Escaping The Light

Через пять минут Макс покинула переговорную, и надзиратель отвёл её обратно в комнату наблюдения. Хлоя тут же заключила свою девушку в объятия. — Ты как? — осторожно спросила она. — Я в порядке Хлоя. Лучше, чем прежде, — Макс бросила взгляд через её плечо туда, где стояли Уоррен и остальные. — Мне же можно будет получить копию записи, правда? Агент ФБР ухмыльнулся. — Думаю, это можно устроить. Это должно закрыть вопрос с иском о клевете. Макс довольно кивнула, и Хлоя выпустила её из рук. — Что с ней теперь будет? Джеймс выступил вперёд. — Согласно сделке, которую мы заключили, она даст показания против твоего отца, — пояснил он. — И полностью признает вину во время суда. Взамен ей дадут двадцать лет вместо пожизненного. — А мой отец? — С её показаниями, а также показаниями людей, похоронивших тело твоей матери, мы можем осудить его за сговор, — на этот раз откликнулся Джонс. — Вкупе с налоговым мошенничеством и принятием краденной собственности... твой отец наверняка проведёт остаток жизни за решёткой. — А ещё его навсегда лишат адвокатской лицензии, — добавил Джеймс. — Посему он не сможет самостоятельно подавать какие-либо документы в суд из тюрьмы. Хлоя презрительно фыркнула. — Надеюсь, ему достанутся очень дружелюбные сокамерники. — А что насчёт... — начала Макс, но замялась. — Вопрос опеки над Фейт Колфилд вне нашей компетенции, — подсказал Джонс. — На данный момент она под защитой государства, её интересы представляет СЗД. Если ты хочешь заняться этим, придётся разговаривать с ними. — К тому же, условия проживания дочери Терезы не обсуждались при заключении сделки, — добавил Джеймс. — Добиваться ли опеки над ней или нет, решать исключительно тебе.

***

Как и до этого, всю дорогу назад Макс также провела в тишине. Она просто уставилась в окно рассеянным взглядом и копошилась в собственных мыслях. Хлоя оставила её в покое, хоть и поглядывала на неё время от времени, чтобы убедиться, что Макс ничем не расстроена. После того, как их высадили у отеля, один из полицейских напомнил девушкам, что вернётся через пару часов, чтобы сопроводить их до аэропорта. Вернувшись в свой номер, они начали молча паковать дорожные сумки. В конце концов не выдержав, Хлоя со вздохом бросила свою сумку на кровать. — Ладно, Макс, хватит уже игры в молчанку, — заявила она, шлёпнувшись на стул рядом с маленьким столиком. — Я хочу знать, о чём ты думаешь. Макс оторвалась от косметички, которую в тот момент застёгивала. — О многом, — неохотно призналась она. — Ну, это и так очевидно, — наклонившись вперёд, Хлоя упёрлась локтями в колени. — Если ты забыла, я слышала всю вашу беседу в тюрьме. Прикусив губу, Макс посмотрела на свою невесту усталым взглядом. — О Фейт, — после небольшой паузы ответила она. — И о том, что сказала Тереза, — откинувшись на спинку стула, Хлоя потёрла ладошки друг о друга. — И? — Не знаю, — Макс села на кровать лицом к Хлое. — Всё ещё пытаюсь всё это обмозговать. Несколько минут они так и сидели в неловкой тишине. — А ты этого хочешь? — наконец подала голос Хлоя. — Удочерить свою сестру? Или... наверное, это не совсем удочерение, так ведь? Скорее, что-то вроде опекунства. — Да уж, я без понятия, — вздохнула Макс. Хлоя тихо усмехнулась. — Насчёт удочерения твоей сестры? Или удочерение ли это вообще? — И то, и другое, — Макс снова подняла взгляд на свою невесту. — А ты чего хочешь? Хлоя озадаченно моргнула. — Я? — Мы ведь скоро поженимся, — напомнила ей Макс. — Я так-то не могу принять это решение в одиночку. Мы обе должны быть на это согласны. Синеволосая задумчиво прикусила внутреннюю сторону щеки. — Я... не буду сразу говорить "нет", — она опустила взгляд в пол. — Честно говоря, я даже не уверена, хочу ли вообще детей. В смысле, я была той ещё засранкой в подростковом возрасте. А даже если и хочу, это совсем не то, как я представляла себе удочерение. Макс не нашлась что на это ответить. — Вот что мы точно не будем делать, — Хлоя вернула своё внимание к Макс. — так это решать прямо сейчас. Нам нужно обдумать всё это. Типа, хорошенько обдумать. Речь идёт не о собаке, а о маленьком человеке. Я, конечно, считаю, что сильно повзрослела, особенно после того, как встретила тебя, но... — девушка замялась, пытаясь подобрать слова. — Я не знаю, насколько хорошим родителем буду. Макс задорно хохотнула. — Ага, ты наверняка будешь "крутой" мамочкой. Из тех, что учат детей, как тайком пробираться на концерты и делать себе поддельные документы. — Ну, с этим-то проблем не возникнет. Только вот она будет тебя ненавидеть, когда позже ты будешь её наказывать, — губы Хлои расползлись в ухмылке, которая, впрочем, быстро сошла на нет. — В общем... сойдёмся на том, что как минимум не отбрасываем эту идею. Верно? Шатенка ненадолго поджала губы, а затем медленно кивнула. — Тогда нужно собрать больше информации, — заключила Хлоя. — Нельзя принимать решения на основе предположений. Мы должны знать гораздо больше, чем сейчас. Макс одобрительно хмыкнула. — Что ж... у нас есть пара человек для допроса.

***

Макс: Эй, ты тут? Рэйчел: Для тебя? Всегда. Что-то хотела? Макс: Так, сразу скажу, что пока что это всего лишь разговоры. Мы просто собираем информацию. Рэйчел: Ладно... А о чём? Макс: Сколько препятствий нам придётся преодолеть, чтобы получить опеку над Фейт? Рэйчел: Ты о своей единокровной сестре? Вы с Хлоей что, подумываете над этим? Макс: Тереза сама попросила меня об этом во время нашей встречи в тюрьме. Она хочет, чтобы её дочь забрали подальше от Первого Света. Рэйчел: Ничего себе. Окей, что ж, ты - прямой родственник, что сильно облегчает задачу. Политика СЗД заключается в том, чтобы при возможности передавать детей членам семьи. Рэйчел: Кое-какие нюансы всё-таки будут. Изучение домашних условий и парочка опросов, но если вы с Хлоей не варите мет у себя на кухне, это всё ерунда. Макс: То есть, слишком сложно не будет. Рэйчел: Не расслабляйся слишком рано. Её родители тоже должны дать своё согласие. Рэйчел: Раз Тереза сама попросила тебя об этом, она согласится подписать отказ от родительских прав. А вот твой отец - совсем другое дело. Макс: Он проведёт остаток жизни в тюрьме. Так какая разница? Рэйчел: Но пока-то он ещё не в тюрьме. До тех пор, пока в суде не будет доказано обратное, он невиновен. Если же по итогу суд ДЕЙСТВИТЕЛЬНО сочтёт его невиновным, опека над Фейт сохранится за ним. Макс: Так... что же нам делать? Рэйчел: На данный момент? Мы можем попробовать выбить вам с Хлоей временную опеку. Рэйчел: А в дальнейшем будет два варианта: его сочтут виновным, и вы сможете подать ходатайство об официальном удочерении Фейт; или его оправдают, и вам придётся вернуть Фейт отцу. Макс: Как скоро получится получить временную опеку? Рэйчел: Нам нужно будет договориться о домашнем визите с Калифорнийскими социальными работниками. Это само по себе может занять пару недель. А также вам понадобится адвокат, который будет представлять ваши интересы в Орегоне. К сожалению, это небыстрый процесс. Рэйчел: Мне начинать подготовку? Макс: Пока нет. Я свяжусь с тобой позже.

***

Хлоя: Мне нужна твоя помощь. Виктория: Моя почасовая ставка тебе не по карману. Хлоя: Это не шутки, Виктория. Дело серьёзное. Виктория: ... ты что, использовала моё полное имя? Хлоя: Да. Мне правда нужна помощь. Виктория: Вау. Хорошо, я вся внимание. Хлоя: И тебе пока что нельзя спрашивать о причинах моего интереса. Виктория: Валяй. Хлоя: Как ты думаешь, я бы была хорошим родителем? Виктория: Да. Хлоя: ... я надеялась на более подробный ответ. Виктория: Хлоя, ты одна из самых добрых и чутких людей на моей памяти. Виктория: Я считаю, что ты будешь потрясающей мамой. Хлоя: Даже после того случая в Портленде? Виктория: Каждая мать имеет встроенный режим "Мамы-Медведя". Твой просто пока настроен на Макс. Хлоя: Я бы хотела убедиться, что ты не просто ко мне подлизываешься. Виктория: Помнишь нашу первую встречу? Когда Кейт кричала на свою мать по телефону, а я не знала, куда себя деть? Виктория: Первым делом ты обеспокоилась моим самочувствием. А когда я сомневалась в идее сделать Кейт предложение, ты прекрасно знала, что мне нужно было услышать. Виктория: Из-за чего ты переживаешь сильнее всего? Хлоя: Из-за того, что я была паршивым подростком и воспитаю паршивого ребёнка. Виктория: Или же твой опыт паршивого подростка поможет избежать воспитания паршивого ребёнка. Виктория: Тем более ты сама говорила, что большинство подростков - паршивцы по определению. Хлоя: ... Хлоя: Спасибо. Виктория: Теперь я могу узнать, почему ты спрашиваешь об этом? Хлоя: Этим утром Макс встретилась с Терезой Колфилд. Она призналась в убийстве матери Макс. Виктория: Воу. Хлоя: Если вкратце, ею манипулировали, как куклой. Даже мне стало её жаль. Из-за отца Макс она выбросит на помойку двадцать лет жизни. Хлоя: Она попросила Макс позаботиться о её ребёнке, единокровной сестре Макс. Виктория: Чёрт возьми. Сколько ей лет? Хлоя: Шесть месяцев. Хлоя: Макс сейчас переписывается с Рэйчел. С юридической точки зрения, нам нужно что-нибудь знать? Виктория: А мать готова отказаться от родительских прав? Хлоя: Давай скажем, что да. Виктория: Тогда полдела сделано. Второй половиной станет отец. Виктория: И что-то я не думаю, что Райан Колфилд добровольно согласится позволить своей нерадивой дочери взять опекунство над его новорождённым ребёнком. Хлоя: И что же нам делать? Виктория: Если я правильно помню свои уроки, вам придётся подать ходатайство в семейный суд, чтобы вам выдали временную опеку над ребёнком. Затем, когда Райана осудят и приговорят, вы можете ходатайствовать о принудительном лишении его родительских прав и начать официальную процедуру удочерения. Хлоя: Но его будут судить только через несколько месяцев. Виктория: Если у ФБР есть на него достаточно улик, с его стороны было бы предельно тупо не признать вину. Особенно, если он хочет хоть раз вдохнуть свежий воздух перед смертью. Виктория: А он знает о вашей идее? Хлоя: Сомневаюсь. Виктория: Слушай, только не принимай мои слова за истину первой инстанции, ладно? Законы о усыновлении - не совсем мой конёк. Но я могу поискать для вас хороших юристов в Орегоне. К тому же, уверена, Рэйчел знает этот вопрос куда лучше меня. Хлоя: Макс как раз сейчас с ней разговаривает. И... да, можешь прислать мне какие-нибудь имена? На случай, если мы захотим поговорить с адвокатом. Виктория: Позволь мне сделать пару телефонных звонков. Я пришлю вам эмейл, когда разберусь.

***

Весь оставшийся день Макс с Хлоей обсуждали тему Фейт. Они рассуждали о том, как становление родителями повлияет на их жизни, особенно в отношении работы: сопоставили расходы на уход за ребёнком с сокращением рабочих часов Хлои, раз уж у Макс была бóльшая зарплата. Также они согласились с тем, что из второй комнаты, которую они более-менее переоборудовали в кабинет-тире-кладовку, вполне можно сделать полноценную спальню. В итоге девушки сошлись на том, что подумают обо всём ещё немного, чем и занимались на протяжении всей недели. Джейк и Пенни оба отмечали, что Макс постоянно рассеяна, даже во время встречи с представителями банка в четверг. — Ну правда, Макс, ты витала в облаках на протяжении всего времени, — пожаловалась ей Пенни по дороге обратно в офис. — У тебя всё в порядке? Макс устало провела рукой по лицу. — Прости. Я просто... У меня много всего на уме. — Не хочешь о чём-нибудь поговорить? Макс быстро затрясла головой. — Я буду стараться лучше. Пенни глубоко вздохнула. — Ну, кредит нам одобрили, так что ты нормально справилась. Как приедем, поговори с Такером, чтобы он перевёл необходимые средства с эскроу-счёта для закрытия сделки по ресторану. — Хорошо, — кивнула Макс, глядя в лобовое стекло, мысли о бизнесе занимали в её голове меньше места, чем ей бы того хотелось. Каждый вечер по возвращению домой Макс и Хлоя старались вести непринуждённые разговоры, однако тема Фейт висела над ними обеими грозовым облаком. Не единожды они одновременно замолкали, каждая погружённая в собственные мысли. Так продолжалось до четверга, когда они свернулись в кровати, и Макс внезапно заговорила: — Я хочу это сделать. Приподняв голову с подушки, Хлоя внимательно посмотрела на свою девушку. — Я хочу поговорить с Рэйчел и с адвокатом, хочу попробовать получить опеку над Фейт, — продолжила Макс. — Я хочу этого. — Почему? — шёпотом спросила Хлоя. Шатенка перевернулась на бок, чтобы посмотреть невесте в глаза. — Потому что Тереза была права, — снова заговорила она. — Если не мы, то кто-нибудь из церкви её заберёт. Один из друзей семьи или что-то в этом духе. Фейт заслуживает кого-то получше. Ей нельзя находиться рядом с этими людьми. Девушка взяла Хлою за руку и сжала её ладонь в своей. — А ещё... я хочу вырастить её вместе с тобой, — продолжила она. — Знаю, она не будет нашим ребёнком, и, возможно, однажды мы заведём своего, но я хочу, чтобы мы сделали это вместе. Ты будешь потрясающим родителем, я в этом уверена. И... я не могу представить себе ничего лучше, чем воспитать ребёнка вместе с тобой. Хлоя не отвечала целую минуту. Затем она высвободила свою ладонь, чтобы положить её не щеку Макс. — У меня только одно условие, — сказала она. Макс ждала с задержанным дыханием. — Мы расскажем ей правду, — Хлоя провела большим пальцем по щеке невесты. — Я не хочу притворяться её матерью. Хочу, чтобы она знала, что ты её сестра. Что мы выбрали растить её, а не были вынуждены. И когда она будет достаточно взрослой, чтобы понимать... я не хочу лгать ей о том, что произошло. Макс прикусила губу и медленно кивнула. — Ладно, — прошептала она на выдохе. — Хорошо. Хлоя притянула её поближе, позволив Макс угнездиться на своей груди, а сама опустила подбородок ей на затылок. — Похоже, завтра утром мы звоним Рэйчел, — промурчала она.