Глава 28
11 августа 2024 г., 03:20
Такой огромный колодец неприкрытой ненависти открылся внутри Гарри, когда он услышал это имя, что у него буквально перехватило дыхание. Его горло сжалось, дыхание сбилось, а тыльную сторону правой руки обожгли слова, которые не были вырезаны на его плоти, не в этой жизни, но Гарри все равно почувствовал их.
“Гарри?” - Голос Тома звучал за много миль отсюда, и Гарри едва мог разобрать его голос из-за звона в ушах. - “Гарри, скажи мне, что случилось, пожалуйста”.
Зеркало в руке Гарри треснуло, резкая линия рассекла красивое лицо Тома пополам.
“Гарри, дорогой, пожалуйста, успокойся”. - Глаза Тома были широко раскрыты, лицо побледнело, но Гарри едва ли заметил это, настолько переполняла его ненависть.
“Нет”, - сумел произнести Гарри тише, чем шепот.
“Милый, пожалуйста, сделай глубокий вдох”, - взмолился Том.
Гарри пытался, он так старался дышать, но все, что он чувствовал, был холод, как будто дюжина дементоров, которых дорогая Долорес использовала в зале суда во время ужасающих процессов над маглорожденными, внезапно обрушились на Гарри прямо там, в общежитии Слизерина.
“Гарри, что эта ведьма сделала с тобой?” - Том бессвязно бормотал голосом, настолько близким к панике, насколько Гарри когда-либо слышал его. - “Люциус сказал, что она новый заместитель Фаджа, которого недавно избрали. Я знаю, что в нашей прошлой жизни она училась в Хогвартсе, а потом работала в Министерстве, но это все, что я знаю, я клянусь в этом, Гарри, дорогой, пожалуйста, дыши”.
Гарри удалось фыркнуть и, наконец, неглубоко, с хрипом вдохнуть. “Нет”, - повторил он, голос стал немного громче, но все еще ужасно тихий. - “Никогда”.
“Прекрасно. Это не имеет значения, она не важна, Люциус просто предложил это, поскольку она открыто выступает против Дамблдора”.
“Я бы скорее предпочел работать с Дамблдором, чем с ней”, - сказал Гарри с абсолютной убежденностью, заставив Тома на несколько мгновений замолчать.
“Что ж, это, безусловно, проясняет ситуацию”, - наконец смог вымолвить Том. - “Прости, что я непреднамеренно так сильно расстроил тебя, мой дорогой. Это, конечно, не входило в мои намерения. Если ты готов поделиться тем, что произошло, я с удовольствием послушаю”.
Гарри задумался, сделал еще один глубокий вдох, на этот раз дыхание стало немного легче. Очень большая часть его хотела просто забыть об Амбридж, о ее терроре на пятом курсе, о всей боли, которую она ему причинила, но Гарри уже знал, что это делу не поможет. Говорить о его травмах было приятно, хотя само по себе это казалось уникальной пыткой, по крайней мере поначалу.
“Она преподавала защиту у нас на пятом курсе”, - сказал Гарри, пристально глядя на тыльную сторону своей правой руки, где кожа была гладкой, но Гарри, тем не менее, чувствовал выгравированные слова. - “Она отказалась обучать настоящей магии и выместила это на мне. Она заставила меня использовать –“ Гарри замолчал, сомнение овладело его разумом. Почему он придавал такое большое значение глупому маленькому перу Амбридж? В тот год случались вещи гораздо худшие, чем то, что Гарри получил какой-то новый ужасный шрам; на ум приходила смерть Сириуса.
“Милый, пожалуйста, расскажи. Я хочу знать”, - прошептал Том, голубые глаза умоляли.
“Она вцепилась в меня, потому что я продолжал говорить, что Волан-де-Морт вернулся, а Министерство твердо отрицало это. Она устраивала мне наказания почти каждый день недели в течение многих месяцев и заставляла меня использовать это черное перо, пока я должен был писать "Я не должен лгать", и перо использовало мою кровь, чтобы написать это, и вырезало эти слова на тыльной стороне моей ладони”. Гарри поднял правую руку, как будто это было каким-то доказательством, но, конечно, теперь там не было шрама. “Через некоторое время эти слова никуда не делись, и у меня появился новый блестящий шрам”.
Выражение лица Тома стало жестким, в глазах горело что-то, что Гарри не мог определить.
“Амбридж также была главой Комиссии по регистрации маглорожденных, и каким-то образом она заполучила в свои руки твой крестраж-медальон, поэтому нам пришлось вломиться в министерство, чтобы украсть его, там были дементоры, и она посылала всех этих невинных маглорожденных на смерть. Там был беспорядок, когда мы выбирались из Министерства, и Рона расщепило, и особняк на Гриммо больше не был безопасным, и мы оказались в палатке”.
Когда Том долгое время не отвечал, Гарри наконец поднял на него глаза. Выражение лица Тома по-прежнему казалось высеченным из камня. “Я понимаю”, - наконец прошептал Том. “Клянусь тебе, мой дорогой, я понятия не имел. Яксли позаботился обо всем персонале в Министерстве и хорошо отзывался о ней, что, оглядываясь назад, должно было сказать мне достаточно сегодня днем, когда Люциус предложил ее. Я приношу свои извинения”.
“Все в порядке”, - сказал Гарри, жгучая ненависть значительно уменьшилась. - “Только не проси меня иметь с ней дело. Никогда”.
“Я обещаю. Как я уже сказал, она неважна. Есть много других ведьм и волшебников, которые могут помочь нам осуществить наши планы”. Голос Тома звучал успокаивающе, но его взгляд по-прежнему был тверд как гранит.
“Я устал”, - честно признался Гарри. Он устал, адреналин, который на короткое время прошел через него, оставил после себя явное истощение.
“Конечно. Поспи немного, мой дорогой. Мы поговорим снова завтра”.
Только тогда Гарри по-настоящему заметил трещину в стекле зеркала. “Дерьмо”, - сказал он, чувствуя легкий приступ паники, охвативший его. Ему не нравилась мысль о том, что у него будет зеркала, что он больше не может разговаривать с Томом. - “Я разбил зеркало”.
“Просто используй Репаро, это должно сработать, поскольку оно в основном питается рунами”, - предложил Том с мягкой улыбкой, которая не коснулась его глаз. - “Я посмотрю, когда ты приедешь на святочные каникулы через несколько недель”.
“Да, я сделаю это. Завтра”. - Гарри не верил, что сможет наложить успешный Люмос прямо сейчас, не говоря уже о том, чтобы использовать магию над своим драгоценным зеркалом. - “Спокойной ночи, Том”.
“Спи спокойно, Гарри”.
Разумный совет, если бы только Гарри мог уснуть. Но он лежал на спине, уставившись на занавески вокруг и над головой, а сон не приходил. Его разум был слишком бодр после напоминания обо всех особых видах боли и страданий от Амбридж. Итак, в конце концов Гарри признал поражение и, несмотря на усталость, схватил книгу со своего прикроватного столика. Оказалось, что это книга правил и предписаний Хогвартса. Возможно, это был именно тот сухой материал, который мог бы погрузить его в сон, размышлял Гарри.
Это было не так. На самом деле, это было настолько далеко от сухого и скучного, что вскоре Гарри достал самопишущее перо и блокнот и начал делать заметки. Обсуждалось все, от того, как определялся прием студентов, до того, какие наказания были уместны и как главы факультетов должны были воздерживаться от предпочтения своего факультета при начислении или отзыве баллов факультета. Гарри был ужасно удивлен, осознав, что Снейп регулярно нарушал эти правила своими манипуляциями с системой начисления баллов факультету.
Также была глава о студенческих инициативах. Была возможность создать Совет студентов, что-то похожее на Совет управляющих, поскольку они имели право голоса в управлении Хогвартсом, когда речь заходила о новых предметах или о том, какие виды спорта предлагались, и о многом другом. Студенты должны были быть избраны для участия в студенческих кампаниях, и, по крайней мере, они должны были быть на третьем курсе, чтобы присоединиться. Гарри подумал, существует ли в настоящее время Студенческий совет, поскольку он никогда не слышал о нем в своей предыдущей жизни. Тем не менее, возможно, стоило бы начать такое дело на третьем курсе. Он сделал пометку в том, что он про себя назвал своей Книгой планов, с заглавными буквами и всем прочим.
Еще одной темой, о которой шла речь в главе, были студенческие клубы, которые сразу заинтересовали Гарри, поскольку возрастных ограничений не было. Каждый мог основать клуб практически на любую тему, если это было законно, по мнению Гарри. Им пришлось бы получить разрешение либо от главы своего факультета и директора школы, либо от трех из четырех глав факультетов. Гарри не собирался привлекать Дамблдора, если мог обойтись без этого, он был уверен, что сможет убедить Снейпа, Спраут и Флитвика поддержать его новый клуб. Он предпочел бы не привлекать Макгонагалл, поскольку она была слишком близка с Дамблдором, на взгляд Гарри.
Это был идеальный способ начать возвращать ритуалы и традиции в учебную программу Хогвартса, решил Гарри. Он понимал, что должен быть осторожен в формулировках своей просьбы. Он знал, слушая Тео и Блейза и, в некоторой степени, некоторых других своих чистокровных друзей, таких как Невилл и Эрни, что идея повторного введения подобных вещей вызывала неодобрение значительной части их общества.
Так что это не мог быть Клуб откровенных традиций. Это должно было быть что-то более утонченное, но все равно дающее им возможность поговорить о запретных темах и просветить себя и других.
Гарри решил выспаться, так как было уже далеко за три часа ночи и его разум очистился от мыслей о самом нелюбимом человеке во всем мире. Гарри фыркнул про себя за то, что так думал об Амбридж, но он также знал, что это правда. Он действительно, по-настоящему, глубоко ненавидел эту ведьму так, как никогда не ненавидел Волдеморта и даже Дамблдора, хоть и в наши дни он терпеть не мог старого козла.
Сон действительно пришел, пока Гарри размышлял, как организовать свой новый студенческий клуб, и утром, несмотря на то, что он почти не спал, Гарри чувствовал себя отдохнувшим. Он починил свое зеркало без каких-либо проблем и, к большому своему облегчению, оделся, слегка подпрыгивая от радости, что есть что-то новое, на чем можно сосредоточиться.
“Доброе утро”, - приветствовал его Тео, выходя из ванной. - “Ты выглядишь бодрым. Тебе снились приятные сны?”
Гарри на мгновение остановился, надевая носок. Теперь, когда Тео упомянул об этом, Гарри вспомнил, что ему приснился не особенно приятный сон. Это означает, что он не делился своими снами с Томом, как они обычно делали, с тех пор, как Тому вернули его тело. Как так получилось? Это потому, что Гарри лег спать в такой поздний час? Том еще не спал или уже проснулся до того, как Гарри удалось увидеть сон вместе с ним?
“Доброе утро, Тео”, - наконец ответил Гарри, когда Тео смотрел на него, тихо забавляясь рассеянным поведением Гарри. “Я бодр, потому что у меня появился новый план. Я расскажу вам все в библиотеке позже сегодня”.
“Конечно”, - сказал Тео, быстро кивнув, прежде чем вернуться к приготовлениям к сегодняшнему дню.
Был четверг, и это означало, что во второй половине дня у них был целый день Защиты, Истории и сдвоенной Трансфигурации. ЗОТИ была практическим занятием, на котором они отрабатывали Таранталлегру и несколько других заклинаний для начинающих, и хотя Гарри мог делать их даже во сне, он все равно наслаждался пролетевшим уроком. Гарри использовал историю, чтобы тщательно продумать, как организовать свой новый клуб, и к концу занятия у него был рабочий план. А во время Трансфигурации они практиковались превращать жуков в пуговицы и обратно, что бесконечно наскучило Гарри, пока Макгонагалл не заставила его сделать пуговицу настолько креативно, насколько Гарри мог справиться. Вызов принят! Гарри пришлось вспомнить, что он должен был быть первокурсником, поэтому он сдерживал себя соответствующим образом, но все равно в итоге у него в руках оказалась большая кнопка, на которой были выгравированы изображения замка Хогвартс, слегка отличающиеся по цвету от отображаемых на дисплее. Макгонагалл поставила ему за это десять баллов плюс довольно гордую улыбку.
Как обычно, Гарри и его друзья встретились в библиотеке после окончания занятий. Поскольку до ужина оставалось не так уж много времени, Гарри решил поделиться своим новым планом еще до того, как кто-нибудь достанет книги и сделает домашнее задание.
“У меня есть идея”, - объявил Гарри, и все взгляды сразу же обратились на него. “Я вырос в семье маглов, как вы знаете, и я продолжаю сталкиваться с вещами, которых я не знаю в нашем мире”, - осторожно сказал Гарри, несколько раз повторив свою небольшую речь на уроке истории. “И я знаю, что я не единственный”. - Гарри многозначительно посмотрел на Джастина, который ответил энергичным кивком. - “Тетя Петуния рассказывала мне об этом мире, но она магла, и она многого не знает. Поэтому я предлагаю создать клуб”.
“Что за клуб?” С любопытством спросила Сьюзан. На лице Блейза, стоявшего рядом с ней, появилась понимающая улыбка. У Тео было похожее выражение, просто он лучше это скрывал.
“Клуб, где мы можем обмениваться знаниями между собой. Чистокровные могут рассказать магловским воспитанникам о волшебном мире, а магловские воспитанники, в свою очередь, могут рассказать чистокровным о мире маглов. Я слышал, что магловедение ужасно устарело и на самом деле не занимается вопросами культуры, а именно там у маглов есть много интересного, чем можно поделиться”.
“Звездные войны”, - благоговейно выдохнул Джастин.
“Именно”, - сказал Гарри, хотя понятия не имел, что такое "Звездные войны" на самом деле, кроме фильмов, о которых он пару раз слышал от Джастина.
“Как ты собираешься назвать свой новый клуб?” - Нетерпеливо спросила Ханна. Казалось, она была согласна с планом Гарри, как и остальные его друзья.
“Это будет официальный клуб, и я надеюсь, что Снейп, Спраут и Флитвик поддержат нас”. Гарри нахмурился. “Я еще не придумал название. Вроде как застрял на этом”.
“Хм”, - задумчиво произнесла Дафна, обменявшись взглядом с Трейси. “Клуб культурного обмена волшебников и магглов”.
“Это очень долго”, - сказал Невилл с таким видом, как будто он искренне беспокоился, что никогда не вспомнит всего. “Как насчет Культурного клуба?”
Джастин фыркнул и тихо начал напевать себе под нос какую-то мелодию. Гарри понятия не имел почему, но проигнорировал Джастина и улыбнулся Невиллу. “Мне нравится. Все за?”
Последовал хор согласий, даже от Джастина, и Гарри начал писать несколько записок для отправки, чтобы попросить о встрече с соответствующими главами Домов. После этого он начал составлять официальное предложение для Культурного клуба, и довольно скоро Невилл, Дафна и Тео предложили свою помощь с формулировкой всего этого.
В тот вечер Гарри поговорил с Томом, и он был рад отметить, что их отношения вернулись в нормальное русло. Короткая серия с Амбридж у Гарри ничего окончательно не испортила, и хотя Том еще раз извинился, Гарри отмахнулся от этого, полностью восстановившись. Гарри также был рад отметить, что Том больше не делал замечаний по поводу очевидной реакции Гарри на его обнаженность, и казалось, что нежное поддразнивание Тома предыдущим вечером было всем, что он собирался сделать по этому поводу, из-за чего Гарри был необъяснимо наполнен как счастьем, так и разочарованием. Том похвалил его за его амбиции основать студенческий клуб и Студенческий совет через несколько лет, и Гарри отправился спать, согретый одобрением Тома, прежде чем погрузиться в чудесный совместный сон, наполненный чувствами заботы, комфорта и безопасности.
Снейп был первым, кто ответил на просьбу Гарри о встрече. Он просто приказал Гарри остаться после уроков зелий на следующий день.
“Поттер”, - сказал Снейп с ожидаемой насмешкой. “Я получил твое послание. Чего ты хочешь?”
“Да, сэр. Я хотел бы, чтобы вы поддержали мой новый студенческий клуб. Мы называем это Клубом культуры, сэр, и речь идет о –“
Снейп прервал его, протянув руку и бросив на Гарри нетерпеливый взгляд.
Гарри потребовалось мгновение, чтобы понять, что имел в виду Снейп, и он быстро порылся в нужной папке в своей сумке с книгами, чтобы вытащить предложение студенческого клуба. Снейп выхватил письмо у него из рук, перечитал с совершенно отсутствующим выражением лица, схватил перо и подписал его, прежде чем сунуть обратно в руки Гарри. “А теперь убирайся”.
“Да, сэр. Спасибо, сэр”. Гарри просиял и выбежал из комнаты, где в коридоре его ждали друзья. “Получил первое”, - сказал Гарри с широкой ухмылкой, размахивая предложением перед их лицами.
Суббота началась с невыносимого Драко, поскольку Помфри наконец удалось вернуть его уши в нормальное состояние. Драко расхаживал с важным видом, как будто лично выиграл Кубок по квиддичу, но он не осмелился еще раз прокомментировать неудачную травму Гарри в квиддиче, и, в конце концов, это было все, чего хотел Гарри. Урок усвоен и все такое.
Флитвик пригласил Гарри прийти к нему в кабинет в тот день, и Гарри потащил с собой Тео, Ханну, Джастина и Невилла. Прекрасное представление студентов из разных слоев общества и факультетов.
“Я заинтригован”, - сказал Флитвик, прочитав предложение Гарри. “Но пока не убежден в необходимости такого клуба”. Флитвик одарил их лучезарной улыбкой. “Итак, убеди меня”.
Удивительно, что именно Джастину это удалось, когда он начал говорить. “Это мелочи, о которых мы, выросшие в семье маглов, не знаем, профессор”, - сказал Джастин с предельной искренностью. “На днях у меня на галстуке было небольшое пятно, и я воспользовался носовым платком, небольшим количеством мыла и воды, чтобы смыть его. Захария Смит рассмеялся мне в лицо по поводу того, каким глупцом я был, делая это вручную, пока Седрик Диггори не отчитал его и не научил меня простому очищающему заклинанию. Такого нет в нашей книге по чарам”.
Флитвик серьезно кивнул и сделал небольшую пометку на клочке пергамента. “Я мог бы добавить несколько простых бытовых чар в учебную программу позже в этом году, чтобы исправить это. В любом случае, я вас поддержу”. И с этими словами Флитвик подписал предложение.
В воскресенье Гарри привел всех своих друзей на встречу со Спраут в ее кабинет. Она была из тех женщин, которые жили идеей "чем больше, тем веселее", и она с радостью наколдовала стулья для всех них и наполнила их чаем и маленькими шоколадными пирожными, терпеливо слушая объяснения Гарри о том, почему они хотят открыть новый клуб.
“Я очень рада видеть, что вы все работаете вместе, и я аплодирую вам за вашу инициативу, мистер Поттер. Ваши родители были бы так горды ”. С доброй улыбкой и сияющими глазами она поставила свою подпись, и студенческий клуб Гарри был официально утвержден.
Они отпраздновали свой успех на кухне, где ждало еще больше угощений от домовых эльфов, а после всего этого прогулялись вокруг озера, обсуждая идеи уроков, которые можно было бы использовать в их клубе. Официальные клубы должны были объявляться путем размещения листовок на доске объявлений в каждой комнате отдыха, и Дафна, Трейси, Сьюзан и Ханна предложили позаботиться об этой части. Гарри был рад позволить им, поскольку был занят составлением хоть сколько-нибудь внятных планов уроков на первые несколько месяцев.
Они решили встретиться в пятницу вечером в пустом классе, так как у них был выходной в пятницу днем, и таким образом, их встреча не помешала бы сделать домашнее задание в последнюю минуту.
Позже тем же вечером Гарри с гордостью показал подписанное предложение, чтобы Том восхитился, когда он зеркально отобразит свою вторую половинку.
“Молодец, мой дорогой”, - сказал Том с теплой улыбкой и даже сумел очень тихо поаплодировать, не уронив зеркальце. “У тебя все готово с планами уроков?”
“Я приближаюсь к цели. У всех было много идей, и я использую заметки Регулуса, чтобы добавить информацию о ритуалах и традициях, о которых люди, возможно, больше не знают, если не будет очевидно, что их учат”.
“Похоже, это лучший способ преподавания этих предметов, по крайней мере, на данный момент”, - кивнув, согласился Том.
“Да, именно так”. Гарри на мгновение упился своей маленькой и неосознанной победой над Дамблдором, прежде чем выжидательно посмотрел на Тома. “И чем ты занимался в последнее время?" Последние несколько дней мы говорили только о моем клубе”.
“Ах, я думаю, ты будешь рад услышать, что мы с Барти готовы расставить ловушку для твоего старого друга Локхарта на этой неделе. Сразу после этого мы сможем публично объявить о нашем присутствии”.
Гарри оживился. “Я хочу все подробности. Серьезно. Я хочу увидеть лицо Локхарта, когда его утащат авроры. У тебя есть Омут памяти? Или знаешь кого-нибудь с омутом памяти?”
Том посмеялся над рвением Гарри. “У меня его нет, но у Доруса он есть. Я уверен, он разрешит нам воспользоваться им на святочных каникулах”.
“Да!” - Гарри едва не воскликнул. - “Я обменяю твое воспоминание о том, как Локхарт получил по заслугам, на мое воспоминание о лице Дамблдора, когда он увидит тебя в ”Пророке" позже на этой неделе".
“Договорились”, - сразу же сказал Том, выглядя таким же воодушевленным, как чувствовал себя Гарри.
Сосредоточение внимания на создании Культурного клуба на прошлой неделе отвлекло Гарри достаточно, чтобы не слишком задумываться о своем растущем влечении к Тому, но в тот момент Гарри пришлось признать, что влечение все еще было, возможно, оно трансформировалось в нечто большее, чем просто физическая реакция на идиотски красивое лицо Тома.
Гарри знал, что это ничего не изменит. В течение следующих пяти лет или около того ничего не могло произойти, конец истории, независимо от того, насколько сильно эта идея начала расстраивать Гарри в эти дни. И представьте, молодое тело Гарри еще даже не вступило в период половой зрелости. Гарри не хотел знать, что он будет чувствовать, когда его гормоны возьмут верх через один или два года.
“С тобой все в порядке, мой дорогой?” - Том спросил его, когда Гарри погрузился в размышления.
“Да”, - сказал Гарри с улыбкой, которая была одновременно наполнена счастьем и тоской. - “Просто наслаждаюсь нашим успехом”.
“В последнее время у нас все складывалось удачно, не так ли?” - Сказал Том не без изрядной доли самодовольства. - “Мне действительно нравится, когда всё идёт по плану”.
Конечно, это был момент, когда Гарри должен был понять, что они только что сглазили свой успех. Не может быть только хороших вещей без того, чтобы не случались плохие, как Гарри понял очень рано в своей жизни. Гарри нашел полный закрытый пакет шоколадных круассанов в мусорном контейнере пекарни по дороге в школу? Это означало, что Гарри мог съесть один или два, прежде чем неизбежно Дадли найдет их и съест остальное. Видите? За чем-то хорошим всегда следовало что-то плохое. История всей гребаной жизни Гарри.
В данном случае плохое дало о себе знать во время завтрака на следующее утро. Как обычно по понедельникам, большая часть студентов с трудом чувствовала себя достаточно бодрой для следующей недели занятий и едва обращала внимание на новости, но в то утро что-то взволновало большинство студентов.
Гарри открыл свой номер "Ежедневного пророка" во время завтрака и чуть не подавился кусочком сосиски, когда увидел лицо Амбридж, уставившееся на него с первой страницы.
“Она похожа на жабу”, - заметил Блейз, заглянув в газету. - “Что за лицо, которое можно поместить в газете первым делом с утра”.
“Она кого-то убила”, - добавил Тео, проделав то же самое.
Гарри смотрел и смотрел, пока, наконец, не смог разобрать буквы и слова, окружающие отвратительные черты лица Амбридж.
"Заместитель госсекретаря Долорес Амбридж арестована за убийство Люсинды Сноу"
“Кто такая Люсинда Сноу?” Блейз поинтересовался вслух, в то время как Гарри тихо задавался тем же вопросом. Имя показалось знакомым, и Гарри был уверен, что где-то недавно слышал его, но не мог вспомнить где.
“Разве это не твоя сталкерша?” - Тихо спросил Тео, взглянув на Гарри.
“Моя кто?” - Гарри посмотрел на Тео широко раскрытыми, неуверенными глазами.
“Та, которая прислала тебе любовные зелья”, - сказал Тео с многозначительным видом.
“А, эта”, - со смешком ответил Блейз, возвращаясь к своему завтраку, уже переходя к дневным новостям. - “Ну, потерь нет”.
Гарри не мог дышать. Какого черта Амбридж убила ведьму-преследовательницу Гарри? Даже если он не хотел этого признавать, Гарри знал ответ. Амбридж не убивала сталкершу Гарри.
А вот Том да.
