Escaping The Light

Виктория сидела на стуле в номере Макс и очень внимательно слушала. Брук, до сих пор лежащая на полу, съёжившись в объятиях Хлои, пересказывала блондинке ситуацию Регины. По окончанию её снова пробило на слёзы. — Что думаешь? — спросила Хлоя, которая всё это время гладила Брук по плечу в тщетной попытке успокоить расстроенного подростка. Виктория со вздохом наклонилась вперёд. — Хотелось бы мне вам сказать, что мы можем исправить положение с помощью каких-нибудь лазеек в законе, — угрюмо сказала она. — Но правда в том, что решение семейного суда довольно сложно отменить. Там рассматривают все факторы, и без постановления другого суда итоговое решение можно считать окончательным. Крепко зажмурившись, Брук вжалась лицом в бёдра Хлои и снова затряслась в рыдании. — И Регина ничего не может поделать? — уточнила Прайс. — Ей понадобятся конкретные доказательства того, что эта женщина неспособна заботиться о ребёнке. Или что его нахождение в её доме приносит вред ребёнку, — Виктория выглянула в окно гостиничного номера. — Кому это Макс звонит? — Какому-то "Уоррену", с которым вы вчера встречались, — пожала плечами Хлоя. — Она хочет узнать, не входит ли эта сука в список тех, кого планируется арестовать. Не успела она закончить это предложение, как Макс уже вернулась в номер. Шатенка со вздохом убрала телефон в карман и присела на кровать. — Она не на их радаре, — отчиталась она. — Её знают, но ничто не связывает её с какими-либо преступлениями церкви. Её мужа — может быть, но не её саму. — Бля, — Виктория опустила задумчивый взгляд на свои руки. — Я... мне жаль, — девушка подняла голову к Макс с Брук. — Я не знаю, что вам посоветовать. — Что, если она сменит штат? — спросила Хлоя. — Мы можем забрать её к себе в Калифорнию. — Ни в коем случае, — Виктория категорично затрясла головой. — Решение о раздельной опеке было вынесено местным судом. Если Регина сбежит, её обвинят в похищении собственного ребёнка. А всех, кто будет ей помогать, будут считать соучастниками. Макс наконец подала голос: — Что, если мы расскажем судье о том, что всю церковь скоро обвинят в мошенничестве? — спросила она. — Он должен будет принять это во внимание. — Мы подписали NDA, помнишь? — парировала Виктория. — Тебя за это арестуют, а церковь уничтожит доказательства до того, как силы правопорядка прибудут на место. Да и всё равно толку от этого мало. Женщина заявит, что понятия не имеет ни о каком мошенничестве, и без доказательства обратного судья встанет на её сторону. Снаружи послышались ускоренные шаги, становившиеся всё громче и громче, прежде чем дверь с грохотом распахнулась. На пороге показалась тяжело дышащая Рэйчел. — Мне только что позвонила приёмная мать Регины, — с трудом выдавила она сквозь одышку. Затем подбежала к Брук и упала на колени прямо перед ней. — Брук, ты как? Подросток взглянула на Рэйчел глазами, из которых до сих пор ручьём лились слёзы. — Вы говорили, что судья ни за что не отдаст ей опеку над Аароном, — прохрипела она обвиняющим тоном. — Я знаю, — сглотнув собственные слёзы, Рэйчел наклонилась поближе и взяла Брук за руки. — Я и сама была в этом полностью уверена. Прости меня, пожалуйста. Макс было слишком сложно всё это выносить. Девушка поднялась с кровати и вышла в коридор, где прислонилась к перилам на балконе, выходящем на задний двор. Через несколько минут к ней присоединилась Виктория, и они некоторое время молчаливо стояли там, слушая шум проезжающих вдалеке автомобилей. — Мы действительно ничего не можем сделать? — наконец спросила Макс отрешённым голосом. Виктория опустила взгляд и покачала головой. — Я всю голову себе сломала, но просто не могу ничего придумать, — ответила она. — Пиздец, — грузно выдохнула Макс. — Да, — протянула Виктория, потирая свои виски. Ещё через несколько минут к ним вышла и Хлоя. — Как она? — спросила у неё Макс. — Не очень, — покачала головой та. — Она сильно расстроена. Всё ещё на стадии торга... Пытается убедить Рэйчел поговорить с судьёй, пообещать ему, что они все переедут в Корваллис и будут растить Аарона вдали от церкви, — вздохнув, она взглянула на Викторию. — Знаю, Макс уже спрашивала... Виктория печально пожала плечами. — Если не случится чуда, мы ничего не можем сделать. — А что, если... — Хлоя, — Виктория пристально посмотрела ей в глаза. — Судья решил судьбу этого ребёнка. Без невероятной защитной стратегии или ареста этой женщины наши руки связаны. Все трое простояли в тишине ещё какое-то время, каждая погружённая в собственные мысли. — Может и нет, — в итоге прошептала Макс. Виктория откликнулась на звук: — Ха? Макс не стала ничего пояснять, просто залезла в карман и вытащила свой мобильник. Затем она отстегнула защёлку чехла и сняла его с телефона. На внутренней стороне чехла, слегка приплюснутая от давления, лежала чёрная визитная карточка с выгравированным серебристыми цифрами номером телефона. — Что это? — непонимающе нахмурилась Хлоя. Виктория же не отрывала взгляда от визитки на протяжении всего времени, пока Макс её доставала. — Где ты это взяла?! — ахнула она с расширенными от шока глазами. Макс окинула её снисходительным взглядом. — Ты прекрасно знаешь, где, — ответила она, укладывая свой телефон обратно в чехол. — Конечно знаю! Я не это имела в виду! Каким хреном тебе удалось получить одну из отцовских... — Виктория резко замолчала, в её голове закрутились шестерёнки. — Свадьба? Макс кратко кивнула, перевернула телефон экраном к себе и начала набирать номер. — Макс. Макс, постой, — Виктория остановила её, схватив за запястье. — Ты уверена, что хочешь это сделать? Шатенка окинула её непонимающим взглядом. — А почему нет? — Мой отец не раздаёт такие карточки как конфетки, Макс, — Виктория перевела взгляд с Макс на визитку. — Это не тот номер, на который ты звонишь, чтобы избавиться от штрафа за парковку. На этот номер ты звонишь, когда хочешь сбежать из страны, где тебя собираются повесить за измену. Или когда твою дочь похитил мексиканский картель, и тебе нужно её вернуть. Макс недоверчиво вскинула бровь. — А такое... бывало? Лицо блондинки сморщилось. — Мой отец — очень влиятельный человек, — уклончиво ответила она. — Что я пытаюсь сказать, Макс, это очень серьёзный номер, на который ты звонишь по очень серьёзным проблемам. — Это сработает? — уточнила Макс. — Разумеется, сработает, — фыркнула Виктория. — Папа в игры не играет и не даёт пустых обещаний. Если он тебе должен, и ты чего-то попросишь, то получишь желаемое. Но на этом всё, Макс. Этот номер работает только один раз. Больше возможностей им воспользоваться у тебя не будет, а вторую ты уже не получишь. Хлоя наклонилась поближе. — Окей, что, блядь, это ВООБЩЕ такое? — Услуга. От отца Виктории, — объяснила ей Макс. — Он дал мне эту визитку на прошлогодней свадьбе в благодарность за помощь с площадкой. — И тебе нужно ОЧЕНЬ хорошо подумать, прежде чем её использовать, — Виктория скрестила руки на груди. — Никогда не знаешь, когда она тебе действительно понадобится, Макс. Этот ребёнок не помрёт, если будет проводить половину детства вдали от матери. Есть куча детей, чьи родители развелись, и кому пришлось пройти через подобное. Макс повернула голову к гостиничному номеру, а затем снова посмотрела на визитку. Несколько долгих секунд она совсем не шевелилась, взвешивая свои варианты. В конце концов она посмотрела на Викторию с Хлоей, которые ожидающее глазели на неё. — Слишком много жизней уже было разрешено церковью, — уверенно прошептала Макс. — Если я смогу помешать им вырастить ещё одного ребёнка в этой среде... то это того стоит. Виктория тяжело вздохнула, глядя, как Макс вновь начала набирать номер. — Подожди, — позвала она, прежде чем шатенка нажала на кнопку вызова. — Если ты настаиваешь на этом решении... тогда мы можем хотя бы выжать из него максимум. Макс посмотрела на неё в замешательстве. — Каким образом? Блондинка нагло ухмыльнулась. — Мой отец оказывает крупные услуги, Макс, не мелкие. Ты наверняка сможешь попросить его о чём-то большем, чем просто исправить решение об опеке. — Например? Закрыв глаза и несколько раз глубоко вдохнув полной грудью, Виктория собралась с мыслями. После чего начала обрисовывать свою задумку.

***

Двадцать минут спустя Макс повесила трубку. Сложив пополам визитку и засунув её в карман, она развернулась и направилась обратно в свой номер. Брук всё ещё лежала на полу, правда, на этот раз уже головой на коленях Рэйчел. Слёзы прекратились, но девушка угрюмо пялилась в дальнюю стену, в то время как Рэйчел нежно водила ладонью по её волосам. Макс опустилась на колени перед ней. — Брук, посмотри на меня. Девушка неохотно повернула голову к Макс, ничего ей при этом не говоря. — Ты мне доверяешь? Брук медленно кивнула. — Всё будет хорошо, — улыбнувшись, Макс успокаивающе погладила девочку по плечу. — Тебе больше не нужно переживать за Аарона или Регину. Они в безопасности. Брови подростка свелись в галочку. — Как? — спросила Брук с хрипотцой в голосе. — Не думай об этом, — Макс сжала её предплечье, после чего перевела взгляд с неё на Рэйчел, на чьём лице также играло озадаченное выражение. — Но они будут в порядке, Брук. Обещаю, — с этими словами она поднялась и покинула комнату. Как только она скрылась из виду, Виктория подошла к Брук и опустилась на то место, где только что сидела Макс. — Тебе НИ ЗА ЧТО не осознать, чем она только что пожертвовала ради вас, девочек, — заявила блондинка своим самым суровым тоном. Брук удивлённо захлопала глазами. — Она... что? Виктория не придала вопросу значения и просто продолжила: — Вы все теперь обязаны ей до конца ваших дней. Макс слишком хороший человек, чтобы потребовать что-то взамен... но если она когда-нибудь попросит тебя или Регину об услуге... вам двоим лучше согласиться, — девушка крайне угрожающе прищурилась. — Иначе я лично найду каждую из вас и надеру ваши тощие задницы.