучала во всю силу. Однако Хенджин слегка растерялся от такой отстраненности младшего.       — Все хорошо? — спросил старший.       Ян очнулся от ступора и сразу закивал головой.       — Тебе очень идет такая прическа, — с легким румянцем на щеках передал младший.       — Ох, спасибо, — улыбнулся Хван, поправляя косу. — Я заплетаю их во время игр, чтобы не мешались. Но к концу матча снова будут торчать в разные стороны, так что это не надолго.       Чонин хихикнул, но следующие жесты показал с опущенной головой.       — Тебе любая прическа идет и даже растрепанная.       — Растрепанная? — спросил старший для уверенности, а Ян кивнул, хоть не поднимал взора. — Спасибо. Но это ты меня еще с утра не видел, в такое время я похож на пугало, честное слово.       Рыжеволосый засмеялся, а Хенджин аккуратно потянул его подбородок вверх, чтобы посмотреть ему в глаза. Заметив на его щеках розовые оттенки, парень усмехнулся и сам покраснел. Хван взял одну его руку в свои и мягко поглаживал, ощущая в данную минуту ужасно сильную необходимость в касании к этому юноше. Ян осторожно скрепил их руки, а следующие жесты показал свободной ладонью.       — Я уверен, ты утром выглядишь…прекрасно.       — Ох, Чонин-а, какой же ты милый, — тихо запищал старший.       Младший ярко засмеялся, а в это время к ним подошел Чан. Ян отпустил Хвана и опустил от смущения взгляд.       — Привет, Чонин, как дела? — спросил Бан.       — Все хорошо, как настроение перед игрой?       — Чонин спросил как настроение перед игрой, — передал Хенджин и тяжело вздохнул.       — Ну…неплохо, — ответил Крис, так же тяжко вздыхая. — Пришлось утром прогнать всю программу тренировок за пару часов. Это похоже на то, когда делаешь все проекты за семестр всего за одну ночь. Но, в принципе, мы успели, так что надеемся на удачу.       — Я в вас верю. Ничего не бойтесь, у вас все получится.       — Чонин сказал, что верит в нас и нам нечего бояться, — произнес Хван. — Приятно, что хоть кто-то в нас верит, а то речь тренера не внушала ничего хорошего. Больше было похоже на прощание.       Парни засмеялись, но Крис от неуверенности потирал ладони и поглядывал на музыканта. Сделав глубокий вдох, он, все же, осмелился к нему обратиться.       — Чонин, а… Феликс с тобой? — спросил Чан.       Улыбка младшего слегка остыла и приняла выражение сожаления.       — Прости, нет. Он занят сегодня вечером, поэтому я один.       — Ам… Чонин сказал, что Феликс не смог прийти, потому что занят, — передал Хван и взглянул на друга, а он заметно изменился в лице, стал печальным.       — Что ж…дела тоже делать надо, так ведь? — с легкой улыбкой произнес Крис.       — Он пожелал вам удачи, — быстро добавил музыкант.       — Феликс тоже пожелал нам удачи, — сказал Хенджин, глядя на жесты.       Это, пусть и немного, вернуло лицу Бана ясности.       — Спасибо, — ответил он. — Я пойду проверю все еще раз.       Чан отошел к своему шкафчику и хватался за любые предметы, телефон, повязку для головы, маску для лица и перчатки только чтоб занять руки, ведь они дрожали, что заметил Чонин.              «Он очень расстроился, — подумал Ян. — Феликс, ну чего ты такой упрямый? Мог же прийти. Кажется, ты ему очень нужен».              Младший глубоко вздохнул, но заметил, что на него смотрит Хван. Рыжеволосый взглянул ему в глаза и сразу улыбнулся. Только старший хотел что-то сказать, как к ним подошли трое ребят.       — Йо, Хенджин, кого ты к нам привел? — спросил парень с кудрявыми волосами, которые были собраны в хвост.       — Ох, блин, Джисон, чего пугаешь? — прошипел Хван.       — Так ты не видишь никого, вот и пугаем, чтобы ты нас заметил, — сказал второй, с черными волосами и крупной мускулатурой.       — Представишь нас? — спросил третий парень с каштановыми волосами и светлой челкой, одетый в белую форму.       — Чонин, знакомься, это мои друзья Хан Джисон, Со Чанбин и Ким Сынмин. Мы все учимся на разных факультетах, но нас объединяет футбол. Ребята, это Ян Чонин…мой парень.       Младший улыбнулся шире и, как обычно, залился краской. Ян поклонился и помахал рукой.       — Так ты поэтому перестал на тренировки ходить? — спросил Ким. — Потому что парня нашел?       — Нет! — воскликнул Хенджин. — Мы познакомились уже после того, как я перестал ходить на футбол.       — Ладно, как скажешь. Рад знакомству, Чонин, — сказал Хан и пожал младшему руку. — Будь другом, пинай иногда Хенджина к нам на тренировки.       Ян беззвучно засмеялся, чему парни слегка удивились.       — Я постараюсь, — жестом ответил музыкант.       — Чонин сказал, что постарается, но, знаешь, лучше не старайся.       Младший снова засмеялся, а ребята продолжали вопросительно пялиться на этих двоих.       — Если твои друзья по тебе скучают, нужно к ним заглянуть, — махнул Чонин.       — Потом как-нибудь, — хмыкнул Хенджин, а затем взглянул на своих друзей, которые загрузились еще больше. — Ам…ребята, Чонин не говорит.       Все трое сразу облегченно выдохнули и закивали головой.       — А, все понятно, — произнес Чанбин. — Прости, я еще не встречал…немых людей.       — Все в порядке, — ответил младший. — Мне очень приятно познакомиться с вами.       — Чонин сказал, что ему очень приятно с вами познакомиться.       — Взаимно, — с улыбкой ответил Со.       — А когда это ты успел стать экспертом по языку жестов? — удивился Сынмин.       — Ну, я еще не эксперт, — сказал Хван. — Но я начал учить жесты, когда мы с Чонином познакомились, около месяца назад.       — Понятно… — протянул Ким и хотел еще что-то сказать, но их всех отвлек голос Бан Чана.       — Так, ребята, десять минут до выхода, давайте еще раз обговорим стратегию, — сказал Крис.       — Ладно, потом расскажете, как вы познакомились, а сейчас мама зовет, — сказал Ким. — Увидимся, Чонин.       — Спасибо, что пришел посмотреть игру, — сказал Джисон, — жаль только, что проиграем.       — Да не проиграем мы, чего ноешь опять?! — выкрикнул Со и хлопнул Хана по спине, отчего тот чуть не упал. — Идем уже!       Чанбин схватил парня за кофту и потянул к капитану, а младший им поклонился, хоть не прекращал тихо смеяться.       — У тебя замечательные друзья.       — Они немного того, но это даже здорово, — с усмешкой ответил Хван.       — Я пойду на поле, буду ждать вашего выхода.       Ян только двинулся к выходу, но Хенджин подхватил его за руку.       — Эй, подожди, а…поцеловать? — произнес парень, глядя на музыканта умоляющим взглядом. — На удачу.       Младший резко раскраснелся и не сдержал смущенную улыбку. Он подошел к старшему ближе и аккуратно положил ладони ему на плечи, сжимая пальцами черную ткань. Рыжеволосый слегка приподнялся на носочки и приблизился к чужой щеке, но вдруг заметил за спиной брюнета толпу любопытных зевак в лице всех его товарищей по команде, которые смотрели ровно на них. Ян смутился до багровых щек и отстранился, а Хенджин, который с замиранием сердца ждал поцелуя, открыл один глаз и вопросительно поднял бровь.       — Они смотрят, — жестом ответил Чонин.       Хван обернулся и увидел все те же выжидающие лица с хитрыми ухмылками.       — А ну отвернитесь! — с грозным видом крикнул Хенджин. — Быстро!       Ребята засмеялись и отвернулись от воркующих голубков. Хван довольно улыбнулся и вернулся к младшему, а он осторожно приложил ладонь к одной его щеке, а второй коснулся губами. Поцелуй был очень нежным, как прикосновение пера, ласковым, как первый весенний луч, который согревает замерзшую землю, и трепетным, словно Ян коснулся этого человека впервые за сотню лет. Чонин отпрянул и спрятал скромную улыбку под рыжей челкой, а Хенджин сразу же обхватил его за талию, но к губам не тянулся, лишь прижался к мягкой щеке своей. Полминуты брюнет держал младшего в своих руках, а Ян хватался за его футбольную форму словно за последнее, что его держит в этом мире.       — Все, иди, а то я не удержусь, — совсем тихим шепотом произнес старший, чтобы никто, кроме Яна, не услышал.       Чонин кивнул и отпустил Хвана, но с таким усилием, словно отпускал его не на футбол, а в далекое путешествие, вернуться из которого у него почти нет шансов. Ян почувствовал резкую пустоту в груди, пока Хенджин шел назад, и не сводил с него глаз.       — А можно мне тоже поцелуй? — послышался голос Джисона позади.       — Своего парня себе найди и целуйтесь сколько влезет! — громко прорычал Хван.       Ребята засмеялись, включая Чонина, а Хенджин был словно воплощением логотипа их команды — злым волком, готовым порвать любого, кто подойдет к его лисенку. Но, взглянув на младшего, улыбнулся ему.       — Выйди в коридор, зайди в спортзал, а там пройди к запасному выходу справа, это выход к трибунам, — сказал Хван.       Чонин кивнул и помахал парню руками, а после вышел коридор. Он прошел по спортзалу и вышел на трибуны. Уже собралось много народу и свободных мест было мало, но Яну повезло, он оказался в первом ряду неподалеку от ворот противника. На стадионе стоял гул и звучала громкая музыка, но даже во всем этом шуме Чонин сумел услышать поступившее уведомление. Он посмотрел на экран, а это было сообщение от Феликса, что заставило его раскрыть от удивления глаза.              F: Чонин, где ты на трибунах? Не хочу один всю игру торчать.              Мысль о том, что Ли все-таки пришел на матч, заставила Яна улыбнуться и понять, что его предположения верные. Как по части Феликса, так и по части Бан Чана. Парень думал, как объяснить свое местоположение, но решил провести друга тем же путем, которым прошел он.              J: Знаешь, где спортзал находится?       F: Да, я здесь уже был.       J: Зайди в спортзал и поверни направо до запасного выхода, там прямой выход к моему месту.       F: Иду.              Музыкант убрал телефон и улыбнулся чуть ярче, думая, что присутствие блондина будет для капитана команды приятным сюрпризом. Несколько минут спустя плеча Чонина коснулась небольшая ладонь. Ян обернулся и увидел Ли, который глубоко вздохнул и тепло улыбнулся.       — Привет, — сказал старший и обнял младшего.       — Я рад, что ты пришел, — жестом ответил Чонин, когда отпустил блондина.       — Да, я…давно на футбол не ходил, п-п-поэтому решил п-прийти.       — Но ты не сильно любишь футбол.       — Ам…и что? — слегка покраснев, произнес Феликс, поправляя волосы. — П-п-полезно иногда отвлечься интересной игрой.       — Или интересным человеком.       — Ну…да, наверное. Мой универ тоже играет, п-п-поэтому…чего не п-прийти?       Младший с улыбкой смотрел на Ли, а он лишь ярче покраснел и отвернулся. Ровно в этот момент зазвучала новая музыка, а на поле выбежали чирлидеры обеих команд. От университета Феликса гимнасты были одеты в оранжевые костюмы, а от университета Чана и Хенджина в черно-белые. Парни и девушки радостно поприветствовали зрителей и исполнили общий танец под энергичную музыку, а после разогрева на поле вышел мужчина с микрофоном, в котором Ли узнал профессора Хуна, который когда-то встретил их в универе.       — Дорогие зрители, рады приветствовать вас на нашем поле! — бодро произнес Хун, а его поддержали аплодисментами. — Спасибо, что пришли к нам в гости. Для нас огромная честь принимать сборную университета гуманитарных наук и надеемся, что наш стадион им понравится. А теперь давайте поприветствуем наших замечательных футболистов!       На поле выбежали игроки разных команд под бурные аплодисменты и крики. Все двадцать два парня выстроились в один ряд и поклонились присутствующим, а рядом с ними были их тренера. Увидев Хвана, Чонин не смог сдержать улыбку и смотрел только на него. Шум толпы, громкая музыка и свист людей совсем затихли для него и видел он только высокого юношу в черной форме, чьи глаза отбрасывали множество бликов от ярких прожекторов.       Хенджин стоял вторым в линии, первым был Бан Чан. Хван внимательно осматривал трибуны, бегал глазами от одного человека к другому в поисках рыжеволосого юноши, и вдруг увидел его чуть поодаль. Широкую улыбку на лице брюнета мог видеть весь стадион, так как освещение было очень ярким. Ян уловил его взгляд и улыбнулся в ответ. Пока профессор продолжал говорить приветственную речь, Хенджин смотрел только на Чонина и лишь спустя пару минут заметил рядом с ним его друга.       Хван легонько подтолкнул Криса в плечо, а когда старший на него взглянул, Хенджин качнул головой в сторону, где увидел младших. Чан посмотрел в указанное место и, увидев блондина, забыл, где находится. Абсолютно все с поля пропало, остался только Феликс, который смотрел в ответ с легкой доброй улыбкой. Его волосы ложились на плечи, а челка была в легком беспорядке, но все равно идеально очерчивала его лицо. В один миг старший почувствовал очень приятное чувство, которое разливалось от сердца ко всем конечностям. Чувство победы, даже несмотря на то, что матч еще даже не начался. Крис очнулся только тогда, когда к нему обратился тренер, чтобы что-то сказать.       — Что ж, пора начинать игру, — сказал профессор Хун. — Давайте пожелаем удачи нашим игрокам и пусть победит дружба!       Футболисты усмехнулись и пожали друг другу руки. Капитаны команд вышли в центр поля вслед за судьей, а парни побежали на исходные позиции. Хван обернулся к Яну и помахал ему рукой, пока бежал к своему месту, а Чонин помахал ему в ответ и глубоко вздохнул.              «Удачи», — произнес он про себя, не догадываясь, что такое же пожелание осталось абсолютно беззвучным на губах Ли.              Все игроки встали по местам, а судья по традиции бросил монетку, чтобы решить, кто будет пинать мяч первым. По велению судьбы, первый удар был за соперниками Чана. Крис пожал парню руку и они убежали к центру. У всех футболистов на лицах было очевидное напряжение. Все затаили дыхание, ожидая первого удара. Однако Бан Чан был совершенно и непривычно спокоен. Даже с улыбкой на лице.       Противник ударил мяч и он покатился по зеленой траве. За полем тщательно следили, поэтому оно было идеально подготовлено к игре. Как только мяч полетел вдаль, все игроки сорвались со своих мест. Ян даже опомниться не успел, а Хван исчез из одной точки и оказался в другой буквально в мгновение ока. Его скорость так поразила юношу, что он от удивления раскрыл глаза и рот.       Игра началась спокойно, хоть все парни и бегали очень быстро. Несколько успешных подач были за командой соперников, но команда Чана хорошо защищала ворота. Пару раз мяч вылетел за пределы поля, но именно команда волков возвращала его обратно. Первые минуты всегда были лишь разогревом, поэтому все игроки копили силы.       Спустя примерно пятнадцать минут обстановка оживилась. Львы вывели мяч совсем близко к воротам волков и их нападающий уже готовился забить гол, но перед ним пронесся быстрый плеймекер в черной форме и с косой и ловко отобрал мяч. Хван гнал мяч дальше по полю, а Ян неотрывно следил за ним, сжимая ладони в крепкие кулаки, так как эмоции от видимой картины не могли оставить его в покое. Слишком много их было и все из-за одного человека, но было это очень приятно.       Хенджин передал мяч полузащитникам и устремился к чужим воротам, надеясь забить первый гол, но мяч отобрали буквально в одном метре от брюнета. Однако Хван сдаваться не собирался. Парень догнал противника и не давал ему возможности сделать подачу, прикрывая собой, и в итоге мяч вылетел за линию.       Новый удар был за львами. Мощная подача форварда устремила мяч в середину поля, где игроки в оранжевой форме сразу повели мяч к воротам, не уступая волкам. Бан Чан догонял парня и старался отобрать мяч, но соперник не подпускал его к себе, а в следующий момент со всей силы ударил по мячу и он полетел к воротам. Стадион заревел, но голкипер, в лице Ким Сынмина, не дал мячу влететь в сетку. Ким успешно его поймал, свернувшись калачиком на траве. На трибунах в это время и Феликс, и Чонин спокойно выдохнули, хватаясь за сердце.       Сынмин бросил мяч в сторону Чана, который все еще был в площади ворот. Бан отбил его головой и повел вдоль линии. Парень передал мяч одному из защитников, Чанбину, а он пнул его к противоположному краю, где был Хенджин. Хван разогнася еще быстрее, так что противники просто не могли его догнать, но парень понимал, что преодолеть половину поля одному будет трудно, поэтому передал мяч дальше второму нападающему Хан Джисону. Последний оказался в выгодном положении, а соперники еще не подоспели к воротам. Поэтому парень, положившись на удачу, резко ударил мяч, который пролетел чуть выше чем один сантиметр над руками вратаря и оказался в сетке, открыв тем самым счет матча в пользу волков.       Кудрявый радостно запрыгал на месте, а к нему подбежали его товарищи и окружили объятиями. С их лиц не сходила улыбка, а вот соперники были явно недовольны, глядя на хозяев стадиона косыми взглядами. И оставлять это так просто не хотели. От этого следующие десять минут игра велась в основном в стороне волков и результатом стал гол в их ворота, который совершил капитан львов.       Соперники недолго ощущали вкус мести. Ребятам в черной форме крайне не понравился мяч в их воротах, поэтому они всеми силами выводили его в противоположную сторону. Кристофер не зря поставил Чанбина в защитники. Его крупное телосложение не позволяло противникам забрать мяч, а его удар всегда был самым мощным в команде. Благодаря такой подаче Хван смог вывести мяч к воротам и даже отбил его у львов пару раз, а далее забил второй гол. Ребята снова облепили парня, но как только отпустили, он сразу развернулся к трибунам и искал глазами музыканта. Его рыжие волосы выделялись на фоне темной одежды болельщиков, поэтому Хенжину не составило труда его найти. Улыбка младшего вызвала в сердце куда более яркую радость, чем новый гол. В сотни, даже тысячи раз больше старший радовался только при взгляде на парня с лисьими глазами и ямочками на щеках от широкой улыбки.       Первый тайм закончился и футболисты ушли на перерыв. Вернувшись на поле, команда противников была еще более недовольной, чем прежде. Капитан что-то кричал своим игрокам с таким выражением, словно готов был напасть и разорвать. Возможно, капитану львов так и положено, но даже Феликс и Чонин отметили то, что им от такого взгляда не по себе.       Начало нового тайма снова велось в стороне команды Бана, но благодаря ловким броскам от Чана к Хенджину, от последнего к Чанбину и снова к Хвану мяч удалось вывести на противоположную сторону поля. На самом деле, брюнет не понимал, откуда в нем столько сил и уверенности, ведь на тренировках он не появлялся уже несколько месяцев, но сбавлять темп он не собирался. Хенджин пинал мяч вперед, чтобы его не перехватили, и догонял его, а далее оборонял до момента, пока у ворот не оказался Хан. Брюнет передал его Джисону, а он увел его в угол. Там парень отбил его у ног противника, а в этот же момент мяч поймал Хван, но сразу же передал Чану, так как на него устремились чужие защитники. Лидер, не жалея сил, пнул мяч к воротам, но путь ему перекрыл защитник. Однако из-за большого скопления людей и сильной отдачи от ног противника, все, кроме Криса, потеряли мяч из виду. Бан воспользовался мимолетным случаем и ударил мяч, а он влетел в ворота.       Табло осветил счет три один в пользу хозяев, которые прыгали вокруг капитана и не прекращали его обнимать. Прыгали люди и на трибунах и, казалось, выше всех прыгал Феликс. Ли не сводил глаз с капитана команды волков и от радости не прекращал улыбаться, в глубине души надеясь, что сможет увидеть ликующие глаза Криса.       И надежда не была пустой. Когда ребята отпустили Чана, его взор устремился к трибунам, а увидев круглые глаза, полные восторга, Бан не смог сдержать смущенную улыбку. Видеть капитана ведущей команды с красными щеками для остальных было довольно странно, но для Хвана это странностью не было, ведь его взгляд вернулся из той же стороны, где Криса ждал Ли.       Капитан противников разозлился сильнее. Парень буквально прожигал Чана взглядом. Он подозвал к себе форвардов и что-то им сказал, да с таким видом, словно обсуждал план атаки авиаудара. Его парни тяжко вздохнули, но кивнули, а их лидер довольно улыбнулся.        Следующие тридцать минут были весьма изматывающими для обоих команд, так как никто не хотел уступать. Мяч пинали от одних ворот к другим, вратари падали на траву с мячами в руках, футболисты бегали по всему полю, но результата так и не было. Но вот противники вывели мяч к хозяйским воротам, оттеснив большую часть волков от себя. Только Чан был в гуще и боролся за мяч с нападающим. И ему бы удалось отвести его от ворот, но внезапно на всех парах в форварда врезался капитан в оранжевой форме, а такой резкий импульс сбил Криса с ног. Бан врезался в траву, а на него упал противник и дополнительно прижал собой, что только усилило энергию удара. Ким Сынмин отвлекся на этот момент и от этого мяч оказался в сетке. Но новый гол его не так заботил, как упавший наземь Чан, и голкипер был готов поклясться, что во всем шуме стадиона услышал, как старший закричал от боли.       К Чану первым подбежал именно Ким, а вслед за ним Хенджин и Джисон. Хван упал на колени и потянулся к другу, а от хватался за плечо.       — Чан! Чан, ты в порядке?! — закричал Хенджин. — Сильно болит?       — Все…нормально… — прохрипел Бан. — Я…в порядке.       — Да где в порядке?! — воскликнул Джисон. — Эти придурки намеренно сбили тебя! Их исключить нужно!       — Судья решит, исключать их или нет, — ответил Чан и сел, держась за плечо. — Все нормально со мной. Помогите встать, пожалуйста.       — Да судья как обычно ни черта не видел! — продолжал кричать Хан. — Они же покалечили тебя!       — Со мной все нормально, я могу играть, — настаивал Крис, только плечо не отпускал.       — А если у тебя вывих? — сказал Сынмин. — Тебе отдохнуть нужно.       — Не нужно! — твердо произнес Чан и приподнялся на коленях, а друзья подхватили его, чтобы помочь встать.       К парням подошли судьи и старались оценить ситуацию, пока на трибунах болельщики вели бурное обсуждение. Кто-то считал, что это случайность и капитан львов просто не успел затормозить, а кто-то был свято уверен, что это подстава, и парень врезался в ребят намеренно, чтобы вывести сильного игрока из игры. Вот только Ли Феликс совсем не слышал эти споры, так как все его внимание было обращено к капитану команды волков.       Блондин забыл о том, что было утром, что было днем, даже что было десять минут назад забыл. В его сознании без конца повторялся момент, когда к Бану подбежал противник и одним движением обрушил на него всю свою инерцию, а Чан оказался на земле. Если Ким слышал его крик, то Ли ощутил его боль всем телом и едва не упал вслед за ним. Феликс не помнил, когда ему было так страшно в последний раз, но повторять такой момент не хотел больше ни разу в жизни и хотел лишь всеми силами уберечь старшего от любой боли.       Судьи пообщались с игроками в черной форме и оранжевой, переговорили между собой и, казалось, вердикт был очевиден — удаление с поля, но не тут то было. Арбитр дал сигнал свистком и велел игрокам разойтись по местам. Единственное смягчающее обстоятельство — волки делали подачу.       — Да это просто издевательство! — воскликнул Джисон. — Он не только тебя ударил, но еще и своего игрока, да его удалить с поля нужно!       — Хан, хватит, — спокойно произнес Крис, сжимая плечо. — От тайма осталось не очень много времени, надо оторваться получше.       — Да мы и так ведем, а тебе лучше попросить замену, — сказал Хенджин. — Чан, не строй из себя героя, вдруг хуже станет.       — Не станет, — ответил Чан и, отпустив плечо, пару раз покрутил им, только щурился при этом. — Я в порядке.       — Где этот увалень? — спросил Хан и обернулся, выискивая капитана команды, а найдя его, весь надулся, распушился и устремился к нему. — Да я его бутсы засуну ему в его…       Джисон только сорвался в сторону парня, размахивая кулаками, как его подхватили Сынмин и Хенджин, чтобы Хан не наделал глупостей. Чан еще раз заверил Джисона, что он может играть и отпустил с миром, хоть остановить поток нелестных выражений в сторону противника не мог. Хван тоже был недоволен таким решением, но сделать ничего не мог, спор с судьями никогда ничем хорошим не заканчивался. Хенджин взглянул на друга, а тот посмотрел в ответ. Младший слегка улыбнулся, чем ему ответил и старший, но их улыбки были наполнены хитростью.       — Помнишь, два года назад на летних играх, — произнес Бан, — тот твой финт был очень удачным.       Хенджин усмехнулся.       — Думаешь, получится его повторить? — спросил Хван.       — О, я уверен, что только у тебя это получится.       Младший улыбнулся чуть шире, как и Крис. Парни ударили кулаки и побежали на места. Арбитр бросил мяч Чану, а он покрутил плечом и, всего на пару секунд, взглянул на трибуны. И даже за такой короткий отрезок времени успел заметить напуганный взгляд блондина. Бан отвернулся и глубоко вздохнул, не в силах вынести такой взор в свою сторону, а затем со всей силы пнул мяч.       До конца тайма осталось десять минут. Парни бегали по траве и боролись за мяч. То и дело кто-то из команды волков снова падал, но благо обошлось без травм. Ребят это только больше злило и, хоть они и вели счет, всем хотелось напоследок вырваться дальше и утереть невеждам нос.       Последние три минуты тайма. Счет три два в пользу хозяев, но парни не сбавили ход и вывели мяч в сторону львов. От того, что оставалось совсем немного времени, противникам хотелось хотя бы сравнять счет, чтобы получить дополнительное время, но из-за произошедшего никто из команды волков не уступал мяч и боролся буквально до падения.       Так, в середине поля, Со передал мяч Хану, а он обратно. Чанбин вновь отправил мяч Джисону, а он резко пнул его в сторону Бан Чана. Лидер бежал с ним по краю поля, а его догонял капитан противников. Кристофер не снижал скорость и краем глаза следил за движениями парня. Он сделал рывок вперед и почти поставил Крису подножку, но последний вовремя это заметил, поэтому подпрыгнул и вывел мяч ближе к воротам, а капитан львов остался лежать на земле.       На Бан Чана бежало несколько защитников, поэтому он замедлился сам и захватил мяч, а за игроками в оранжевом увидел приближающегося Хвана. Крис успел подкинуть мяч высоко в воздух перед тем, как к нему подбежали противники, а Хенджин сгруппировался, оттолкнулся от земли и сделал сальто назад, ударив мяч ногой буквально за десять секунд до конца тайма. Хван свалился на траву, а мяч оказался в сетке.       Стадион заревел, а Хенджин обернулся и, увидев мяч в воротах, подпрыгнул с земли и побежал Чану навстречу. Парень с радостным смехом накинулся на друга, а старший крепко его обнял. Остальные подбежали к ребятам и сбили их с ног, а на табло последняя секунда сменилась нулём под счетом в четыре два. Больше волков радовались только их болельщики и, если бы капитан и основной нападающий не были завалены другими игроками, то увидели бы яркие улыбки своих друзей.       Противники, конечно же, остались разочарованы. Уловки не помогли выиграть матч, а после проигрыша всегда ждал неприятный разговор с тренером. Но победа досталась хозяевам честно. Ребята отпустили друзей и помогли им подняться, а следом подняли на плечи. Все это рукоплескание наблюдали младшие, которые пришли поддержать дорогих сердцу людей. Ян был в легком шоке от кувырка Хвана и последующего гола, а Ли все не переставал думать о том, что Чану, наверняка, больно.       Арбитр дал сигнал выстроиться в линию для награждения победителей. Футболисты прошли к линии поля, а к ним подошел директор университета, тренер и профессор Хун. Мужчины пожали руки каждому игроку. Победителей поздравили с победой, а проигравшим пожелали успехов в будущем. Тренер наградил каждого волка золотой медалью и вручил им кубок. Парни поклонились старшим и напоследок сделали фото. Кубок держал Хенджин, волосы у которого совсем растрепались, а Хвана держали на плечах Джисон и Чанбин.       Когда Хенджин оказался на земле, он сразу обернулся к тому месту, где видел Чонина. Младший все так же был с улыбкой. Такой мягкой, светлой, ласковой. От такого света вся усталость брюнета развеялась, словно парень не пробежал за этот матч около десяти километров. Нет, усталости Хван не чувствовал, только силу, которая появилась благодаря юному музыканту.       Болельщики начали покидать стадион, от этого Чан не смог разглядеть в толпе блондина. Крис смотрел и смотрел на лица людей, но того, у кого были веснушки, не видел. Бан даже хотел зайти в эту толпу, чтобы найти Феликса, но вдруг увидел, как Хенджин на всех парах несется к трибунам. Парень решил последовать за другом, который мог привести его и к Ли.       Хван не хотел ждать, пока люди разойдутся, чтобы увидеть Яна поближе. Хенджин вбежал на трибуны сквозь всех болельщиков и, когда поднялся, увидел Чонина в двух шагах от себя. Рыжеволосый улыбнулся, увидев старшего, и подошел к нему ближе. Парень протянул к брюнету руки, но старший его остановил.       — Ой, лучше не трогай меня, я весь…соленый, — смутившись, произнес Хван.       Ян засмеялся.       — Это главный атрибут победителя, — ответил он.       — Да, пожалуй, ты прав. Жаль, нельзя обойтись без этого.       — Ты прекрасен в любом случае.       — Ох, спасибо, — ответил старший и покраснел.       — Я не думал, что ты настолько быстро бегаешь. Ты был невероятен. Я никогда так не переживал из-за футбола, но сегодня я думал, сойду с ума.       — Ну, играю, как умею. Главное попадать по мячу и не пить много воды перед игрой.       Чонин засмеялся, а в этот момент к ним подошел Чан. В то же время из-за плеча Яна осторожно выглянул Феликс все с тем же напуганным взглядом. Однако Крис улыбнулся, чем немного успокоил блондина. Последний сделал глубокий вдох и подошел к нему чуть ближе.       — Ты в порядке? — сразу спросил Ли. — Как твое плечо?       — Да все хорошо, — ответил старший. — Я же говорил, пару падений могу выдержать.       Феликс тихо усмехнулся и смотрел на Чана, а он в ответ. Их переглядки так бы и продолжились, но к Бану обратился Ян.       — Я надеюсь, ты не сильно пострадал.       — Чонин надеется, что ты не сильно пострадал, — передал Хван.       — Нет, все хорошо, спасибо, — улыбнулся старший. — Просто наши противники не хотели играть честно. Зато мы победили и без всяких уловок.       — Поздравляю вас. Игра была замечательной.       — Он поздравил нас с победой и сказал, что игра была прекрасной.       — Спасибо, — ответил Крис. — На самом деле, я не надеялся, что мы победим. Но благодаря Хенджину мы снова первые.       — Ой, да ладно, — отмахнулся Хван. — Мы все постарались. И спасибо, что пришли поддержать нас. Приятно играть, когда есть, ради кого.       Хван взглянул на Чонина, а он смущенно улыбнулся.       — Я кричал громче всех, — показал он жестом.       — Я слышал.       Парни засмеялись.       — Тебе не было больно, когда ты упал? — спросил музыкант. — Это был очень красивый прыжок, но опасный.       — Нет, все хорошо. Тут главное упасть правильно.       — Ты умеешь падать правильно?       — Научился после того, как чуть не сломал шею. Ничто так не учит, как близость травмы.       Парни снова засмеялись, а Ли и Чан переглянулись и усмехнулись. Они отошли от парней на несколько шагов, чтобы их не беспокоить.       — У них свой мир, — сказал Кристофер.       — Да, лучше им не мешать, — усмехнулся Феликс.       Чан и Ли в одно время посмотрели друг на друга, отчего сразу вздрогнули. Оба отвернулись в разные стороны и думали, что еще сделать. Первым нарушить молчание отважился старший, так как одна вещь не давала ему покоя.       — Я…удивлен, что ты пришел, — произнес Бан, глядя на свои руки. — Чонин сказал, что ты занят сегодня.       Фелис мгновенно покраснел, но распущенные волосы и шарф помогли скрыть это от чужих глаз.              «Быстро, быстро, быстро! — закричал Ли в своих мыслях. — Придумай что-нибудь прямо сейчас или беги!»              — А…да, я…я был з-з-занят, но…з-з-закончил пораньше, — кивал парень. — И…я не хотел п-п-пропускать игру, п-п-поэтому…п-пришел.       Феликс облегченно выдохнул и осторожно посмотрел на Чана, а он улыбнулся, хоть и опустил взгляд. Он смотрел на свою золотую медаль и ощущал лишь то, что добиться её смог только благодаря тому, что на стадионе был Ли. Ведь на поле Чан выходил с мыслью, что победить будет либо невероятно сложно, либо невозможно. Но сейчас матч казался проще щелчка пальцев и все из-за одного человека.       — Я…я очень рад, что ты пришел, — сказал старший, взглянув на блондина. — Это…очень важно для меня.       — П-п-почему? — спросил Феликс, до сих пор не понимая этого.       — Просто…я хотел видеть тебя здесь сегодня.       — Да? — еще сильнее удивился младший.       — Да. Просто хотел, чтобы ты был здесь. Даже если бы мы проиграли, то я был бы рад от того, что ты пришел нас поддержать.       Ли смотрел в глаза Крису и снова увидел ту искренность, которую уже наблюдал в его глазах. Абсолютная, непоколебимая. Как же приятно было слышать правду от этого человека. Особенно о себе.              «Он так…честен… — подумал младший. — Как щенок сейчас смотрит этими своими большими глазами, но, боже мой, как же это красиво…»              Ли улыбнулся в ответ, но побоялся что-то сказать. Хоть на душе был покой, мысль испортить его пугала, поэтому парень лишь кивнул, а Чан ждал всего и не боялся, ведь знал, что ничего не будет испорчено. В это время к ним подошли Хенджин и Чонин.       — Пойдем собираться, — сказал Хван. — Ну, сперва надо умыться, а потом можем сходить в кафе все вместе, что скажете?       — Ам…вы идите, а я хотел поговорить с Феликсом, — ответил Бан.       — Да? — вновь удивился Ли.       — Да, хотел обсудить кое-что.       На минуту повисла тишина и будь на дворе лето, то обязательно были бы слышны сверчки. Феликс уставился на старшего, а он скромно улыбался.       — Ну…ладно, — протянул Хван. — Мы пойдем тогда. Увидимся еще.       Чонин помахал друзьям руками и вместе с Хенджином отправился к университету, а Ли и Чан остались на трибунах.       — А…что ты хотел…обсудить? — спросил блондин, делая паузы, чтобы голос не срывался.       — На самом деле, я хотел кое-что предложить, — ответил старший.       — Что?       Кристофер улыбнулся и взглянул на поле, где остался мяч.       — Хочешь поиграть? — спросил он.       — П-п-поиграть? — повторил младший. — То есть…в футбол?       — Ага.       — А тебе мало было? — усмехнулся Ли.       — Нет, просто я не играл с тобой, — пожал плечами Бан и улыбнулся.       — Ой, нет, я ужасно играю в футбол.       — Я не верю.       — Поверь. Даже моя п-племянница в футбол играет лучше. Ты сам в этом убедился.       Бан Чан засмеялся. Он прошел к лестнице и сошел с трибун. Парень оставил медаль на скамейке и подошел к мячу. Он подкинул его ногой и поймал в руки.       — Я не верю, — ответил старший. — Давай поиграем немного, пожалуйста.       Феликс смотрел в эти умоляющие глаза и понимал, что отказывать не то что не хочет, а не может. К этому парню тянуло всеми силами мира и оставаться от него вдали ни в коем случае не хотелось. Ли глубоко вздохнул, вспоминая, какие трюки Бан выдавал во время матча, и отправился на поле, ожидая своего проигрыша, а Крис старался сдерживать улыбку. Блондин собрал волосы в хвост и оставил шарф рядом с медалью. Он подошел к старшему и снова вздохнул.       — Ну, давай п-п-покончим с этим, — сказал Феликс. — Я п-проиграю и тогда ты п-п-поверишь, что я ужасный футболист.       — А ты так уверен, что проиграешь? — спросил Чан. — Не верь в то, что не можешь доказать. Давай, бьем в одни ворота.       Феликс усмехнулся, а старший бросил ему мяч. Ли поставил его на траву и, взглянув на парня еще раз, чтобы понять, зачем ему это все, ударил мяч. Бан пнул его обратно. Ли повел мяч к воротам, но на пути был Чан. Его задорная улыбка не осталась без ответа, ведь Феликс улыбнулся ему, но после пнул мяч дальше и побежал к воротам. Они провели на поле около часа, пинали уставший мяч и ничего больше никому из них не хотелось.