Глава 34
17 августа 2024 г., 09:20
Дамблдор взял ярко-красную кружку как раз в тот момент, когда раскрыл перед собой "Пророк", и Гарри имел удовольствие, нет, привилегию видеть, как уважаемый директор Хогвартса вылил всю чашку кофе себе на бороду.
Серьезно, похоже было на то, что у Дамблдора внезапно начался понос во рту, который окрасил большую часть его серебристо-белой бороды в тускло-коричневый цвет.
Отчаянно пытаясь сдержать хихиканье, Гарри быстро поднял свою газету достаточно высоко, чтобы спрятать за ней лицо, в то время как его плечи дрожали, а газета шуршала в руках.
“Неужели Дамблдор только что пролил на себя кофе?” - Не веря своим ушам, спросил Блейз, в то время как Гарри задерживал дыхание, пытаясь не расхохотаться.
“Что?” - Потребовал ответа Драко, поворачиваясь на месте, чтобы посмотреть на главный стол. - “Посмотри на него! Он даже завтрак не может нормально позавтракать. Неудивительно, что в этом заведении такие низкие стандарты”.
Все ученики вокруг обратили внимание на маленький досадный инцидент со своим директором, и как раз в тот момент, когда Гарри выглянул из-за газеты, все еще изо всех сил сдерживая смех, Дамблдор вскочил и поспешил из зала через боковую дверь за главным столом. Не в силах больше сдерживать смех, Гарри отпустил себя и наклонился, истерически хихикая от явного удовлетворения при виде реакции Дамблдора на то, что Волан-де-Морт вернулся в совершенно новом теле.
Ну, не совсем Волан-де-Морт, поскольку Том в те дни был совершенно другим человеком, но Дамблдор, конечно, этого не знал.
К счастью, многие студенты смеялись вокруг, так что нелепая реакция Гарри не слишком выделялась. Он просто казался незрелым ребенком, получающим удовольствие от того, что взрослый что-то проливает на себя, но он, конечно, был не единственным учеником с подобной реакцией.
Их первым уроком была гербология, и, как обычно, они объединились с Эрни и Джастином, чтобы срезать несколько жужжащих первоцветов. Их цветы тихо шелестели на ветру, отсюда и название, но поскольку был конец ноября, первоцветы не цвели, и их просто нужно было подрезать, чтобы они пережили надвигающуюся зиму.
Тео придвинулся ближе к Гарри, пока они работали, в то время как Эрни и Джастин громко обсуждали находку Диадемы Рейвенкло. Ни один из них не казался очень убитым горем из-за судьбы Локхарта, но из того, что понял Гарри, Джастин понятия не имел, кто он такой, а Эрни всегда считал Локхарта немного пижоном, хотя мать Эрни была большой поклонницей и наверняка была бы разочарована. За соседним столом Миллисент и Дафна вместе с Захариасом Смитом вели жаркую дискуссию о том, что злой Ежедневный пророк оклеветал их любимого героя, в то время как Трейси и Уэйн Хопкинс обменивались понимающими взглядами, в промежутках наклоняя головы, чтобы скрыть ухмылки.
Казалось, такова была реакция за всеми столами. Часть студентов была опечалена или рассержена арестом Локхарта, в то время как остальные, казалось, тихо забавлялись его судьбой, но были слишком вежливы или слишком неуверенны в себе, чтобы сказать такие вещи вслух.
“Тот худощавый парень”, - прошептал Тео на ухо Гарри, пока все остальные были отвлечены. - “Это тот, кого ты упоминал, и ты сказал, что он был очень близким родственником”.
Гарри ничего не сказал, но продолжил срезать сухие листья с примулы, стоящей перед ним.
“Учитывая его довольно юный возраст”, - продолжил Тео, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. - “Я предполагаю, что он сын Сами-Знаете-Кого”.
Гарри быстро кивнул головой и посмотрел Тео в глаза. - “Это пока не общеизвестно, так что держи это при себе. Вероятно, статья об этом выйдет скорее раньше, чем позже, но делиться этим не нам”.
“Я понимаю”, - пробормотал Тео. - “Но ты проводил с ним время... и он никогда не пытался причинить тебе боль?”
Моргая, Гарри повернулся и уставился на Тео, наконец понимая, почему Тео продолжал твердить о Томе. Тео искренне беспокоился, что сын Волан-де-Морта может попытаться причинить вред или убить Гарри. - “Том совсем не похож на своего отца, я клянусь”. - Что было абсолютной правдой.
“Хорошо”, - вздохнул Тео, и в его голосе прозвучало настоящее облегчение. Без дальнейших вопросов Тео вернулся к своим первоцветам, а Гарри присоединился к разговору остальных о том, кому принадлежала диадема Рейвенкло.
“Она принадлежит Хогвартсу”, - настаивал Эрни.
Гарри не согласился. - “Во-первых, она никогда не принадлежала Хогвартсу, это была личная собственность Ровены Рейвенкло, пока ее дочь Хелена не украла её и не сбежала в Албанию”.
“Откуда ты это знаешь?” - Спросил Блейз, любопытно наклонив голову. У Гарри сложилось отчетливое впечатление, что в последнее время Блейз привык к тому, что Гарри очень хорошо информирован по самым разным предметам. Возможно, он слишком хорошо информирован. Ему нужно было лучше следить за собой, когда дело касалось того, чем он делился со своими друзьями.
“Серая леди, призрак Рейвенкло - Хелена Рейвенкло”, - сказал Гарри, глядя Блейзу прямо в глаза, его лицо ничего не выражало. - “И наш призрак, Кровавый барон - это парень, которого Ровена послала вернуть Хелену и ее диадему, но барон случайно убил Хелену, а затем из раскаяния покончил с собой, что означает, что диадема была утеряна в Албании на столетия”. Гарри пожал плечами и улыбнулся остальным. - “Призраки не самые разговорчивые, но иногда они отвечают на вопросы”.
“Вау”. - Джастин выглядел так, как будто только что осознал, что, возможно, на самом деле живет в фильме об Индиане Джонсе, наполненном приключениями и далекими местами.
После Гербологии у них были "Чары", где Невилл снова сидел с ними, но поскольку Флитвик большую часть часа читал лекцию, у них было мало времени для разговоров. Но поскольку была среда, и у них был выходной, и после быстрого ланча все собрались за своим обычным столом в библиотеке, горя желанием обсудить все события последних нескольких дней.
“Гарри, как ты можешь верить хоть чему-нибудь из того, что "Пророк" писал о бедном Гилдерое Локхарте”, - спросила Дафна с выражением печали на лице, когда она села напротив Гарри.
“Да, могу”, - сказал Гарри с нейтральным выражением лица, не желая расстраивать свою подругу еще больше, чем она, очевидно, уже расстроилась. - “Прости, Дафна, я понимаю, что ты фанатка, но я прочитал несколько его книг, и они не сходятся с фактами”.
“Спасибо!” - Сказала Трейси, подняв руку в воздух и одарив Дафну очень многозначительным взглядом. - “Видишь? Я не единственная, кто заметил, что что-то не так”.
Нижняя губа Ханны задрожала. - “Но зачем ему так всем лгать? Как он мог это сделать?”
“Потому что все, чего он хотел, это славы и богатства”, - тихо сказал Невилл и быстро захлопнул рот, когда все разом посмотрели на него.
“Ты прав”, - сказал Гарри, чтобы показать ему некоторую поддержку. - “Я верю, что Локхарт хотел славы и богатства, на самом деле не работая для этого. И это было для него важнее, чем то, что почувствуют его фанаты, когда правда наконец выйдет наружу.”
“Это так неправильно”, - прошептала Ханна и вытерла слезу, скатившуюся по ее щеке. Сьюзан успокаивающе обняла подругу. Они поговорили о Локхарте еще несколько минут, пока, наконец, тема разговора не перешла к двум неизвестным джентльменам, которые обнаружили потерянное сокровище.
Дафна разложила перед собой "Ежедневный пророк" и внимательно рассматривала фотографию. - “Он очень красивый. Ну, они оба такие, но этот, ” - и она постучала пальцем по фотографии Тома, - “особенно”.
“Дай мне посмотреть”, - сказала Трейси, наклоняясь, когда все остальные сделали то же самое, все уставились на фотографию Тома. Гарри тем временем подавился собственной слюной и сильно закашлялся, задаваясь вопросом, должны ли дети замечать подобные вещи во взрослых, или он просто ничего не замечал в своей первой жизни, что было вполне возможно.
“Ты не согласен?” - Спросила Дафна, прищурившись.
“Эм…” - И Гарри, который буквально потерял способность связно произносить слова, когда впервые столкнулся с обнаженным Томом, пожал плечами и притворился, что внимательно читает учебник по чарам. - “Я не заметил”.
“Гарри - мальчик”, - сказала Ханна, как будто это все объясняло.
“Я заметил, что он красив”, - сказал Джастин, немного защищаясь.
“Ну, ты, может быть, и не такой мальчик”, - мудро заметила Ханна.
“Что?” - Джастин переводил взгляд с одного на другого в большом замешательстве, как будто не совсем уверенный, следует ли ему оскорбляться или нет.
“Итак, о том эссе по чарам”, - громко сказал Тео. Блейз наблюдал за всеми остальными с большим удовольствием, но Невилл ухватился за возможность сменить тему.
“Да, эссе. Как ты думаешь, какие книги нам следует прочитать, чтобы узнать больше о том, как разблокировать чары?” - Спросил Невилл, уже вставая со своего места. Тео сделал то же самое, и они все вместе чуть ли не убежали в стеллажи. Гарри завидовал им, но в то же время отчаянно хотел услышать, что еще его друзья говорят о Томе, хотя и не был уверен почему.
Однако больше никаких потрясающих комментариев сделано не было, и все они закончили домашнее задание и отправились ужинать, где на десерт им подали пастуший пирог с шоколадным пудингом.
“Как дела?” - Нетерпеливо спросил Гарри, когда Том позже тем же вечером подошел к зеркалу. Гарри еще не был одет в пижаму, поскольку в полночь у них все еще была астрономия, но он уютно устроился в своей постели с задернутыми занавесками, чтобы немного вздремнуть, по крайней мере, так он сказал своим друзьям.
“Я в порядке”, - быстро заверил его Том. Он действительно выглядел хорошо отдохнувшим. - “Рад, что теперь появились новости, и мы можем приступить к следующему этапу нашего плана”.
“Да, не сомневаюсь. Дамблдор пролил целую кружку кофе себе на бороду, когда развернул газету”, - сказал Гарри, ухмыляясь как сумасшедший. - “Это была одна из самых забавных вещей, которые я когда-либо видел”.
“Я с нетерпением жду момента, когда ты поделишься этим воспоминанием”. - Глаза Тома сияли, когда он мягко улыбнулся Гарри.
“Как ты думаешь, что теперь собирается делать Дамблдор?” - Спросил Гарри. В течение всего дня он испытывал низкий уровень беспокойства при мысли о том, что Дамблдор собирается выследить Тома или что-то в этом роде. Он знал, что Том более чем способен сразиться с Дамблдором и выйти из этого целым и невредимым, но Гарри все равно волновался.
“Хм”. - Том откинулся назад, коротко взглянув вверх, очевидно, обдумывая этот вопрос. - “Зная Дамблдора, он созовет свой Орден, а затем начнет убеждать всех, кого сможет, что я, на самом деле, Волан-де-Морт”.
“Это нехорошо”, - прошептал Гарри, уровень его тревоги в груди резко возрос.
Том бросил на Гарри очень понимающий взгляд. - “У нас есть планы на этот счет, мой дорогой. Перестань так сильно волноваться”.
“Я ничего не могу с собой поделать”, - пробормотал Гарри, опустив взгляд на свои колени, чувствуя странное смущение от того, что его так назвали. - “Во время ужина я думал об этом и понял, что Дамблдор может заставить министерство совершить налет на твой дом. Он делал это с пожирателями Смерти в прошлом, верно? Так что, может быть, тебе стоит наложить на "Хижину Гонта" чары Фиделиуса, чтобы ты мог хранить там все свои незаконные вещи и у тебя будет безопасное место, куда Дамблдор не сможет добраться”. Гарри бросил на Тома умоляющий взгляд, чтобы тот просто согласился с этим, чтобы он был в безопасности, а Гарри мог лучше спать.
“Отличный план”, - сказал Том с дразнящей усмешкой. - “За исключением того, что хижина Гонта в настоящее время является ловушкой для Дамблдора с поддельным кольцом Певереллов, отправленным в ад и вернувшимся оттуда”.
“Ох, черт”. - Гарри прикусил губу. Он совершенно забыл об этом.
“Но будь уверен, мой дорогой, что у меня есть конспиративная квартира под Фиделиусом, и я храню там все свое незаконное имущество”. - Ухмылка Тома была довольно самодовольной, когда он подмигнул Гарри. - “Я отвезу тебя туда на каникулы, чтобы она могла служить убежищем и для тебя”.
Гарри глубоко вздохнул с явным облегчением. - “Кто еще знает об этом?”
“Пока никто, но я подумываю о том, чтобы посвятить Барти в секрет. Наличие надежного убежища было бы благом и для него”.
“Да”, - легко согласился Гарри. Теоретически Барти все еще был сбежавшим заключенным, который должен был отбывать пожизненное заключение в Азкабане, хотя весь мир считал его мертвым. Никогда не знаешь, какая доля правды может выплыть наружу в будущем в самое неподходящее время.
“Кроме того”, - продолжил Том с таким видом, будто считал заботу Гарри одновременно невероятно милой и бесконечно занимательной. - “Я официально заявил, что Риддл-Мэнор является моей законной собственностью у правительства маглов, и я зарегистрировал его в министерстве как резиденцию волшебников, чтобы подключить к каминной сети. В доме нет вообще ничего незаконного, так что министерство может устраивать там облавы сколько угодно. Но если они это сделают, я уволю адвоката, которого они указали в контракте, за проведение обыска без уважительной причины”.
“Ладно, значит, ты готов, я понял”, - сказал Гарри с тихим смешком, все еще чувствуя себя странно смущенным из-за беспокойства о своей второй половинке.
“И если Дамблдор натравит на меня Сириуса Блэка и бросит в Азкабан без суда или еще какую-нибудь подобную ерунду, тогда Дорус и Люциус поднимут шум, сообщат моему адвокату и немедленно вытащат меня оттуда. Теперь ты действительно можешь перестать беспокоиться, дорогой”.
“Прекрасно”. - Гарри потер лицо рукой. - “Эх. Я устал, а у меня еще занятия”.
“Я никогда не понимал, почему они настаивают на том, чтобы младшие классы изучали астрономию посреди ночи, вместо того чтобы просто преподавать ее днем, используя карты или проекции, и, возможно, провести несколько ночных занятий, чтобы научиться обращаться с телескопом”, - сказал Том с напряженным видом, как будто обсуждал что-то, что беспокоило его в течение длительного времени.
“Да, радуйся, что твои дни в Хогвартсе закончились”. - Гарри внутренне встряхнулся, чтобы прийти в себя. Теперь, когда Том заверил его в том, что у него есть планы относительно того, как поступить с Дамблдором, его беспокойство значительно уменьшилось, и он внезапно почувствовал себя измотанным.
“Твоя жизнь тоже могла бы стать такой, мой дорогой”. - Взгляд Тома был почти вызывающим. - “Просто скажи слово, и ты сможешь продолжать свою взрослую жизнь таким, какой ты есть на самом деле”.
“Заманчиво”. - Гарри действительно находил это предложение заманчивым каждый раз, когда Том делал его. Но он любил Хогвартс, и ему особенно нравилось бывать в Хогвартсе, не ведя себя как маленькая марионетка Дамблдора, так что он действительно еще не был готов прекратить это. - “Но я еще какое-то время потерплю эти безбожные занятия”.
“Очень хорошо”, - легко согласился Том. - “Просто знай, что независимо от того, что Дамблдор бросает в нас, мы готовы иметь с этим дело”.
И Гарри помнил об этом весь остаток вечера и следующий день. Это был четверг, и у них был целый день занятий, и каждый раз, когда Гарри снова начинал беспокоиться о своей второй половинке, он напоминал себе о том, что сказал ему Том.
Они подготовлены. С ними все будет в порядке. Перестань волноваться.
Конечно, в тот день не произошло ничего необычного. Самым волнующим событием, которое произошло, было то, что прямо перед ужином Гарри получил посылку от мисс Бузины, содержащую улучшенную копию ее последней публикации под названием "Гарри Поттер и суд над кентавром". Действие происходит во время первого года обучения вымышленного Гарри в Хогвартсе, где он подружился с несколькими кентаврами, согласно синопсису на обороте.
“Ты получаешь книги о себе?” - спросил Драко, широко раскрыв глаза, таким тоном, как будто он только что открыл самую глубокую, мрачную тайну Гарри и понял, что теперь может поделиться ею со всей школой. - “Тебе нравится читать художественную литературу, в которой ты представляешь лучшую версию себя или что-то в этом роде?”
“Не говори глупостей, Драко”, - сказал Гарри своим лучшим высокомерным тоном, вздернув подбородок. - “Я получаю их, чтобы одобрить, поскольку они не будут опубликованы без моего согласия. И мне нравится видеть их опубликованными, поскольку это приносит мне много золота”. - Ухмыльнувшись, Гарри засунул пакет в свою сумку. - “Это всего лишь бизнес, но я не ожидаю, что кто-то вроде тебя это поймет”.
“Кто-то вроде меня?” - Драко фыркнул в тихом возмущении. - “Что это должно значить?”
“Тот факт, что ты даже этого не понимаешь, скорее подтверждает мою точку зрения”, - Гарри нес чушь со скоростью мили в минуту. Он понятия не имел, почему Драко не понимал или не хотел понимать, ему просто нравилось злить мальчика.
Позже, тем же вечером, Гарри достал пергамент и перо и написал мисс Бузине, предположив, что, возможно, ее следующая книга, действие которой происходит на втором курсе вымышленного Гарри, могла бы быть о том, как Гарри открыл Тайную комнату Салазара Слизерина и подружился с василиском, живущим внутри нее. Что ж, это было личное дело Гарри, и никому не нужно было об этом знать.
В пятницу был сильный дождь и ветер, но это не помешало Маркусу первым делом с утра провести для них часовую строгую тренировку по квиддичу. И хотя Гарри не разрешили участвовать ни в каких школьных матчах до конца года, он все равно наслаждался временем, которое мог провести на своей метле и физически снять стресс и тревогу.
После уроков они встретились в библиотеке, чтобы закончить домашнее задание до начала выходных, а после ужина они посетили собрание факультета Слизерин, которое было коротким и по существу, что оставило им достаточно времени, чтобы добраться до Клуба на их второе заседание.
Большинство студентов принесли с собой что-то, чем можно поделиться, касающееся Рождества и Святок, и они провели свой вечер, наслаждаясь множеством вкусных угощений, слушая праздничные песни и развешивая по комнате магловские и волшебные украшения. Тем временем Гарри поделился несколькими крохами знаний о ритуалах, которые он прочитал в заметках Регулуса о том, как праздновали Йоль до того, как министерство решило запретить эти ритуалы и празднования.
“Йоль традиционно празднуется три ночи примерно в ночь середины зимы”, - сказал Гарри, помогая Падме и Миллисент развешивать вечнозеленые гирлянды вокруг окон. “Они приносили в жертву домашний скот и собирали кровь, чтобы разбрызгивать по вечнозеленым ветвям, произнося заклинания, чтобы Дикая Охота прошла мимо них и драугры, ожившие мертвецы, не нашли их, эта ночь была самой длинной. Позже мясо домашнего скота съедалось во время большого пира вместе с большим количеством эля, чтобы приветствовать тот факт, что с тех пор ночи снова будут становиться все короче и Дикая охота не будет проводиться в течение следующего года”.
“Что такое дикая охота?” - Спросила Меган.
“Маглы назвали бы это плохим предзнаменованием. Призрачная погоня во тьме, которая обычно предшествует чуме или катастрофе”, - терпеливо объяснил Гарри. Он был очарован, читая все это в книгах Регулуса, и был по-настоящему счастлив поделиться всем этим с другими. - “Но мы точно знаем, что это охота проводится в самые долгие ночи в году. Её ведут Проводники душ умерших, а фейри подстегивают их, пытаясь сорвать их ход и не дать им отправиться в загробную жизнь. Любые души, которые ловят фейри, превращаются в драугров, живых мертвецов, обреченных вечно бродить по этой земле, будучи замученными фейри. Вот почему волшебники и ведьмы придают такое большое значение тому, чтобы Дикая Охота прошла мимо них, поскольку фейри - хитрые существа, которых вы не захотите видеть, даже за пределами Дикой охоты. Или, возможно, особенно за пределами Дикой охоты”.
“Почему бы и нет?” - Джастин спросил, откуда он показывал коллекцию рождественских открыток викторианской эпохи Энтони, Симусу и Дину.
“Потому что фейри обманом заставят тебя совершить какую-нибудь глупость”, - сказал Тео, тихо фыркнув. - “Например, отказаться от своего первенца или от своей магии”.
“Я читала, что феи - это просто маленькие волшебные существа, которые используются в качестве украшений”, - сказала Гермиона своим обычным аргументированным тоном.
“Феи, докси и пикси - все это маленькие, довольно безобидные представители фейри”, - твердо сказал Гарри. - “Но они не единственные. Те, что покрупнее, очень умны и совсем не любят людей, не важно, маглов или волшебников. Так что да, в ваших же интересах не привлекать их внимания, особенно во время Дикой Охоты. Если ты окажешься на пути одного из них, ты, скорее всего, не выживешь, а твоя душа, вероятно, не попадет в загробную жизнь”.
“Думаю, я предпочитаю магловскую версию этого праздника”, - сказала Меган с легкой дрожью.
“Как вам больше нравится”, - указал Гарри с доброй улыбкой, оглядывая комнату. - “Все равно важно знать эти вещи. Фейри реальны, и они причиняют вред людям, и не знать, как избежать их в ночи, когда они наиболее могущественны, - значит просто обречь себя на катастрофу”.
“Но они запретили это”, - сказал Симус довольно вопросительным тоном. - “По крайней мере, так сказала моя бабушка. Раньше все проводили эти ритуалы, но Министерство запретило их”.
“Мне сказали то же самое”, - согласилась Сьюзан.
“Я в курсе”, - сказал Гарри, небрежно пожав плечами. - “Но это заставляет задуматься, почему они запретили подобные ритуалы, призванные защитить нас”.
“Из-за нее”, - сказала Дафна, указывая пальцем на Меган. - “Она нравится людям. Выросла в семье маглов. Ты видел ее реакцию”.
“Давайте не будем обвинять друг друга. Никто из нас в этой комнате ничего не запрещал”, - быстро заметил Гарри, ободряюще улыбаясь Меган. - “Но я также слышал, что, чтобы успокоить тех, кто не вырос среди ритуалов, подобных этому, они просто запретили их, вместо того, чтобы, возможно, обучать их, когда это было нужно”.
“Это несправедливо”, - сказала Гермиона, сильно нахмурившись. - “Я выросла в семье маглов, но я была бы счастлива изучить магические ритуалы, подобные этому, если они предлагают реальную защиту от магических угроз”.
“Да, это правда”, - тихо согласилась Меган. - “Просто этого слишком много, чтобы понять”.
“И именно поэтому у нас есть этот клуб”, - радостно напомнил всем Гарри. - “Чтобы помогать друг другу учиться и понимать. И еще до комендантского часа остается десять минут, так что пора заканчивать вечер”.
Раздался хор разочарованных жалоб на комендантский час и дурацкие школьные правила, но все встали и собрали свои вещи.
“Хороший урок”, - прошептал Тео, стоя рядом с Гарри, пока все расходились небольшими группами.
“Спасибо. И никто не взбесился и не обиделся на нас за упоминание крайне незаконных ритуалов, так что я буду считать это победой”. - Гарри подмигнул Тео, который ухмыльнулся в ответ.
“Все эти разговоры о душах и умерших людях меня напрягают”, - пожаловался Блейз, запихивая в рот очередное рождественское печенье, которое Дин принес с собой. Он громко прожевал. - “Возможно, на следующей неделе будет более веселая тема, Гарри”.
Покачав головой, Гарри последовал за своими друзьями из комнаты и только закрыл дверь, как зеркальце в его кармане стало теплым. Том никогда не связывался с ним, если ему действительно не нужно было поговорить. Гарри всегда был первым, кто инициировал контакт по вечерам, поскольку Том большую часть вечеров проводил дома один, и именно Гарри нужно было уединиться, чтобы позвонить ему.
“Я собираюсь очень быстро принять ванну”, - сказал Гарри своим друзьям, махнув им рукой. - “Не ждите, а то вас поймают после комендантского часа. Увидимся позже”. - И, не дожидаясь ответа, Гарри бросился в ближайший туалет, убедился, что он один, наложил несколько чар уединения и достал зеркало из кармана.
“Все в порядке?” - Спросил Гарри в ту же секунду, как увидел лицо Тома. Что-то изменилось. Не сам Том, но фоном была не спальня Тома, не кабинет и не гостиная. Хотя это выглядело знакомо.
“Гарри, мой дорогой, ты можешь ускользнуть прямо сейчас? Встретимся в Визжащей хижине?” - Спросил Том, и теперь Гарри узнал комнату, в которой стоял Том. Это была главная комната "Визжащей хижины".
“Встретиться с тобой? Сейчас?” - Глупо спросил Гарри, поскольку его мозг по какой-то причине внезапно испытал проблемы с обработкой простой информации.
Том кивнул, и, казалось, его полностью позабавил ответ Гарри. - “У меня с собой Омут памяти Доруса, и я хотел бы показать тебе сегодняшнее экстренное заседание Визенгамота, которое Дамблдор организовал, чтобы публично обвинить меня в том, что я Волан-де-Морт”.
